Эмма Потер или Грифендорка на слизерене .

Сентябрь - октябрь 1974 года.

Платформа 9¾ гудела, как растревоженный улей. Эмма стояла у входа в поезд, сжимая в руках чемодан, и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Она искала его взглядом, и когда нашла, всё вокруг перестало существовать.

Регулус стоял в нескольких шагах от неё, тоже с чемоданом, и смотрел на неё так, будто она была единственным, что имело значение в этой толпе. Он не улыбался - он просто смотрел, и в этом взгляде было всё, что они не сказали друг другу за лето.

- Ты здесь, - сказал он, подходя ближе. Его голос был тихим, почти неслышным в шуме платформы.

- Я всегда здесь, - ответила она.

Он протянул руку, чтобы помочь ей с чемоданом, и когда их пальцы встретились, Эмма почувствовала, как дрожат его руки. Она не отпустила его руку сразу. Она сжала её на мгновение дольше, чем требовалось, и он ответил тем же.

- Нам нужно поговорить, - сказал он.

- Я знаю. Но не здесь.

Он кивнул, и они вошли в поезд, как два человека, которые несут в себе одну тайну.

В купе их ждали Джеймс, Сириус и Барти. Джеймс, увидев сестру, расплылся в улыбке, которая могла осветить весь Хогвартс.

- Эмма! - он обнял её так крепко, что она охнула. - Ты не представляешь, как я скучал!

- Ты видел меня неделю назад, - ответила она, пытаясь отдышаться.

- Это слишком долго.

Сириус сидел в углу, скрестив руки на груди, и наблюдал за ними с лёгкой усмешкой. После лета у Поттеров он выглядел иначе - спокойнее, увереннее. Он больше не носил ту маску вечного бунтаря, которая висела на нём раньше.

- Привет, маленький монстр, - сказал он Эмме. - Выглядишь так, будто ты не спала всё лето.

- Я перечитывала твои письма, - ответила она. - Это отнимает много времени.

Сириус усмехнулся, но в его глазах мелькнула искренняя теплота.

Барти сидел у окна, уткнувшись в книгу, и делал вид, что не слушает. Но Эмма заметила, что он улыбнулся, когда она вошла. Летом они обменялись несколькими письмами, но чувствовалось, что он стал более замкнутым, более серьёзным.

- Барти, - сказала она, садясь рядом с ним. - Ты выглядишь так, будто готовишься к войне.

- Я готовлюсь к экзаменам, - ответил он, не поднимая головы. - Это почти одно и то же.

Эмма не стала спрашивать, что он имел в виду. Она знала, что его отец требовал от него слишком многого. И она знала, что он был не готов к этому.

Поезд тронулся, и они вчетвером сидели в купе - Джеймс и Сириус спорили о квиддиче, Барти делал вид, что читает, а Эмма и Регулус молчали, сидя рядом и чувствуя, как между ними растёт напряжение, которое требовало выхода.

---

Вечером, после распределения и пира, Эмма поднялась в гостиную Слизерина и поняла, что не может там оставаться. Слишком много взглядов, слишком много шума, слишком много всего. Она вышла в коридор и направилась к Выручай-комнате, даже не думая о том, что делает. Она просто знала, что ей нужно место, где можно быть собой.

Когда она вошла, комната встретила её теплом и светом. Камин горел, в креслах лежали пледы, и на столе стояли две кружки с горячим чаем. Она не заказывала их - но комната знала, что ей нужно.

Она села в кресло, взяла кружку и почувствовала, как тепло разливается по телу.

В дверь вошли через несколько минут. Регулус стоял на пороге, и в его глазах была смесь удивления и облегчения.

- Я знал, что ты здесь, - сказал он. - Я чувствовал.

- Садись, - ответила она. - Нам нужно поговорить.

Он сел напротив, и долгое время они молчали. В камине потрескивали дрова, и где-то вдалеке слышались голоса, но здесь, в этой комнате, было тихо. Эмма смотрела на него, и она не знала, с чего начать.

- Я не могу делать вид, что лета не было, - сказала она наконец. - Я не могу делать вид, что между нами ничего не изменилось.

- Я тоже не могу, - ответил он. - Но я боюсь.

- Чего?

- Что если я скажу это вслух, это станет реальностью. И я потеряю тебя.

Эмма встала, подошла к нему и села на подлокотник его кресла, так близко, что она чувствовала его дыхание на своём лице.

- Ты никогда не потеряешь меня, - сказала она. - Я здесь. Я всегда буду здесь.

Он поднял голову, и в его глазах блестели слёзы - слёзы облегчения, надежды, страха.

- Я люблю тебя, - сказал он. - Это пугает меня больше, чем всё, что может случиться.

- Я тоже люблю тебя, - ответила она. - И это не страшно.

Он протянул руку и коснулся её щеки. Она чувствовала, как дрожат его пальцы. Она накрыла его руку своей и почувствовала, как он выдохнул.

- Я больше не хочу прятаться, - сказал он. - Я хочу быть с тобой.

- Мы будем, - сказала она. - Вместе.

Они сидели так долго, не говоря ни слова. И в этой тишине Эмма чувствовала, что они наконец перестали бояться.

---

Следующие недели были похожи на танец. Эмма и Регулус учились быть вместе - не прятаться, но и не выставлять свои чувства напоказ. Они сидели рядом в Большом зале, но не держались за руки. Вместе ходили в библиотеку, но не смотрели друг на друга слишком долго. Они говорили о пустяках - о школе, о книгах, о профессорах - но каждый раз, когда их взгляды встречались, они чувствовали, что между ними есть что-то, что не нужно объяснять словами.

Эмма выбрала углублённые занятия по рунам и нумерологии. Она хотела понимать магию глубже - не просто использовать её, а знать, как она работает. Профессор Флитвик, увидев её усердие, предложил ей дополнительные задания, которые она выполняла с удовольствием.

- Ты когда-нибудь отдыхаешь? - спросил Регулус, когда нашёл её в библиотеке в выходной.

- Я отдыхаю, когда читаю, - ответила она.

- Это не отдых.

- Для меня - это отдых.

Он сел напротив и положил перед ней книгу по рунам.

- Я нашёл это в старой библиотеке, - сказал он. - Может, пригодится.

Эмма взяла книгу и улыбнулась.

- Спасибо.

- Не за что.

Они сидели в тишине, и это было почти так же хорошо, как их разговоры.

---

Барти становился всё более замкнутым. Эмма заметила это через месяц после начала занятий - он перестал шутить, перестал смеяться, и его глаза постоянно искали что-то на горизонте, чего он не мог найти.

- Барти, - сказала она однажды, когда они сидели в библиотеке. - Что случилось?

- Ничего, - ответил он, не поднимая головы.

- Я знаю тебя достаточно, чтобы понять, когда ты врёшь.

Он поднял голову, и в его глазах была усталость.

- Отец хочет, чтобы я пошёл в Министерство, - сказал он. - Он уже строит планы на мою карьеру. Он говорит, что я должен быть лучшим, что я должен быть идеальным. Но я не знаю, хочу ли я этого.

- А что ты хочешь? - спросила Эмма.

- Я не знаю, - ответил он. - Я никогда не думал о том, что хочу. Я всегда думал о том, что должен.

- Ты не должен быть тем, кем тебя хотят видеть другие, - сказала она. - Ты должен быть собой.

Он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула искра благодарности.

- Спасибо, - сказал он.

- Не за что.

Они сидели в тишине, и Эмма чувствовала, что он пытается найти свой путь. И она знала, что он найдёт его.

---

Отношения Джеймса и Лили тоже менялись. Эмма замечала, как Джеймс стал более осторожным - он больше не кричал о своих чувствах на весь Хогвартс, не делал громких жестов. Он просто был рядом.

- Ты изменился, - сказала она ему однажды, когда они сидели в гостиной Гриффиндора (он уговорил её зайти на минуту).

- Я просто устал быть дураком, - ответил он.

- Ты никогда не был дураком. Ты был просто слишком громким.

- Это одно и то же, - он улыбнулся. - Но я учусь.

Эмма помогла ему с советом: «Пригласи её на чай. Просто чай. Без цветов, без стихов, без всего этого. Просто будь с ней». Он так и сделал, и Лили согласилась. В конце октября они впервые пошли в Хогсмид вдвоём, и Эмма видела, как Джеймс улыбался, когда вернулся.

- Она согласилась, - сказал он, светясь от счастья.

- Я знала, - ответила она.

- Как ты всегда знаешь?

- Я - твоя сестра. Это моя работа.

Он обнял её, и она чувствовала его радость, как свою.

---

Напряжение с Северусом возникло в середине октября. Он подошёл к Эмме в коридоре, когда она возвращалась с уроков. Его лицо было бледным, глаза горели холодным огнём.

- Ты вмешиваешься, - сказал он без предисловий.

- Во что?

- В мои дела. Ты подружилась с Лили. Ты даёшь советы Джеймсу. Ты делаешь так, что они становятся ближе.

- Я не вмешиваюсь, - ответила Эмма. - Я просто рядом. Если она хочет быть с ним - это её выбор. Если она хочет быть с тобой - это тоже её выбор.

- Ты не понимаешь, - сказал Северус, и в его голосе была злость. - Ты не знаешь, что значит терять кого-то.

- Я знаю, - сказала Эмма, и её голос был твёрдым. - Я теряла брата. Я теряла себя. Но я не вмешиваюсь. Просто будь рядом с ней. Не пытайся её удержать.

Северус посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то - удивление, боль, что-то ещё, что она не могла прочитать.

Он ушёл, не сказав больше ни слова. Эмма смотрела ему вслед и чувствовала, что он потерян. Она не знала, сможет ли он найти свой путь. Но она знала, что он должен сделать это сам.

---

Инцидент с Рудольфусом Лестранжем случился в конце октября. Эмма шла по коридору, когда путь ей преградил Рудольфус Лестранж. За его спиной маячили двое слизеринцев с той же нахальной усмешкой на лицах.

- Поттер, - сказал он, лениво растягивая слова. - Я слышал забавную новость. Говорят, ты теперь неразлучна с младшим Блэком. Это правда?

Эмма остановилась, посмотрела на него с лёгким наклоном головы - так, как учила бабушка Ирима: не вызывающе, но с холодным достоинством, которое не оставляет сомнений в том, кто перед тобой.

- Мои отношения с Регулусом Блэком не являются предметом обсуждения, - ответила она ровным голосом. - И уж тем более не с теми, кто не имеет к ним никакого отношения.

Рудольфус усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень раздражения.

- Ты думаешь, что ты особенная, Поттер? Что твоя дружба с Блэком сделает тебя кем-то большим?

- Я не думаю, что я особенная, - ответила Эмма, и её голос стал холоднее. - Я знаю это. Но не потому, что я дружу с Блэком. А потому, что я - Поттер. И моя семья древнее и чище, чем многие из тех, кто кричит о своей крови на каждом углу.

Рудольфус побагровел.

- Ты... ты не имеешь права...

- Я имею право на всё, что не нарушает правил Хогвартса, - перебила она. - И если у тебя есть ко мне претензии, я готова их выслушать в присутствии декана Салахондра. Или директора Дамблдора. Выбирай.

Она смотрела на него в упор, и Рудольфус не выдержал. Он опустил глаза, пробормотал что-то невнятное и ушёл, уводя за собой своих приятелей.

Эмма стояла в коридоре, чувствуя, как дрожат её руки. Она не показала этого, но внутри неё всё дрожало. Она знала, что это не последний раз, но она знала и то, что справится.

---

Конец седьмой главы

Сегодня я вас балую, три главы подряд. Ставьте звездочки и пишите комментарии пожалуйста, это вдохновляет меня на продолжение