ПЛОХИШ | 18+

Невозможно понять, что творится в голове у парней. Сколько не пыталась достучаться до Хейдена, или хотя бы чуточку начать понимать его, казалось, он ускользает от меня. Он использует наше общение как средство демонстрации, — что меня можно сломать за прошлое. И все наши контакты или стычки, и даже переписки происходили лишь тогда, когда ему было удобно. И общается он, когда этого захочется ему самому, — он плевал на мои желания. Не знала почему так происходило, думала, возможно, он и сам уже не понимает.
А оказалось во всем был скрытый смысл. Чёткий план.

В ту ночь в Вегасе я рассказала Тао о соглашении между его сестрой и другом. Проговорилась, когда пыталась успокоить свои нервы. А он, сожалея признался в ужасной вещи, — Хейден не простил мне прошлых деяний. Было сложно не впасть в чёрную депрессию, но Купер помог справиться со всеми навалившимися эмоциями. Он поддержал меня, невзирая ни на что, а взамен попросил лишь о доверии. Конечно, учитывая его отношение в начале нашего второго знакомства, это доверие дорогого стоило. Он рьяно уговаривал не плакать и не расстраиваться из-за Хейдена. Утверждал, что тот даже сам не понимает чего от меня хочет. Купер держал меня за руку, ведя к номеру, подбадривая и обещая, что все наладится.

После возвращения в ЛА, я стала более осмысленно заниматься собой, своим душевным состоянием и тем, что заливаю в себя. С Хейденом было покончено. Я оградила себя от негативных людей.
С Купером репетировали песни, училась играть на гитаре, уходя от проблем. Первые азы он показал мне спустя две недели после случая в Вегасе. После неудачного «свидания», даже красоты каньона не спасли от депрессии. Я все больше и больше уходила в себя, пока Купер не решил хорошенько встряхнуть меня.
Мое первое серьёзное выступление с новыми людьми, с которыми работал Данте, было назначено на конец года, ближе к Рождеству. Удивительно, мне дали шанс показать на что я способна.
За прошедшие месяцы я набиралась опыта у прожженных темой музыки людей. Мне нравилось петь, и нравилось сочинять стихи для них, но никогда ранее не думала всерьёз заниматься этим делом. Да я и не предполагала, что мой голос настолько хорош, считая его обычным.

Вскоре пришла пора возвращаться в колледж, я продолжала ездить из дома Хейдена на занятия, оставляя Ричи в полном одиночестве. Накладывала в миску еды и наливала свежую воду, оставляла какие-нибудь игрушки, которые «парень» мог грызть, не портя мебель. Рич рос послушным и добрым псом. За всей этой суетой время летело незаметно.
Но это случилось не сразу, вначале, недели длились словно годы, и сухое общение с Хейденом не приносило облегчения. Он писал очень редко. Я тоже прекратила все свои попытки надоедать ему. Если планировалась алкогольная вечеринка, выключала телефон, и прятала его в недоступном для нетрезвого мозга месте. Больше не хотелось повторений моих ошибок.

Хейден написал ещё раз через неделю после моего возвращения в колледж, в сообщении он спрашивал удобно ли мне ездить так далеко, хотя на дорогу уходило от силы полчаса. И предлагал альтернативы поиска своей квартиры. Другими словами парень выгонял меня из своего дома.

Я продолжала пользоваться его машиной, оплачивала счета его кредиткой, думать о еде и крове не было необходимости до того злополучного сообщения. Мне больше не приходилось оплачивать никакие счета. А после указки на дверь, пришлось снова подумать о том, как найти квартиру.
Было поздно искать соседей в разгар учебы. Елена поселилась с другой девчонкой.

Находясь в доме Хейдена я скорее выигрывала, чем проигрывала. И платой за все — было мое страдание.
Но и этому пришёл конец.

Вскоре Купер предложил попробовать встречаться с ним. По-настоящему. Без всяких игр и притворств. Без оглядки на прошлое.
Что я могла сделать в этой ситуации, когда этот человек действительно был дорог мне. Я не хотела терять его.

Купер показал какими могут быть отношения, когда парень заботится о тебе. Когда он дорожит тобой, и плевать на остальной мир. Понемногу сломанные крылышки стали оперяться, а кости срастаться. Он звал меня «ангелочек», не знаю, откуда набрался этих словечек, и я стала ощущать себя счастливей в его компании. Купер вытащил меня из тьмы.

Мы не спешили, нет, шли к сближению постепенно. Проводя время вместе. Тао водил меня в рестораны, кино, иногда вместе прогуливались по торговым центрам, где покупали для меня одежду. Можно сказать он стал моим гуру стиля. Парень советовал выбирать наряды для будущих выступлений уже сейчас, и мы, часами ездили по городу, в поисках необходимого.

По вечерам он заезжал ко мне, и мы, сев в патио, рядышком, за бокалом вина, наблюдали, как загораются огни и гаснут звёзды. Мы не целовались, никогда, изредка обнимались и покусывали друг друга за шею. Первым эту «традицию» ввёл сам Тао.

Однажды в один из вечеров, он немного перебрал с выпивкой, возможно, выкуренная позже травка тоже подействовала, и парень слишком развеселился. Он стал игривым, и покусывал меня за открытые места: плечи, руки, вконец добрался до шеи. Момент стал слишком интимным, выходя из зоны дружбы. Тогда я позволила себе плыть по течению.

Его губы мягко порхали по месту укуса, руки удерживали возле себя. Я ощущала острую потребность в тепле и контакте, и не возражала против проявлений любви со стороны человека, которому доверяла. Я старалась относиться к этой ситуации как к игре, в тот момент не верилось, что между мной и Тао может быть что-то серьёзное и долгосрочное. Он же богатый парень, для которого открыты все двери. А я, простая девчонка, для которой существовал лишь один мужчина.
Умом понимала, ему вскоре наскучит моя компания, или он уйдёт, как только мы переспим. Я не хотела Тао тогда физически, просто не могла помыслить о другом парне во мне, кроме Хейдена, но мне нравилась забота Купера, его тепло и объятия. Я млела от состояния удовольствия, и забывалась в его руках. Редко вспоминала Хейдена. Могла двигаться дальше.

Тот вечер показал мне многое. Тао и я могли быть не только друзьями, а друзьями с привилегиями. Если я позволю себе чуточку послабления. И смогу потом отпустить эти отношения.

Прошли недели, за ними последовали месяцы с того злополучного вечера, турне Хейдена заканчивалось. Скоро он должен был вернуться. Но я не знала точную дату. Наверно, это случится в ноябре.

В предверии Хэллоуина, я все ещё находилась в доме Хейдена, так как не нашла квартиру. И комнату в кампусе не взяла. Моя неудачная задница все еще строила планы.

В ночь 31 октября мы с Купером запланировали очередное свидание. В этот раз я была готова попробовать нечто большее. Какой смысл сгорать от любви по другому, когда тот всего лишь использовал мою привязанность к нему ради мести.

После двенадцати мы собирались отправиться на вечеринку, отмечать вместе с друзьями Купера. Чем не повод отметить с ним пораньше. Я даже столик накрыла.
Заранее выбрала несколько нарядов, чтобы иметь возможность переодеться в случае чего. На лицо нанесла грим.
Позавчера мое тело показало, как оно может наказать меня за чрезмерное употребление алкоголя. И меня рвало прямо на дороге, по пути сюда. Потом пришлось ехать домой, переодеваться.

Тао заботливо держал мои волосы на затылке, пока желудок избавлялся от содержимого в кустах на обочине. Мимо проезжали машины. Некоторые сигналили и выкрикивали нелицеприятные слова, смеясь. Иные строго следовали своему пути. Мне стало так стыдно, а Купер посоветовал не обращать ни на кого внимания.

В районе восьми, Тао находился в холле виллы, выглядя потрясающе. Ему не особо пришлось стараться, ведь его тело и так было украшено рисунками.
Тао оделся в белую футболку с короткими рукавами под кожаную куртку. Надпись футболки гласила: «Без тебя так темно, детка». На каждом пальце сверкали кольца-черепа, надел бледные линзы, усиливающие эффект его внешности. Слегла осветлённые волосы, зачесал наверх. Тао выглядел, как красавчик-вампир, или ещё какая сексуальная нечисть.
Я любила его, очень. И невозможно разобраться, к чему приведут эти чувства. С одной стороны понимала, как сильно он дорог мне, и ни за что не хочу терять его бережное отношение ко мне. Но с другой, разве я имела право держать его возле себя, ничего не давая взамен?
Вот эта мысль и привела к непростому решению – попробовать то, что до сих пор в моей голове было запретным.

Грим на моем лице вызвал в парне ослепительную улыбку. И я испытала гордость за свои старания.

— Выглядишь... — не найдя подходящего термина сразу, Тао сделал значительную паузу, — как очень горячая и сексуальная девушка-зомби.

Он обнял меня, затем чмокнул в щеку, и взяв мое лицо в ладони, стал рассматривать мой труд, на который потратила несколько часов. Я тренировалась неделю до этого дня, так что, результаты были вполне сносными.

От Купера пахнуло уже знакомой до боли туалетной водой, которым пользовался только он. Она была именной, специально созданная одним парфюмером для внука Оруэлла. Со свежими нотками перца, сладкого абрикоса и чего-то там ещё. У Ланы имелся женский аналог, — свой собственный аромат, что вызывало капельку зависти.

— Ты готова, как я вижу, так что, поехали?

— Подожди!

Перехватив рукав парня, сглотнула от перенаправления. Взглянула в глаза, затем, облизав пересохшие губы, медленно повела его в более тёмную часть дома, в гостиную, где приготовила для нас выпивку. Я жутко нервничала, понимая, что могу загубить всю нашу дружбу. Ведь если у меня не получится полюбить его как заслуживает Тао, я принесу боль разочарования нам обоим.
И все же, не желала продолжать использовать его себе во благо. Или это он использовал меня, неважно. Эта ночь должна решить все окончательно.

— Я думала сперва мы проведём какое-то время наедине, и лишь затем присоединимся к твоим друзьям. — Ладони вспотели. Голос дрогнул. Тао заметил мою нервозность и мягко коснулся моего подбородка.

Купер понимающе ухмыльнулся, не возражая. Держа за руку, подошёл к светлому дивану первым и сел, не расцепляя наши пальцы, предлагая последовать его примеру. Мягко провёл по голому участку кожи, от чего я снова почувствовала себя желанной, и потянув на себя, усадил на свои колени.

Находясь в наиболее выгодной позиции, очерчиваю пальцем подбородок парня. В голове роятся сомнения. Меня что-то останавливало. Может быть маленькая глупая надежда вновь обрести Хейдена. Не знаю. Губы парня растягиваются в уже любимой усмешке.

Тао Купер, что ты со мной творишь? Я тут пытаюсь принять серьезное жизненно важное решение.

Тао всегда был терпелив со мной, позволяя мне выбирать, какое общение для меня более комфортно, он не давил, и не подгонял с решением раньше. Сейчас, когда между нами остаётся только одно незавершённое дело, я трушу. Дрожь пробрала тело, и я задрожала как от порыва холодного ветра.

Первый контакт произвёл неизгладимое впечатление, Купер умел целоваться лучше Хейдена. Он мастерски завладел не только моим разумом, но и телом. Умелые движения языка внутри моего рта разгоняли по телу горячие волны, руки с прохладными кольцами опустились сперва к оголенным бокам, и лишь затем, когда не последовало возражений, к моей попке. Сжали ягодицы так сильно, что я охнула прямо ему в рот.
Мне понравился этот поцелуй. Он был жарким и игривым. С Купером было приятно целоваться. Но хотела ли я продолжения? Не уверена.
Что-то невесомое и неосязаемое держит меня от последнего шага.

Да, он заводит меня, но не на столько сильно, как мог другой человек всего лишь коснувшись меня взглядом. Тому даже не было необходимости приближаться, я загоралась и без контакта с его телом. Всего лишь услышав его запах.

— Джи... — Тао прервался, разорвав поцелуй. Он тяжело дышал, его тоже трясло как меня. Грудь опадала и поднималась вместе с глухими ударами сердца.

Тао приподнял меня над своими коленями, держа за зад, и неловко поерзал.

— Нам не следует этого делать.

Услышанное повергло меня в легкий шок. Я не ожидала такого. Я сама не собиралась, ещё не до конца решила, но когда эти слова звучат из уст парня, они кажутся оскорблением.

— Я не хочу обижать тебя, сладкая девочка. Не хочу пудрить тебе мозги или забивать на знаки.

— О чем ты?

Не отвечая на прямой вопрос, Купер прислонялся лбом к моей груди и продолжал говорить:

— Я люблю тебя, Птенчик. Пойми меня правильно. Очень люблю. — Голос звучал вымученно, словно он собирался приговорить кого-то к смерти, от чего напрягалась больше.— Готов за тебя убить весь мир. Но... кажется, я не хочу тебя.

Последующее заявление повергло меня в катарсис. Он же лжёт, черт возьми!

— Прости. Я думал... у нас получится. Я испытывал к тебе физическое влечение изначально. Но постепенно, узнавая тебя ближе, в душе поселялось иное чувство. Я действительно люблю тебя, только это не такая любовь, понимаешь?

Он понял это спустя три месяца?

С грустью, понимая, что Купер описал практически все мои ощущения рядом с ним, кроме желания, ведь я никогда не хотела его физически до конца, позволяла думать, но не действовать, кивнула. Улыбнулась, насильно возвращаясь на место, где явственно ощутила знак его неоспоримого желания, которое парень отрицал, и взяв лицо в свои ладони, поцеловала медленно, возможно, прощаясь. Это был наш первый и последний поцелуй. Фактически второй, ведь секунды назад он поцеловал меня впервые. И я рада, что мы оба разобрались со своими чувствами без ущерба второму.

— Я тоже тебя люблю.

На лице Купера проскочила тень сомнения. И я поспешила объясниться.

— Не в таком плане, дурачок. — Ударив кулачком его по плечу, более менее привела парня в себя. — Ты мне очень дорог, Тао Купер. И я хочу оставаться в твоей жизни до конца наших дней.

И кто ж знал, что в тот самый момент, когда мы прощались, в тёмный холл вошёл вернувшийся из турне хозяин дома, который застал всю сцену.

— Я тоже не хочу терять тебя, милая сладкая Джи. Никогда не допущу этого.

     — И... можно тебя целовать, да? Ты же не против? — тёплый смех растопил мое сердце.

Не замечая ничего, мы оба посмеялись, прижимаясь друг к другу. Но теперь оба понимали – это не повторится. Мы больше не перейдём грань. И Тао молодец, он не стал заходить слишком далеко из уважения ко мне. Вряд ли, другой парень на его месте, поступил бы так же.