Серебряный путь

Это было десять лет назад. Я тогда учился в Миннеаполитанском университете. Девятнадцатилетний рыжий парнишка, которому вроде не о ком заботиться, кроме старой матери в деревушке Ист-Шелдон. А забота была. Не то что бы и проблема, но и не приятная заморочка. Это девушка по имени Линдси. Всего шестнадцать лет, а куча ухаб в ее характере приносили мне и окружающим много хлопот. Мы были влюблены друг в друга так, что в животе натягивались невидимые струны, а голову окутывал туман. Но как и любые другие чувства, это должно пройти.
Незадолго до нашего расставания произошла волнительная и не особо приятная история. Линдси ненавидела школу, а когда я ее встречал, то она начинала жаловаться, чего я очень не любил. Чтобы отвлечь мисс Школаненавистницу от нытья, приходилось покупать шоколадное мороженное в любое время года. Линдси его обожала, а может обожает до сих пор, не знаю. Не общался.
Такие встречи и прогулки, сопровождаемые разговорами о школе, книгах, рокерах и любви, продолжались долго, но однажды, эта хрупкая цепочка оборвалась.
Это был канун Рождества, последний день учебы перед каникулами. Я был в хорошем расположении духа и нёс рождественский подарок для Линдси. Школьный двор оживился как только прозвенел звонок, вся "детвора" высыпала на улицу. Я ждал, но Линдси не было. Звонить не вариант, потому что она всегда отключает телефон или не слышит. Даже две ее подруги прошли, а девушки все нет. Беспокойство росло на глазах. Тогда я остановил этих приятельниц и расспросил об отсутствии Линдси. Ничего толкового услышано не было, кроме того, что она отсутствовала в школе и не ответила на переписку с ними. Пришлось искать. Я даже уже забыл какое поздравление ей придумал. Идея пойти к ней домой оказалась лучшим вариантом. Двигаясь в сторону нашей излюбленной кафешке "Старушка Мэл", рядом с которой находился дом Линдси, я строил догадки о том, почему же она не пришла. Если бы заболела, то мигом бы пожаловалась мне об этом. Я стоял на небольшом крыльце, усыпанном снегом, с крыши веранды свисали сосульки, в окнах мерцали огоньки, а справа от меня стояла полтора метровая елка. Звонок в дверь. Тишина. Я собирался уходить, как вдруг, услышал чей-то голос очень схожий с голосом Линдси. Мне открыла ее сестра Кайла. Как выяснилось из разговора с ней, то она не знает, почему Лин не пришла в школу.
- Я видела, что она собрала рюкзак, ну школьный, и ушла. У меня это не вызвало подозрения. Но я буду начеку и, если что, позвоню.
Отчаяние накрыло меня. Я был жутко расстроен. Не хватало того, что моя девушка потеряется или того хуже. Пройдя два квартала, я сел на скамейку рядом с пабом. Оттуда доносилась музыка из какого-то вестерна о ковбоях, смех людей и запах хмеля. Но мне было не до веселья. Все-таки, я решил позвонить, как никак, а попробовать надо. Гудки и только. А после вовсе оказалось, что она не в сети. Я схватился за голову и не мог предположить, что могло случиться с ней. Мороз кусал за щеки своими ледяными зубами, снежинки кружились все быстрее и быстрее, предвещая вьюгу, ветер подвывал в обмёрзших водосточных трубах. Я натянул капюшон и с тяжелыми мыслями отправился домой.
Ночь захватила Миннеаполис. На часах уже десять, огни ночного города мерцают и переливаются, отблескивая на снегу. Никаких известий от Линдси, Кайла не рассказала ничего нового. Я позвонил ещё раз. Начались гудки, от которых мое сердце стало прыгать в разные стороны. Протяжные звуки телефона закончились металлическим голосом женщины-робота на том конце. Я потерял надежду решить все самостоятельно и отправился в полицейский участок. По дороге в моей голове всплывали наши разговоры, в них я пытался найти лазейку к пропаже Линдси. До здания полиции осталось всего несколько шагов. Мой карман завибрировал. Эмоции подскочили до предела, руки затряслись, и наконец, я достал телефон. Это была Линдси. Сообщение, в котором был адрес, только лишь адрес. Во мне не проснулась тревога или сомнение, я просто побежал в это место.
"Вайден Роад, дом четыре, корпус восемь, крыша" - вот, что крутилось в моей голове во время бега.
Я бежал на красный свет, спотыкался о сугробы, толкал прохожих, но не переставал нестись по улицам. Во мне смешались все эмоции и чувства: счастье, страх, тревога, гнев... Дороги становились темнее и безлюднее. Я остановился у четырехэтажного здания. Некоторые окна ещё светились. В глазах рябило от темноты. Я забежал в дом и стал подниматься по неаккуратно выкрашенной лестнице. Каждый этаж медленно рассказывал свою историю. За дверьми были слышны голоса жильцов, гул телевизора, где-то чувствовался запах тушеной курицы и капусты. Этот райончик гиблый и бедный. На третьем этаже мне даже довелось наступить на шприц какого-то наркомана. И вот выход на крышу. Я медленно открыл дверь, которая жутко запыхтела и заскрипела. В лицо ударил северный злобный ветер. Я огляделся и увидел около края фигуру девушки. Это была Линдси. Дыхание перехватило, она так близко стоит к краю, что сердце выскочит от волнения. Я позвал ее. Девушка обернулась, ее шарфик красного цвета слетел с плеча, повиснув на воротнике.
- Я могу подойти? - спросил я, переминаясь с ноги на ногу и потирая руки.
Линдси грустно кивнула и протянула свою руку. Я коснулся ее. Рука была вся шершавая и ледяная. Я потянулся обнять девушку, но та отпрянула. Что творится в ее голове? Линдси вдохнула морозный воздух, собирая снежные комочки. Я не знал с чего начать, что спросить. Она теперь стояла на расстоянии вытянутой руки. Вроде бы близко, но так далеко. Я решился начать разговор первым:
- Лин, что происходит? Почему мы здесь? Что за таинственность? Зачем ты сюда пришла?
Линдси вздохнула, подошла ко мне ближе и начала говорить:
- Понимаешь, Стюарт, я устала. Просто устала! Мне все надоело, начиная от измен отца моей матери и наркодиллерством сестры и заканчивая гребанным несданным тестом по физике и конфликтом с элитой школы! - ее тон то понижался, то повышался, в ее глазах гуляли слезы.
- Ох, Линдси... - начал было я ее обнимать, но девушка меня оттолкнула.
- Хватит!!! Хватит меня жалеть! Да, я знаю, знаю что сама жаловалась, но я не просила жа-леть! - она подошла ближе к краю, вцепившись в перила, я за ней, - Мне надоело все это. Даже... Даже ты. Ты мне надоел!
С этого момента все последующие действия были мимолётны и слишком быстры. Моя голова смутно понимала, что произошло, но тело готово было действовать. Линдси мигом перепрыгнула через перила, оставшись без страховки, и оттолкнулась от крыши. Мое сердце йокнуло. Я прыгнул за ней. Эти пять наносекунд проползли как век. За это, казалось бы, мимолетное мгновение я испытал столько страха и жутковатой свободы, что словами не передать. Я схватил руку Линдси и сам зацепился за подоконник третьего этажа. Металл его врезался мне в руку, и кровь начала проступать на ладони.
- Отпусти!!! Отпусти, придурок!!! Я хочу умереть!!! - Линдси кричала как потерпевшая.
Голос девушки был каким-то рычащим и истеричным. Она дергалась, из-за чего подоконник врезался сильнее в мою ладонь. Я посмотрел вниз и увидел только лишь старые железки и лёд. Нас будет ожидать не мягкая посадка, а довольно-таки жесткий и суровый финал. Свет на втором этаже загорелся, и кто-то открыл запотевшие окна.
- Ай! Вы кто такие?! О господи, Юстас! Бегом сюда!!! - я не мог разглядеть эту женщину, что так громко воскликнула.
Тут прибежал этот самый Юстас. Линдси долго сопротивлялась, не хотела отпускать мою руку, но и в то же время, ей не нравился вариант спасения. Какие-то две фигуры затащили ее в окно, я с трудом последовал за ней.
- Господи! Ребята, что произошло? В канун-то Рождества! - женщина суетилась и снимала с Линдси промокшую одежду, девушка была как овощ.
Я принялся разглядывать обстановку. Небольшая комната со старыми обоями в клетку, диван, который когда-то был невиданной роскошью, большой платяной шкаф, прибывший из конца девятнадцатого столетия, люстра в паутине, закопчённый потолок. Эта квартира будто пришла к нам из рождественских рассказов О.Генри.
- Ого! Парень! Что с твоей рукой, черт подери? Алма! - мужчина лет пятидесяти с сигаретой в зубах оглядел мою руку.
- Ой! Ева, бегом или сюда! - к нам подбежала девушка моего возраста, впалые щеки говорили о том, что ест она мало, - Перемотай молодому человеку руку. Посмотри какое кровотечение! Живей!
Девушка поманила меня рукой, и мы прошли в ванную. Кое-где плитка отваливалась с корнем, в некоторых местах была плесень, большой паук повис в верхнем углу комнаты. Пахло сыростью. Девушка достала бинт, перекись и ещё какой-то пузырёк. Я сел на маленькую табуретку. Повисло молчание. Я смотрел на незнакомку. Она была очень даже симпатичная, светло-русые волосы выбились из-под резинки и обрамляли ее лицо, длинные ресницы трепетали, а руки нежно обматывали бинт.
- Я... Я могу спросить... - обрывая фразы, начала девушка.
- Да, конечно, что вы хотели? - я улыбнулся, но она отвела взгляд.
- Как ваше имя?
- Стюарт. А вы - Ева?
Девушка молча кивнула. Я глубоко вдохнул, запах плесени ударил мне в нос, от чего я закашлялся. Работа была окончена.
- Спасибо вам, Ева, - вставая, сказал я.
- Не за что, может ещё и встретимся.
Снова я пошёл в ту комнату, но Линдси там не было. Мужчина с горечью сказал, что она ушла. Я был опустошён.
После Рождества мы встретились, поговорили, но не было ни нежностей, ни поцелуев. Мы расстались. На душе было темно так, что самый светлый день был ужасным. С того рокового дня я больше никогда не видел Линдси. Но судьба -интересная штука, а потому связала меня с Евой, той самой девушкой из бедной квартирки, с Евой Грин.