Take me from the dark

В последний раз он так волновался во время дебюта. Юнги не находил себе места, пытаясь придумать, как познакомить Уну с остальными. Он прекрасно знал, что ребята примут ее, ведь сами давно догадывались об отношениях между ними, но сложнее было объяснить, почему Уна пряталась, исчезла несколько лет назад, до сих пор словно оторвана от мира. Как объяснить, что его первая любовь не может жить как все? Юнги знал, что кто-нибудь обязательно отпустит шутку, почему его притянуло к Уне, ведь Юнги сам был таким мрачным.

Рождество они всегда отмечали вместе, начав эту традицию ещё до дебюта. Обычно это происходило за городом; им удавалось уехать на пару дней из Сеула, арендовав дом или студию. Парни заказывали кучу еды, потому что Джин отказывался готовить. Помимо этого у них всегда было много алкоголя, настолько много, что, если разлить все это по рюмкам и выстроить их вокруг дома, можно будет обогнуть его полностью.

В этот день они были свободны от забот внешнего мира. Безумно пьяны. Безумно счастливы.

До полуночи парни украшали дом, попутно делая ставки, кто в этот год отключится первым. Все знали, что это будет либо Хосок, либо Чимин, поэтому со временем они начали соревноваться лишь между собой. Победителями оказывался Джин или Тэхен, эта битва шла не на жизнь, а на смерть... До финальной рюмки соджу.

***

— Эй, погляди, хен. — Намджун зашел в гостиную арендованного ими дома. — Тут есть пианино, — он посмотрел на Юнги, — будет чем тебе заняться. — Он похлопал друга по плечу, продолжая осматриваться вместе с остальными.

Чонгук долго молчал, честно стараясь не надоедать хену, но, когда они уже добрались до дома, где будут праздновать, не смог больше держать язык за зубами.

— Когда уже приедет Уна?

— Позже, — бросил Юнги, рассматривая пианино.

Чонгук фыркнул, начиная перебирать клавиши инструмента, специально надоедая хену.

— Мне казалось, что, раз этот год мы встречаем с девушкой, может, тогда не придется заказывать еду. — Он растянулся в наглой ухмылке. — Ведь все девушки умеют готовить... все девушки и Джин-хен.

В этот момент Джин дал Чонгуку затрещину, но тот не остался в долгу, затеяв потасовку. Они носились по всему дому, как маленькие дети, угрожая друг другу расправой.

Несмотря на то, что Джин был старше всех, по поведению казалось, что он не взрослее Чонгука.

Тэхен занес огромную картонную коробку, бросив ее у дивана в гостиной. Он разогнул спину, скептически рассматривая содержимое, и спросил:

— Зачем столько гирлянд? Что ты задумал, хен? Решил обмотать ими тех, кто в этом году падет в нашей алкогольной олимпиаде? — Тэхен рассмеялся, почесав затылок.

Юнги сел рядом с коробкой, обдумывая, как все это распутать.

— Поможешь выкрутить лампы во всем доме? — вдруг спросил Юнги, поднимая глаза на Тэхена.

Тот вскинул бровь, чуть изогнув верхнюю губу, явно не понимая, что задумал хен. Однако серьезное лицо Юнги отбило всякое желание пошутить по этому поводу.

Ближайшие полчаса, пока Джин и Чонгук крушили дом; Намджун бродил по улочкам возле дома, ожидая доставку; Чимин пытался разжечь камин вместе с Хоби, Юнги и Тэхен выкручивали лампы, аккуратно складывая их.

— Это какое-то очень странное решение экономии энергии... — начал Тэхен; вынимая очередную лампу из цоколя, он протянул ее Юнги, задержав на хене встревоженный взгляд. — Если бы тебя не знал, подумал бы, что ты боишься света.

Юнги вздохнул, оглядывая коридор, в котором сразу стало темно.

— Мне действительно надо многое рассказать тебе и остальным, но сложно собраться с мыслями.

Тэхен слез с лестницы, которую они нашли в подвале, и забрал у Юнги из рук коробку с лампами.

— Могу предположить, что это связано с Уной, верно? — Тэхен улыбнулся, небрежно положив руку на плечо хена. — Ты же прекрасно понимаешь, что мы примем ее как сестру. — Он немного помолчал. — Знаешь, если мы смирились с тобой, то уже ничего не страшно, — рассмеялся Тэхен, пиная Юнги в сторону лестницы. — Пошли за твоими гирляндами.

Когда они спустились, Чонгук, который уселся возле камина, быстро поднял глаза, нацелившись на Юнги.

— Ты же понимаешь, хен, что я принес лучшие выпуски Генетической ошибки и если она сегодня не явится, то буду обвинять тебя в испорченном Рождестве до конца твоей жизни?

Чимин, который развалился на диване вместе с Хосоком, с опаской взглянул на раздраженного макнэ.

— Кстати, хен, а ведь ты действительно ни разу не показывал нам ее фотографии. — Чимин свесился со спинки дивана, нахмурив брови, а потом задумчиво улыбнулся. — Неужели она такая страшненькая?

Джин фыркнул, привлекая к себе внимание. Он вышел с кухни, попивая газировку.

— Это же Юнги... я, конечно, не говорю, что он страшненький, но сомневаюсь, что какая-нибудь красотка обратит на него внимание. — Он остановился, выдав всем нагловатую улыбочку в стиле Джина. — Особенно если рядом есть я, — рассмеялся он, пытаясь скрасить неудавшуюся шутку заразительным смехом. — И потом, вряд ли девушка с мордашкой «мисс Корея» скрывала бы личность, будучи весьма популярным писателем комиксов. — Он попытался реабилитироваться, но вышло еще хуже, поэтому Джин опять рассмеялся.

— Лучше так, чем если бы он соврал, что Уна и есть Генетическая ошибка. — Чонгук даже не обратил внимания на попытку хена поднять всем настроение.

— Хорошо! — Джин хлопнул в ладоши, чуть не пролив содержимое стаканчика. — Предлагаю спор: если Шуга соврал и Уна — это плод его больной фантазии, то весь наш уикэнд и каждое Рождество он будет ходить в этом... — Он вышел из гостиной, вернувшись через пару минут с огромной шапкой в виде розового плюшевого кролика, при этом с довольным видом неся в руке волшебную палочку.

— Боже, зачем ты притащил сюда это убожество? — устало выдохнул Юнги, закатив глаза.

— Я знаю, что для тебя это худший кошмар, — довольно закивал Джин.

— Если ты проиграешь, Джин-хен?.. — поинтересовался Хосок, не скрывая заинтригованности.

— Тогда в этом буду ходить я.

— Это нечестно! — воскликнул Юнги. — Да ты за милую душу не будешь снимать это неделями. Боже, да тебе выдай лайтстик — будешь похож на обезумевшую фанатку.

— Хорошо, твое предложение? — Джин скрестил руки на груди, но шапка на его голове совсем не добавляла серьезности.

— Каждое Рождество ты будешь готовить, — почти не задумываясь, выдал Юнги.

— Ха, согласен лишь до тех пор, пока ты будешь встречаться с мисс-никто-не-знает-настоящая-ли-она! — Джин протянул руку, а Хосок приготовился разбить пари.

Юнги пожал ладонь Джина и ухмыльнулся, поднимая глаза на него.

— Можешь уже искать новые рецепты, потому что с этой минуты кухня станет твоим вторым домом в Рождество.

***

К вечеру выпал снег, а так как все приготовления завершились, макнэ не придумал ничего лучше, чем притащиться в дом, закидав всех снежками. Намджун даже не шелохнулся, когда ком снега угодил ему прямо меж глаз. Он лишь услышал, как удивленно воскликнул Тэхен, быстро спрятавшись от Чонгука за диваном. Намджун медленно провел ладонью по лицу, убирая остатки снега, и уставился на макнэ, который с наглым видом стоял у открытой входной двери, подкидывая в руке уже чуть подтаявший от тепла рук снежок.

Намджун посмотрел на Хоби и Джина. Те кивнули, заговорщически подмигнув.

— Беги, — усмехнулся Намджун, через секунду срываясь с места, перепрыгивая через журнальный столик, догоняя Чонгука, который уже бежал по заднему двору.

Хоби, Джин и Намджун практически не отставали, но стоило им оказаться на крыльце, как сверху на них обрушилась гора снега. Это невольно отвлекло от убегающего в закат Чонгука, поэтому парни подняли глаза, увидев торчащую из окна второго этажа голову Чимина, который держал в руках пустое ведро и громко хохотал.

— Я даже не знаю, кого убить первым, — процедил сквозь зубы Намджун, вытряхивая из-за ворота толстовки снежный сугроб.

— Думаю, что такое мы точно должны записать, — из дома вышел Тэхен, держа в руках любимую камеру.

Через каких-то десять минут Чимин и Чонгук уже лежали во дворике, закопанные в снег. Торчащие из сугроба головы лепетали что-то невнятное про холод, но слова было различить сложно из-за слишком громкого стука зубов. Джин треснул каждому по голове волшебной палочкой, которую так и не выпустил из рук, подзывая остальных сообразить групповое фото.

— Юнги-хен, — крикнул Тэхен, повернувшись к Шуге, который только вышел из дома, пропустив все веселье.

Ви навел на него камеру, которая все это время снимала расправу над пакостниками-макнэ. Юнги покачал головой, что-то показав руками, но было уже слишком темно, чтобы разглядеть. Тэхен пожал плечами, вернувшись опять к друзьям, настраивая камеру для фото. Чонгук плотно сжал зубы, напоминая злого кролика, а Чимин до сих пор молил о пощаде. Зато довольный расплатой Намджун улыбался во весь рот, думая о том, что это было восхитительное начало уикэнда.

***

Прощенные Чимин и Чонгук, уже успев переодеться, сидели у камина, до сих пор клацая зубами от холода. Хосок сжалился, решив заварить им чай, а вот Намджун, Джин и Тэхен уже четверть часа не могли перестать смеяться над видео, где макнэ превращается в снеговика.

— Ты просто посмотри, у него тут взгляд как у забитого щеночка, — хохотал Тэхен, ткнув пальцем в экран.

Чонгук обернулся, что-то буркнув, потом еще сильнее укутался в плед, подтянув ноги ближе к себе, пытаясь согреться.

— Если я умру от обморожения, это будет на вашей совести.

Никто его не услышал, потому что в гостиную зашел какой-то слишком радостный Юнги, привлекая к себе внимание.

— Она приехала! — Он махнул ребятам рукой, зовя за собой, а затем зажмурил от удовольствия глаза, быстро скрываясь за дверью.

Раньше всех из гостиной вышли Джин и Тэхен, переглядываясь в ожидании остальных.

— Бедняжка, совсем умом тронулся, — прошептал Джин, наблюдая за тем, как Юнги стоит у открытой двери совсем один.

Чимин почесал затылок, посмотрев на остальных, словно хотел убедиться, что он тоже видит только Юнги. Конечно, больше всего обеспокоен был Чонгук, на лице которого было буквально написано: «Я так и знал».

— Юнги, мы все прекрасно понимаем... — мягко начал Тэхен, — в последнее время тебе было очень сложно и...

— Ну зачем ты схватила эти пакеты? — перебил его Юнги, совсем не слушая. Он скрылся за входной дверью. — Я же сказал их оставить у машины и заходить в дом, пока совсем не замерзла... — он говорил это таким теплым и заботливым голосом, что ребята совсем не узнали в нем ни хмурого Юнги, ни наглого Шугу, ни даже агрессивного Агуста D.

— Мин-Мин, я не беспомощная, — раздался женский голос.

Мин-мин — эту сторону Юнги видела только Уна. Никому не открытая личность, скрывавшаяся за серой массой туч его характера.

На пороге появилась довольно миниатюрная девушка с белыми как снег волосами, ниспадающими на плечи из-под светло-голубой шапки. Она увидела парней и смущенно улыбнулась, снимая очки, убедившись, что в помещении не слишком яркое освещение.

Тэхен так и не договорил, а просто стоял на месте, открыв от удивления рот,

как и остальные, явно обратив внимание на ее молочно-белую кожу и светло-голубой цвет глаз, совсем нетипичный для корейской внешности. Да и вообще назвать ее типичной было слишком сложно.

— Джин, — не отрываясь от Уны, сказал Хоби, — думаю, ты уже можешь надевать фартук и идти на кухню, потому что тебя там ждет много работы.

— Я видел неплохую книгу с рецептами, — тоже не отводя взгляда от девушки, добавил Чонгук.

Джин поджал губы, без лишних слов скрываясь за дверью кухни.

***

Острая курочка — одно из коронных блюд Джина. Ребята всегда безумно радовались, когда самый старший хен готовил ее для всех. Даже сейчас она была все так же бесподобна, вот только совсем не была главным экспонатом сегодняшнего вечера.

Чонгук устроился рядом с Уной, битый час донимая ее сценой из первых выпусков комикса. Юнги пытался объяснить макнэ как можно доходчивее, что не стоит так доставать девушку, не дав ей спокойно поесть. Уна отмахивалась, говоря, что все в порядке: видимо, это хоть немного отвлекало ее от пристальных взглядов парней. Остальные откровенно таращились на нее, одновременно пережевывая курочку.

— Мне казалось, что в природе не существует никого бледнее нашего Юнги, но оказалось, это не так, — прошептал Хоби, обращаясь к Тэхену.

— Может, это линзы? — спросил Чимин у Намджуна.

— Не думаю, — покачал головой тот.

— Теперь я понимаю, почему Генетическая ошибка, — добавил Джин. — «Миленькое» прозвище, совсем в стиле Шуги.

— Ну, может, хватит? — взорвался Юнги, посмотрев на парней. — Я знаю, что у вас много вопросов, но, может, стоит их задать, а не шептаться?

Уна посмотрела на Юнги, мягко коснувшись его предплечья, пытаясь успокоить.

— Как долго вы спите вместе? — выпалил Чонгук.

Джин поперхнулся водой, чуть не забрызгав Чимина, но тот бы даже не заметил, потому что, как и все остальные, замер, ошарашенно посмотрев на макнэ.

Каждый уже начал обдумывать, что сказать девушке, лишь бы избавить ее от смущения, но Уна ответила практически сразу, без каких-либо стеснений:

— Чуть больше трех месяцев. — Она даже не перестала жевать курочку, словно это было намного интересней, чем вопрос Чонгука.

Парни промолчали, покосившись на Юнги, который покраснел как рак и тихо сидел, уставившись в тарелку, что-то перебирая палочками, будто его тоже интересовала исключительно курочка.

— Он твой первый парень? — все так же продолжил Чонгук, пользуясь моментом.

— Да, — она сказала это так легко, словно ее спросили, нравится ли ей сегодняшний ужин.

Нельзя было описать словами выражения лиц остальных, словно всех заставили пройтись голышом по центру Сеула.

Чонгук нагнулся чуть ближе, зачем-то спрашивая шепотом, хотя все прекрасно слышали вопрос:

— А хен хорош в постели? — Ухмылочка на его лице была обворожительна.

На этот раз Уна не успела ответить, хотя действительно собиралась, но, к сожалению макнэ, ее перебил Юнги:

— Может, — буквально крикнул он, привлекая к себе внимание, — ты спросишь что-нибудь другое? — закончил уже спокойнее, выдавливая улыбку, которая буквально намекала, что самому младшему из них жить осталось действительно недолго.

Уна закрыла рот, клацнув зубами, тоже растянувшись в довольной улыбке, будто повторяя Юнги, вот только ее выражение лица больше напоминало тонкий ответ на вопрос Чонгука. Никто не проронил ни слова; видимо, любой вопрос, который теперь мог прозвучать, просто мерк по сравнению с тем, что спросил макнэ. Повисшую тишину вновь разорвал голос Чонгука:

— Как думаешь, нуна, а ты сможешь перепить нашего Джин-хена?

То, как уважительно он спросил это после предыдущих расспросов, было несколько несуразно, но совсем в стиле Чонгука.

— Я в состоянии перепить каждого сидящего в этой комнате, — сказала Уна так, словно этот вопрос ее действительно оскорбил, тем самым вызвав еще большее удивление.

Парни загудели, начиная шутить над Джином, который понял, что ему только что бросили вызов.

— Ты ведь понимаешь, что теперь выживет только сильнейший? — спросил он, чуть вскинув бровь.

— Ну началось, — выдохнул Хоби.

***

Утром все было как в тумане.

Последнее, что помнил Джин, — это то, как он оказался единственным, кто еще был в состоянии держать рюмку в руках. Однако когда его голова мягко коснулась твердой поверхности стола, Уна все еще спокойно попивала соджу через трубочку прямо из бутылки, как будто это был сок.

Первым пришел в себя Тэхен: обычно именно он был тем, кто просыпался раньше всех после выпитого, вот только частенько не мог восстановить цепочку событий, которая происходила подобными вечерами. Помнить все — это прерогатива Намджуна, он просыпался вторым. «Выжившие» оказались в гостиной, где-то между камином и пианино. Кстати, пианино — лежа на нем, спал Чонгук: удивительно, что он не упал ночью. Помимо них в комнате находился Юнги, который мирно посапывал на диване, свернувшись калачиком, любовно накрытый пледом. К слову, под головами Тэхена и Намджуна были подушки, которые появились там явно после того, как они уснули.

Превозмогая головную боль и тошноту, парни переглянулись, одновременно увидев бутылку воды, которая стояла возле них.

— После тебя, — пересохшими губами сказал Намджун.

— Нет, нет, хен, что ты... пей первым, — геройски отмахнулся Тэхен, выдавив из себя слова через силу.

Он жадно наблюдал за тем, как Намджун делал спасительные глотки воды. В этот момент кто-то протянул ему новую бутылку. Тэхен поднял глаза, увидев вполне себе трезвую Уну, словно вчера она даже не притронулась к выпивке. Парень лишь кивнул, беря бутылку из ее рук, быстро осушая содержимое. Видимо, Намджуна волновал тот же вопрос, потому что он также с интересом разглядывал девушку, пытаясь найти хотя бы один намек на похмелье.

— Что вчера произошло? — из-за дивана вылез Хоби с таким видом, будто он пробежал через всю Корею. Он быстро перевел взгляд на воду, которая тоже стояла рядом, совсем забыв про то, что волновало его пару секунд назад.

Намджун и Тэхен свежим взглядом посмотрели вокруг, не понимая многих вещей... У них накопилось большое количество вопросов.

— Почему тут так чисто? — Намджун прекрасно помнил гостиную перед тем, как осознал, что земля его позвала и стоит прилечь. Кругом было адское месиво...

— Я прибралась. — Уна пожала плечами. — Мне было скучно, пока все спали.

— Где остальные? — с опаской спросил Тэхен.

— Джин спит на кухне, я не смогла его дотащить до гостиной, а Чимин уснул прямо в ванной...

— Как он там оказался? — Тэхен потер виски, чувствуя, как его начинает подташнивать.

— А ты разве не помнишь? — удивилась Уна. Она подошла к журнальному столику, беря в руки камеру, передавая ее Тэхену. — Думаю, это освежит воспоминания.