Глава 15
Ранним утром Гресильда забрала часть испорченных платьев на стирку, вероятно надеялась их спасти. Что ж, если ткань не растворится от её пятновыводительных снадобий, то я буду очень этому рада. Я сняла сорочку и бросила её в сторону, чтобы подойти к зеркалу и посмотреть на отметки, оставленные хлыстом. Кожа была сплошь усеяна красными полосками, будто дикая кошка напала на меня сзади. А боль значительно уменьшилась, мне было лучше. Но из-за отвара я почти не смогла спать всю ночь, глаза припухли и выглядела я неважно. Что ж, вероятно во дворец с такой грустной физиономией меня не пустят. Живот устало запричитал, у него не было даже сил стонать и оповещать меня о голоде. Как давно я нормально ела? Уже и не припомню. Меня постоянно вышвыривают из-за стола за любое неловко сказанное слово. Скоро будут ставить миску около сторожевого пса, лишь бы не сажать меня рядом. Ему по нраву будут мои торчащие кости. Я покачала головой, посчитав свои мысли очередной глупостью. Но в воздухе витал запах тревожности, я все могла ожидать от поступков мамы и даже подобное. Я спрятала сверток с платьем глубоко под кроватью, чтобы никто не мог увидеть его и испортить. Но и сама даже не смотрела, путь будет сюрпризом. Будто это был сон, глупая шутка! А что, если я открою сверток, а там будет грязное ободранное платье? Нет, Лиллин, ты сходишь с ума. Снова надев сорочку, я прошла к чашке с водой, чтобы умыться. Прохладные капли приятно холодили кожу, перед выходом необходимо искупаться. Я не мало времени провела в подвале впитав кожей всю сырость.
- Тук, тук! – гортанно Сказала Гресильда и со своей мощной фигурой протиснулась в проем, держа в руках поднос с кашей и бутербродами. – Там внизу какая-то неразбериха. Снова эти портнихи, и эти, как их там мастера причесок.
- Лиллин! – воскликнула Лиррия, которая чуть не столкнула Гресильду. – Ты в порядке? Скажи, что ты в порядке?
- Я в порядке. – ответила я, но все, что я могла делать так это пускать слюни глядя на не аппетитную кашу.
- Я попросила Гресильду принести тебе обед в комнату, там даже стоять негде! – весело трещала Лиррия. Что с ней произошло? Я никогда не замечала в ней такую живость. Неужели на неё так хорошо повлияло мое избиение. Не хотелось бы проверять эту мысль снова.
- Держите девочки, кушайте. А вы, госпожа, завтракали? – обратилась она к Лиррии.
- Конечно, я проснулась раньше всех, предчувствуя какой кошмар ожидается к обеду.
- Обед? Уже обед? – опомнилась я.
- Да, снова все как с ума по сходили. – проворчала она.
- Ладно, оставлю вас, готовьтесь к празднику. Говорят, король хочет сделать какое-то важное заявление на балу.
- Какое заявление? – навострили мы уши, нетерпеливо глядя на повариху.
- Откуда ж я знаю. – усмехнулась она и её щеки стали вдруг гораздо круглее. – Может детей своих женить хочет, может ещё что... на рынке многое говорят, но что истина, не угадать. Ладно, пойду хлопотать на кухню.
Лиррия удобно уселась на моей кровати и схватила бутерброд. – Как твоя спина?
- Уже лучше, спасибо за отвар, он действительно помог. Только из-за него я не спала всю ночь, заснув лишь под утро.
- Ой. – опустила она глаза. – Это я виновата, положила больше лапчатки, чем требуется. Думала по быстрее поможет тебе избавиться от боли.
Я приподняла брови. – Травница из тебя никудышная, спасибо хотя бы не отравила меня.
- Лиллин! – испуганно таращилась Лиррия. – Я хоть и не лекарь, но от лапчатки нельзя умереть.
- Я пошутила. – ответила я, уплетая кашу.
- Не поверишь, как бьется мое сердце от радости, что мы пойдем куда-то вместе. Такое предчувствие, что что-то произойдет!
- Хоть бы тебя твое предчувствие обмануло. Не хотелось бы что бы что-то произошло, особенно по моей вине.
- Сразу ты думаешь о плохом.
- Представляешь, если действительно какой-то из принцев выберет Лорэниту? Заранее сочувствую его народу.
- Зато как мама рада будет, наконец отстанет от тебя. – улыбнулась Лиррия.
- Не отстанет. Станет искать какого-нибудь старика мне в мужья, она уже предупредила. Одно радует, стариканы долго не живут.
- О святые, Лиллин! – воскликнула Лиррия, - что за жестокость.
В дверь мимолетно постучали и мы увидели в проёме счастливую голову Тильды.
- Можно? – улыбнулась она. – Лиррия, тебя мама искала! Просила передать, что очень тебя ждет. Прям очень.
Громко, вздохнув и прочитав молитву мученицы она поднялась с кровати.
Лиррия подбежала к Тильде и схватив её за руки протараторила. – Умираю от любопытства как прошло твое свидание с Ойланом! Обещай, что расскажешь мне позже.
- Обещаю, - широко улыбалась Тильда. Они захихикали и тут же расстались.
Рыжеватые волосы Тильды, сегодня были зачесаны по-особому, не торчали во все стороны, а аккуратно заплетены в тугую косу. На её веснушчатом светлом лице было абсолютное счастье! Что-то в ней изменилось? Не уж то наконец поцеловалась со своим женихом.
Тильда бросилась обнимать меня.
- Ау! – вздохнула я, не ожидав её крепких объятий.
- Что произошло? – воскликнула она и грубо подтолкнула чтобы потом задрать сорочку и посмотреть, что же является причиной моего «АУ». Тильда никогда не церемонилась и не спрашивала моего разрешения, чтобы что-то сделать.
— Вот еще гоблинское пекло... - процедила подруга сквозь зубы. – Кто это тебя так? Матушка?
- Ага. – качнула я головой, убирая в сторону пустую тарелку с не самой вкусной кашей. Но я была так голодна что съела все до последней капли.
- Позволишь? – вздохнула Тильда.
- Валяй... - отмахнулась я, встав с кровати.
- Задница старой ведьмы! Проклятая карга с лицом подземной собаки! Да пусть её голова станет прибежищем для кучи блох! – Тильда ругалась изощренно и считала это высшим искусством. Я поджимала губы, чтобы не расхохотаться.
— Вот скажи, за что она так с тобой? Даже собаки и то не так жестоки к своим щенкам! За что она терпеть тебя так не может?
- Если бы я знала ответы на все вопросы. – вздохнула я, надевая платье, которое меньше всех пострадало от вчерашней холодной мести. Тильда помогла завязать на спине узел, да не сильно, чтобы мне было не больно. – Думаю, я ей просто не нравлюсь.
- Да разве ей кто нравится вообще? Наверное, королевский палач только вызовет у нее улыбку.
- Твоя правда. Не хочу говорить о ней. Пусть все останется на совести матери. Все поступки на высшем суде ей ещё припомнят. Расскажи лучше, как прошло твое свидание!
Тильда вскочила с кровати, густо по краснела и поджала губы, набрав полную грудь воздуха. – Лиллин...
- Да что произошло?
Подруга задрала рукав, где на внутренней стороне красовалась серебристая метка парных уз, красиво переливаясь на солнце.
Я закрыла рот рукой и вскочила с кровати так резко, что боль в спине почти не почувствовала.
- Тильда...не может быть?! КАК? – сердце билось так сильно, что казалось тут же выпрыгнет из груди.
- А вот так! Потому и не трогал меня все эти дни, негодник хитрый. Боялся, что я испугаюсь. А понял сразу, представляешь?
- Вот это выдержка! – восхищенно прошептала я, неотрывно рассматривая причудливый рисунок, герб их страны, два меча скрещенные над щитом, с витиеватыми красивыми узорами. – Теперь ты подданая двора войны и охоты, не могу поверить.
Мы крепко обнялись. Я так была рада, что подруга обрела высшее счастье, данное нам с небес. Нашла свою пару, среди огромного количества людей, существ, фейри. Но радость омрачалась с тем, что она навсегда меня покинет.
- Твоя мама знает уже? – прошептала я.
- Нет еще, Ойлан хочет рассказать ей сегодня, после праздника красных цветов. Ох, что будет... - причитала Тильда. – Мама с ума сойдет! Жалко их оставлять, но у меня ещё пять братьев и сестер, помощников хватает.
Улыбаясь, я не поняла, как глаза наполнились слезами и горькой грусти.
- Не плач, - прошептала она, держа меня за руки. – Прошу тебя не плач, Лиллин. Ты знаешь, как мне горько оставлять тебя здесь, мое сердце разрывается от мысли что ты останешься с этой ведьмой.
- Я просто так сильно рада за тебя, - смахнула я слезу. – Не переживай за меня. Ты ведь будешь нас навещать?
- Конечно. – выдохнула Тильда. – Как можно часто! Ты даже и не поймешь, что я живу в другом мире. Ойлан сказал, что служит при дворце, лишь ему одному под силу укротить силу природы, он кует мечи из грозы и грома. Представляешь? Они так его ценят, что позволяют наведываться к людям, когда ему нужно.
- А где вы будете жить? У него есть дом?
- Ты впору задаешь вопросы, как мать. Да, дом есть, прям около замка правителя, там и кузница.
- А ты чем будешь заниматься?
- Найду чем. Ойлан говорит, я могу и вовсе не работать, денег хватает на все, что пожелаю. Но я так не смогу, наверное, буду выращивать цветы или овощи, торговать ими. Он рассказывал, что есть специальные теплицы, защищающие от ветра и снега! Там же постоянная холодрыга, представляешь? Снега порой по пояс. – восторженно рассказывала подруга. У нас зимой его почти не бывает, лишь только пойдет снег, он тут же таял из-за теплой погоды.
Я всхлипнула. – Ты такая счастливая, Тильда! Я так рада за тебя, за вас.
Мы вновь обнялись, и уже подруга начала всхлипывать. – Вот, разнылась как малахольная девица. Всё из-за тебя, Лиллин. Я буду писать тебе письма, Ойлан поможет мне их отправлять. Я тебя никогда не забуду, моя подруга. Ты должна помнить обо мне и знать, что я всегда буду с тобой. Чтобы ни случилось, помни, у тебя есть крепкая опора в дворе войны. – она смущенно вздохнула. – Позволь считать тебя своей сестрой?
Я встала с кровати, и глубоко поклонилась. – Это большая честь для меня, Тильда. Быть твоей названной сестрой.
- Глупая! - отмахнулась она и бросилась опять меня обнимать, затем горячо зашептала. – Это для меня великая честь. Если все станет совсем невыносимо, я попробую уговорить Ойлана помочь, пусть просит правителя позволить тебе жить при дворе. Если хочешь, с нами!
- Ох, Тильда. Мне позволят лишь стать слугой при дворе, больше никаких условий. Не думаю, что жизнь слуги будет лучше, чем та, что уготована мне здесь. Но спасибо, что предложила. Не думай обо мне, лучше расскажи, как все случилось? Как пишут в книгах?
Она повела меня к южному окну, мы вместе сели на подоконник и смотрели на залитую солнцем улицу. – Вы с Лиррией нарядили меня словно принцессу. Красивой я такой себя никогда не видела. И вот, я шла на встречу к своему суженному, а в след мне оборачивались все на свете, думая, что за благородная дама. – хихикнула она. – А когда меня увидел Ойлан, он так и обомлел. Руки его затряслись и глаза задрожали, представляешь! Он крикнул, что больше так не может и бросился ко мне, заключив в свои объятия и поцеловал. Не знаю, как там пишут в книгах. Но расскажу, что было со мной. Воздух кругом будто затрещал, мне казалось, даже молния сверкнула в небе! Стало больно здесь... - она указала на сердце. – потом голова закружилась, стало не хватать воздуха, я думала, что помру прям в его руках. Ойлан крепко держал меня, чтобы я не упала, пока узор наших уз отпечатывался на руке. Боль такая, что хотелось выть! Но все быстро кончилось и тут я посмотрела на него! Глаза будто открылись, будто жить начала только вот сейчас! И счастье такое счастье, Лиллин, я и подумать не могла, что такое можно испытывать.
Слезы ручьем текли, пока она рассказывала о их волшебстве. Какой же великий дар, обрести любовь.
- И чушь это, что говорят невозможно находиться в дали друг от друга. Томко, да, тянет, но терпимо, справиться можно. – закончила Тильда. – Вот так вот, я знать и не знала, что так будет. Чудеса какие-то...Хватит ныть.
Я вытерла красный нос и глаза, и попыталась улыбнуться. – С тобой теперь не поспоришь. А что...что он говорит на счет бесконечной жизни? Хватит ли у него сил, сделать тебе такой подарок?
- Хватит. – поджала она губы и отвернулась. Ей придется наблюдать за тем, как стареют и умирают её родственники. – Ойлан оказался сильным фейри, не просто кузнецом. Главным королевским оружейником с даром укрощения сил природы. Хоть и награда, но кажется таким мучением смотреть как родные стареют.
- Зато на всегда останешься молодой и красивой. Ты ведь изменишься и превратишься в фейри.
- Но все человеческое ведь во мне останется?
- Ты будешь жить среди фейри, Тильда, должна стать такими же, как и они.
- Не хочу. – возмутилась она. – Хочу быть собой, а не как они.
- Уверенна с ними также весело, как и с людьми. Не переживай, это ты сейчас так думаешь, потом все изменится. Ты ведь как никто достоин такой любви, Тильда. Всю свою жизнь ты жила ради кого-то, помогала маме воспитывать своих братьев и сестер, помогала в работе. Может стоит подумать чуточку о себе?
- У меня то и выбора теперь нет. Куда я без него? – горько улыбнулась она. – Как сыграем свадьбу, то все. Ой, заболталась я! Мама сейчас мне задаст трепку, я ей обещала перемыть посуду.
- Иди уже. – подтолкнула я её. – Обещай, что зайдешь ко мне по прощаться, перед тем как покинешь Эфлием.
- Конечно. Моя сестрица, ты от меня так просто не отделаешься! – громко ответила Тильда и ухмыльнувшись закрыла за собой дверь.
Я выдохнула. Вот и случилось, близкие люди оставляют меня, обретая свое счастье. Но это гораздо лучше, чем та судьба, уготованная ей здесь, если бы она не встретила Ойлана. Всё-таки Богиня знает, когда нужно соединить дороги истинных пар. Пусть святые и Богиня, благословят их союз. Я поправила волосы, слегка пригладив их и решила спуститься вниз. Не смогу я сидеть весь день в комнате и смотреть в окно. Стоит по наблюдать за смешной суетой сестер и матери.
Это было безумнее, чем в первый день праздника Литы. Такая кутерьма, незнакомые люди бегали с кусками тканей, с ножницами и расческами, всюду валялись туфельки и украшения. Уставшая Лиррия в огромном платье полулежала на софе и громко стонала, что больше не хочет сидеть в этом ужасном платье. Дэррия плакала, закрыв лицо руками. Мама отчитывала её за то, что сестра набрала лишний вес и теперь платье с трудом сходиться на талии. Лорэнита гордо крутилась в прозрачном ночной, осматривая свою изящную фигуру. Мое появление заметила портниха.
- Ещё одна?! – разочарованно воскликнула рыжая женщина. – Госпожа, вы не говорили, что будет еще одна девушка!
Мама обернулась, смерив меня взглядом полного равнодушия и сожаления, что придется потратить лишнюю минуту на свою нелюбимую дочь. – Нет, этой девушке ничего не требуется. У неё есть платья.
- Да, у нее есть целая куууууча платьев. – противно протянула Лорэнита. – В чем же ты пойдешь на бал Лиллин? Уже выбрала.
- Не беспокойся обо мне Лорэнита. – ответила я, не обращая на нее внимание. – Тебе в пору беспокоиться о своей судьбе.
Лорэнита захохотала.
Я прошла к раскрасневшейся Лиррии, которая хотела уже вступить в схватку и положила ей руку на плечо, слегка сжав его. – Не надо, не влезай.
- Выходить нужно через два часа. – громко воскликнула мама. – Вам надо быть готовыми к этому времени! Не хочу опаздывать в замок из-за вашей нерасторопности, не медленно собирайтесь!
- Чудное платье. – прошептала я.
- Шутишь? Оно ужасное, я похожа на облако. – горько ответила сестра. – Не понимаю, почему не могу выбрать наряд сама, она считает, что лучше меня разбирается в моде. А эти портнихи, такие злые, искололи мне иголками все щиколотки.
- Лиррия, ни один наряд не способен испортить твою внешность и затмить твои красивые глаза. Перестань себя мучать, лучше собирайся скорее.
- А как же ты? Папа принес тебе платье?
- Принес, я надену его ближе к выходу.
- Я приду к тебе в комнату, когда буду готова. Мне хочется, кое-что сделать для тебя, Лиллин. Пусть будет сюрпризом, иначе ты начнешь ворчать.
Мне оставалось только молчать и улыбаться. Ладно, не буду терять время, и я отправилась на сборы. Как бы то ни шло, а выглядеть хотелось не хуже сестер. Пусть в этом мне никто даже и не поможет.
Около зеркала я мучалась собирая свои черные волосы в изящную прическу, но они были столь непослушными, что каждый раз я была похожа на пугало! Руки отказывались слушаться, и я устало и громко опустила голову на столик. Отлично, шишка на моем лбу будет отвлекать внимание от ужасной прически. Я гневно разобрала вавилоны, что с таким трудом построила на голове и вот уже смотрела на себя с образом лохматой ведьмы.
- Да и плевать мне! – расчесав волосы, которые из-за долгих стараний стали волнистыми, я решила оставить их такими. Тем более я считала, что это выглядит симпатично. Времени было уже мало, еще не много и они уедут во дворец без меня. Я залезла под кровать опасаясь испачкаться и достала сверток с платьем. Сердце мое замерло, когда я начала открывать подарок, мне казалось, оно совсем перестало биться, когда я достала из упаковки изумительно темно-синее платье, с тканью, будто сшитое из самого ночного неба с мерцающими звездами.
- О, Богиня, какая красота... - я и помыслить не могла, что когда-нибудь у меня будет такое красивое платье.
Радостно подскочив с места, я судорожно снимала себя то тряпье, что считала одеждой. Оно было столь прекрасным, что я не могла поверить, глядя на отражение. Так красиво сидело на моей фигуре, словно его сшили именно для меня. Удивленно приметив, что у меня есть талия и даже грудь. В меру пышное, ткань шелком струилось по ногам, переливаясь и мерцая будто драгоценные камни. Грудь уверенно подчеркивалась корсетом, плечи были открыты, а руки покрыты кружевами. Впервые в жизни мне казалось, что я красавица. Синий цвет так красиво оттенял мои зеленые глаза, так подходил к бледной белой коже и черным волосам, что красивой волной спускались по спине. Я коснулась своей шеи, ведь сюда требуется украшение, я бросилась к своей шкатулке со всякими безделушками, но ни одни бусы не подходили к этому платью. Среди разноцветных дешевых камней, я заметила то, что так по цвету подходил к наряду. Лунный камень, который подарил мне продавец на рынке. Он был на кожаном не большом шнурке, но этот полумесяц так красиво смотрелся, что казалось, что я нашла лучшее украшение для себя. В отражении смотрела незнакомка, которой было неловко за то, что она так прекрасно выглядит. Конечно, это платье не сравнится с королевскими нарядами сестер, но я и не стремилась их превзойти.
- Лиллин я... - в комнату без стука зашла Лиррия, держа в руках коробочку. Она, открыв рот стояла около двери, её глаза расширились, и она даже забыла, как моргать.
- Всё так ужасно? – настороженно спросила я.
- Святая матерь, ты выглядишь как королева, не меньше, Лиллин. Ох, это платье достал папа? Вот кому в пору обращаться за советом о нарядах. – хихикнула Лиррия осматривая меня со всех сторон. – Сестры с ума сойдут от зависти, ты вообще всех сведешь с ума, Лиллин! Какая же ты красивая, у меня нет слов.
- Гоблинское пекло! – воскликнула Тильда. – Лиллин это ты!?
- Перестаньте, девочки вы вгоняете меня в краску. Я совсем не привыкла к подобному. – шептала я, кружась около зеркала.
- Тебе и привыкать не надо, ты будто создана для такой роскоши, - тараторила Тильда. – Хоть бы глазком увидеть, как по тебе пускают слюни вся эльфиская знать. ОЙ, прости Лиррия, ты тоже великолепно выглядишь! Вы вдвоем сведете с ума всех!
- Ну не всех, а кого-то одного. – загадочно ответила сестра. – Я пришла к тебе, как и обещала, - ответила Лиррия, усаживая меня на стул. – Ничего не говори, просто помалкивай, знаю, ты это не любишь, но потерпи, сегодня важный день!
- О, нет, Лиррия, я знаю, что ты задумала! Я не буду наносить эту краску на свое лицо! Ни за что! – возмутилась я, вырываясь.
- Ещё как будешь! Иначе я скажу Тильде, чтобы держала тебя, и, если будешь вырываться станешь похожа на продажную девку.
- Лиррия... - хныкала я.
- Да брось Лиллин, Лиррия знает как лучше, она то была на этих балах.
- Там все наносят краску на лицо, Лиллин. И это не уродует, а наоборот подчеркнет твою красоту еще больше. Хватит себя вести как капризный ребенок!
Бесполезно было спорить с сестрой, я разглядывала её пока она наносила плотную маслянистую краску на мои губы. Лиррия была так красива, как нежный цветок, как дама за сердце которой могут биться на турнирах. Про таких как она сочиняют баллады и песни. Её нежное красивое лицо было сосредоточено на мне, карие глаза с длинными ресницами внимательно следили за всем, что она делает. Чуть румяные скулы, и нежно розовые приоткрытые губы, так красиво улыбались мне. Волосы Лиррии красиво собраны в высокую прическу, с ниспадающими волнистыми прядями по обеим сторонам лица, там же, все это великолепие держала небольшая аккуратная, но вместе с тем, шикарная диадема с красным камнем. Её платье не было тем кошмаром, о котором она упорно говорила. Роскошное, пышное небесно-голубого цвета, грудь держал плотный корсет, украшенный жемчужинами, а на руках атласные перчатки белого цвета. Мне хотелось задать вопрос, почему на диадеме красный камень, ведь он не слишком подходил к образу, но я не стала портить ей настроение. Мы выглядели как две противоположности одного целого. Она словно дневное небо, а я ночное.
- Закончила! – гордо сказала Лиррия, оценив свое колдовство над моим лицом. – Можешь восторгаться.
Я открыла рот от удивления. Эта незнакомка, что смотрела на меня казалась дерзкой и необыкновенно красивой. Но красота её была не нежна, как у Лиррии, а опасна. Манила и притягивала, своей загадочностью. Обещала страстные ночи, но взамен брала гораздо больше, чем собиралась отдать. Та девушка с черными как вороново крыло волосами, изогнутыми ресницами с горящими ярко зелеными глазами, выделенные черной дымчатой краской, приоткрыла идеально пухлые губы, красного цвета, - была я.
— Это не может быть правдой, Лиррия. Это не я.
— Это ты, и всегда будешь ею. – успокоила сестра. – Просто ты гораздо чаще лазила по деревьям и крышам, а не ходила в изысканных нарядах. Большой грех скрывать эту красоту, Лиллин. Это все ты!
Тильда стояла и растерянно смотрела на меня, впервые в жизни не зная, что сказать. Это было на нее не похоже. – Лиллин, ты так красива, что невозможно отвести взгляд. Поверить не могу, что не замечала этого раньше! Ух, сколько женихов ты сегодня соберешь вокруг себя.
- Этого хочется меньше всего. – проворчала я. – Может стереть краску? Мне неловко и неудобно, словно маска на лице. Я хочу быть собой!
- Вот увидишь, там все такие, ты утонешь в роскоши дам! Каждая старается привлечь внимание как может. А тебе и делать ничего не надо. Просто наслаждайся Лиллин.
Я покачала головой, спорить и что-то исправлять совершенно не было времени. Поэтому из шкафа я выудила свои единственные туфельки, хоть и потрепанные, но довольно удобные.
- уговорили, уговорили... Но, если мама сейчас отправит меня умываться?
- Мы уже решили этот вопрос с папой. – гордо заявила Лиррия. – Они поедут на другом экипаже, и выезжают сейчас, чтобы приехать раньше времени и занять выгодные места. А мы, отправимся после, с папой на другом экипаже. Папа не будет заставлять тебя умываться, а по приезду во дворец, матушке придется смириться с твоей красотой.
- Ты все продумала, - удивилась я. – Сколько же в тебе секретов, Лиррия. Ты скрывала свою хитрость годами.
- Что поделать, жестокие нравы заставляют играть по их правилам. Тильда... - Лиррия замолкла, как только увидела узор уз на закатанных рукавах подруги. – Что это?
Она схватила её за руку и притянула к себе, - То, что я думаю?
- Ага. – кивнула она.
- И скрывала???
- А когда рассказать, ты вся в делах!
Лиррия взвизгнула и кинулась на шею Тильде.
- ты сейчас испортишь свою прическу, - причитала она, задыхаясь в крепких объятиях.
- Да плевать я хотела на нее! – кричала сестра. – Умираю как хочу узнать все подробности!!! Но мы так спешим.
- Я расскажу все перед тем, как отбуду в новый дом. Моя мама еще даже не знает, не выдавайте меня раньше времени. Ладно, я зашла, чтобы посмотреть на самых красивых девушек и пожелать вам удачи, пусть Богиня благословит вас! – она с такой грустью посмотрела на меня и скрылась за дверью, хлюпая носом. Никогда не видела её столь растроганной.
- Поверить не могу. – прошептала Лиррия. – Какая же она счастливица!
- Уверенна и тебя ждет счастливое будущее. – прошептала я, поглаживая ее спину.
- Ох, надеюсь нас обеих ждет счастливое будущее. – она взяла меня за руку и обернулась, в мягких карих глазах стояли слезы. – Спасибо, что решилась пойти. Чтобы не случилось, не опускай руки.
- Ты о чем?
- Да так, сама не знаю, что говорю уже. Так волнуюсь. Надеюсь, ты подберешь слова, когда увидишь дворец изнутри. А уж какие мужчины там, ох...Такие только в неприличных снах являются.
- Какое счастье, что неприличные сны, мне не снятся.
- Да уж прям. – хохотнула она. – Так уж не снятся?
Лиррия подошла к окну и выглянула. – Они уже уехали, странно что мама не зашла на тебя посмотреть, но это даже нам на руку. Её ничто не интересует более чем старшие сестры. Мне кажется, она волнуется даже больше них.
- Ещё бы! – подошла я. – Такой шанс избавиться от всех. Она потеряет смысл жизни.
- Смысл её жизни — это обогатиться и прославиться, стать желанной и почетной гостьей в замке и в любом знатном доме.
- Меня пугает, сколь разменной монетой мы для нее приходимся. Разве есть хоть не много любви в ней, Лиррия? Или она любит деньги, больше, чем собственных детей.
- Ты и сама знаешь ответ на свой вопрос, Лиллин. Идем, нам уже пора выходить. Папа, наверное, заждался.
Хихикая мы вместе спустились по лестнице, Лиррия шла чуть впереди меня, а я вдруг решила ощутить себя знатной госпожой и медленно шагала по ступеням вниз, с прямой спиной и вздернутой головой. Не знаю, откуда во мне это, но ощущение было не с чем не сравнимо. Будто все правильно, все так и должно быть. Пусть это выглядит не по-настоящему, и я самозванка, одетая в шикарный наряд. Пусть это на один вечер, а завтра сказка растает по утру, словно сон и будто ничего и не было. Останутся лишь воспоминания. Так пусть же они будут счастливыми!
Папа, заметив нас, отложил свою рукопись с новостями и надев очки, встал с мягкого кресла. Его рот был открыт, а глаза от удивления расширились.
- Девочки мои... – выдохнул он. – Лиллин, я и подумать не мог что ты такая красавица. Лиррия, ты мой нежный цветок, ты несравненна.
- Папа, большой грех был прятать Лиллин от всех. – чмокнула она его в щеку.
Он вновь посмотрел на меня, когда я подошла. – Ты так похожа на...
- На кого? На бабушку? – улыбнулась я.
- Да, на бабушку. Ох, что это мы, нужно спешить во дворец, иначе пропустим все веселье. Изетта с ума сойдет, если мы опоздаем. Надеюсь, Богиня пошлет радость в наш дом. Не отходите от меня, пожалуйста. Теперь за вами глаз да глаз.
Мы взяли папу под руки с обеих сторон и вышли на улицу, где нас уже ждал экипаж с лошадьми.
- Подумать только, с такими красавицами в сопровождении! Все мне обзавидуются!
Настроение было прекрасным. Пусть сегодняшний вечер, будет ярким событием в нашей жизни.