ПЛОХИШ | 18+

Следуя зову разума, а он говорил мне прислушаться к советам Тао, я позволила себе вольность, и согласилась стать невестой моего лучшего друга. Не знаю насколько серьезным было это решение в ту ночь, но даже спустя несколько дней во мне все ещё оставались разумные сомнения. Да, Тао затмил остальных приятелей, дав оценить каким должен быть настоящий друг, он не должен убегать, когда тебе плохо, и всегда, неважно прав его друг или нет, должен поддержать в трудную минуту.
Но стоит ли идти за парнем только ради стабильности?

Самолёт парил в небе уже несколько часов, держа курс до аэропорта Нью-Йорка. И я изжевала свои губы. Причин для волнений было предостаточно. Хейден; моя первая поездка в Нью-Йорк; встреча с Ланой и их дедом... в общем, меня бросало в дрожь от одной мысли о высокомерии семьи Купера. Старалась думать над тем, как не ударить в грязь лицом перед этими людьми. И я, могла расплакаться черт возьми, если увижу Хейдена, любовно обнимающего сестру Купера.

Тао летел ради друга, он хотел поддержать его во время концерта, а меня взяли за компанию, от одной лишь мысли о встрече с ним там, меня бросало в холодную дрожь, и не могла успокоиться.

Кого я обманываю, конечно же хотелось увидеть его ещё раз перед тем, как окончательно отпустить все грезы о нем. И неважно как будет тяжело потом. Тао созванивался с друзьями и упомянул о Рексе и Трике, которые тоже находились в Нью-Йорке. Парни остановились в отеле «Плаза», не желая ютиться в тесных автобусах, и, так как у них прямо там были назначены важные переговоры с неким продюсером, было решено не тесниться с другими. Всего автобусов было четыре, в одном перевозили аппаратуру, во втором и третьем путешествовали музыканты, Хейден жил с ними, в четвёртой ездила Лана. Ее автобус был оснащён более современными удобствами: большая кровать в хвосте, салон, оборудованный под кухню. Мальчишки не могли не взять с собой еды и пополняли эти запасы на каждой остановке с концертами. По словам Купера его команда была замечательной, они раньше все работали вместе, а в Нью-Йорке снимали дом-студию, неподалёку от Jacob Riis Park Beach.

— Ты как? — Поймав мой взгляд, Тао, одетый лишь в шорты и футболку, улыбнулся. Кто-то решил бы, что ему не требуется много гардероба, и сильно ошибся в своих суждениях. Тао, как и остальные его друзья, обязан был держаться стиля.

Решение полететь к Хейдену было принято внезапно. Тао не собирался брать меня с собой. Но узнав о намерениях их деда навестить внучку и ее новоиспечённого жениха, он захотел убить одним выстрелом двух зайцев: и меня показать главе семьи, и друга поддержать. Я чувствовала себя жутко некомфортно от этой мысли, а ещё больше от предстоящей свадьбы Ланы и Хейдена. В душе все ещё считала его своим, и сильно обижалась на его молчание.

Следующие три часа пролетели в агонии, и, чем ближе мы становились к штату Нью-Йорк, тем сильней я волновалась. Из аэропорта нас забрал нанятый убер, и отвёз прямиком к арендованному жилью Хейдена. Я полагала мы снимем номер, а не остановимся у них, и перед встречей мне бы хотелось привести себя в порядок. Только, Купер решил встретиться сразу, не спрашивая моего мнения.
До студии мы добрались в районе одиннадцати ночи. Я была спокойна хотя бы в отношении Оруэлла Купера. Вряд ли старик задержался бы у внучки так поздно, даже если решил навеваться к ним внезапно. Дверь нам открыла божественная Лана. От неё словно исходил свет. Ее светлые волосы ниспадали на плечи, с тонкими лямками от стильной топ-майки, и выглядели идеально ровными, а ее загорелая кожа отливала блеском. Наверняка, искусственно нанесённым, но нельзя было не признать, как просто выгляжу я в своих шортах и майке на ее фоне. И возможно, впервые осознала, почему Хейден хотел ее, а не меня. Лана была утончённой.

— Салют! — поприветствовала девушка нас, не выражая никаких эмоций. Я не могла прочесть на ее лице ничего, пока она не улыбнулась брату, и не чмокнула его в щеку. — Вы немного задержались, Ти-Кей. Я рассчитывала, что ты появишься пораньше и станешь щитом между мной и дедом.

Не придав значения прозвищу Тао, я прошла в помещение, таща за собой небольшой багаж.

— Прости, что моя неорганизованная сестра только вчера сообщила мне, что я ей срочно понадобился как буфер, — в своей безвредной манере, произнёс Тао, толкая сестру в плечо. Та рассмеялась и отступила от двери, потому что ее брат был намного шире чем я.

— Проходите, Хейден вернётся попозже.

Такая досада, я зря волновалась, даже ногти чуть не сгрызла себе, а его даже нет на месте.

****

Той ночью мы дождались возвращения Хейдена. Он с улыбкой приветствовал друга, заключив его в крепкие братские объятия, а меня удостоил лишь кивком. Мне ничего не оставалось, как последовать его примеру и не придать значения этой холодности.
Мы все посидели немного на открытой веранде, глядя на темноту пляжа, попивая пиво. Дул ветер, шум океана доносился очень громко, и посиделки было решено свернуть очень скоро. Пиво пили только парни, Лана и я - чай. После отправились спать. Но эти полчаса показались самым настоящим адом. Лана и Хейден не вели себя, как типичная влюблённая парочка, и даже не сели рядом, и все же, я испытывала боль, каждый раз как он смотрел на неё с улыбкой, рассказывая что-то другу. Я не вникала в его рассказы, смутно представляя о чем идёт речь. В основном они говорили о музыке, о выступлениях и намечающемся турне дальше.

Купер ушёл с Хейденом в районе двух часов ночи, спать в одной спальне, а меня отправили с Ланой во вторую. В студии имелось всего две спальни. У меня не было выбора.

Представить себе сложно, каких сцен я нарисовала бы в своей голове предугадай такой исход, думала, следуя за блондинкой. Наверняка, все идеи вертелись бы вокруг убийства этой крашенной физиономии. Я не любила ее со школы. Теперь, имея причины не любить ее ещё больше, старательно пыталась скрыть мое отношение к ней.

Днём позже мы носились с командой Хейдена по Нью-Йорку, активно готовящейся к предстоящему последнему выступлению. Хейден должен был спеть в Мэдисон Сквер Гарден. Он даже включил в список Тао, а тот стал уговаривать меня спеть с ним нашу песню.

— Ты с ума сошёл! — возмущалась я утром, когда Купер сообщил о своём намерении выйти на сцену. — У нас не было репетиций, я не записывала аудио, о каком выступлении может идти речь. — Голубые глаза закатились наверх, словно я сказала самую большую глупость на свете.

— Мы репетировали, Птенчик. У тебя все получится. К тому же, нам не нужна запись, мы будем петь вживую.

— Тао, мы же просто дурачились, нет, я не смогу.

Вздохнув, Купер терпеливо взял меня за плечи, заставляя смотреть на него и произнёс очень важные слова:

— Птенчик, если хочешь обладать чем-то важным, нужно найти в себе смелость бороться за это, а не прятать голову в песок.

Черт знает, о чем шла речь, но эти слова подействовали, когда он пообещал, что костюмеры нарядят меня так круто, что никто из знакомых не узнает во мне прежнюю Дженни. На четыре часа дня для нас была назначена запись в «Аватар Студиос». Запись демо должна была оказаться в Мэдисон Сквер Гарден не позже семи. А до этого, Лана повезла меня в бутик, для приобретения двух нарядов: первое для выступления на концерте, второй для встречи в ресторане с их дедом.

                          ****

Выступление Хейдена прошло на ура. Зрители выкрикивали слова признаний в любви, многие пытались дотянуться до него на сцену, самые решительные пытались прорваться сквозь охрану. Хейден выглядел довольным, и, немножко уставшим, концерт продлился четыре часа. Тао и я выступили во время первой половины, и вышло признаться, очень неплохо, невзирая на один унизительный момент, от сильного волнения мой голос дрогнул, и я не смогла взять высокую ноту. Кажется, я даже сфальшивила в конце, но создалось ощущение, что за голосом Тао, а в дальнейшем, подключившегося Хейдена, никто этого не заметил. Зрители аплодировали нам, и даже пытались подпевать. Прежде никогда не испытывала таких ярких и глубоких эмоций, казалось меня разорвёт от них. Во второй половине, для всех это стало неожиданностью, Хейден спел с Ланой. Слова были пропитаны глубоким чувством страсти.

Куплет Хейдена:

Когда смотрю на тебя, я возбуждаюсь
Когда держу тебя в руках, я окрыляюсь
Ты – свет мой, ты ангел во плоти,
И я тебя люблю, малышка

Куплет Ланы:

Когда ты смотришь на меня, я окрыляюсь
Когда тону в твоих руках, я умираю
Ты тьма моя, Вселенная...
И я тебя люблю

После четырёхчасового концерта, Хейден принял душ, мы тоже смыли грим, и все переодевшись в подходящую одежду для ресторана, попрощавшись с Триком и Рексом, которые поехали сразу на вечеринку команды, вчетвером, отправились на встречу с Оруэлом Купером. Я даже не успела спросить у Тао о пении Ланы. Немолодой мужчина занимал пентхаус в одном популярном здании, где внизу имелся свой ресторан. Было около одиннадцати, когда метрдотель встретил нас у входа и проводил в кричащий роскошью зал. Людей за столиками оказалось крайне мало, в основном они пили, а не ели, дед Тао и Ланы сидел в дальнем углу, в городом одиночестве, просматривая какие-то бумаги. Он отложил их в сторону, отдавая молодому помощнику, парнишке примерно моего возраста, лишь когда мы расселись за стол. Приветствие вышло неловким. Оруэлл пожал руки парням, а Лану обнял. А моя протянутая рука так и осталась без ответа. Он не заметил меня, пока Тао не представил погромче, словно старик и вправду был глухих. Я готова была провалиться сквозь этот шикарный пол, будь уверена, что под нами не находятся служебные помещения. Наверняка в таком роскошном месте даже подвал используют с выгодой.

Во время позднего ужина (Хейден, Лана и Тао заказали только лёгкую закуску, содержащую в себе только полезные качества), немолодой мужчина старался отговорить внучку и Хейдена не спешить со свадьбой. Они с Ланой иногда препирались, когда мужчина повышал тон, на защиту девушки становился Тао, выполняя роль буфера, для чего его и позвали сюда. Но самое жаркое нас ожидало впереди. Когда Тао озвучил своё желание связать своё будущее со мной, глаза Куперов остановились на мне в полном недоумении.

— И что ты хочешь этим сказать? — бесцветные глаза старика сверлили гневным взглядом меня, а вопрос был адресован Тао. — Дорогая Дженни, мы с вами не знакомы, но полагаю найдём общий язык, кажется мои внуки решили сжить меня со свету раньше времени. Вы готовы помогать им? — Это замечание било не в бровь, а в глаз.

Признание Тао повергло в шок не только Купера старшего, Лана во все глаза смотрела на нас по очереди, и не могла сказать ничего какое-то время.

— Я ничего не имею против вас, мисс... как вы сказали ваша фамилия? — продолжал говорить Оруэлл, а мне казалось, что моя голова сейчас лопнет от волнения.

— Сильверстоун, — наконец обретя дар речи, подсказала внучка. Ее ошарашенное лицо смягчилось. Она улыбнулась краешком губ Хейдену, после чего взяла его за руку.
В этот момент меня словно пронзили стрелой.

— Мисс Сильверстоун, уверен, вы умны, и очаровательны, но... Погодите, разве ту девку, которая навесила на вас ложное обвинение не также звали? — шаркающим голосом, спросил мужчина, потеряв самообладание. И наверняка меня бы выкинули из здания по его приказу, не сумей Тао выкрутиться.

Затаив дыхание, я замерла, ожидая грозу. Наверняка, она последует, как только Оруэлл узнает кто я такая.

— Дед, прошу, — прервал старшего Купера внук. — Хватит о прошлом. Это другая девушка. — Тот не стал продолжать спорить, кивнув внуку. Я тихонько выдохнула. Но глаза старика выглядели недоверчиво. Оруэлл встал и стал отходить ожидая, что Тао пойдёт за ним. Парень сомневался некоторое время, но в итоге тоже встал, недовольно ворча себе под нос, и пошёл следом за дедом.

— Да уж, — выдохнула Лана, нервно усмехнувшись, когда мы остались втроём. — Удивили, так удивили. А ты знал о намерениях Ти-Кея? — вопрос был обращён ее парню.
Хейден смотрел на меня не сводя глаз, на губах пряталась то ли усмешка, то ли улыбка, сложно было сказать. В его взгляде читалось омерзение. Словно он разгадал меня, и понял ради чего нахожусь здесь и сейчас.
Он не ответил своей девушке. Вместо этого промокнув губы салфеткой, извинившись встал, поцеловал Лану в щеку, и тоже ушёл.

Ту ночь я не спала, лежала в кровати одна и беззвучно плакала. Троица: брат с сестрой и их друг, после встречи со стариком, отправились на вечеринку.
Лёжа в темноте, одна, прислушиваясь к шорохам студии, беззвучно рыдала, опасаясь скрытых камер. Я не смогла бы объяснить никому причину своих слез. Прощалась с мечтой, грезя поскорей забыть Хейдена Брока. Но на самом деле, вновь увидев его, поняла одно: я не скоро забуду эти чувства. Тао заслуживает знать правду.

На следующий день пока команда Хейдена собиралась, готовясь к отъезду через несколько дней, мы втроём: я, Тао и Лана ходили по Нью-Йорку. Он решил показать мне достопримечательности перед отъездом, зная о моем желании увидеть побольше незнакомых мест. Мы посетили Кони-Айленд в Бруклине, посмотрели на развлекательные аттракционы, Лана вела себя дружелюбно, принимая наши отношения с ее братом. Только меня не покидало ощущение, что здесь крылась своя причина. Я не могла взять и поверить в ее сердечную доброту, или я была несправедлива к ней.

После прогулки по набережной, мы поехали на Манхэттен. Заглянули в несколько магазинов одежды, а в одной мне даже приглянулись несколько платьев и юбок ярко-желтого оттенка. Заметив, как горят мои глаза при взгляде на эти яркие тона, Лана потащила меня к примерочной, а сама стала подбирать сочетаемые блузки и юбки.

— Вот это подойдёт ей. — На длинный поручень повисло желтого цвета невероятно легкое платье. Оно было шикарным, и я не могла отвести завистливого взгляда. «Повезёт той, кто купит его».

Лана приносила не только летние наряды, предусмотрительно подумав о предстоящем осеннем сезоне. И пока я и Тао стояли у примерочной, она ловко взяла на себя шефство над братом и мной. Лана выбирала, я оценивала, Тао кивал. Мне была непонятна эта ситуация, но к концу примерки сотово наряда, я устало выдохнула и обратилась к Тао:

— Может пора уходить? Уже довольно поздно, магазин скоро закроется. К тому же, я проголодалась.

Тао улыбнулся и взяв меня за руку, покружил перед собой. Да, по его взгляду я видела, это платье то, что нужно. Не зря оно понравилось мне сразу.

Он уговорил меня примерить ещё несколько туфель или босоножек, сочетающихся по цвету, а сам покинул магазин, наказав сестре не отпускать меня никуда. Объединившись, брат с сестрой устроили все так, что через полчаса, когда мы шли к ресторану, в наших руках находились огромные пакеты.

— Зайдём, перекусим, — подмигнул нам Тао. Внутри, наши покупки благотворно переместились в руки хостела, принявшего их на хранение до конца трапезы. Вскоре нас усадили за свободный столик у окна, на который подали блюда на четырёх человек.
Как выяснилось, Хейден присоединился к нам через двадцать минут. И мне больше кусок в горло не лезло, хотя до его прихода казалось готова съесть целого слона.

Через день после встречи с Оруэллом, было объявлено о возвращении в Калифорнию. Оруэлл забирал с собой обоих внуков, также он позвал в гости Хейдена. У него как раз намечался перелет в другой штат. Он успевал смотаться домой. За это время, пока его команда доберётся до нужного пункта на автобусах, он успеет погостить у будущего родственника. Оруэлл не позвал меня. Меня пригласили с собой Тао и Лана.
Кажется, эта блондиночка решила, что я и впрямь хочу замуж за ее брата и готова была помогать нам обоим убедить Оруэлла принять в их консервативную семью девушку из другого сословия. По пути в аэропорт позвонил Уайатт, он говорил о том, как соскучился, и хотел бы встретиться на днях, но узнав, в какие края меня занесло, дико покричал в трубку, радуясь за друга, и пожелав не хило оттянуться, попрощался. Кажется, он говорил что-то о Елене, если я правильно разобрала, то ли, они спьяну переспали, то ли, ещё что, но я прослушала из-за шумящих соседей. Не могу утверждать точно. Я надеялась, что эти двое не скучают без меня. Мы увидимся с ними только осенью.

До Кармел мы добрались только к вечеру. Солнце все ещё светило очень ярко, и под чарующий закат, подъехали к красивому особняку Оруэлла Купера.

С дороги нам дали час на отдых и душ, в районе семи ужин подали на крытой стеклянной веранде. Оруэлл снова испытывал меня взглядом. Во время еды он несколько раз задавал вопросы, касательно моей учебы и планов на будущее. Откуда я роддом. Ответы задерживались. В какой-то момент за столом воцарилась напряжённая атмосфера. У меня было ощущение словно я насекомое, находящееся под бдительным присмотром под колпаком. От Хейдена ничего не требовалось, Оруэлл, судя по всему любил парня ещё с малых лет.
Дико нервировали взгляды старика, он изучал меня, и естественно, виду не подавал, как я ему не нравлюсь, у них же не принято грубить.

Мой персональный ад завершился к восьми часам, внучка с дедом пошли в бильярдный зал, обсуждать предстоящее официальное знакомство семьи с Картерами. Купер отправился в спальню, где остановился, а я, переодевшись в шорты и майку, решила пойти на пляж. Я знала этот город и не боялась его жителей. Мне требовалось время и место для уединения, и я не придумала ничего лучше, чем отправиться к океану за валунами.

                          ****

Держа в себе всю не вытравленную боль и слёзы обиды, стояла у берега, куда накатывали волны. За камнями образовывался некий забор от любопытных глаз, и даже от прохладного ветерка. Здесь я могла побыть наедине с собой, где не нужно больше притворяться. Я знала когда шла, — это будет невыносимо больно, но не предполагала на сколько тяжело это вынести глядя на него с другой.

Шум волн успокаивал. Я любила океан, несмотря на его опасную мощь. Хотела бы поселиться где-нибудь в Калифорнии у пляжа, чтобы иметь возможность каждое утро и каждый вечер наблюдать за зарей над бескрайними водами.

Неожиданно слева возник нарушитель моего душевного равновесия, в вечернем свете вряд ли он предполагал найти меня тут. И удивившись, остановился на полпути.

— Дженни! — Да, он удивлён не меньше меня, застав кого-то тут в такое время.

— Привет, — вымученно заговорила с ним впервые, как мы с Купером появились в этом доме. В Нью-Йорке я обратилась к нему лишь раз, когда попросила передать через стол перечницу. — Я вышла ненадолго, хотела побыть одна.

Он колебался недолго, после чего развернулся уйти в другую сторону.

— Нет! — поспешно крикнула ему, — тебе не стоит уходить, я... могу уйти.

Хейден стоял от меня в нескольких шагах и наблюдал за тем, как я неспешно пыталась заставить себя уйти. Ноги, к которым словно гири привязали, делали шаги, но что-то невидимое, и намного сильней меня, тянуло обратно. К нему.

Я развернулась. Помешкала, пока он молчал и стоял там, наблюдая за моим решением, и вернулась назад. Подошла слишком близко. Хейден не двигался, продолжал стоять неподвижно даже тогда, когда сократила между нами расстояние, преодолев последний шаг.

Он не выглядел удивленным от того, что нарушаю его личную границу. Смотрел, ожидая моего объяснения. Вместо этого, я задала вопрос.

— Я хочу знать... — Мой голос дрожал от волнения. Я чертовски боялась ответа, да и самого моего решения начать этот разговор. Хейден был обручён с Ланой, а я обещала себя Куперу.

— Ты когда-нибудь... — Сложно было решиться задать этот вопрос всегда, но сейчас, когда все двери в прошлое закрывались, я нашла в себе смелость заглянуть ему в глаза и признаться:

— Я люблю тебя, ты знаешь это, и всегда любила. Не знаю... Может ты был для меня некоей недостижимой мечтой, блажью. Желанием обладать тем, кем обладать практически невозможно. — Хейден шумно выдохнул, заметно расслабив напряжённую позу. — Я люблю тебя ревностной любовью, и прости, но не могу пожелать счастья с другой, потому что в душе ощущаю, ты - мой, и всегда был моим. Я не готова делить тебя ни с кем, как и сама не хотела быть с другим. Для меня всегда был важен ты, твои глаза, руки, губы... я хотела... нет, я мечтала быть с тобою рядом. И никто не отнимет у меня этого. — Сделав шажок назад, выдохнула, опуская голову.

— Ну вот, я это сказала. Теперь мне легче двигаться дальше. Теперь только я сама имею над собой власть. Не ты, и не кто-то другой.

Он молчал. Медлил. Наверно, все ещё мучил меня, но я поняла, что сама решаю свою судьбу. Подняв глаза, взглянула ему в непроницаемое лицо.

— То есть, ты заявляешь, что не готова меня делить ни с кем, когда сама связала себя узами обещаний.

Я сглотнула. Он прав. Я давала обещание Куперу. Но я же и могу их забрать. Потому что не имею право обманывать ни себя, ни его, ни окружающих.
Легкий кивок был ответом на все его вопросы. Он, словно только этого и ждал: один рывок и я оказалась в его руках. Придавил к груди. А в следующую секунду потерялась в омуте его запаха. Мужские губы обрушились на мои, завладевая дыханием. Лишая воздуха. Но даря блаженный миг триумфа. Господи, я так любила его, что готова сжать до хруста костей. Не полюблю так же никого другого. Он единственный от кого замирает сердце.

С тихим стоном, Хейден нашёл в себе силы оторваться очень скоро. Я готова была возмущаться, ворчать и требовать продолжения. Если бы не отрезвляющие слова:

— Нет, мы не можем, Дженни. Ты теперь принадлежишь ему, а я... Не могу предать друга. Все эти игры в прошлом, потому что ты - единственная, на ком он решил жениться. Понимаешь?

Я умоляла мысленно, не разрушай этот момент, не делай попятный шаг. Хейден не услышал. А может он был лучшим другом чем я. Кто знает.

— Не можешь? Ха! А как же я? Как мои чувства к тебе? Неужели я никогда ничего не значила для тебя?

Я приняла решение, и не готова была отступить, пусть оно погубит меня, я знаю, но иначе не могла. Хейден был нужен мне до боли в груди. А может, хотя бы раз?

— Я люблю его, но не так как тебя.

****

      Лаская мою шею ртом, пальцами гладил внутреннюю сторону бедра. Я извивалась в нетерпении, боялась, что упустив момент, мы больше не догоним его. Я клялась рассказать правду Тао, поговорить с ним начистоту:

— Тао мой друг. Я порву с ним, обещаю. Клянусь, только не останавливайся. Я хочу тебя. Только тебя.

Я боялась, что наше уединение нарушат. Хотя уже наступила ночь. Вряд ли кто-то из Куперов решит выйти из дома и дойти до пляжного домика, куда мы с Хейденом зашли. Тем временем, расстегнув застёжку лифа, рот Хейден очертил над топом полукруг. Мы лежали на полу на мягком ковре, наслаждаясь каждым мгновением. По тому, как он целовал меня, я определила, что тоже не безразлична ему. Он не просто хотел трахнуть меня и выкинуть из головы, Хейден испытывал ко мне чувства.

Я, дрожа всем телом, прижималась к нему. Трогала его мышцы на руках, гладила по бокам, стараясь впитать в себя тактильную память. Упрямо поглядев прямо в мои глаза дерзко убрал ткань и завладел ртом одним соском, я хотела и дальше сохранять этот зрительный контакт, что бы он все видел, чтобы знал, как сильно хочу его, но, не удержавшись от накатившего сильнейшего удовольствия, прикрыла глаза и издала стон. Рот Хейдена переместился ко второму соску, а большая ладонь сжимала полушарие, посылая новые импульсы возбуждения прямо к низу живота. Я никогда никого не хотела так ярко и сильно, даже не смела предполагать каково находиться во власти мужчины. Сейчас готова признать, я согласна с ним на все.

— Ты толкаешь меня на предательство, маленькая лань, — шептал мне самый сладкий голос на свете, справляясь с застёжкой на моих шортах, голова затуманилась от эйфории и сильнейшего возбуждения, движения происходили очень быстро. Сорвав джинсовые шорты, Хейден устроился между моих ног. Мои руки срывали с него футболку. Следом, пальцы боролись с пряжкой на ремне. Он выглядел как бог, такой подтянутый, с кубиками на животе, с мускулистыми руками. Я умирала от этой красоты.
Мы с ним спешили как обезумевшие. Не знаю почему. Словно за нами гнались. И очень скоро он оказался там, где я всегда хотела ощутить его прикосновения, его проникновение, — у жаждущего влажного входа.

Хейден замер на минутку, давая мне выбор, который я сделала давно. Мы, тяжело дыша в унисон, смотрели друг друга в глаза и молча говорили. Он спрашивал: ты уверена? Я отвечала: да, как никогда прежде.

— Я кое о чем снова забыл, — произнёс он нарушая тишину.

Нет, нет, нет. Только не это. Готовая взвыть от разочарования, вцепилась пальцами в его сильные плечи.

— Только не говори, что ты не взял с собой презерватив? — простонала отчаянно, он удручено кивнул, после чего чмокнул меня в щеку.

— Прости, малыш. Я не думал о сексе, и не предполагал, что он у меня будет.

— Нет, — огорчённо простонала я, откидывая голову и прикрывая глаза. Отвернула лицо в сторону. В этот момент даже не думала об их сексуальной жизни с Ланой. Как они трахались, или им было не до этого? Слёзы разочарования вот-вот готовы были хлынуть из глаз. Ну как же так, неужели это знак?

— Я не хочу останавливаться, — тихо признался он, прижимаясь ко мне крепче. Его длинна и мощь создали новый импульс, от которого я теряла голову. Тихий вопрошающий всхлип сорвался с уст.

— Ну так не останавливайся, — проговорила тихо, подняв голову и заглянув в глаза. — Я хочу этого Хейден, очень. Понимаешь? После, ты можешь выкинуть меня из своей жизни, или отвезти к вашему семейному гинекологу, уверена, твоя мать имеет личного женского врача. — Не знаю, зачем тараторила. Я не думала о том, что несу. Где находимся мы, а где находится мать Хейдена?

Словно мои слова причинили дискомфорт, Хейден скривился, но в следующую секунду, стоя на коленях, обхватил мой таз обеими руками.

— Не передумаешь? — последний вопрос я едва услышала, голова плыла, затуманенная от сильнейшего желания слиться с ним. Ощутить наконец его длину в себе. Сделав всего один толчок Хейден стёр все возможности передумать, его крепкая как сталь плоть ворвалась в мое жаждущее лоно. Секунда и я ощутила острую боль от разрыва. Это сопровождалось моим громким вскриком. Не думала, черт возьми, что это так больно.

В полном недоумении мы оба замерли, я снова вскрикнула от боли, когда он вышел из меня. Затем закусила нижнюю губу, скуля от непонятных ощущений.
Свой вес Хейден удерживал одной рукой, и от напряжения его трясло. Вены на лбу немножко вздулись.

— Что за черт, Бэмби, ты ведь не обманывала Тао?.. — Мы оба в недоумении посмотрели друг на друга не понимая того, что произошло. Он четко видел по лицу мое удивление. И я и он почувствовали это, как внутри меня что-то порвалось. Этого бы не случилось, не будь я все ещё девственницей.
Тао и я никогда не занимались сексом.

— Ты обманула его? — нахмурив брови, задал вполне ожидаемый вопрос. Он был серьёзен, и я исключила возможность тянуть с ответом.

— Нет! Никого не обманывала.

— Значит, у вас не было секса? Но почему он?.. — не договорив, раздосадованный Хейден замолчал. 

На этот вопрос я не хотела отвечать никак. Потому что, не помнила.

— Дженни, мне кажется кто-то из вас играет со мной. Потому что, Тао сказал... — Нагнувшись к моему лицу, слишком близко изучая меня, Хейден грубо обхватил мое лицо, я даже не ожидала такого от него.

Я не могла признаться в том, что мы с Тао похоже ошиблись. Не могла задать вопрос, «что сказал Тао?», потому что понимала, он рассказал все Хейдену. И тот думал, что я...

Слёзы хлынули из глаз. Я оттолкнула парня, схватила одежду и выбежала на улицу, на ходу одеваясь. Эти двое обсуждают слишком личные вещи. А я не хочу быть между ними, когда кто-то из них решит, что может делить меня с другим.

— Дженни, — услышала окрик, когда неслась по пляжу убегая от накатывающей волны, не думая куда бегу. Хейден, с его тренированным организмом, нагнал меня очень быстро, и практически оторвал мои ноги от земли. Держа спиной, прижатой к его груди, он мягко уговаривал меня успокоиться.

— Куда ты несёшься, дикая. Хочешь утонуть?

— Нет, — несмело и тихо ответила я. — Отпусти!

— Отпущу, если пообещаешь не убегать. — Я кивнула. Вскоре, Хейден опустил меня на босые ноги, но не выпустил из объятий, а развернул к себе лицом, и приподнял голову за подбородок.

— Не понимаю, Бэмби. Объясни мне, что происходит?

— Я сама не знаю, — пожала плечами. — Я не спала с Тао, и не думала, что это важно для тебя. — Я оправдывала себя тем, что на самом деле не лгу, ведь ту ночь мы не помнили оба. Только Тао рассказал Хейдену все, представив так, словно мы помнили.

— Я черт дери, не знал!.. — Хейден выглядел виноватым, и на секунду меня накрыло отчаяние и я упала на мокрый песок. Его напугала сама мысль, что я все ещё невинна. — Он...

— Боже, прости. — Хейден поднял меня с земли, сажая на свои колени, знак его возбуждения все ещё выпирал из одежды, и немножко мешал оседлать парня без интимного контакта. Хейден обнял меня, так крепко, что мне стало плевать на то, что произойдёт дальше. И я расплакалась.

Прошло очень много времени прежде чем мы заговорили оба. Хейден принёс меня обратно в пляжный домик, где сел со мной на руках на светлый диван. Мы запачкали его песком, но это нисколько не волновало нас обоих.

— Я не думал, что ты все ещё невинна, Бэмби, — прошептал он, гладя меня по щеке. — Я бл@ть, должен был быть осторожней. Не действовать так грубо, прости малыш. Тебе сильно было больно? — Да, боль действительно была сильной, и я кивнула.

Он нарочито вымученно вздохнул.

— Тебя придётся отвезти к женскому доктору раньше времени, чем мы предполагали, — заметил он, вставая, со мной на руках. Мне нравилась его забота. Мне нравилось то, как не выпускал меня из своих рук.

                           ****

Среди ночи Хейден отвёз меня в женскую клинику, по пути забрав подругу его матери из дома. С миссис Констанс я была знакома по школе, так как однажды ее приглашали к нам для дачи лекции по женским болезням. Мне было жутко стыдно, но оставив Хейдена в приёмном, мы с ней прошли в смотровую. Слава богу при Хейдене она не стала задавать личные вопросы, но оставшись одни она спросила:

— У вас презерватив порвался? — мне стало жутко стыдно, она ведь, наверняка, знала и моих родителей.

После осмотра миссис Констанс заверила меня в том, что со мной не произошло ничего страшного. Я всего лишь лишилась девственности. И, так как мы правильно не подготовились или спешили, совершили ошибку. Она дала мне обезболивающее, женские прокладки и ещё одну таблетку против беременности, когда узнала об отсутствии защиты.
Миссис Констанс не сдерживалась в эмоциях, и поругала меня за беспечность.

— Дженни, ты должна была подумать о защите, если не хочешь нежелательной беременности, а если бы ты забеременела? — она говорила, прописывая мне график принятия противозачаточных таблеток. — Вытащить вовремя не поможет, детка. И Хейден давно не маленький мальчик, о чем он только думал. Элину удар хватит, когда она узнает. — Тут она резко остановилась, поняв, что ляпнула лишнее.

— Миссис Констанс, это ведь врачебная тайна, вы не имеете право говорить о нас никому. Помните это? — нехотя, как мне показалось, женщина кивнула, и сердечно пообещала хранить наш секрет.

Слова это женщины все больше и большие вгоняли меня в краску, и когда я вышла оттуда с упаковкой презервативов, упаковкой таблеток и рецептом, Хейден оттолкнулся от стены, хотя в приемной было очень много мест куда можно сесть, и подойдя ближе, стал тихо смеяться с моего вида.

— Боже, ты вся красная, как помидорка. Что там Констанс делала с тобой, малыш? — легким касанием, он снова провёл ладонью по моей щеке, и я поняла, что являюсь наркоманом. Мне необходимы были эти касания. Не знаю, как я до сих пор жила без этого.

Не понимая моего состояния Хейден веселился, а я все никак не могла открыть рот и рассказать о своих наблюдениях. Эта женщина была против меня, того, что я находилась в такое время с сыном ее подруги, и ясное дело, что причина в нашем социальном неравенстве.

Мы вернулись в джипу, сели внутрь, и только потом его усмешка превратилась в серьёзную гримасу.

— Черт, за всем этим приключением я совсем забыл, что мы оба гостим у Куперов. — Меня тоже ударило это как обухом по голове. С Тао я могла поговорить всегда и объясниться. Но как отреагировали его родители и дед, когда поняли, что меня и Хейдена нет в наших комнатах?

— Что будем делать, я не хочу возвращаться туда, но...

Взяв меня за руку, Хейден сжал мои пальцы.

— Я знаю, ты хотела бы разрешить все сразу. Но лучше сделай это с ним одним, Бэмби. Не подставляй парня перед дедом. Он и так пошёл на многое, представив тебя ему.

Мои глаза с упреком взглянули на него. Хейден понял, что выразился слишком грубо.

— Проклятие, прости. Я не то имел в виду. Ты ничем не хуже нас, Дженни. Я это понимаю, Купер это понимает. Но его дед...

— И твоя мать, — перебила его. — Я видела, как эта Констанс смотрела на нас: на тебя и меня. Осуждающе. Она расскажет твоей матери, поверь мне.

— И что? — вдруг улыбнувшись, Хейден потёр заднюю часть моей шеи, затем привлёк меня к себе. — Моя мать тысячу раз может быть против моего выбора, но это не значит, что это будет иметь значение для меня.

Я запуталась, мы обсуждали наши семьи так, словно это приключение было не одиночным случаем, и он собирается это повторить. А как же Лана, как же Оруэлл Купер?

— Не понимаю, разве ты не беспокоишься о том, что твоя мама решит, будто мы встречаемся? А меня беспокоит, Хейден. Я не хочу... — Он заткнул мой рот непродолжительным поцелуем, после чего, отодвинувшись на миллиметр, заявил:

— Я могу постоять за свою девушку, Дженни. Не думай, что я маменькин сынок. А моя мать не инквизитор. Ей придётся принять тебя, если мы решим продолжить наше интересное общение.