Глава 8 Правила игры
***
Тэхён шёл за охранником Минхо по длинному, тихому коридору, назад в свою комнату. Его плечи были сгорблены, следы слёз ещё блестели на щеках. Он казался сломленным, окончательно прирученным вишнёвым цветком, увядающим в темноте.
Минхо шёл в паре шагов впереди, его спина была напряжена, но в осанке читалось некое удовлетворение. Миссия, казалось, выполнена. Омега усмирен.
И вдруг Тэхён остановился. Резко. Без предупреждения.
Звук его шагов прекратился, и Минхо, пройдя ещё два шага, обернулся. То, что он увидел, заставило его кровь похолодеть.
Тэхён стоял посреди коридора, прямой, как струна. Он медленно, почти театрально, провёл тыльной стороной ладони по щекам, стирая влагу. А потом... он засмеялся. Это был не истерический смех отчаяния. Это был тихий, низкий, ледяной и абсолютно трезвый смех. Смех, от которого мурашки побежали по коже. Он поднял голову, и его глаза, ещё красные от слёз, встретились с взглядом Минхо. В них не было ни покорности, ни страха. Там была ясность. Холодная, отточенная, как лезвие, решимость.
- Я хочу видеть его, - произнёс Тэхён. Его голос звучал ровно, без дрожи, но с такой силой, что казалось, он вибрирует в воздухе. - Сейчас. Отведи меня к Чонгуку.
Его взгляд был настолько пронзительным, настолько полным немого вызова, что Минхо, привыкший к страху и злости, на мгновение растерялся. Он почувствовал, будто проваливается в эти тёмные глубины. Он автоматически прикоснулся к миниатюрному устройству в ухе.
В наушнике раздался голос, который он слышал тысячи раз, но сейчас в нём слышалось лёгкое, заинтересованное удивление.
«Приведите его. В библиотеку.»
Минхо кивнул, хотя хозяин его не видел, и жестом указал Тэхёну следовать за собой, но уже другим путём. Он вёл его не в изоляцию, а в сердце особняка.
Библиотека Чонгука была огромной, пахнущей старым деревом, кожей и тишиной. Сам альфа стоял у камина, в котором потрескивали дрова. Он наблюдал, как Тэхён входит, и его взгляд сразу же стал оценивающим, сканирующим. Он видел следы слёз, но также видел и новый огонь в его глазах. Интерес возрос.
- Ты хотел меня видеть, - констатировал Чонгук, не задавая вопроса.
- Да, - Тэхён остановился посреди комнаты, не приближаясь. Он больше не выглядел ни дерзким щенком, ни сломленной жертвой. Он выглядел... равным. Играющим на своих условиях. - Мы договорились, что я успокоюсь. Я успокоился. Но я не согласился стать твоей безмолвной куклой. У меня есть условия.
Чонгук медленно поднял бровь. Никто, никто не ставил ему условий в его собственном доме. И от этого стало... любопытно.
- Условия? - он сделал ленивый глоток виски из бокала. - Говори.
Тэхён глубоко вдохнул, собирая свои мысли в острые, как стрелы, пункты.
Правило первое: Доступ.
- Я хочу видеть Чимина каждый день. Не пять минут под надзором. Хотя бы час. В той его комнате, или в саду. Без слуг, которые стоят над душой. Чтобы говорить свободно
Правило второе: Личные границы.
- Ты не входишь ко мне без стука. Не касаешься меня без моего позволения. Моё тело, моя комната это пока единственное, что осталось «моим». Это уважение основа всего. Никаких внезапных визитов, никаких «проверок». Ты построил эту клетку, но внутри неё моя территория.
Правило третье: Обучение вместо снотворного.
- Ты забрал мою старую жизнь? Дай новую. Я хочу продолжать танцевать. Организуй мне зал для тренировок здесь, или найми преподавателя. Или дай доступ к обучающим материалам по тому, что интересно тебе бизнесу, языкам, чему угодно. Я не буду пустой, красивой вещью на полке. Если я должен быть здесь, я буду развиваться.
Правило четвёртое: Информация.
- Ты больше не играешь со мной в кошки-мышки с фотографиями и угрозами. Если что-то происходит с Чимином ты говоришь мне прямо. Но лучше чтобы ты его не трогал. Если у тебя есть планы относительно меня озвучиваешь. Я не ребёнок, которого нужно пугать темнотой. Я предпочитаю знать монстра в лицо.
Правило пятое, и главное: Никакого насилия.
- Никогда. Ни со мной, ни с Чимином. Даже в качестве «урока». Я видел его синяк. И я поверил. Но если я увижу новый, или почувствую боль сам вся наша договорённость, всё это показное спокойствие рухнет. И на этот раз я буду бороться не за побег, а за то, чтобы сделать тебе так же больно, как мне. Любой ценой.
Он закончил. В комнате повисла тишина, нарушаемая только треском поленьев. Тэхён стоял, выпрямившись, его вишнёвый запах был не дерзким и не сладким, а холодным, чистым и невероятно устойчивым. Он не просил. Он заявлял.
Чонгук наблюдал за ним, не отрываясь. В его глазах мелькали отблески пламени и что-то ещё - глубочайшее, почти шокированное уважение. Он ожидал покорности, депрессии, может, тихого саботажа. Но не этого. Не этой зрелой, расчётливой силы, выкованной в горниле отчаяния.
Он медленно поставил бокал.
- Ты понимаешь, что просишь невозможного? - его голос был тихим.
- Я понимаю, что просишь невозможного от меня быть твоей счастливой пленником. Это мой ответ. Ты можешь отказать. Но тогда ты получишь обратно того сумасшедшего, разбивающего всё омегу. А не человека, с которым можно... существовать.
Слово «существовать» повисло в воздухе. Это была не любовь, не привязанность. Это было перемирие. И Чонгук, прагматик до мозга костей, увидел в этом больше ценности, чем в слепой покорности.
Он молчал ещё минуту, а потом кивнул. Один раз. Чётко.
- Хорошо. Принимаю. С поправками. Видеться с другом да, но с охраной у двери. Территория в твоей комнате уважаю. Обучение организую. Честность... - он усмехнулся, - постараюсь. Насилие не в моих планах, если ты не вынудишь. Но помни, Тэхён правила устанавливаю всё же я. И если ты нарушишь дух нашего... соглашения, - он смаковал слово, - последствия будут для Чимина. Не синяк. Что-то более существенное. Понял?
Тэхён смотрел ему прямо в глаза.
- Понял. Значит, договорились.
Он развернулся и пошёл к двери, не дожидаясь разрешения. Его шаги были уверенными. Он не выиграл войну. Но он только что заключил первое в своей жизни перемирие с самым опасным противником. И получил своё первое, крошечное поле для манёвра.
Когда дверь закрылась за Тэхёном, Чонгук позволил себе настоящую, медленную улыбку. Она не была злой. Она была заинтригованной.
«Вот ты какой, моя вишня, - подумал он. - Ты не сломался. Ты закалился. Игра только начинается. И она стала в разы интереснее».
Он подошёл к окну, глядя в темноту, где теперь бродили два пленника, связанные странным договором. Он получил не покорного омегу. Он получил достойного соперника. И, возможно, это было именно то, чего он не осознавал, но всегда хотел.