Встретимся на берегу

Мы стояли на улице в компании одноклассников. Киса сегодня не был особенно активен, по большей части молчал, что говорило о его подавленном настроении. Он нервничал и срывался на ком-нибудь при малейшей возможности. Никто не знал, какова причина такого его поведения. Я не смеялась с остальными, потому что думала над словами отца. Пол ночи он читал мне нотации, говорил, как он разочарован во мне и в каждом предложении упоминал о том, что это всё влияние Кисы.

У школы остановился чёрный внедорожник. Всех привлек шум мотора, мы заинтересованно обернулись на него. Из автомобиля выглянул Рауль, он помахал в нашу сторону и широко улыбнулся. Я даже не успела моргнуть, как Киса скинул портфель и побежал в сторону Рауля. Сблизившись с ним, Кислов с размаху ударил его по лицу, от чего Рауль упал на землю. Выкрикивая ругательства, он ударял его снова и снова. Девочки испуганно пищали в стороне, парни наблюдали за происходящим. Сорвавшись с места, я, Мел и Хэнк кинулись к дерущимся парням. Мел схватил Кислова и оттащил в сторону. Не смотря на то, что Рауль явно проигрывал в поединке, он не переставал нарываться, выкрикивая что-то провоцирующее. Хэнк держал Рауля, который снова и снова рвался в бой. На его лице не осталось живого места. Нос и губа Кисловы тоже были в крови. Я испуганно переглядывалась с участниками всей потасовки. Рауль не замолкал ни на секунду.
- Что? Это из-за неё ты меня избил? Из-за этой мыши?
- Пасть закрой, баклан.
- А то что? Вчера вас не упекли за решётку, думаешь, повезло? Трахаешь дочь мента, подлизался к сыночку участкового и всё? Жизнь мёдом показалась?

Кислов вырвался из хватки Егора и нанёс Раулю новый удар в живот. Тот скорчился от боли, но не прекращал. Егор снова оттащил Кису.
- Всё, на что ты способен, щенок?
- Я щас убью тебя, мудила. Зачем ты вообще приехал?
- Посмотреть на вас. Давно в зоопарке не был.
Рауль посмотрел на меня. От его взгляда по спине пробежались мурашки, настолько он был жуткий. Он выглядел так же пугающе, как в моем сне.
- Из-за нее ты готов меня убить? Из-за этой жалкой, никчёмной, забитой дуры? Жди, поступит она и уедет. Забудет наркомана грязного. А пока ты терпи, терпи.

Рауль вырвался из рук Хэнка и сел в машину. Шлифуя колесами по камням, он скрылся за поворотом. Хэнк подошел к Ване.
- Кис, он бред несет, не слушай.

Кислов оттолкнул Хенкина и направился к школе. Мы с Мелом шли за ними. На улице собралась целая толпа, чтобы наблюдать за зрелищем. Такой ажиотаж вызвал интерес у директрисы, она уже стояла на крыльце, ожидая тех, кто собрал эту толпу. Увидев её, я закатила глаза, понимая, что нас ждёт. Едва мы подошли к крыльцу, директриса рявкнула на нас.
- Кислов, Лебедева... Живо в мой кабинет.
Мы молча поднялись в кабинет и сели на стулья перед столом. Женщина села напротив нас, скрестив перед собой руки.
- Я не поняла, что это за выступление?
- Отстаивал свою честь и честь своей девушки.
- Это Лебедева твоя девушка?
От удивления женщина приспустила очки.
- А словами уже нельзя отстоять? Или мы где-то застряли в древности?
- Он не понимает словами.
- Кислов, я тебя исключу из школы. Как драка - ты всегда в ней замешан. Ты можешь хотя бы полгода без приключений отучиться? Почему тебя так тянет на разбой?
- Причем здесь я? Вы не пытались даже в ситуации разобраться, чуть что, сразу Кислов крайний. Вы уже школьников настроили так, что я всегда виноват. Все знают, что если у кого-то конфликт со мной возникнет, им ничего не будет, потому что виноват всегда Кислов.
Киса уже говорил на повышенных тонах, он был на грани. Со всех сторон на него давили, не давая сделать вдох. Я понимала его и полностью разделяла его негодование.
- Вы вообще в курсе, чем Рауль занимается?
- Он давно окончил школу, его дела меня не касаются.
- Конечно, да, правильно. Вас касается только то, как в очередной раз меня в чем-то обвинить. Я даже когда не виноват, вы на меня всё сваливаете. Не нашли, кто окно разбил в коридоре, значит свесим на Кислова. Так, что-ли, сука, получается?
- Вань... - Я положила руку на ногу Кислова, пытаясь хоть немного успокоить его. Из-за обиды и гнева он стал переходить за рамки дозволенного.
- Так, это что за выражения? Ты с директором разговариваешь. В общем, мне все это надоело, я вашим родителям позвоню и проведу беседу.

Молча поднявшись со стула, Кислов вышел из кабинета, сильно хлопнув дверью.
- Извините, я тоже пойду.
- Мария, стой, я не закончила.
Игнорируя слова директрисы, я вылетела из кабинета, пытаясь догнать Кису. Его уже не было в коридоре. Вряд ли он пошел на уроки. Я вышла на улицу и завернула за угол. Он сидел на земле, облокотившись о стену и курил свою самокрутку. Я подошла к нему и забрала её из губ парня, выкинув в урну. Кислов нахмурился и поднял на меня взгляд, разводя руками.
- С ума сошел, на территории школы это делать? Тебе мало проблем?
- Да достало всё, сука!
Он резко поднялся с земли и пнул урну, из-за чего все содержимое разлетелось по сторонам. Он кричал от злости, ударяя по бетонной стене кулаками. На его костяшках появилась кровь, стекая по пальцам вниз. Я схватила его за руку, разворачивая к себе. Резко поднявшись на носочках, я поцеловала его. Он попытался отвернуться от меня, но я не позволила.
- Успокойся, пожалуйста.
Он обессилено опустился на лавку. Я села рядом с ним, положив голову на его плечо.
- Не могу я успокоиться. Все через жопу пошло. Мне надоело, что все кругом винят меня, понимаешь?
- Понимаю.
- Не понимаешь. Ты не сталкивалась с этим. С детства я виноват во всём, что происходит. Даже если не делал - виноват. От меня будто проблемы одни. Даже то, что было вчера. Я даже не знал о том, что ты собиралась сделать, но твой отец сказал, что это всё из-за меня.
- Мы же разобрались в ситуации. Папе я все объяснила.
- Ага, будто он поверил. Сама прекрасно понимаешь, что все остались при своем мнении. Что-то кому-то доказывать бессмысленно, я убедился в этом. Еще Рауль... точно прибью его.
- Брось свою жестокость. Папа сказал, что они разберутся с ним.
- Маш, тебе не пять лет, чтобы верить всему, что тебе говорят. Никто не будет с ним разбираться. Он сунет денег и всё замнётся. Или подключит отца. Это же так работает.
- Вань, надо верить людям. Хоть немного.
- Я пытаюсь, правда, но каждый раз разочаровываюсь. Ты же поверила Раулю, и как? Кстати, несколько раз.

Меня задели его слова. Я отстранилась и прищурилась, глядя Кисе в глаза.
- Попрекать меня этим будешь?
Кислов только сейчас осознал, что сказал и вскинул брови, взяв меня за руку.
- Маш, прости, я не об этом. Привел в пример. Я говорю о том, что мы хотим верить в то, что нас не подставят и не предадут, но ожидания не всегда соответствуют действительности. В этом вся реальность.
- Я понимаю, но не стоит же обобщать всех людей.
Киса только кивнул на мои слова. Мы молчали. Я думала, как поддержать его, а он явно задумался о чем-то своем. Жевалки напрягались, он все время сжимал кулаки.
- О чем думаешь?
- Задумался над словами Рауля. Ты же правда сдашь экзамены и уедешь. Что будет с нами?
- А что будет? Всё так же, нет?
- Куда ты хочешь поступить?
- В Москву.
Он усмехнулся, но не весело. Скорее, как то разочаровано и грустно. После этого поник еще сильнее.
- Я уверен, что ты поступишь. Но ты же понимаешь, что мне туда никогда не поступить? Отношения на расстоянии? Бредятина. Вообще не верю в это.
- С чего взял, что не поступишь?
- Мне бы школу закончить нормально. Не говорю про экзамены.
- Поступим, значит, куда-то вместе. В тот город, куда ты пройдешь.
- Нет. Даже не вздумай забыть про мечту из-за меня. Мне то, может, и не долго осталось?
Я снова отстранилась от Кисы. Его слова били по сердцу. Этот диалог перерастал во все более травмирующий.
- Что ты говоришь?
- Не я, учителя. Они уже ставки ставят, что я сделаю после школы. Сторчусь или сяду.
- Брось ты. Вань, я серьезно. Откуда ты знаешь, что учиться в Москве моя мечта?
- Ты это с пятого класса говоришь.
- И ты запомнил?
- Я всё помню, что ты говорила в школе. Никогда просто не показывал своей заинтересованности. Знаешь, я так радовался, что мы начали встречаться. Не поверишь, как был рад. Мне с тобой настолько комфортно и хорошо, что я вообще забываюсь. Я перестал употреблять что-то крепче травы, почти перестал продавать. У меня всегда хорошее настроение, потому что я знаю, что ты рядом. Даже парни мне сказали, что я стал спокойнее и мягче. Ты правда хорошо на меня влияешь. А вот я... Я тебя на дно тяну.
- Ну кто тебе это сказал? Что за мысли вообще?
- Все говорят, Маш. Не прикидывайся, будто не знаешь. Твой отец, я уверен, уже на пятый круг тебе промыл уши, чтобы мы расстались. Но я не хочу тебя терять, понимаешь? Я только сейчас нашел причину быть трезвым и счастливым. Ты. Ты - эта причина.

Я слушала его, не перебивая. Было приятно слышать его слова, и грустно одновременно. Не знала, что его так задевает мнение окружающих.
- Я люблю тебя.
Киса молча взглянул на меня, точно хотел, чтобы я повторила. Улыбнувшись уголком губ, он ответил.
- Я тоже люблю тебя.

Я достала из портфеля красную нитку, которая лежала у меня там неизвестно с какого года. Обернув её вокруг запястья Кислова, крепко завязала.
- Это частичка меня. Пока она на твоей руке, значит мы любим друг друга. Если порвётся, значит у одного из нас пропали чувства. Но я уверена, что она будет с тобой всегда. Так же, как и я. Насчёт поступления, к нашим прогулкам добавляется образовательная часть. Вместо вечеринок по выходным приходишь ко мне на репетиторство. Подтянем тебя по предметам, шокируешь учителей и вместе уедем в Москву. Согласен?
- С тобой я согласен на всё.
- Значит, по рукам. Пошли, надо зайти в медпункт, обработать твои раны и идти на занятия.
Кислов взял меня за руку и мы вернулись в школу. Все оборачивались на нас, шушукаясь между собой. Сейчас я не обращала ни на кого внимания, была увлечена состоянием Вани. В медпункте ему обработали раны, стёрли кровь с лица и отпустили. Покраснения и синяки все равно никуда не делись. Мы вошла в кабинет, учитель пустил нас, оставив пару замечаний опозданию на урок и внешнему виду Вани. Мы сели за парту и сосредоточились на предмете.

У одноклассников было много вопросов, но никто не рисковал их озвучить, потому что все видели наше настроение. Даже когда все курили на улице, то делали это молча. Я боялась только того, что это дойдет до наших родителей. Слушать еще одну лекцию о том, что Ваня мне не подходит, я не смогу.

После школы Кислов проводил меня. Я зашла в дом, заметив папину обувь в прихожей. Я прошла на кухню, он обедал, даже не обратив внимания на моё появление. Я не знала, в курсе ли папа о сегодняшней драке, поэтому пыталась быть осторожной в словах.
- Привет, как дела?
- Ужасно. Моя дочь связалась с идиотом.
- Пап, мы уже говорили вчера.
- Не договорили, кажется. Я же не знал, что даже после вашего визита ко мне в участок, вы не сможете спокойно себя вести. Что за драка возле школы?
- Рауль приехал, начал всех провоцировать, у них с Ваней завязался конфликт.
- Провоцировал всех, а конфликт только с Кисловым? Ожидаемо.
- Пап, дело касалось меня. Ты бы смог слушать, как оскорбляют маму? Как на неё клевещут и пытаются прилюдно унизить?
- Не приплетай сюда мать.
- А что? Слишком хороший аргумент? Не получится его опровергнуть?
- С каких пор ты так разговариваешь?
- С тех, как поняла, что, если молчать, можно влипнуть в ужасную ситуацию. Просто скажи мне, а если бы это все вскрылось раньше, до того, как я начала общаться с Ваней, кого бы ты винил? Заметила, что винить Рауля ты не особо хочешь. Ну? Чего молчишь? Винил бы меня? Может, я сама себе что-то подсыпала? Или это я сама себя попыталась изнасиловать?

Папа молчал, он делал вид, что вообще не слышит меня. Никогда не видела его таким отстраненным и упрямым. Неужели ему вообще все равно, что чувствую я? От осознания масштаба проблемы я почувствовал прилив адреналина. Мелкая дрожь прошлась по всему тему, мои глаза намокли, но я сдержала слёзы.

- Молчишь? Хорошо. А что делать мне? Ты же всё знаешь, скажи мне!
Я крикнула, пытаясь выбить хоть слово из папы, но он предательски молчал. Единственные слова, которые он сказал, острым лезвием вонзились в сердце.
- Чтобы я тебя больше не видел с Кисловым. Из дома ты больше не выйдешь. Увижу вместе - пеняйте на себя. Сюсюкаться с вами мне надоело.

Я покивала головой, смахивая слезы с лица. Не получилось сдерживать эмоции. Быстрым шагом я направилась обратно к выходу из дома. Громко хлопнув дверью, я бежала по ступеням вниз, едва не упав с лестницы. Из-за пелены слез перед глазами все было мутное. Я проморгалась, чтобы видеть дорогу. Мне было плевать на то, что сейчас говорил папа. В его словах не было логики. Он пытался наказать меня, но есть ли в этом смысл? Наказать меня, чтобы стать мне врагом? В моей голове рушился его идеальный образ. Мой папа, который всегда был для меня лучшим другом, в момент стал тем, от кого захотелось сбежать и не возвращаться. Вместо того, чтобы разбираться с Раулем, который позволяет себе очень много, он решил посадить меня на домашний арест. Я не согласна с этим.

Я вошла в подъезд чужого дома. Поднявшись на второй этаж, я постучала в дверь. Мне никто не открывал. Слезы не переставали катиться по щекам, а тело все так же тряслось. Я стучала сильнее, будто в этом был смысл. Как оказалось, смысл был. Через минуту дверь скрипнула, открываясь передо мной. На пороге стояла светловолосая женщина. Увидев меня, она удивленно распахнула глаза. Возможно, она отреагировала бы иначе, если бы я не стояла перед ней заплаканная и запыхавшаяся.
- Маша, привет, что случилось?
- Здравствуйте, Ваня дома?
- Да, он в комнате, заходи, я сейчас позову его.
Я вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Кислов выбежал из комнаты и сразу же бросился ко мне. Обняв меня, он поцеловал мой нос, аккуратно взяв моё лицо в ладони. Я разрыдалась. Сейчас моё эмоциональное состояние было настолько нестабильно, что даже при его маме я не могла сдержаться. Женщина принесла мне салфетки и стакан воды. Вместе с Ваней они провели меня в гостиную, посадив на диван. Отпаивая меня водой и вытирая мне слезы, они дождались, пока я отдышусь и смогу говорить. Кислов и его мама сидели по бокам от меня. Женщина была очень взволнованна моим состоянием, да и Ваня переживал не меньше. Я повернулась на маму парня. Не знала, что можно при ней говорить.
- Папа сказал, чтобы он больше не видел нас вместе.
Мой голос сильно трясся, от чего я заикалась. Кислов посмотрел на маму, затем опять на меня.
- А ты?
- А я ушла из дома. Вань, ну не могу я так жить. Я только недавно узнала, что твое присутствие рядом меня наполняет силами. Разве я могу вот так просто от тебя отказаться? Я же люблю тебя, я не хочу расставаться.
Киса прижал меня к себе, поглядывая на маму. Она молча смотрела на нас, поглаживая меня по плечу.
- Я тоже тебя люблю. Никто не собирается расставаться. Никому я тебя не отдам.
- Теть Ларис, извините меня. Мне некуда было идти.
- Маша, что ты? Я очень рада тебя видеть. Только не плачь, пожалуйста.
- Еще раз извините за наглость, но можно я останусь у вас на ночь? Сегодня я точно не смогу нормально поговорить с папой, может, завтра он остынет и хоть какой-то разговор у нас выйдет.
- Конечно, оставайся. Ты голодная? Я картошку пожарила. Будешь?

Я кивнула. Ваня улыбнулся. Мы все прошли на кухню. Мне налили чай и положили еду. Я все съела, поблагодарив женщину. Она села напротив меня, глядя на мой вид с сочувствием.
- Маш, Ваня молчит, хоть ты мне расскажешь, из-за чего он подрался опять?
- Ну, мам, хватит.
Киса нервничал, он явно не хотел мусолить эту тему.
- Рауль говорил обо мне плохие вещи. У него ко мне личная неприязнь и каждый раз он пытается мне насолить. Ваня заступился за меня. Я не поддерживаю насилие, но здесь он все правильно сделал. Не злитесь на него, пожалуйста.
- Я не злюсь, просто очень переживаю.

Мы допили чай, мама ушла в спальню, а мы с Кисой пошли в его комнату. Я разглядывала стены с плакатами. Ни разу не была у него дома. Здесь было приятно находиться. Кажется, его мама всеми силами пытается создать здесь уют. И, честно говоря, у неё получается. Я лежала на кровати, пролистывая ленту новостей в телефоне, пока Кислов сидел за компьютером. Наконец, он отвлекся от него и лёг рядом. Я обняла его, тяжело вздохнув. Он погладил меня по голове, передавая спокойствие одним лишь касанием.
- Не переживай, все наладится.