Знойное желание

Из-за часовни показались двое мужчин. Они несли какой-то большой и явно тяжелый сверток. Что-то обернутое в мешковину и обмотанное веревками. На мгновение Т/И показалось, что это труп, и она зажала себе рот рукой, чтобы не закричать.

– Осторожней, болван! – Т/И сразу же узнала этот голос, хотя слышала его всего один раз. Боже праведный!Минхёк ! – Это ж целое состояние, а ты того и гляди уронишь, разобьешь, – продолжал тот ворчать.

Они открыли багажник и, сдавленно чертыхаясь, с трудом уложили таинственную ношу туда. Т/И замерла в своем укрытии, пытаясь даже не дышать. Она понятия не имела, чем они тут занимаются, но вовсе не хотела, чтобы ее застукали.

Шепотом о чем-то посовещавшись, двое злоумышленников влезли через проем в часовню. Т/И выпрямилась. Ясно одно – эта парочка явилась сюда не с добром. Их необходимо остановить. Но возвращаться в дом, значит, заодно выдать и себя. А ведь главная се задача – поскорее добраться до машины Ангелины.

Ничего, успокаивая совесть, подумала молодая женщина. Остановлюсь у первого же телефона-автомата и позвоню. Она осторожно начала обходить машину, собираясь во всю мочь припустить за угол замка – к безопасности.

Багажник так и стоял нараспашку. Т/И не смогла устоять перед искушением заглянуть в него. И обомлела – угол мешковины отогнулся и из-под него виднелось прекрасное и невозмутимое бронзовое лицо. Статуя, подумала она в приступе внезапной паники. Они украли статую!

– Добрый вечер, мисс, – раздался вдруг у нее за спиной издевательски-вкрадчивый голос Минхёка. Т/И резко развернулась, не в силах сдержать крик ужаса. – Я так и думал, что это вы тут шныряете. Не слишком-то достойное занятие для милашки господина.

– Как вы смеете так со мной говорить! – возмутилась она. – И что вы собираетесь делать со статуей?

– Да ровным счетом ничего. Подержим в надежном месте, пока маркиз не решит, сколько ему не жалко за нее выложить. Киён мне рассказала эту дурацкую легенду. Мол, без нее род Кимов падет. – Он гнусно ухмыльнулся. – Интересно, господин Ким очень суеверен?

– По-моему, вы уже должны были усвоить, что он не откликается на требования выкупа, – едко заметила Т/И.

– А, вы об этом. – Минхёк пожал плечами. – Но кусок металла не проболтается и не оставит письмо с планами валяться на самом видном месте. Честно говоря, с Киён связываться – сплошная головная боль. Девчонка того не стоит. Но ничего, я все равно получу такой навар, какой мне прежде и не снился.

– У вас ничего не выйдет.

– В самом деле? – Он осклабился еще шире. – И кто ж мне помешает, мисс? Уж не вы ли? Ну это вряд ли. Вы, моя дорогая, подсластите мне и без того сладкий кус. Думаю, Ким раскошелится ради того, чтобы заполучить вас обратно. Вместе с изваянием.

Он глянул куда-то поверх ее плеча и кивнул. А в следующее мгновение на голову и плечи Т/И легло тяжелое одеяло. Она брыкалась, барахталась и извивалась, как могла, пыталась кричать, звать на помощь, но толстая пыльная ткань заглушала все звуки. Тем временем похитители поспешили обвязать живой сверток грубой веревкой, накрепко примотав Т/И руки к телу. Все еще брыкающуюся и вырывающуюся, ее подняли и швырнули в машину.

– Ну что, красотка, в постели Кима, небось, помягче? – насмешливо осведомился ненавистный голос Минхёк. – Не переживай. Ты вернешься туда, как только твой любовничек передаст нам деньги.

Т/И хотела разубедить их, объяснить, что они ошибаются, что маркиз не даст за нее ни единой крошки. Но автомобиль уже тронулся с места, и слова ее потонули в рокоте мотора.

Поездка была просто ужасной и длилась целую вечность. Автомобиль трясло и подбрасывало на каждом ухабе. Лежа на заднем сиденье, Т/И отчаянно пыталась глотнуть свежего воздуха через прорехи в одеяле и не слететь при этом на пол. Сперва она надеялась хоть примерно заметить время пути, чтобы определить, далеко ли ее завезли, но это оказалось решительно невозможно.

К собственному изумлению, она поняла, что больше зла, чем напугана. Ей вспоминались слова Тэхёна о Минхёке: тот хоть и алчен, но не слишком опасен, слишком уж ленив. Этакий охотник за легкой поживой. Украв статую Суён, негодяй откусил кусок себе не по зубам.

Т/И когда-то читала, что, если тебя связали, надо сперва напрячь, а потом расслабить мышцы – тогда веревка станет чуть посвободней. Однако когда она попыталась проделать этот фокус, у нее ничего не вышло. Похитители запаковали ее, как посылку. Веревка больно врезалась в тело даже через толстое одеяло. Бедняжке стало уже всерьез плохо, когда наконец тормоза пронзительно взвизгнули и автомобиль остановился. Раздался звук открываемой дверцы, и Т/И потянули из машины.

– Вставай, красотка, – послышался приказ. – Шагай вперед, да поживее.

Негодяи стояли по обе стороны от дверцы, поняла Т/И и с пронзительным криком что есть сил лягнула ногами в обе стороны. Наградой ей стали два сдавленных вопля боли. Руки, державшие ее, на миг ослабли. Она рванулась вперед, пытаясь бежать, но в следующее мгновение что-то ударило ее по голове. Царившая под одеялом тьма стала кромешной, и Т/И окончательно потерялась в этой тьме.

Веки у нее были словно склеены. Открыть глаза оказалось утомительной задачей, на решение которой ушла масса времени. Когда молодой девушке наконец это удалось, она обнаружила, что смотрит на простенький фарфоровый плафон, в котором сиротливо горит тусклая лампочка.

Это не подвал, подумала пленница, с трудом приподнимая гудящую голову и оглядываясь по сторонам. Странно. По ее представлениям, логову похитителей надлежало выглядеть совсем иначе. Более зловеще, что ли.

Узилищем ей служила самая обычная комната, какую можно увидеть в любом местном крестьянском доме. Т/И лежала на кровати, босоножки с нее были сняты – должно быть, дабы не запачкать безупречно чистое покрывало.

Вот здорово, оказывается, у моих похитителей сохранились еще какие-то понятия о гигиене, с иронией подумала пленница. Однако положение ее от этого не сделалось менее серьезным. Ноги Т/И были свободны, зато руки накрепко связаны за спиной.

Молодая девушка продолжала оглядывать место своего заточения. Судя по всему, хозяева домика были людьми небогатыми. Обстановка отнюдь не блистала изяществом или вкусом – пара грубых деревянных стульев, такой же стол, на дощатом полу потертый и выцветший ковер. На окне висели ситцевые занавески в цветочек, за которыми проглядывали тяжелые ставни – уж верно, надежно запертые.

Т/И устало опустила голову на подушку. И что прикажете делать теперь? Она понятия не имела, сколько сейчас могло быть времени, и, как ни изгибалась, не смогла увидеть циферблат наручных часов. Оставалось лишь запастись терпением и ждать.

По счастью, долго ждать ей не пришлось. Раздался звук поворачиваемого в замке ключа, и в комнату вошел невысокий молодой человек – по всей видимости, второй участник грабежа. Он был пониже Минхёка, зато шире в плечах, а простоватая широкая физиономия его, в обычных условиях, похоже, часто расплывавшаяся в ухмылке, сейчас застыла в испуганно-угрюмой гримасе.