Chapter thirteen
— Нет, я против этого, — максимально спокойно ответила я, отводя от себя подозрения слишком долгим молчанием.
«Молодец, врешь и не краснеешь...».
Раньше я никогда не врала, и это не из-за того, что врать не было кому, просто считала, что быть прямолинейной — лучше, чем скрывать то, что есть на самом деле. Возможно, что это одна из причин, по которой со мной никто не хотел вступать в какой-либо контакт. Сымитировав то, как на мой телефон в беззвучном режиме пришло сообщение от мамы о том, что мне нужно возвращаться домой — я вышла из кафе, обменявшись парочкой слов на прощание.
***
На верхнем этаже было тихо и пусто, пахло воском для натирки паркетных полов, сквозь прозрачные занавески в раскрытые окна залетал ветерок.
Я дошла до двери в свою комнату, но на минуту остановилась, задумавшись о том, что всего несколько дней назад впервые вошла сюда. Отсюда все и началось...
— Джессика, иди помоги мне с ужином! — донесся крик Клэр с первого этажа, как только мне удалось удобно расположиться на мягкой кровати.
Топот босых ног раздался на лестнице: я аккуратно и слегка вприпрыжку спускалась со второго этажа. Зайдя на кухню мой нос уловил приятных запах чего-то вкусного и жутко аппетитного. Измученный частыми голодовками и наркотиками желудок дает о себе знать.
— Где была? — с теплой улыбкой на лице спросила мама, словно позабыв о нашей недавней ссоре.
«Ну, хоть у кого-то не дерьмовое настроение».
— В кафе с Райли и ее друзьями.
Я ровно и аккуратно поставила белые тарелки, а так же приборы: вилки, ножи, салфетки в виде формы треугольника. Сейчас во мне ликовал перфекционист.
— Подожди, случайно не Райли Хьюбэка?
— Да, она, а что?
— Это дочь нашего коллеги по работе. Правда, она милая? — мать кратко взглянула на меня, ставя посреди стола жареную индейку. Очень аппетитно.
Я легонько кивнула, занимая одно из обеденных мест.
— На самом деле я рада, что ты нашла друзей, дорогая. Давно пора было это сделать.
Мама закинула в рот кусочек мяса, запивая все это дело апельсиновым фрешем. Не долго думая, я последовала ее примеру.
— А где папа? Он разве не будет с нами ужинать.
— У него какие-то проблемы на работе. Сказал, что вернется завтра.
Я быстро поела, осознавая то, что совершенно забыла о сегодняшней ночной смене в клубе. Один пакетик амфетамина с большим желанием был полностью потрачен, а я до сих пор не заплатила это чертовы деньги...
***
Время шло быстро, а я была на приделе из-за ежедневных разговорах о гридущей поездки. Но у меня были дела гораздо важнее – нужно как можно быстрее отдать деньги Брэту, иначе эти люди придут за мной. Только сейчас я начала осознавать то, куда ввязалась.
Все тот же подозрительный район с заброшенными домами и заросшими всякими сорняками участками. Снова чувство волнения, заставлявшее руки пальцев похолодеть. В кармане от самого дома беспрерывно тереблю зеленые купюры. Это значит то, что еще вчера была неделя, как я работаю в клубе официантом. А уже завтра в полдень Райли уезжает в Сан-Диего и это непривычно осознавать и даже странно, но я привыкла к ее вечному присутствию и уже слегка надоевшему голосу прям у себя под ухом.
Противный скрип ступеней и пол недоверчиво прогибается под ногами, дверь с противным скрипом отварилась. Все было как в тот раз, словно я была тут вчера: очень тусклое освещение, попадающее только в центр комнаты, кучка обдолбаных подростков. Классика для таких мест.
— Кого я вижу, — парень саркастично встретил меня, выходя из какой-то комнаты, — А мы недавно вспоминали о тебе. Думали: «Не решила ли Джессика нас кинуть?».
Его противный голос словно пытка, — давил по мозгам. Я пыталась сдерживать себя, чтобы не наговорить чего лишнего.
— Я принесла деньги. 120 долларов, как и договаривались, теперь нас больше ничего не связывает, — вытащив помятые купюры, кладу на деревянный стол возле него.
— Не так быстро, дорогуша! Ты слишком затянула с оплатой, поэтому гони еще 20 баксов.
— Что? — вскрик полный возмущения вырвался наружу.
— Слушай, давай обойдемся без этого, просто гони бабки без разговоров.
«Чертов, ублюдок.. Свалился же мне на голову».
Он вытянул правую руку вперед, сгибая фаланги пальцев, пока я доставала недостающие купюру из заднего кармана рюкзака, делая намек на том, что бы я быстрей шевелилась. Довольно раздражительно и резко кладу деньги прямиком ему в руку и разворачиваюсь, что бы наконец покинуть этот дом.
— И, кстати, насчет того, что нас ничего больше не объединяет; как сказать, — парень развел руками, делая шаг вперед, — Мало ли что может произойти, не буду обещать.
Его рот расползается в ухмылки, оголяя слегка пожелтевшие зубы, вызывая явное отвращение. Мой же кривится, и я покидаю дом.
***
— Райли? Что ты здесь делаешь? — непривычно и даже неожиданно видеть блондинку у себя на кухне, мило болтающую с твоей матерью.
— Почему ты не сказала, что вы школой едите в Сан-Диего?
— Зачем? Я же туда не планировала ехать, — я переминалась с ноги на ногу, кусая губы.
— ...Вообще-то ты едешь, — Хьюбэка виновато почесала затылок, — Я сказала твоей маме...
— И правильно сделала. Ты что думаешь, что для своей дочери мы не найдем 500 долларов?
— Нет.. Просто.., — выдыхаю, – Я не думала, что у вас будут такие деньги, так еще и тратить их куда попало...
— Ну что ты, милая.
Мать, обойдя стол подошла ко мне, заключая в объятья и поглаживая по шелковистым и черным как смоль волосам. Пока Клэр зажимала меня руками, всем своим видом я задавала немой вопрос к блондинке: «Зачем?», а та в ответ только вскидывает бровями, мотая головой. Никогда не перестану удивлять упертости со стороны блондинки, она сильная и независимая, осталось только не давать себя в обиду. Я часто задумывалась над тем, кому может перейти дорогу такой человек, как Райли, но потом вспоминала, что таким как рыжая не обязательно делать что-то гадкое, достаточно просто попасться на глаза и она начтет прыскать ядом. Гадюка.
***
Точеный профиль, гордо расправленные плечи, облегающее платье подчеркивало красивую фигуру. Только душа ее была гнилой и черствой. Сидя в дорогом кафе, девушка закинула ногу за ногу, оценивающе взирала на всех присутствующих. Казалось, что от этих проницательных глаз ничего не скроется: все проступки и шалости, некогда совершенные посетителями.
— Дани, вот твое латте макиато, — блондинка заняла место рядом, аккуратно поставив напиток перед рыжей бестией.
— Спасибо, — девушка легонько кивнула, делая маленький глоток, облизывая губы.
— Даже не верится, что завтра мы едем в Сан-Диего.
— Неудивительно, — проговорила она, надменно взглянув на девушку напротив.
Блондинка сглотнула, заправляя выпавшую прядь за ушко.
— Что там с Джошем?
— А что с ним? Этот клоун признался мне в любви и почему-то решил, что это будет взаимно. Ну ничего, он мне еще нужен..
— Наивный, — заказав салат из зелени, девушка поспешно начала его есть, словно последний нищий, которому наконец перепал кусок хлеба.
— Ты что делаешь? — возмутилась Мартин, с призрением наблюдая за тем, как раз за разом во рту девушки исчезал салат.
— Просто я со вчерашнего дня ничего не ела, а так хочется, — с набитым ртом она пыталась ответить.
— Я все понимаю, но не надо есть как животное. Где твой этикет?
— Да, прости, ты права, — она выпрямила спину, следуя примеру рыжеволосой. Теперь она поглощала пищу по маленькой части, как подобает настоящей леди.
***
Яркое утреннее солнце играло радужным цветом в каплях росы на деревьях, кустарниках, траве. Еще посреди ночи, будто из не от куда начался дождь, барабаня по крыше, спускаясь мелкими и покрупнее каплями, оставляя позади себя «хвостик». Я лежала на кровати, считая стыки на потолке, изредка поглядывая на бумажные купюры, лежавшие на прикроватной тумбочке. Они сами попадали на глаза, заставляя думать о предстоящей поездке. Никогда не думала о том, что когда-то смогу поехать на Тихое море с людьми, не проявляя ко мне равнодушия. Тело ломило то ли от волнения, то ли от наркотиков. Покидать за ночь нагретую пастель совершенно не хотелось, но с минуты на минуту должна прийти подруга... Это был первый раз, когда я подумал о ней, как о подруге, а не о человеке, который постоянно крутиться во круг меня, сбивая с ног.