Восстановлению не подлежит [временно заморожен]

Звон в ушах, сопровождающийся ударами пульса в затылочной части, постепенно угасал. Легкие судорожно прогоняли воздух снова и снова, отчего диафрагма буквально подскакивала в брюшной полости, норовя вылететь через нее наружу: одышка, хватившая ребят, еще некоторое время продолжалась: упершись вспотевшей ладонью о холодный столб и оглядев не менее покрасневшие лица парней, Мэделин облегченно и в тоже время обессилено сползла вниз, усевшись на бордюр, что сейчас казался ей просто райской скамейкой для пульсирующих от адреналина ягодиц.

Вскоре и Чейз устроился рядом, сначала часто дыша, а после настороженно вглядываясь в лицо девушки, на котором просто не было никаких эмоций: кажется, охреневший от такого незапланированного кросса по вечернему городу организм все еще не нормализовался. Однако постепенно бесконтрольные толчки в височной доли ослабли, и Хилл наконец ощутила все еще обращенный на нее взор голубых глаз.

— Мэдс, как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил шатен, — Прости, я идиот, подверг тебя опасности и...

— Это было круто, — перебила онп парня, глядя в хмурое небо, что тут же заставило его в ступоре прервать свою речь.

— Что прости? — решивший, что ослышался, переспросил Хадсон.

Мэделин слегка усмехнулась краешком губ. Шок, возбудивший всю нервную и мышечную систему, утих, и она неожиданно осознала, что только что пережила настоящее приключение. Это. как... как мятный раствор для полоскания горла: во время процесса ты корчишься от омерзительности этого лекарства, но уже через несколько секунд ощущаешь лишь сладкое послевкусие. Поэтому ли сейчас приятная волна а-ля «вау» омывает сознание девушки снова и снова, с каждой секундой будто начиная движение заново? Как же ей хочется все это рассказать, поделиться чувствами и мыслями, но... Она лишь грустно улыбается, опустив взгляд с серого небосклона на вопросительное лицо парня: не похож он на того, кто понял бы и разделил её мировоззрение и абстрактное мышление, не посчитав ненормальной. Хотя, наверное, он уже так считает.

— Просто отвечу, что я бы не прочь пережить это еще раз, — ребята усмехнулись, но их взгляды Хилл не видела: уважение, презрение или удивление — оставалось только гадать.

— Так, ну хватит с тебя на сегодня, — улыбнулся Чейз, проведя пальцами девичьему плечу, — Вся побледневшая.

Они разошлись также внезапно, как и встретились: неожиданно кто-то позвонил Хадсону, и в результате короткого диалога парень переменился в лице и отошел с ребятами в сторону. Было немного обидно, что парни даже и не думают посвящать девушку в свои дела, словно её с ними не было ни пять минут назад, ни час и ни два.

Извинившись, Чейз взял у Хилл номер телефона для связи и, приобняв на прощание, поспешно удалился вместе с ребятами.

— Ну зашибись, — такого расклада блондинка не ожидала, ей так хотелось получить ответы на столь мучащие любопытство вопросы. А теперь их стало еще больше.

Неизвестно, как долго бы Мэдс еще просидела на холодном бордюре, если бы не заметила устремленные взгляды прохожих, осуждающе видящих в полуразбитой девчонке бездомную.

Пока Хилл в одиночестве пересекала не самые живописные улицы своего города, в светлую девичью голову закралось мучительно терзающее душу сомнение: а вдруг эти парни просто несерьезно относятся к ней, как к возможному члену их команды? С одной стороны Чейз велел ей быть максимально бдительной и не в коем случае не затрагивать как-либо субкультуру уличных банд. Однако сейчас мозг скорее воспринимал это как побуждение, как вызов, как способ доказать свой моральный стержень и готовность перейти на неспокойную сторону уличной жизни.

Игнорируя отчаянные призывы совести одуматься и пойти спокойно домой, Мэделин начала перебирать в голове факты, полученные за время общения с ребятами.

Итак, граффити... Блондинка помнит, что они заливали краской какую-то надпись, которая была нанесена буквально повсюду в том месте, где была компания.

— Боже, почему у меня такая дрянная память… Кажется, на... на «S»

«Sway»

В памяти мгновенно освежилось то самое сочетание букв, как только, неожиданно для самой себя, Мэдс прочла его на стене в подворотне неподалеку.

«А что если...», — в голове Хилл зародилась мысль, которую следовало бы сразу стереть и забыть, но... По счастливой случайности или заведомо предначертанной судьбе, рядом с тем самым местом слегка отражал пробивающиеся солнечные лучи металлический баллончик. В черепной коробке не возник вопрос, почему здесь, так далеко от того злополучного района, разрисована той же надписью стена? Мэделин лишь хотела самоутвердиться. Ну, и еще немного порисовать.

Приблизившись к готовому граффити, Мэдс внимательно вгляделась в начертание букв: они были словно нарисованы чьей-то сторонней, другой рукой, так как по-особому выведенные буквы не были похожи на те, которые ребята закрашивали сегодня днем. Встряхнув баллончик, блондинка легко надавила указательным пальцем, пока из узкого отверстия с характерным звуком не начала сочиться алая краска, постепенно покрывая странные буквы. Получая моральное наслаждение от проделываемой шалости, Хилл старалась принять позу по-понтовее, как закоренелая уличная девчонка, все вчитываясь в с каждой секундой все больше тонущий в новом слое краски текст. «Sway»

— А я так старался, — неожиданно за спиной раздался терпкий, немного жалостливый голос, — Эхх ты…

Осторожно обернувшись, девушка заметила парня в толстовке, сидящего на козырьке в трех метрах от поверхности земли и возникшего словно из ниоткуда. Наигранно склонив скрытую капюшоном голову в ответ на разворот, парень сделал затяжку, отчего кончик его сигареты загорелся ярким пятнышком, а Мэди стал ясен источник этого ужасного табачного дыма.

Молча развернувшись назад, девушка продолжила начатое дело: за семнадцать лет проживания в Лос-Анджелесе у нее выработался некий иммунитет на недогопников в черных толстовках, поэтому Хилл решила проигнорировать обращение незнакомца, впрочем, даже не поняв, что он имел в виду.

— Хэй, крошка, это была короткая рекламная пауза, чтобы ты попыталась убежать, пока я не спустился, — ухмыльчатый голос, вновь обратившегося к блондинке, показался Мэделин знакомым.

— Я занята, не видишь? — как можно увереннее ответила, не прерываясь, хотя рука уже непроизвольно скользнула куда-то немного в сторону: некий ком страха все же подступал к горлу, — И, будь добр, пыхти где-нибудь в другом месте: противно.

В эту же секунду послышался испугавший своей неожиданностью звук приземления: незнакомец, спрыгнув с козырька, тотчас же направился к Хилл.

— Ну я в ахуе, честно говоря, от такой открытой наглости, — возросший страх сковывал все движения, отчего Мэдс не могла повернуться навстречу надвигающемуся парню. Незнакомец довольно резко схватил девушку за плечо, одним ловким движением развернув спиной к стене. Сознание уже било тревогу, а предчувствие все больше сулило чувство, что тембр этого озлобленного голоса уже знаком Мэделин.

Парень сделал глубокую затяжку сигаретой, спустя секунду медленно окатив лицо блондинки целым облаком невыносимого табачного дыма, отчего в глазах той резко потемнело от жгучей рези, а очумевшие от ядерной атаки легкие ответили отчаянным кашлем: Хилл ощутила большой палец, которым парень постепенно надавливал на хрящ на её горле…

— Ну что, так уже лучше, верно? — до тошноты сладостно протянул незнакомец, продолжая с давлением водить палец по нежной коже.

— Ты придурок?! — возмущённо шипит через кашель и сквозь сомкнутые зубы.

— Чш-чш-чш, — прошептал парень. — Не зли меня, малышка, — две секунды молчания, — Твой голос... он кажется мне знакомым.

Спустя еще несколько секунд сигаретный туман между ними начал рассеиваться, и Мэдс… увидела его глаза. К слову, их одних ей хватило, чтобы ощутить тот высоковольтный разряд тока, что прошелся по телу еще пару недель назад.

Парень пристально рассматривал лицо Хилл, пытаясь вглядеться в его черты: грубая мужская рука вращала подбородок, поддавая холодному взору каждый уголок девичьего личика.

— Ааа, — выдохнул парень, — Какая неожиданная встреча! — ухмылка пронзила его лицо, а тело Мэделин, кажется, начинало проваливаться в кирпичную стену.

— Отпуст..., — как можно увереннее попыталась произнести Мэди, но парень закрыл ей рот рукой, оборвав слова.

— Это ж надо, — приподнимая густые брови, протяжно произносил страшный незнакомец, заставляя блондинку задыхаться от прокуренного воздуха, — На моих глазах, — разбавляя хриплый голос ироническими нотками, синхронно приближаясь к Хилл все ближе и ближе, продолжал парень, — Серьёзный косяк.

— Что тебе нужно от меня? — отвечает приглушенно, но с напором, — Извинений? Денег?

Сопровождая возникшую паузу звуком своей сладостной ухмылки, парень слегка прикусил внутреннюю сторону нижней губы, вновь надавив большим пальцем на уже пульсирующий от боли хрящ, медленно очерчивая линию от горла до пухлых губ, обжигая взглядом.

— Ну почему же сразу денег? — слегка оттянув нижнюю губу девушки, незнакомец сверкнул глазами, — Я хочу, чтобы одно только сочетание «Sway» вызывало у тебя мандраж, — хрипло протянул парень, уткнувшись лбом о лоб Мэдс и почти коснувшись её губ своими.

— Единственное, что вызывает у меня мандраж сейчас, это твой перегар с куревом, — фыркнула Мэделин, с силой развернув голову в сторону, чтобы вдохнуть кислород.

— Не от хорошей жизни, поверь, — хрипло ответил незнакомец. Некие поникшие нотки прозвучали в его самоуверенном голосе, однако не нужно было быть очень чуткой чтобы понять, что парень попытался скрыть нечто тронувшее его, — Ну что ж… с чего начнем?

— Слушай, отвали от меня, ладно? — с некой брезгливостью ответила Хилл, с силой отпихнув парня, чего он явно не ожидал. Наконец-то расстояние между нами увеличилось на полметра, а руки девушки на секунды оказались свободны, — Я тебя не боюсь, понял? — глядя незнакомцу прямо в безумные глаза, немного прикрикнула Мэди, словно дикая кошка. Ведь лучшая защита — это нападение, не так ли? К тому же эти отмороженные пустословы, умеющие только угрожать и намекать на секс, просто выбешивали её. В Хилл словно вселился маленький бес, затмивший разум отчаянным гневом, так что она даже не до конца осознавала, что творит: весь мир знал её тихой девочкой.

На секунду парень промолчал, бегло изучая побледневшее лицо напротив: девушка выглядела, как загнанный в угол зверь. Она не спускала взгляда с глаз незнакомца, выражая свою активную защитную позицию: тень от черного капюшона наполовину скрывала лицо, однако взгляд зацепился за мимику: зловещий оскал, притупивший всю уверенность девушки.

Стоило бы закричать, но у неё будто язык отняло: ледяная ухмылка заставила голосовые связки окаменеть. Уверенной хваткой парень удержал блондинку за запястье, после чего вжал в кирпичную стену так грубо, что Мэделин чудом не прошибла себе затылок.

— Ты зря меня недооцениваешь, — оскалился парень, прорычав слова прямо над ухом Хилл. Мужская рука с бо́льшим давлением сжала тонкое запястье, доставляя боль. Адреналин начал пульсирующими колебаниями сонной артерии вбрасываться в кровь: Мэдс боролась в чувством страха, опасаясь показать свою слабость и дать парню уверенное «Старт!», — Я уже два года распоряжаюсь действиями целой банды, а уж телом какой-то наглой малышки могу распорядиться, даже не дрогнув от жалости, — рука постепенно немела от перекрытия вен, но парень лишь еще крепче зажимал хрупкое запястье.

— Скажи, — удерживается, чтобы не вскрикнуть от боли, обращаясь на вдохе, — Неужели у тебя такое жесткий недотрах?

— Нет, моя маленькая грешница, — ухмыльнулся парень, позволив горячему, но прокуренному дыханию растечься по девичьей шее, — Я бы поставил тебя на колени прямо здесь, поверь, однако сегодня я уже был удовлетворен, — пошлая ухмылка слетела с губ незнакомца все в том же капюшоне, а Хилл стало до максимальной степени противно от его слов.

— Оу, так я не буду изнасилована в этом грязном подъезде? — наигранно улыбается, — Тогда чего же ты хочешь?

— Правосудия, крошка, — хрипло закусил губу парень, уверенно наклонив голову.

— Чего? — нервы начинали сдавать. Одно дело, когда какой-то отморозок тупо захотел от тебя секса, но это уже совсем ни в какие ворота, — Да что это за день-то такой?! То средь бела дня пытается застрелить какой-то сумасшедший, то…

— Я не сумасшедший, малыш, я безумный, — перебил парень, заткнув не столько Хилл, сколько её недоумевающий мозг, а мужская рука потянулась в карман, — И да, это был травмат.

Довольно внушительный по габаритам пистолет, скорее походящий на боевой, был приставлен к животу блондинки: парень ухмыльнулся, наслаждаясь её растерянным видом: пазл в голове Мэдс постепенно складывался, но этот процесс затормозился из-за шока, ведь незнакомый, цитирую, «безумец» только что приложил дуло своего оружия к ней.

— Аа чт... как? — мямлит, не веря своим глазам: это тот самый парень, которого она видела на крыше многоэтажки? — Да ты псих!

— О да, наконец-то ты это осознала, — улыбнулся брюнет, не спеша убрать пистолет, — Было очень забавно наблюдать, как эти трусливые ублюдки уносили ноги с нашей территории. Не знаю, что ты там делала, но я видел, ЧТО ты там делала, — прошептал незнакомец, оперируя любопытной тавтологией, — А это, сучка, уже двойной косяк.

— Неужели эти детские рисуночки и словечки стоят жизни людей? — огромные голубые глаза Мэделин лихорадочно бегали по затемнённому лицу, которое раздражающе плохо проглядывалось, — Вы все ведете себя по-детски!

— Что ты сказала? — выдержав страшную паузу и выгнув шею, переспросил парень, а Мэди прикусила язык, осознав, что зря дала ему волю, — Слушай, малышка, наверное, тебя эти ублюдки не предупредили, что за осквернение инициалов чужой банды в этом городе любому прошибут череп, не спросив имени, а если ты девушка — еще и пустят по кругу, — каждое слово произносилось парнем с таким упором, что Хилл уже вжалась в стену, притупив взгляд на палец, обхвативший курок пистолета, чтобы тот не дернулся, — Не лезь на улицу, если ничего в этом не понимаешь, — пауза, — Особенно, если ты — хрупкая девушка.

— Я… извини, если это так важно.

— Ой, вот только не надо этой розовой хуйни, ладно? А то я прямо сейчас разнесу твою черепушку. Ненавижу сопли, — бешенство почувствовалось в дыхании парня, мужские руки опасно дрогнули, а блондинка в десятый раз покрылась холодным потом: похоже, парень совсем в неадеквате.

— Успокойся. Я лишь осознала всю легкомысленность своего поступка, — не сводя взгляда с оружия, равномерно произнесла Мэделин.

— Мм, осознала, говоришь? — незнакомец, сам того не заметив, очертил окружность на девичьей ладони своим указательным пальцем, продолжая удерживать уже до неживого затекшее запястье, — И ты признаешь, что виновата и должна быть наказана за свой двойной проступок?

— Нет, но я все еще считаю тебя уродом, — шипит, искривляя лицо от отвращения.

— А ты отчаянная, — ухмыляется, — Тебя не страшит мое намерение прикончить тебя?

— А тебя не страшит уголовная ответственность по статье «Убийство»? — Хилл не собиралась сдаваться. 1:0, ублюдок.

— Я бываю в участке почти каждую неделю и знаю поименно всех копов в отделении — не катит, — наигранно грустно выдохнул парень. 1:1.

— Ну, тогда не страшит: мне же не избежать этой участи.

— Редкостная сучка с отсутвующим инстинктом самосохранения, — с озлобленной улыбкой хрипло выдохнул парень, на что Хилл иронично кивнула, — Как твое имя?

— Нахер тебе знать мое имя, если ты все равно меня убьешь? — кто-нибудь, заткните её уже наконец.

— Блять, будет что внукам рассказать, — саркастично хмыкнул незнакомец, снова сменяя тембр на более раздраженный.

— Предпочту остаться инкогнито.

— Слушай, ты серьезно? — парень явно вышел из себя, и это то ли радовало, то ли пугало: Мэдс сама запуталась в своих эмоциях, — Ты серьезно не боишься смерти? — брови хулигана выгнулись устрашающей дугой, забавляя девушку. Сразу же после этих слов парень неожиданно со всей своей силой сдавил хрупкое запястье так резко, что Мэделин ощутила, как под давлением слегка прогнулись кости уже синей руки, а дуло пистолета так сильно вдавилось в область солнечного сплетения, что ноги произвольно покосились в сторону.

— Больно! — завопила Хилл во весь голос так, как только позволяло давление на живот. Послышался двойной щелчок пистолета.

— Пока.

— Нет! — Кажется, по венам сейчас прокачивался только адреналин, заменив кровь. Сердце бешено колотилось, а страх душил, но в тоже время вызывал отчаянную одышку. Самое страшное, что Мэдс не могла кричать.

— А говорила, что не боишься, — довольно прошептал парень на ухо, на удивление, дыша совершенно ровно.

Прозвучало два звонких выстрела. В небо.

— Попробую повторить вопрос.

— Мэделин! — сдавленно прокричала блондинка, сползая по стене от морального бессилия: ухмылявшийся парень не дал девичьему телу спуститься вниз. На его губах играла самодовольная ухмылка: Хилл обречена.

— Люблю, когда мне подчиняются, Зефирка, — мерзко ухмыльнулся парень, проводя пальцем по косточке на лице.

— Меня зовут Мэделин.

— Мне похуй, Зефирка, — улыбнулся парень, оглядев бледное личико, — Ну что ж, начнем?

Мэделин ответила вопросительным взглядом уставших глаз. «Так мы еще не начинали?».

— Чего вылупилась? Исправлять вот это безобразие кто будет? — парень кивнул на закрашенную девушкой надпись и поднял закатившийся в угол баллончик, — Пиши «Sway». Старательно.

Хоть это и казалось Хилл унизительным, но в её голове родился некий план спасения.

— Подпиши еще сбоку «Хосслер», — увлеченно добавил парень, когда надпись была восстановлена.

— Зачем? — выдохнула Мэдс. Рука дрожала из-за все еще продолжающихся покалываний после онемения, что явно раздражало парня, судя по его бормотаниям за спиной. Хилл было страшно, когда он находился сзади.

— За шкафом. Фамилия моя Хосслер, ясно? — хрипло рыкнул парень.

— «Урод» мне нравится больше, — шикнула Хилл про себя.

А нет. Вслух. Черт.

— Мне тебя досрочно вырубить? — грубо хмыкнул парень.

— Да ладно, ладно, — блондинка принялась выводить букву «Х», едва ли держа себе в руках, чтобы не написать неприличное слово, вместо фамилии, и саркастично фыркнув, — Могу даже сердечко подрисовать.

— Только попробуй, — вновь раздраженно рыкнул Хосслер, напомнив о неприязни к «розовым соплям», — Херово рисуешь.

— Рука не наработана, — пожала плечами Мэделин. Сука. Ему еще что-то не нравится?! Вот кретин самовлюбленный!

— Ну ничего, наработаем мы твою руку, — довольно пошло ухмыльнулся парень, упершись рукой о стену и склонившись над головой блондинки. Удовлетворенный, значит? Кажется, парень помышляет все же «поставить девушку на колени». Ох как же ей не терпится залить его наглую рожу краской и сбежать. Но еще рано.

— Сойдет, — махнул рукой парень, положив руку на хрупкое плечо. Хилл аж передернуло: пора. Пора спасаться, — Но правосудие еще не свершилось, Зефирка, — толпа мурашек пробежалась вдоль всего тела девушки. Хосслер неожиданно выхватил из рук Мэделин единственную надежду на спасение… Все.

— Руки убери! — прикрикнула она, отойдя.

— Ты смешная, когда пытаешься скрыть свой страх и показать зубки, Зефирка, — ухмыльнулся парень, щелкнув Мэди по носу, — Пожалуй, дам тебе второй шанс, — сомнение закралось в мозг Хилл, вызвав недоумение.

— С чего бы такое великодушие? — настороженно переспросила она

— Великодушие? Не знаю я таких слов, — хмыкнул парень, — Просто люблю растягивать удовольствие. Как в сексе, — в эту секунду Хосслер сбросил с себя капюшон, и Мэделин наконец-то разглядела черты его лица и пот, блестевший на его темных волосах: парень выглядел потрепанным, — Но учти, крошка, что если я встречу тебя во второй раз, то заставлю восполнить должок по полной программе

— А в третий?

— Третьего раза не будет, поверь, — сверкнул глазами брюнет.

Мэдс не верила своей удаче: неужели он и вправду отпустит её просто так.

— То есть... я свободна?

— Ты не радуйся, — усмехнулся Хосслер, — Я провожу вне дома почти 24 часа в сутки, советую сразу валить из города. Бежать, пока я не передумал, — Хилл слегка улыбнулась, а парень непонимающе вскинул бровь. — БЕГИ, СУКА!

Возможно, ей следовало бы смягчить отношение к парню. Но нет. В глазах Мэделин он даже после милосердия оставался уродом. Ибо это было не милосердие. А игра. Хосслер нашел себе игрушку. И сейчас, глядя на его руки, что только что до потери пульса сжимали хрупкие девичьи запястья, Хилл фальшиво улыбается, мечтая о мести.

______________________________________
жду ваше мнение в комментариях, ставьте звёздочки, подписывайтесь на профиль и мой телеграм-канал ( nestlé на связи ), там будут все новости, касательно обновлений.

люблю, целую, обнимаю 💋