Перерождение.

Хоуп входит в дом, тихо закрывая за собой дверь с тихим вздохом проходя внутрь, медленно обводя взглядом помещение. Пытается найти Паркера, но в доме стоит гробовая тишина. Гнетущая и пугающая. Это заставляет собраться её, готовясь к чему-то худшему, нежели «радушному приёму». Прислушалась повнимательнее, пытаясь найти подвох в любой мелочи. Всё же всем известно, что Кай Паркер искусный лжец и актёр, возможно все его слова до — вранье, а сейчас произойдёт правда. Но когда до её спины дотрагиваются, девушка резко выпрямляется как штык, чуть не вздрагивая всем телом. Дура! Черт возьми, этот козёл все время прятался! Снова пугает её, чтобы посмеяться или почувствовать себя выше. Сзади раздаётся приглушённый, слегка хрипловатый смех. Рыжая прикрывает глаза, сцепляя зубы в замок. Почти до скрипа и дикого хруста.

Вдох. Выдох. Спокойствие. Шагает вперёд, желая присесть на диван и успокоить гудящие ноги, но её опережает Паркер, занимая понравившееся место. В самый последний момент, когда сама Хоуп почти села. Это заставляет её остановиться, споткнуться о собственные ноги и начать падать вперёд. Холодные руки не дали сделать этого, крепко удержав на месте. Брюнет не сжимал слишком сильно, только поддерживая, но это прикосновение... Именно с ним она ощущала себя не такой! Рядом с ним теряется её уверенность, твёрдость и весь облик главной героини, как говорила Лизи. Это бесит. Хоуп вырывается, с недовольной (когда бы она уже поменяла выражение лица?) миной присаживаясь на другой край.

— Да ладно тебе. Так противно? — слегка протягивает, чуть ли не с наслаждением наблюдая за нервно дернувшимся глазом.

— «Противно»? Что ты, я просто счастлива, — с сарказмом шипит сквозь зубы.

Между ними воцаряется молчание, которое оба ощущают совершенно по — разному. Ей в тягость ощущать на себе тяжёлый и липкий взгляд серых глаз. А его веселила внутренняя борьба рыжей. Хоуп не могла смириться с тем, что он постоянно видел её насквозь и говорил правду. Эта правда причиняет ей боль, ведь проще живётся, когда не осознаешь проблемы полностью. Понимала ли она то, что внутренне она всегда будет похожа на своего отца? Эта тёмная, противная людям сторона становилась заметна в редкие моменты. Осуждение ранит сердце. Заставляет подавлять всё, что так яро рвётся наружу. Это давно не даёт ей покоя, с тех самых пор, когда Лэндон ступил на порог школы и сбежал. Месть, злость, ненависть — эти чувства управляли Хоуп при первом взгляде на оставленные в автобусе тела. Сгоревшие, черт возьми, и обугленные!

Вечная внутренняя борьба дико выматывала и именно в такой переломный момент рыжая попала сюда. К социопату, что живёт лишь одними желаниями и всплесками эмоций. К тому человеку, что в своей гнилой натуре остаётся самим собой. Вечная искра. Подуй - и разгорится огонь. Целая буря! Иронично, что идеал героя внутри неосознанно выбирает сторону злодея. Может ли она изменится? И пугают ли эти изменения окружающих? Если сейчас она знает, когда нужно остановиться и дать себе отмашку, сможет ли в будущем?

— Какое твоё самое ужасное воспоминание? — неожиданно спрашивает она.

— Ты продолжаешь играть со мной. Перестань, — тихо отвечает, прекрасно зная, что девчонка услышит.

— Моё самое ужасное воспоминание — смерть родителей. Это сломило меня. Чувствую с тех пор себя странно. Будто перед глазами летит жизнь, а я наблюдаю за ней, пытаюсь что-то сделать, а не могу, — скорее для себя, чем для него бурчит себе под нос.

Еретик поднимает брови вверх, молча вбирая в себя эту информацию, поражаясь резкой перемене Хоуп. Словно что-то в её голове в один миг щёлкнуло. Или кто-то помог надавить на рычажок, незаметно надавил. Делал ли это Кай осознанно? Естественно. Возиться с сопливыми девчонками не его, даже если они впечатляют. Настолько сильно, что даёшь им шанс на выживание. Желания переменчивы, все меняется, как и его решения.

«Жизнь не стоит и тебе не даст», — повторял все время отец.

— Предательство сестры. На какие-то минуты я все же поверил в её искренность. За это и получил удар в спину, — из его уст это звучит легко и непринуждённо, предвидя следующий вопрос сразу отвечает, — А самый счастливый — Рождество. Тогда Джо связала нам одинаковые свитера. Такие ужасные. Ненавижу красный цвет. И оленей.

В его голове всплывает старая фотография, которую близняшка хранила на письменном столе, гордясь, что вообще заставила его сфотографироваться. Его восемнадцатое Рождество. Тогда они выглядели счастливыми, улыбаясь и обнимая друг друга. Притворялся ли тогда он? Ответ будет слишком шокирующим. Нет. Нисколько. Только если в том, что ему понравился этот свитер. Хоуп замолчала, сглатывая вязкую слюну и цепляясь пальцами за подлокотник. Чего это он? Зачем говорит? Зачем?! Это только путает. Через секунду девушка снова выглядит расслабленной и усталой. Плевать ей на него. Целиком и полностью. Она поднимается и не говоря ни словам уходит наверх, занимая одну из спален. Ложится на кровать и вдыхает воздух в лёгкие. В нос ударил запах мужских духов. Лёгких и ненавязчивых, но именно так пахнет Кай.

— Черт, — с сожалением пищит Хоуп, вставая на ноги и уходя в другую комнату, не желая находится там, где был он.

Позорище. Ведь он слышал все. Буквально. Она, итак, сейчас подрывает свою репутацию (играет ли она какое-то значение для Кая?), а тут из раза в раз с ней происходят настолько глупые вещи. Это что, злой рок? Рыжая с наслаждением падает на кровать, кутаясь в кокон из одеяла, сняв все тёплые вещи. Если подумать, вся её жизнь состоит из череды повторяющихся проблем. Раньше их решала семья, а теперь приходится справляться со всем в одиночку. Так удобнее — нести ответственность только за себя. Рыжая защищает комнату куполом, только потом закрывая глаза и спокойно засыпая. Этой ночью ей не приснится ничего, словно все в этом мире кричало о пустоте и одиночестве на едине с самим собой. Где нет выхода и входа, только ты и твои чувства. Но изменит ли это её?

Еретик не смог сдержать улыбки, когда услышал хлопки дверей и раздраженное сопение — так она делала постоянно. За это время он успел приметить некоторые привычки девушки. Осознанные или нет. Кай проводит языком по зубам, закидывая голову назад и тихо смеясь. Поднимается в свою спальню чуть позже, а увидев её взъерошенность кровати усмехнулся. Гордая девчонка.

***

Вангую пятую главу 🤡
Эта глава должна была быть какой-то... Романтичной? Но в итоге это все скатилсоь в страдания и какую-то глупость (хотя я честно слушал грустную музыку, патаясь настроиться на атмосфэру).