Чарующий Наследный Принц

Ранним утром солнечный свет пролился над резиденцией Наследного Принца, покрывая его слоем золота. Старший Хай уже разобрался с беспорядком, который остался от сражения предыдущей ночи. Также позаботился о раненных стражниках на заднем дворе. Это место всегда пустует, поэтому они решили разместить там личную стражу. Это место можно было считать их местом обитания. Кроме того, задний двор был далеко от передней части резиденции, там было бы меньше шансов нарушить покой наследного принца оттуда. Шань Усинь не могла не почувствовать себя вполне удовлетворенной внимательным отношением к обращению делами Старшим Хаем.

“Наследный Принц!” У Вэй и У Цзюй стояли у входа в спальню. Сегодня, У Вэй вернулась и услышала о беспорядках произошедших прошлой ночью, в результате чего она начала винить себя. Она хотела управиться со своими задачами как можно скорее. Как личной служанке наследного принца, ей следовало позаботиться о его повседневной жизни. Если бы что-то случилось с ним прошлой ночью, она не смогла бы смыть свою вину, даже если бы она умерла десять тысяч раз.

Поскольку обе не получили ответ, они отошли от двери, продолжая стоять за пределами спальни. После ожидания в течение долгого времени, они, наконец-то, услышали голос, идущий изнутри спальни, и почтительно вошли. У Вэй начала расчесывать волосы наследного принца и поправляла его одежду, в то время как У Цзюй прибралась в комнате.

“Зачем ты пришла сюда после возвращения, вместо того, чтобы отдыхать?” Шань Усинь спросила, взглянула на отражение в зеркале У Вэй, расчесывающей ее волосы. Когда дело доходило до ее собственных людей, то она имела гораздо более мягкое сердце. Не говоря уже о том, как высоко она думала о тех, кто был предан и полезен ей.

Глядя на превосходные черные волосы наследного принца, У Вэй не могла не вздохнуть с волнением. По сравнению с ним, все придворные супруги и принцессы меркли. Слушая его заботливые слова, она произнесла: “Эта слуга не устала. Будучи способной прислуживать при Вас – величайшая удача этой слуги.”

Шань Усинь нечего было на это сказать. Поскольку У Вэй и так была готова служить ей, она считала ее весьма компетентной служанкой. Взглянув на У Цзюй, которая была в середине приведения кровати в порядок, она произнесла: “Ты вчера ночью получила травму. Сходи и потренируйся с У Вэй немного позже, так ты сможешь лучше защитить себя в будущем и станешь силой Этого Принца.”

“Премного благодарна вам, Наследный Принц!” радостно ответила У Цзюй.

Наблюдая за этими двумя, намек на тепло появился в сердце Шань Усинь. Их возраст не намного старше, чем ее собственный. Она боялась, что если она будет держаться от них на расстоянии, то обе служанки будут опасаться, когда будут сталкиваться с ней. Хотя это была хорошая вещь, чтобы ее боялись, но слишком сильный страх был только обузой. Кроме того, она намерена воспитывать их обеих, чтобы они стали ее левой и правой руками. Таким образом, им не только нужны знания, но и уверенность в себе и подлинная верность. Хотя это не то, что может быть достигнуто лишь за короткое время.

“Вы пришли сегодня так рано; что-то случилось?” Спросила Шань Усинь. Поскольку обе были ее личными служанками, то проживали они в одном дворе, чтобы они могли служить перед ее спальными помещениями в любое время. Однако, она не хотела, чтобы люди стояли за пределами ее комнаты, пока она спала, поэтому она заставила их пойти отдохнуть ночью.

“Наследный принц, молодой господин Хуань Мо Чэ прибыл в резиденцию, чтобы преподавать Вам письменность. Наследный Принц должен принять гостя.” Заявила У Вэй. Даже если она знала, что наследный принц не сохранял двух наставников в своем взоре, и она также верила, что он был достаточно умен и не нуждался в каких-либо наставниках, но, в конце концов, это был указ самого Императора. Кроме того, мотив молодого господина Хуаня вдруг добровольно стать наставником для наследного принца был слишком подозрительным. Но несмотря ни на что, они не должны опрометчиво обидеть молодого господина Хуаня.

“О? Он появился неожиданно рано.” Из-за токсинов в организме с момента ее рождения, даже если ее боевые искусства были выдающимися, она не могла избежать легкого утомления. Кроме того, она изначально была тем человеком, который обращает внимание на время отдыха, и ей было трудно вылезать из своей постели, поэтому она, как правило, поздно просыпается. После того, как обе служанки появились возле ее спальни, она поднялась сравнительно рано, но она не ожидала, что так называемый Первый Сын столицы явится в столь раннее время утром. Что может быть причиной его срочного прибытия?

“Поскольку он пришел, пусть Старший Хай развлекает его.” Шань Усинь уставилась на ее собственные связанные волосы, потом на ее черты андрогинного (прим. перев.: Двуполого или по-другому не ясно, то ли мужчины то ли женщины) лица. Поскольку она недавно начала спать без повязки вокруг ее груди, ее грудь также медленно начала расти. Это было довольно хлопотно.

“Но...” У Вэй посмотрела на наследного принца и произнесла с неким умыслом: “Молодой господин Хуань ждет Вас в Великом Зале, заявив, что хочет обучать Вас в письменности. Старшему Хаю не удалось убедить его, ни изгнать его из резиденции, так что он мог только позволить ему ждать вас в Великом Зале.”

Теперь упоминая это, У Вэй также нашла это крайне странным. Кто не знал, что с молодым господином Хуань было трудно иметь дело, ведь, он даже не принижал лица перед принцами и принцессами. Тем не менее, по какой-то причине, казалось, что он хотел сотрудничать с наследным принцем прямо сейчас?

“Должна ли эта слуга заставить молодого господина Хуаня уйти?” Спросила У Вэй.

Шань Усинь взглянула на свою собственную аккуратно уложенную одежду, после чего сказала с улыбкой: “Я боюсь, что ты просто не сможешь заставить его уйти.” Человек, который не занимает какую-либо официальную должность, но он может заставить дворян и чиновников следовать за ним, а также принцев и принцесс бороться за его благосклонность. Как бы У Вэй вообще удалось избавиться от такого человека?

Шань Усинь неторопливо прогуливалась в огромном Великом Зале резиденции Наследного Принца, сразу заметив молодого господина, ожидающего ее в зале. Он был одет в светло-голубую мантию, его шелковистые черные волосы свободно раскинулись на плечи с одной нефритовой шпилькой, связывающей их. Когда он не спеша пробовал чай, держа чашку обеими руками, он представлял собой простоту и элегантность, но, тем не менее, безмятежный образ. Этот человек с таким поведением определенно заслужил титул ‘Первый Сын Столицы’. Именно этот тип самообладания заставлял других чувствовать себя непринужденно. Но, к сожалению, Шань Усинь не понравился Хуань Мо Чэ на первый взгляд. Не по какой-либо другой причине, но потому, что у него была пара ярких глаз цвета персика на этом его опрятном лице, делая его вид еще более ярким.

Шань Усинь также признала его человеком, с которым она встретилась глазами в тот день на улице.

Хуань Мо Чэ понял, что кто-то пришел, и, положив на стол чашку с чаем, встал: “Приветствую Наследного Принца!” Неважно, насколько он был популярен в столице, он не удерживал реальный государственный пост. На встрече с наследным принцем, он по-прежнему должен был приветствовать его.

“Чувствуйте себя непринужденно.” Шань Усинь поднялась на почетное место и больше не смотрела на Хуань Мо Чэ.

С другой стороны, Хуань Мо Чэ немного поднял свою голову, чтобы изучить наследного принца. В тот день встретились только их глаза, но они были слишком далеко друг от друга, и наследный принц сидел в своей карете; таким образом, Хуань Мо Чэ не смог четко разглядеть его лицо. А теперь он осторожно пробежался взглядом по нему, он не мог не моргнуть от потрясения. Наследный принц был одет в светло-фиолетовую парчовую мантию. Края мантии развевались, когда он шел, они очерчивали элегантную дугу. Нефритовая заколка скрепляла его волосы без лишних аксессуаров. Он был несравненно изящен с врожденной благородной аурой. Никакие цветастые одежды или драгоценные камни не могли сравниться с ним; они бы только прикрывали его внешность, а также казались бы имеющими недостатки и неуместными. Его пара пронзительных черных глаз, были как глубокие пропасти.

С тех пор как Хуань Мо Чэ увидел эти глаза, они продолжали захватывать его разум. Поэтому, когда он услышал, что император хотел найти наставников для наследного принца, полностью за пределами его собственного ожидания, он согласился сделать это. Теперь, когда он видел глаза наследного принца, сердце Хуань Мо Чэ начало теплеть.

 ____________________________________________________________________

Примечания анлейта:

Мое прозвище для Хуань Мо Чэ - Мочи (необходимо ли вам спрашивать почему...) И Хуань звучит как Juan (прим. перев.: Чую имеется ввиду Хуан, но на всякий случай с китайского это будет Цзюань), kekeke, Дон Хуан (прим. перев.: Судя по википедии - Дон Хуан Матус (исп. Don Juan Matus) — шаман из индейского племени яки, главным образом известный по произведениям Карлоса Кастанеды, Флоринды Доннер-Грау и Тайши Абеляр. Кастанеда утверждал, что встретился с доном Хуаном в 1960 году, после чего тот обучал его особой форме магии, основанной на традициях индейцев Древней Мексики, — так называемому «Пути воина».). Соответственно его глаза цвета персика (соблазняющие). Кстати, мое прозвище для Хань Сюань Хао бесстыжий парень~ я отвлеклась немного.

Я пыталась найти подходящий рисунок для Хуань Мо Чэ в моей заначке:

Здесь должна быть картинка 1.

Глаза цвета персика и аккуратный вид

Здесь должна быть картинка 2.

Снова глаза цвета персика и ученый вид, более игривый даже.

Здесь должна быть картинка 3.

Этот выглядит нежным и зрелым, и глаза и прическа, кажется, близки к описанию.

Я вроде как решила остановиться на этих трех. Разнообразие приятно ^^.

Прим. перев.: Тут должны быть 3 картинки, но так как на рулейт не всегда получается их залить, решил сразу вам ссылку скинуть - https://girlynovelsblog.wordpress.com/2017/02/14/ccp-ch-16-first-son-huan-mo-che/