58.
Ночь была тихой. Лишь редкие шорохи за окном, да тиканье настенных часов напоминали о том, что время идёт. Все давно спали. Все — кроме Сону и, к несчастью для него, Рики, который отчаянно пытался это делать.
Сону лежал рядом, лёжа на боку, подперев щеку ладонью. Он наблюдал за Рики с абсолютно бессовестным вниманием — как будто пытался угадать каждую эмоцию под его спокойным лицом.
— Рикки… — начал он в который раз. — Ну, скажи.
— Нет, — выдохнул Рики сквозь зубы, не открывая глаз.
— А если я скажу «пожалуйста»?
— Нет.
— А если я поцелую тебя в щёку?
— Тогда я укушу тебя в ответ, — хрипло отозвался старший, чуть приоткрыв один глаз. — И да. За губу.
Сону закусил губу, явно не зная, радоваться или стыдиться. Но спустя пару секунд капризно ткнул пальцем в грудь Рики.
— Ну ты скажи хоть раз… Просто один раз. Я уже целую ночь жду…
— Ты всю ночь не даёшь мне спать, — напомнил старший, поворачиваясь к нему спиной. — И если кто-то тут терпит — это я.
Сону нахмурился и пересел ближе. Его ладонь легла на бок Рики, чуть сжав ткань футболки.
— Но я ведь тебе не чужой, правда?.. Ну скажи… Ты ведь… ты ведь меня…
Молчание.
Сон упрямо вцепился в Рики сзади, словно плюшевая пиявка, и зашептал у него ухо:
— Я же говорю тебе постоянно. «Люблю». А ты в ответ — только «терплю» или «закрой рот».
— Потому что ты не затыкаешься.
— Вот сейчас! — ткнул его в спину Сону. — Опять!
— Что опять?
— Вместо «люблю» ты снова язвишь!
— Я же сказал: терплю. Это почти то же самое.
— Не почти!
Старший развернулся на спину, положив руку на лоб, будто от головной боли. Его брови были сведены, взгляд — уставший, но не злой. Просто утомлённый младшим, как всегда.
— Сону… — начал он.
— А? — мгновенно оживился тот, подползая ближе.
Рики молчал. Секунду. Две. А затем, не поднимая взгляда, выдохнул:
— Ну… может быть, чуть-чуть… Не то чтобы люблю… но…
Сону замер.
— Но?..
— Но ты уже везде. В голове. В жизни. В воздухе. Ужасно прилипчивый. Утомительно тёплый. И…
Он замолчал. Сону не дышал.
— И?
— И… ладно. Да. Люблю. — Рики повернулся к нему, глядя прямо в глаза. — Доволен?
Сону расплылся в широкой улыбке и тут же обнял старшего, уткнувшись носом ему в грудь.
— Очень.
Рики закатил глаза и пробормотал:
— Только попробуй ещё раз разбудить меня посреди ночи ради этого.
— Значит, мне придётся записать это на диктофон, — довольно хмыкнул младший.
— Лучше на своей спине. Гвоздями. Чтобы не забыл.
Сону рассмеялся. А потом притих, всё ещё крепко прижавшись к любимому, наконец-то успокоившись. И только в этот момент Рики позволил себе слабо улыбнуться — так, чтобы никто не увидел.