Отмороженная

Темнота. Холод. Боль.

Я сидела в подвале, обхватив колени руками. В груди всё горело от злости и страха. Но вдруг...

— БУМ!

Громкий взрыв потряс здание. Посыпалась штукатурка, лампочка замигала. Затем — автоматные очереди, крики, топот тяжелых ботинок.

Сердце заколотилось.

Я поняла — он пришел.

Сиэрра вбежала в подвал с пистолетом в руке. Лицо её было перекошено.

— Ну что ж, голубка, кажется, твой рыцарь пришел, — процедила она, поднося оружие к моей голове. — Только живой он отсюда не уйдёт.

Но тут дверь подвала с грохотом сорвалась с петель.

Сиэрра едва успела повернуться, как её отбросило на пол.

Пэйтон.

Его глаза горели чистой, необузданной яростью.

Он выглядел так, словно был готов убивать.

— Тронешь её — и тебя будут собирать по кускам, — его голос был низким, леденящим кровь.

Он шагнул вперед, сжимая в руке окровавленный нож.

Сиэрра вскочила, пытаясь выстрелить, но Пэйтон был быстрее.

Он выбил оружие, затем удар — ещё удар — ещё.

Её крик заглушился звуком кулаков, разбивающих её лицо.

— Ты хотела отнять её у меня? — зарычал он, скручивая её запястье так, что послышался хруст.

Сиэрра закричала от боли.

— Ты думала, я позволю?!

Удар. Ещё один. Она рухнула на колени, задыхаясь.

— Ты никогда больше не приблизишься к ней, — его голос был хриплым от злости.

Она кашлянула кровью.

— Ты... никогда не избавишься от меня...

Пэйтон усмехнулся.

— Ошибаешься.

Он резко развернулся, обхватил меня руками, прижимая к себе.

— Всё кончено, amore mio, — прошептал он, целуя меня в волосы.

А позади него люди в масках подхватили Сиэрру, унося её прочь.

Она исчезнет.

Как минимум, на несколько месяцев.

После всего, что произошло, мне нужно было чем-то отвлечься, а шопинг всегда был моим способом справляться со стрессом.

Пэйтон не особо любил магазины, но, увидев, в каком я состоянии, без лишних слов взял меня за руку и повёл в торговый центр.

— Что будем искать, малышка? — спросил он, лениво оглядывая витрины.

— Платья, — ответила я, заходя в первый же бутик.

Пэйтон тяжело вздохнул, но пошёл следом. Он сел в кресло у примерочных, скрестив руки на груди.

Я перебирала платья, пока не выбрала несколько вариантов. Ушла в примерочную, начала переодеваться... и тут поняла, что застряла.

— Пэйтон... — позвала я неуверенно.

— Что такое? — отозвался он.

— Я, кажется, застряла...

— Где?

— В платье, — выдохнула я.

— Тебе помочь?

Я молчала, пытаясь выбраться сама, но ткань предательски не поддавалась. В конце концов, я услышала шаги, а затем решительное:

— Замри.

И вот в следующую секунду Пэйтон нагло втиснулся ко мне в крохотную примерочную...

— Мурмаер, выйди! — возмутилась я, пытаясь прикрыться. — Я же раздетая!

Пэйтон ухмыльнулся, его взгляд лениво скользнул по мне.

— А я уже всё видел, — пробормотал он, но, кажется, понял, что сказал это вслух, потому что тут же прикусил язык.

Я замерла, поражённая его словами, но затем раздражённо дёрнула платье, которое застряло у меня на спине.

— Ты вообще мне помогать собираешься или просто наслаждаешься зрелищем?

Он фыркнул, взялся за ткань и одним уверенным движением избавил меня от проблемы.

— Готово, болтушка, — сказал он, удовлетворённо оглядывая свою работу.

Я облегчённо выдохнула и уже хотела его вытолкнуть, но он неожиданно задержался.

— Ну? — прищурилась я.

Пэйтон лениво провёл пальцами по моей щеке, затем склонился ближе и тихо прошептал:

— Ты даже не представляешь, как сложно мне держаться подальше от тебя.

Моё сердце пропустило удар. Но прежде чем я успела что-то сказать, он открыл дверь и вышел, оставляя меня одну с раскрасневшимися щеками и бешено колотящимся сердцем.

Через секунду дверь снова резко распахнулась, и Пэйтон влетел обратно, его взгляд был яростным и обеспокоенным одновременно.

— Чёрт возьми, что ты со мной делаешь? — прорычал он, шагнув ко мне.

Я не успела ничего ответить, потому что в следующую секунду он уже схватил меня за талию, прижимая к себе.

— Скажи, что ты не чувствуешь этого! — его голос был низким, хриплым, почти умоляющим.

Я открыла рот, но слова застряли в горле. Всё, что я могла, — это смотреть на него, понимая, что между нами снова пылает та искра, которую мы так долго пытались игнорировать.

Пэйтон наклонился ко мне, его дыхание обжигало мою кожу.

— Детка, это парадокс... — хрипло прошептал он. — Ты набила на руке из моих песен пару строк.

Я вздрогнула, когда его пальцы легко скользнули по моему запястью, изучая татуировку, о которой он говорил.

— На твоей спине дракон, выдыхающий огонь... — продолжил он, проводя ладонью по моим волосам.

Я не успела ответить, потому что в следующую секунду он сжал моё лицо в своих тёплых ладонях, его тёмные глаза полыхали чем-то необъяснимым.

— Твоё тело, как пожар, — Пэйтон наклонился ещё ближе, и я ощутила, как колени подкашиваются, — и я дотла сгораю в нём...