Part four
Lauv - Never Not.
– Мы рождаемся за один день. Мы умираем за один день. Мы можем измениться за один день. И мы можем влюбиться за один день. Всё, что угодно может случиться с тобой за один день.
– Если я останусь
Автор.
Стеклянный взгляд, полное отсутствие каких-либо эмоций и чувств – то, что вечно преследовало девушку, с когда-то русыми волосами. Киара только вернулась в свою квартиру после случившегося. Долгие разговоры с врачами и полицейскими до такой степени измотали девушку, что у неё не осталось сил совершенно ни на что. Она тихо хмыкнула, пройдя вглубь квартиры. Здесь ещё были разбросаны вещи бывшей знакомой, по комнате витал аромат её сладких духов, а в раковине скопилась стопка из невымытой посуды.
Человек так быстро может покинуть наши жизни, будто по взмаху крыльев бабочки. Вот он стоит перед тобой и что-то говорит, а в следующие секунды падает, хрипя и дрожа. Невообразимо сложно представить смерть близких людей, ведь мы настолько сильно привыкли к ним, что не можем представить нашу жизнь без них.
Поэтому важно наслаждаться каждым мгновением проведенным вместе. Любое может стать последним, а вы даже и не узнаете об этом. Возможно, сейчас вы в последней раз обняли подругу или пожелали спокойной ночи родителям.
Киара устала терять людей. Пусть Пенелопа не была ей близка или же важна. Её присутствие в жизни Грейс добавило многое. Пускай отрицательных эмоций было куда больше, и сварливая девчонка бесила даже своим присутствием. Она не заслуживала такой смерти. Её близкие не заслуживали её смерти.
Мы привыкли отмахиваться от смерти, думая, что она настигнет каждого, но не нас самих или наших близких. Пелена оптимизма завешивает реалии жизни. Но пора снимать эти радужные очки, смело вставая перед жестокой действительностью. Стоит быть готовыми ко всему, чтобы тяжкий удар принимался куда легче и спокойнее.
Смел не тот человек, что может отбиться, перенося что-то на неопределенный срок. А тот, что сможет выстоять, не упав.
☽ ☽ ☽
Киара.
Завариваю крепкий кофе, готовясь к встречи с братом, что приедет с минуты на минуту. Ему сообщили практически сразу. К счастью, Детройт находится на границе Канады, поэтому вернётся он весьма скоро. Я не знаю, как именно Джастин воспримет смерть возлюбленной, ибо кончина отца прошла гладко для него. Возможно, это очередная маска, которыми люди привыкли прикрывать живые эмоции. Мы все прячемся под масками смерти, отрешаясь от истинных эмоций и пытаясь казаться теми, кем никогда не являлись и не будем.
На площадке слышатся громкие шаги, и вскоре дверь моей квартиры открывается, впуская парня вовнутрь. Встаю, спеша к брату, но сам Джастин не так рад меня видеть. В его взгляде видна ярость и злость. Не понимаю, с чем это связано, протягивая вперёд руки, чтобы обнять блондина. Но вместо этого получаю звонкую пощечину и вновь рухнувший мир.
— Это всё из-за тебя, – выплёвывает, не отводя голубые глаза. Какими бы красивыми и чистыми они были, сейчас там царствовал огонь, на котором сгорают мои кости. — Ты во всём виновата, Киара! – срывается на крик, хватая мои плечи. Одно из них неприятно ноет, напоминая о встречи с дьяволом. Поднимаю к нему взгляд, стараясь выражать полный холод. — Почему ты молчишь? Тебе даже сказать нечего, мерзавка, – вновь громкий хлопок и мой немой крик. — Ты всегда была такой, – смеётся каким-то нездоровым смехом, толкая меня. — В тебе ведь даже признаков жизни нет. В тебе ничего нет. Ты хуже пустышек, что окружают меня каждый день. В них видно хоть что-то, а в тебе...
— Прекрати, – шепчу, отходя. Слова родного человека неприятно бьют, от чего хочется не существовать здесь в данный момент.
Почему просто нельзя раствориться? Нажать бы на нужную кнопку и не терпеть этого. Унижения, обвинения, удары, крики. Разве я этого заслуживаю? Разве я толкнула Пенелопу под пулю?
— Неприятно, да? – зло ухмыляется, отходя. — Не попадайся мне на глаза и не смей, слышишь, не смей приходить на её похороны, – кидает в мою сторону последний яростный взгляд, уходя.
Киваю самой себе, хватая куртку и вылетая на балкон. Прохладный ночной воздух бьёт по только согревшемуся телу, но я ничего не чувствую, судорожно доставая заныканную пачку сигарет.
Я обещала себе бросить. Обещала прекратить и начать новую жизнь, но как, чёрт возьми, возможно, это сделать, когда происходит подобное дерьмо? Затягиваюсь, выпуская облако дыма в ночной город и ненавидя себя всё больше за эту слабость. Почему в детстве все являются такими ярыми сторонниками вредных привычек, а повзрослев, сами опускаются до них. Множество вопросов, на которые я ещё не скоро найду ответы. Стряхиваю пепел, медленно приходя в норму.
Зло смотрю на отъезжающую машину брата, чувствуя, как синее пламя возгорается внутри меня.
Чем ярче огонь, тем быстрее он горит, затмевая собой звёздный свет.
Едкие слова всегда больнее выслушивать от близких нам людей, ведь они те, кому мы доверяли самое сокровенное и дорогое. Сложно осознавать то, что тот, кто всегда уберегал и согревал, первым вонзит клинок тебе в спину, а позже искромсает, выкинув, как ненужное тряпьё.
С силой тушу окурок о подоконник, оставаясь на улице ещё на некоторое время. В квартиру возвращаться не хочется. Почему то, кажется, что там реальный мир, а здесь я могу передохнуть, пополнив запас терпения и сил. Щека неприятно жжёт, но ещё сильнее горит сердце, увеличивая свой темп. Прикладываю ладонь к пострадавшему месту, морщась от боли.
Я выживу, благодаря огню, что горит внутри меня ярче, чем вокруг.
☽ ☽ ☽
Громкий писк и тесные объятия – первое, что я получаю, встретив лучшую подругу в центре города. Филисси Фоссе – француженка, которую непонятно при каких обстоятельствах занесло в настолько гнилой город, как Детройт. Кудрявая брюнетка слишком мила и невинна для него.
— Киара, я так рада тебя видеть, – Лисс всё сильнее стискивает меня, от чего я невольно улыбаюсь, вникая в атмосферу тепла и любви.
— И я тебя, овечка, – шепчу, взлохмачивая её короткие кудрявые волосы.
— Ты явно нарываешься, – всё-таки отлипнув от меня, произносит, угрожающе сжимая, маленькие кулачки. Девушка настолько миниатюрная и утончённая, что иногда я беспокоюсь о её безопасности во время сильных ветров. Истинная француженка.
— Ты же знаешь, что я любя, не дуйся, Филисс, – переминаюсь с ноги на ногу, осматривая подругу.
— Почему ты выглядишь, как загнанная в ловушку лиса? Что-то случилось? – в очередной раз поражаюсь проницательности девушки, усмехаясь.
— Всё в норме, просто встала не с той ноги, – воодушевлённо улыбаюсь, чтобы успокоить девушку.
— Учись врать, лисёнок, – девушка шутливо пихает меня в больное плечо, а я стараюсь не взвыть от боли, сквозь плотно сжатые губы смеясь. — Не хочешь прогуляться вдоль улицы? У меня всё равно перерыв оканчивается только через двадцать минут.
— А зачем я тогда это притащила с окраины города? – поднимаю пакет с ланч боксом, хмурясь.
— Чтобы порадовать меня, глупая, – Филисси забирает свой обед, хватая меня под локоть и ведя вперёд, что-то интенсивно рассказывая.
Я – хороший слушатель, но отвратный рассказчик. Поэтому наш дуэт с Филисс очень удобен и лаконичен. Брюнетка делится, а я в свою очередь анализирую, делая выводы. Девушка рассказывает о красивом парне с работы, что флиртует с ней. Лисс весьма влюбчивая натура и очень романтичная, поэтому для неё такое внимание со стороны парня не воспринимается, как «просто флирт». У девушки в голове уже целый роман, в котором он – добивается её хрупкого девичьего сердца, а она – неприступная и высокая стена. Только вот на самом деле девушка хилый заборчик, через который может перепрыгнуть каждый желающий.
— Филисси, ты влюбилась, не устраивай драм, – смеюсь, покачивая головой в разные стороны.
— Лисёнок, да как ты не поймешь! Я ведь ещё не отошла от прошлых отношений с Адрианом, – устремляю взгляд к дороге, рассматривая мимо проезжающие авто.
— Да, конечно, я всё понимаю, – решаю сделать вид, что верю, чтобы девушка успокоилась и просто продолжила свой рассказ.
— Ну, привет, Киара Грейс, – хриплый голос раздаётся за нашими спинами, от чего мы с подругой оборачиваемся к незнакомцу.
— Здравствуй? – узнаю парня, что задел моё плечо, хмурясь. В голову сразу приходит множество вопросов, на которые я надеюсь получить ответы.
— Лисёнок, что это за двухметровый сбор адреналина и авантюризма, – пытается тихо шептать подруга, но дьявол явно всё слышит, широко усмехаясь.
— Билет в ад, милая, – отвечает за меня брюнет, хватая моё запястье и утаскивая к своему байку.
Оборачиваюсь на подругу, но она лишь радостно смотрит на меня, явно что-то фантазируя. Наивная овечка.
— Убери руки, купон из продуктового, – выдёргиваю запястье, стараясь устоять на месте. Парень оборачивается, устало смотря на меня, будто я ему всю жизнь уже успела сломать. — Говори, что нужно и езжай дальше, – машу рукой в сторону байка и складывая руки на груди.
— Не испытывай судьбу, лисёнок, – с издёвкой произносит последнее слово, вновь утягивая меня к мотоциклу. — Передашь брату кое-что от меня? – спрашивает, останавливаясь у байка.
— Нет, – закатываю глаза, всё-таки решив дослушать речь психопата.
— Плохо, что перепутал. Было бы проблемой меньше. Придётся исправлять ошибки, раз ты не хочешь по-хорошему, – беззаботное настроение парня вмиг исчезает, сменяясь раздражением. Хмурюсь, не понимая, о чём он говорит. Перепутал? Детали картинки начинают медленно, но верно собираться воедино, а нарастающая паника уже не за горами.
— Это ты убил Пенелопу, – на выдохе проговариваю больше для себя, нежели него, но парень всё же решает ответить, властно ухмыльнувшись:
— Верно, Киара. Допущенные ошибки стоит исправлять, что считаешь по этому поводу? – облокачивается о байк, складывая руки на груди, в точности, как и я.
— Мне преподаватели редко давали право на исправление работ, так что ты тоже сильно на это не рассчитывай, – понимаю, что ему не составит труда достать прямо сейчас пистолет и пристрелить меня, ведь именно этим славится наш город. Его не смутят люди, что снуют вокруг нас. Даже Филисс, которая уже, возможно, ушла, не смогла бы повлиять не смену его решения.
— Правда? – усмехается, резко хватая меня за шею и притягивая к себе, так и не отойдя от байка. Притягивает мою голову совсем близко к себе, стараясь не передавить гортань. В глазах начинает двоиться, а горло неприятно жечь. Берусь руками за его плечи, чтобы устоять на ногах и не подписать себе контракт об окончании жизни. — Запомни, лисёнок, – нежно шепчет на ухо, не отпуская шею. — Я не спрашиваю, а делаю. И если всё-таки решу закончить работу, то ты станешь последней, кому я об этом сообщу, хорошо? Сейчас прикуси свой язычок, договорились? Я верю, что ты ещё та острячка, но сейчас следует сказать «нет» принципам и задуматься о сохранности собственной жизни, – договаривает, отталкивая меня от себя.
— Стреляй, кретин, – сквозь громкий кашель произношу, стараясь устоять на ногах. — Или снова спутаешь с кем-то? – враждебно смотрю в его сторону, наблюдая за улыбкой, что появляется на лице убийцы.
— О, хочешь проверить? – сглатываю, мысленно молясь на то, чтобы этого парня ещё хоть что-то сдерживало в здравом рассудке. — Ладно, залечивай раны, встретимся ещё, – не дождавшись ответа, садится на мотоцикл и с громким рёвом уезжает, оставляя непонятный осадок.
Оборачиваюсь к месту, где должна была стоять подруга, никого не находя. Злюсь на неё, хватаясь за шею.
Останутся гематомы. Чёртов маньяк.