Небесная пропасть

Только что миновала глубокая осень, а в Чанъане уже выпал первый снег в этом году. Он шёл непрерывно, словно не зная устали. Но по сравнению с лютой стужей снаружи, в частной школе было тепло, как весной: работали подземные печи, и даже с открытыми окнами холода не чувствовалось.

В обрамлении заснеженного пейзажа за окном молодой учитель в безупречно белых одеждах сидел на помосте из абрикосового дерева. В руках он держал «Книгу песен» и неторопливо читал вслух. Его голос был мягок и благороден, как нефрит:

— Персик в нежном цвету, ярким пламенем горя, словно девушка та, что выходит замуж, в дом войдя, лад и покой хранит...

Он читал строку, и ученики в грубых холщовых одеждах старательно повторяли за ним. Лишь один юноша на последнем ряду, облачённый в роскошную чёрную лисью шубу, склонив голову, что-то сосредоточенно писал кистью. Вскоре молодой учитель заметил это. Его рука, держащая книгу, слегка дрогнула. Помедлив мгновение, он произнёс:

— Мо Сань.

Но юноша в роскошной одежде был погружён в свой мир и не услышал, что его зовут. Молодому учителю пришлось отложить свиток и подойти к нему. Остановившись у края его стола, он увидел, как кисть в руке Мо Саня вдохновенно выводит иероглифы. На белоснежной бумаге было плотно исписано одно-единственное имя...

Нин Чжи Юй.

Его собственное имя.

Сердце Нин Чжи Юя сжалось, горло словно перехватило. Внезапно он вспомнил прошлую жизнь: как Повелитель Демонов так униженно умолял его стать его Королевой, просил научить его писать его имя. А он ни разу не согласился, ни на мгновение не смягчился.

Он не знал, почему после того, как его душа и тело рассеялись, он переродился в мире смертных простым человеком, а Мо Сань, бывший Повелителем Демонов, спустя десять тысяч лет также пал в колесо перерождений и стал человеком.

Переходя через мост Найхэ, Нин Чжи Юй не выпил суп Матушки Мэн. Мо Сань же, очевидно, выпил, и когда они встретились в мире смертных, он не узнал его.

Переродившись в императорском роду, Мо Сань унаследовал титул своего отца и стал самым молодым князем из другой династии во всей столице Чанъань. Случайно познакомившись с Нин Чжи Юем и узнав, что тот, живя в бедности, всё же открыл частную школу для детей из бедных семей, он проникся сочувствием. Князь пожертвовал немалые средства, чтобы построить школу и подарить её Нин Чжи Юю, чтобы тот мог лучше учить и воспитывать детей.

Нин Чжи Юй не хотел принимать незаслуженные дары. Раньше у него не было денег на школу, и он учил детей в нескольких своих соломенных хижинах, поэтому и учеников мог принимать ограниченное число. Но Мо Сань так настаивал, что в конце концов Нин Чжи Юй принял его доброту. Однако документы на право владения землёй он ни за что не взял — он лишь использовал место, предоставленное князем, для благих дел.

Нин Чжи Юй думал, что их судьба на этом и закончится. Однако он не ожидал, что с первого дня открытия его школы Мо Сань станет приходить на его занятия каждый день. Хотя для молодого князя Четверокнижие и Пятикнижие должны были быть давно уже выучены наизусть, он не пропустил ни одного урока.

У всех на устах было, что князь Мо Сань обручён с самой любимой принцессой императора — Мин Фэн. В этой жизни они оба стали смертными, и пути богов и демонов их больше не разделяли, но они оказались бессильны перед игрой судьбы.

Может быть, Небеса наказывали его за то, что в прошлой жизни он ни разу не оценил по достоинству того, кто по-настоящему любил его. И теперь их связь прервана.

Но Нин Чжи Юй никогда не думал, что даже потеряв память о прошлой жизни, Мо Сань всё равно будет питать к нему такие чувства. Глядя на лист бумаги, исписанный его именем, его сердце забилось, как барабан. Он с трудом произнес:

— Ваше Высочество... что это вы делаете?..

Мо Сань опомнился и, осознав, что натворил, густо покраснел. Он смял лист и, явно пытаясь скрыть смущение, сказал:

— Н-ничего... просто мне показалось, что имя учителя Нин очень красивое, и я решил... потренироваться в каллиграфии, используя его...

В этой жизни Мо Саню было всего восемнадцать лет, но ростом он был почти метр восемьдесят, и, вставая, возвышался над Нин Чжи Юем на целую голову. Должно быть, благодаря заботе родителей в нём ещё не угас юношеский пыл, и он сохранял ту неуловимую свежесть, которая бывает на границе между юностью и зрелостью.

В прошлой жизни Повелитель Демонов был властным и деспотичным. Нин Чжи Юй никогда не видел его таким застенчивым, и сердце его наполнилось нежностью. Он невольно улыбнулся:

— Ничего страшного. Только прошу, будьте внимательнее, чтобы ваши соседи по парте не отвлекались.

Мо Сань уже хотел ответить, как вдруг снаружи поспешно вбежал старый евнух с мухогонкой в руках и, склонившись к уху князя, тихо доложил:

— Ваше Высочество... принцесса Мин Фэн пожаловала, говорит, что у неё к вам срочное дело.

— Братец А'Сань! — донеслось раньше, чем появилась сама принцесса.

Мо Сань обернулся к окну и увидел, как принцесса Мин Фэн, одетая в розовую меховую накидку, с радостным, озорным лицом, прижимая к себе оранжево-розовую грелку, стремительно бежит по снегу в его сторону. За ней спешила служанка в голубой стёганой куртке, с испуганным лицом крича: «Ваше Высочество, осторожнее!» — боясь, как бы принцесса не упала.

Принцесса Мин Фэн не обращала на неё внимания. Все её мысли были только о Мо Сане.

Принцесса Мин Фэн была самой любимой младшей дочерью императора. С детства она привыкла, что любые её желания исполняются. Если бы она сказала, что у неё срочное дело к Мо Саню, а тот не пошёл бы, она непременно устроила бы в школе скандал. Мо Сань не хотел доставлять Нин Чжи Юю неприятности и мешать ему вести урок, поэтому, как бы ни было ему жаль, ему пришлось попрощаться с Нин Чжи Юем:

— Учитель Нин, у меня сегодня срочное дело, нужно уйти пораньше...

Нин Чжи Юй, скрывая разочарование, улыбнулся:

— Хорошо. Снег ещё не убрали, скользко, Ваше Высочество ступайте осторожно.

— Хорошо, — помедлив, Мо Сань добавил: — Завтра я снова приду на вашу лекцию.

На сердце у Нин Чжи Юя стало немного легче. Он знал, что в этой жизни ему и Мо Саню не быть вместе, но, если бы можно было управлять чувствами по своему желанию, они бы не назывались любовью. Пока это не противоречило нравственным нормам, он радовался даже возможности лишний раз увидеть Мо Саня.

— Братец А'Сань! — едва Мо Сань вышел за дверь, как принцесса Мин Фэн с кокетливым возгласом бросилась к нему. Она сунула грелку служанке, кинулась в объятия Мо Саня, обхватила его за талию и, задрав голову, сказала: — Сколько времени ты уже не уделял Мин'эр должного внимания? С тех пор как ты открыл здесь школу, ты приходишь сюда каждый день. Неужели учитель Нин преподаёт лучше, чем наставник из Императорской академии?

— Если ты и дальше будешь так прятаться и не видеться с Мин'эр, я пойду и скажу отцу, чтобы он приказал снести эту твою убогую школу!

Если бы ученики в школе были не мужчинами, принцесса Мин Фэн могла бы заподозрить, что Мо Саня приворожила какая-нибудь лисица-оборотень.

Она уже приходила сюда осмотреться. Ученики здесь были в основном из бедных семей, все грубые и неотёсанные. Единственный, кто выделялся внешностью и кого невозможно было забыть, — это учитель Нин Чжи Юй.

Нин Чжи Юй был необыкновенно хорош собой, красив, как ясная луна. Должно быть, у него был какой-то особый талант или знания глубже, чем у наставников из Императорской академии, раз Мо Сань так им увлёкся.

Принцесса могла понять, что Мо Сань увлечён учёбой. Но она не могла покидать дворец по своему желанию, а если Мо Сань не приходил во дворец, она не могла его видеть. С каждым днём она злилась всё сильнее. Сегодня она тайком сбежала из дворца, спрятавшись в повозке закупщика евнуха.

— Мин'эр, не шали, я провожу тебя обратно во дворец, — сказал Мо Сань. Понимая, что Нин Чжи Юй, возможно, смотрит на него из школы, он инстинктивно попытался отстранить принцессу от себя, но та обнимала его слишком крепко, а применить силу было нельзя — можно было нечаянно сделать больно изнеженной принцессе.

— Не хочу обратно во дворец! Хочу, чтобы Братец А'Сань погулял со мной по городу! — воскликнула принцесса Мин Фэн.

— Хорошо... как скажешь, — сдался Мо Сань. — Только отпусти меня сначала.

Принцесса Мин Фэн радостно разжала руки, отпустив его талию, и взяла его за руку, сияя улыбкой.

Мо Сань попытался высвободить руку, но не смог. Прежде чем покинуть школу вместе с принцессой, он не удержался и обернулся, в сторону класса. К его удивлению, его взгляд встретился с глазами Нин Чжи Юя, который сидел на помосте и держал в руках свиток.

Нин Чжи Юй на мгновение растерялся, затем опустил глаза и отвернулся.

— Учитель? Учитель? — несколько раз позвали ученики.

Нин Чжи Юй очнулся и услышал, как ученик с первой парты спрашивает:

— Персик в нежном цвету, ярким пламенем горя, словно девушка та, что выходит замуж, в дом войдя, лад и покой хранит... Учитель, а какая следующая строка?

— Следующая строка... — Нин Чжи Юй заставил себя вернуться к мыслям и вновь сосредоточился на свитке. — Персик в нежном цвету, крепок, крупен плод, словно девушка та, что выходит замуж, в дом войдя, лад и покой хранит...

— Персик в нежном цвету, тенист, пышен лист, словно девушка та, что выходит замуж, в дом войдя, в семье лад хранит...

После того дня Мо Сань не появлялся в школе целый месяц. Ходили слухи, что весной принцессе Мин Фэн предстояла церемония совершеннолетия, а после неё будет свадьба. Она станет принцессой Мо Саня, и они будут делить одно ложе при жизни и одну могилу в смерти.

Тот, кого он когда-то так ненавидел, так проклинал и так сильно любил, теперь не имел к нему никакого отношения.

Каждый раз, думая об этом, Нин Чжи Юй ворочался и не мог уснуть. Его смертное тело с рождения было слабым, он часто болел. Сейчас он не мог ни есть, ни спать, и не прошло и месяца, как он заболел.

Но в школе был только один учитель, и, если он не будет вести занятия, ученикам будет негде учиться. Поэтому, даже больной, он каждый день приходил в школу.

За несколько дней до свадьбы Мо Саня жители города только и говорили, что об этой грандиозной церемонии. Куда бы ни пошёл Нин Чжи Юй, везде слышались имена Мо Саня и принцессы Мин Фэн. Люди восхищались, какая это прекрасная пара, как они созданы друг для друга. Говорили, что у императора нет наследников-сыновей, а он так любит эту принцессу от главной жены, что, возможно, он даже передаст титул наследника их будущему ребёнку.

У Мо Саня будут дети с кем-то другим.

В тот день после занятий, поскольку он уже несколько дней почти ничего не ел, как только Нин Чжи Юй вышел из школы, у него закружилась голова. Он прислонился к стене, чтобы отдохнуть.

Ученики уже разошлись по домам, школа стояла в уединённом месте, и вряд ли кто-то мог проходить мимо. Но вскоре он услышал позади себя стук копыт и скрип колёс по снегу.

Послышались торопливые шаги, и чья-то сильная рука схватила его за плечо:

— Учитель Нин! Что с вами? Вам нездоровится?

Из-за звона в ушах Нин Чжи Юй не разбирал слов. Когда он наконец немного пришёл в себя, он с трудом повернул голову и увидел лицо, о котором он думал день и ночь. Он невольно улыбнулся.

— Мо Сань... Ты пришёл?

В этой жизни Мо Сань был не тем Повелителем Демонов с красными глазами и алыми волосами, чья внешность была неземной. Сейчас Мо Сань был смертным, с чёрными глазами и чёрными волосами, моложе и красивее. Но Нин Чжи Юй знал, что это и есть тот самый человек, который любил его и был готов ради него на всё, даже на смерть.

И тот, кого он сам любил и в прошлой, и в этой жизни.

— Какая дерзость! Как ты, простолюдин, смеешь обращаться к князю по имени?! — старый евнух за спиной Мо Саня взвизгнул тонким голосом, указывая на Нин Чжи Юя растопыренными пальцами.

Нин Чжи Юй опомнился. Сейчас их положение было слишком разным, и у него не было права называть Мо Саня по имени. Вряд ли Мо Сань будет так же безоглядно потакать ему, как раньше. Преодолевая слабость, он высвободил руку и, низко поклонившись, сказал:

— Простите, простой люд осознал свою ошибку, умоляю князя простить меня...

В этот момент все силы покинули его. Ноги подкосились, и он рухнул прямо на землю. Мо Сань едва успел подхватить его и прижать к себе:

— Учитель Нин!

Поняв, что Нин Чжи Юй, кажется, тяжело болен, Мо Сань в испуге подхватил его на руки и, обернувшись, холодно взглянул на старого евнуха:

— Кто позволил тебе вмешиваться?

Старый евнух побледнел и испуганно опустил голову, не смея вымолвить ни слова.

Мо Сань усадил Нин Чжи Юя в повозку. Очнувшись, Нин Чжи Юй почувствовал, что его сильно трясёт. Потребовалось время, чтобы понять: его держат на руках в быстро мчащемся экипаже.

У него был сильный жар, тело пробирал холод, взгляд не фокусировался. Он лишь слышал взволнованный голос Мо Саня:

— Учитель Нин, как вы? У вас очень горячий лоб, должно быть, простуда. Не бойтесь, я отвезу вас в мою резиденцию, прикажу лучшему лекарю из дворца прописать вам лекарство. Примете и завтра же поправитесь.

Мо Сань крепко держал Нин Чжи Юя, и от этого стало очень спокойно. Рядом с Мо Санем он ничего не боялся, потому что тот всегда защищал его. Всё, что он говорил, всё, что обещал, он всегда исполнял.

Просто он очень скучал по нему.

Десять тысяч лет он скитался в круговороте перерождений, думал, что никогда больше не увидит его. И вот в этой жизни они снова встретились.

Забыв о мирских запретах, забыв о пропасти между их положением, Нин Чжи Юй прильнул к Мо Саню, вспоминая всё, что было, и прошептал:

— Мо Сань...

Его голос был едва слышен, и Мо Саню пришлось наклониться к самому его рту, чтобы расслышать.

— Я... скучал по тебе... — очень-очень сильно.

Слеза скатилась из уголка глаза Нин Чжи Юя.

Мо Сань замер и медленно покраснел. Помолчав, он тихо ответил:

— Я тоже скучал по тебе.

В день их первой встречи Нин Чжи Юй бесплатно лечил людей на улице. Живя в бедности, он опустошал свой кошелёк, чтобы помочь тем, кто не мог позволить себе купить лекарства.

Нин Чжи Юй открыл школу у себя дома, а в свободное время выходил на улицу лечить людей и всё бесплатно. Горожане говорили, что божество спустилось на землю, чтобы облегчить страдания людей. Слухи дошли и до Мо Саня.

Он усомнился: разве бывают на свете такие бескорыстные люди? И в тот день, проезжая мимо того места, где Нин Чжи Юй вёл приём, он специально приподнял занавеску и взглянул.

Взглянул и потерял покой.

Оказывается, на свете действительно есть человек, красивый, как бессмертный, и с таким добрым сердцем.

Позже он узнал, что Нин Чжи Юй переживает, что в его доме мало места и он не может принять много учеников. Мо Сань пожертвовал деньги и построил для него школу. Он узнал, что Нин Чжи Юй огорчён, что не может вылечить всех больных бедняков в Чанъане, и открыл лечебницы, где бедные могли лечиться бесплатно.

В его сердце словно забрела заблудившаяся в горах лань. Каждый раз, когда он видел Нин Чжи Юя, эта лань начинала бешено метаться, отчего сердце Мо Саня трепетало.

Он знал, что болен. Болезнь называлась тоской по любимому. И лишь видя Нин Чжи Юя каждый день, он мог утолять её, как жажду ядом.

До встречи с Нин Чжи Юем он не знал, что можно быть таким счастливым только от того, что видишь человека.

Но он не мог ослушаться императорской воли. Между ними была принцесса Мин Фэн, и ему приходилось скрывать свои чувства.

Всё это время принцесса Мин Фэн требовала, чтобы он проводил время с ней. Если он отказывался, она грозила, что попросит императора снести его школу и уничтожит плоды труда Нин Чжи Юя. Учитывая, как император любил эту принцессу, такое безрассудное решение было вполне возможным.

Услышав, что Мо Сань тоже скучал по нему, Нин Чжи Юй невольно улыбнулся. Он вложил свою руку в ладонь Мо Саня и, сжимая её, со слезами на глазах сказал:

— Мне часто снился ты. Ты говорил... что возьмёшь меня в жёны, просил научить тебя писать моё имя, хотел быть со мной вечно...

— Но каждый раз, когда я уже собирался ответить, ты внезапно исчезал... И как бы я ни старался, я не мог найти тебя...

— Я знаю, что ты винишь меня... винишь за то, как жестоко я обошёлся с тобой и с А'Ли. Теперь я осознал свою ошибку. Не женись на другой, хорошо?..