Глава 21. Спасти невинную жизнь
— Ваша светлость, вы вернулись!
Когда карета подъехала к особняку, дворецкий склонил голову в знак приветствия своему хозяину. Герцог де Вальт сошёл вниз, потирая переносицу, будучи немного уставшим после долгой поездки.
Вечер на императорском банкете прошёл совсем не так, как он ожидал.
Немного опоздав к началу из-за пробок, мужчина с удивлением обнаружил, что к моменту его приезда все были в панике. Слуги торопливо оттирали кровь с паркета, а императрица и вовсе находилась на грани обморока.
Как оказалось, причиной переполоха являлась наследная принцесса. Правда, она уже успела уехать. Прежде герцог никогда не встречался с ней лично, поскольку, в отличии от остальных членов императорской семьи, девушка не любила посещать светские мероприятия. Проводя всё свободное время на поле боя или в своих владениях, её редко можно было застать во дворце.
И всё же...
По свидетельствам очевидцев, наследная принцесса действительно производила ужасное впечатление. Любой, кто сталкивался с ней лицом к лицу, запоминал эту встречу до конца жизни. Если, конечно, ещё оставался в живых...
В душе Виктор де Вальт испытал облегчение от того, что ему удалось избежать этого момента.
В общем, даже после того, как суматоха, возникшая после её прихода была устранена, неприятный осадок оставался среди гостей до конца вечера. Дворяне изо всех сил старались сохранять натянутые улыбки, но все разговоры сводились к одному и тому же.
В итоге банкет завершился полной сумятицей. Даже хорошая музыка и роскошные декорации не смогли спасти испорченную атмосферу. Герцог поболтал со старыми знакомыми, выпил немного вина, когда мероприятие уже подошло к концу.
Император и императрица спешно поблагодарили всех за визит и удалились. Следом за ними потянулись и остальные гости.
Проведя ночь в гостиничном номере, герцог рано утром отправился в обратный путь. Его не было дома почти сутки, и глава семьи поинтересовался, что произошло в резиденции за это время.
Пока они шли по каменной дорожке к главному входу, Виктор продолжал задавать дворецкому вопросы:
— Как обстоят дела в доме?
— Ваша светлость, за время вашего отсутствия ничего примечательного не произошло, — докладывал тот, — Молодой лорд ещё не вернулся с занятий, а миледи... Она тоже ведёт себя как обычно.
— Хм?
Заметив, что дворецкий замешкался при последних словах, он уточнил:
— Рассказывай.
Личный слуга герцога вздохнул. Как и ожидалось, ничто не ускользнет от его проницательного взора. Дворецкий просто не хотел беспокоить своего господина сразу после его возвращения.
— Ну... Сегодня утром миледи и её служанка куда-то уходили. А когда вернулись, то надолго заперлись в комнате.
— Хм... Что-нибудь ещё?
— Ах, да, — вспомнил слуга, — Миледи также просила позвать доктора. Он ушёл как раз перед вашим приездом.
— Ты говоришь, она вызывала Ксавье? — герцог нахмурился.
— Именно так...
— В чём дело? Она нездорова?
— Я... Я не уверен, — дворецкий почувствовал себя виноватым, что не догадался остановить лекаря и спросить об этом: — Мне пойти и узнать?
— Не стоит, — холодно ответил тот, — Я сделаю это сам.
Внезапное решение господина удивило дворецкого. Впервые за последние несколько лет Виктор де Вальт сам решил проведать миледи в её комнате.
Сразу же после своего возвращения герцог направился в то крыло поместья, где жила его младшая дочь.
***
В тот момент, когда раздался стук в дверь, я едва не схватила очередной за этот день сердечный приступ. Едва сдержав волнение в голосе, я слабо ответила:
— Д-да?
— Камилла.
Когда я поняла, что это мой отец, мое сердце окончательно упало.
— Я слушаю тебя, отец.
— Мне сказали, что ты приглашала Ксавье сегодня, — бесстрастно отозвался тот, — Это правда?
— Д-да. С утра мне было немного нехорошо, и я решила на всякий случай провериться у врача.
— Ясно.
Я не могла поверить своим ушам. Впервые за семнадцать лет отец решил справиться о моём самочувствии? Неужели у этого человека наконец-то проснулась совесть?
Но, как оказалось, я слишком рано поспешила с выводами. Ведь всего несколько секунд спустя...
Вздох.
— Не вызывай больше доктора без причины. Ксавье — уважаемый в империи врач. Ему нет дела до твоих глупостей.
Отстранённый тон герцога в этот момент вывел меня из себя. Я не могла поверить, что, когда его собственная дочь болеет, его волнует только это? Что я буду «обременять» своими заботами другого человека? В конце концов, семейный врач оказался для него даже ближе, чем я.
Подавив внутренний гнев, я сдержанно ответила:
— Я понимаю, отец. Обещаю, что больше такого не повторится.
Его шаги отдалялись. В итоге он разговаривал со мной за дверью и даже не соизволил войти в комнату. Конечно, в данной ситуации это было мне только на руку. Но в то же время... Я была немного разочарована тем, что мне даже не пришлось придумывать никаких отговорок, чтобы не впустить его.
Ему действительно было абсолютно всё равно на меня.
Я горько улыбнулась. В конце концов, мне следовало этого ожидать, особенно если учесть, с какими бессердечными людьми я имею дело. Не удивлюсь, если эти двое даже не придут на мою свадьбу или похороны.
Не знаю, почему я поместила два этих события в одном предложении...
В любом случае, как только опасность миновала, я снова повернулась к девушке на своей кровати. Всего пару минут назад она ненадолго пришла в себя. Я удивилась, что это произошло так быстро после окончания всех процедур.
Похоже, что с таким крепким здоровьем мне действительно не стоит беспокоиться о её будущем.
Простолюдинка приходила в сознание всего на полминуты. И за это время она успела произнести только одно слово.
Как только я увидела, что её веки слегка приоткрылись, то сразу бросилась к ней. Удивительно, как в почти полностью бессознательном состоянии её золотистые глаза пристально смотрели на меня.
— Ты... Кто ты...
Едва шевеля губами, она даже не могла найти в себе сил произнести фразу. Я схватила её за руку.
— Всё в порядке, — убедительно сказала я, — Ты можешь не бояться. Я не причиню тебе вреда.
Она бессвязно бормотала, пытаясь что-то сказать. Она вцепилась в мою руку.
— Как тебя зовут? Где твоя семья? — продолжала задавать вопросы я.
«...»
Но прежде чем она успела произнести хоть слово, простолюдинка потеряла сознание.
«О, похоже, она ещё слишком слаба...»
Что ж, это неудивительно.
Я уложила её поудобнее и накрыла сверху одеялом. Затем, подперев подбородок кулаком, я невольно стала смотреть на неё. При одном взгляде на её лицо, сияющее чистотой и детской непосредственностью, мое сердце трепетало. Эта простолюдинка была похожа на ангела больше, чем сам ангел.
— Интересно, как тебя зовут? — тихо пробормотала я, глядя на спящую девушку.