Самолёты

— Слушай, — Света сидит за столом и курит. Снова.
— Когда ты бросишь эту дрянь в мусорку, я соизволю что-нибудь выслушать, — цедит Миша и прожигает подругу взглядом. Из-за скорого объявления результатов ЕГЭ Света очень сильно нервничает, поэтому количество бычков в пепельнице в этот вечер растет в геометрической прогрессии.

Девушка морщится и закатывает глаза.
— Ну что ты опять начинаешь?
— Я не начинаю, — парень поднимается из-за своего места и крепко сжимает чужую кисть, в которой еще дымится сигарета, — начинаешь только ты.
Он отбирает у возмущенной подруги окурок и с силой придавливает его к донышку грязной пепельницы. Казалось, что нервничать больше, чем в те несколько дней сдачи экзаменов, уже нельзя, но вот день объявления результатов рушит все Мишино представление о стрессе. Он и сам, кажется, готов попросить у соседки сигарету, но тогда она точно не откажется от своей губительной привычки. Поэтому Миша держится и продолжает давить ей на мозг.

— Короче, — Света убирает яркие волосы за ухо и продолжает так нагло прерванную мысль. — Я тут подумала, — ее выражение лица быстро сменяется с раздраженного на очень приветливое и даже, в какой-то степени, мечтательное. — Может, тебе стоит переехать ко мне?

Мише кажется, что он уже три недели живет не своей жизнью. Ощущает что-то никогда не испытанное, узнает Свету с новых сторон, привыкает к статусу самостоятельного человека. Реплика соседки заставляет его с новой силой впасть в это мироощущение нового Миши. Он и не думал, что наступит момент, когда ему можно будет просто покинуть квартиру родителей. Сейчас предложение кажется слишком взрослым.
Он вскидывает бровь и легко улыбается. Конечно, он хочет, наконец, зажить своей обособленной жизнью. Еще и с девушкой, в которую он влюбляется с каждым днем больше и больше. Да и не изменится в физическом плане почти ничего: он и так почти поселился в этой квартире на этаж ниже.
— И как мы будем жить с тобой? — ему кажется, что они шутят, как и обычно.

У Светы подкашиваются коленки от его полуулыбки и оттого, что она решилась спросить своего парня о том, что ее волнует в последние дни. Ей до умопомрачения хочется вцепиться в Мишу и не отпускать двадцать четыре часа в сутки. Голова идет кругом при мысли о том, что он, наконец, ее. Ее и ни чей больше. Целует ее, поддерживает, целые дни проводит с ней.

Свете хочется и ночей.

Свете хочется сжать его руки до хруста и забраться к нему под кожу, чтобы утолить свое жгучее чувство любви.
— Как и до этого, — она смеется и сцепляет руки в замочек между колен. Еще ей безумно хочется самого Мишу.
Парень улыбается и продолжает смотреть в упор на подругу.

— Я серьезно, — тихо добавляет девушка. Он, кажется, не особо воспринимает ее предложение.
— Ты сейчас правда предлагаешь мне переехать к тебе? — Миша выдыхает и настраивается на более взрослый разговор. Она кивает и крепче переплетает пальцы. Свете не нравится, что реплика вызывает такое настороженное отношение.
Он встает со своего места и садится на пол перед своей девушкой, чтобы смотреть прямо в опущенные глаза. Берет ее ладони в свои.

— Мы встречаемся меньше месяца, — напоминает он и заботливо вглядывается в ее лицо. — Ты уверена?

Света кивает.

— Мы и до этого сколько общались, — улыбается она. — Давно можно было.
Парень усмехается и, поднимаясь на колени, целует. Девушке все не хватает духу сказать, что каждый Мишин поцелуй вызывает у нее настоящий всплеск гормонов. Свете невероятно хочется, чтобы ее парень, наконец, стал полноправным жителем ее квартиры. Тогда все стало бы проще.
— Знаешь, — он набирает в легкие воздух, — это безумие, но я очень хочу жить с тобой.
У нее внутри все дрожит от предвкушения.
— Тогда ты можешь поговорить с родителями? — слишком стыдно от своих мыслей, чтобы смотреть ему в глаза, поэтому девушка наклоняется к его уху.
— Завтра? — он тяжело дышит и поглаживает ее руки.
— Прямо сейчас.
Свете хочется как можно быстрее вытолкнуть этого придурка в коридор и отправить за вещами. Сколько ему нужно? Минута? Две? Ну, какого же черта ты сидишь?

— С тобой сходить? — она готова визжать от ощущения приближения чего-то невероятного. Он нервно усмехается.
— Боюсь представить, что со мной сделают, но я чертовски хочу.
Парень поднимается с колен и смазано целует в губы.
— Если я не вернусь в течение часа, считай, что я умер.
Миша уходит быстро, но эта минута кажется самой долгой минутой в ее жизни.

Дома точно есть мать. Возможно, даже в нормальном состоянии. Парень скидывает обувь на пороге и почти уверенно проходит в родительскую комнату. Она сидит с книжкой на кровати и увлеченно бегает стеклянными глазами по страницам. Матери нет пятидесяти, но выглядит она на десяток старше.
— Мам, — женщина смотрит на сына очень устало. Будто ее насильно держат в этой телесной оболочке. Миша присаживается на краешек кровати с намерением как можно конструктивнее и быстрее объяснить суть дела. — Я тебе говорил, что мы со Светой в отношениях.
Она кивает и легко улыбается.
— Я хочу сказать, что давно вырос, — ему страшно, — что я готов жить самостоятельно.
Мать настороженно слушает дальнейшие скомканные мысли парня и вникает.

— Я хочу жить со Светой, — он на выдохе и очень низко заканчивает поток сумбурных фраз. Почему-то кажется, что морщин на ее лице в минуту становится больше. Мише слишком непросто объясняться с мамой.

Света наматывает круги по кухне и пытается навести какой-никакой порядок. У нее крышу сносит от мысли, что сейчас ее парню могут просто выебать мозг, потом отобрать телефон и запереть навечно, как принцессу в замке. Тогда у нее не просто не будет возможности видеть его двадцать четыре часа в сутки, но и вообще возможности видеть не будет. Руки дрожат, когда девушка моет пепельницу. Ей даже хочется пообещать небу, что она бросит курить, если Миша будет жить с ней. Кому вообще нужны сигареты, когда в твоей квартире сидит парень, которого можно безостановочно целовать?

Свете хочется не только целовать.

Незапертая дверь скрипит и открывается. Девушка заворачивает кран и буквально вылетает в коридор. На пороге стоит Миша с взъерошенными волосами и спортивной сумкой на плече. И смотрит, как нашкодивший котенок. И губу прикусывает. Наверное, Светины глаза горят.

Девушка буквально падает в его объятия, а он кружит ее в тесном коридоре и в конечном итоге задевает их куртки на вешалке.

— Ты серьезно? — восторженно шепчет Света, чтобы не спугнуть безумное наваждение. Он смеется и кивает. Целует.

Она чувствует каждую трещинку на его губах, чувствует, как ее почти потрясывает от осознания его близости. Его руки нежно поглаживают ее талию. Ей очень хочется, чтобы эти руки были под футболкой.

— Я хочу тебя, — она не уверена, были ли эти слова бредом ее собственного мозга или Миша на самом деле это сказал. У Светы сбивается дыхание, и она настороженно вглядывается в чужое лицо. Парень, кажется, краснеет. Она и не знала, что Миша умеет краснеть. Это почти вызывает смешок, но Света сдерживается и утягивает своего парня в новый поцелуй.

Ей до безумия стыдно. Чудится, будто уши горят и сердце стучит неприлично громко.

— Пойдем в спальню? — сбивчиво спрашивает девушка и глотает воздух. Он вроде кивает. Или челку смахивает, черт его знает. Она ищет пальцами его ладонь и крепко сжимает. Ну почему руки начинают потеть именно в такой ответственный момент? Света спотыкается о его сумку и неловко тянет за собой в комнату. И свет в коридоре выключают так неаккуратно, что он два раза моргает, прежде чем погаснуть.

Неловконеловконеловко.

Единственная мысль, которая сейчас крутится в голове.

Он закрывает дверь и прижимает к себе девушку непозволительно близко. Света просто надеется, что в полумраке, который создают шторы на окнах, он не увидит ее покрасневших щек. Его руки забираются под истертую домашнюю футболку очень аккуратно, нежно поглаживая светлую кожу. Девушка ощущает мурашки, пробегающие по всему телу и отдающиеся электрическими разрядами в местах его прикосновений. Он целует в шею, и со Светиных губ самопроизвольно срывается приглушенный стон.
— Я еще ничего не сделал, — хрипло шепчет Миша с насмешкой ей прямо в ухо, щекоча своим дыханием. На это она только морщится и одними губами посылает нахуй.

Она пальцами ведет по его рукам к плечам и ловит невообразимый кайф от ощущения мышц на его теле. Да, не спортсмен, но выступающие сухожилия на его запястьях почему-то кажутся безумно притягательными.
Миша, почему-то вдруг оставив ее талию в покое, опускает руки на ее бедра. Забираясь под края шорт, сжимает в ладонях попу. Света обхватывает его шею и шумно выдыхает.

Почему-то собственное тело начинает казаться таким неуклюжим, толстым и некрасивым для аристократично-худого Миши. Очень стыдно за собственные ноги, за талию, за плечи. Ей не хочется думать, что парня пожирают примерно те же опасения и комплексы.
Девушка подцепляет пальцами края чужой темной футболки и тянет вверх через голову. Миша путается в своих же руках и чувствует себя до омерзения неловко, но освобождается от одежды.

— Буквально одну секунду, — просит Света и садится на колени перед комодом, стоящим вплотную. Миша ненавидит ее сейчас за это, потому что стоит и не знает, куда себя деть. Становится холодно. Девушка выуживает, наконец, то, что так долго искала, и бросает на краешек разложенного дивана к изголовью. Мише не хочется сдерживать нервный смешок.

— Смазка? Серьезно?

Она в ответ саркастично улыбается и забирается на диван, протягивая руки своему молодому человеку.

— Спасибо еще скажешь.

Он выдыхает и подползает к девушке. Его руки скользят по ее коленям и обхватывают бедра. Свете нравится Мишин торс почему-то. Не тощий — худой. Она очерчивает руками его плечи, грудь, опускается ниже. Ей уже самой хочется избавиться от лишних тряпок невзирая на сумасшедшее стеснение, но парень тянет и нарочито медленно стаскивает с нее футболку. Света прижимается к нему грудью и даже через бюстгальтер чувствует какую-то фантастическую близость, которой она никогда не испытывала.

— У тебя ведь, — она давится воздухом, — еще ничего не было?
— Блять, — ему, похоже, смешно. — Тебе так нравится вгонять меня в краску?
— Безумно, — отшучивается девушка, склоняясь к тому, что это был тот ответ, который был нужен.

Его пальцы скользят по спине и подбираются к застежке лифчика. Хочется выдать что-нибудь смешное, но от волнения Света только часто дышит и с замиранием сердца ждет эти несколько секунд Мишиных раздумий. Краснеет, кажется, даже шея, когда парень помогает подруге избавиться от лифа. Девушка прикрывает грудь и ощущает настоящий взрыв гормонов внутри, который отдается приятным тянущим чувством внизу живота. Очень хочется потянуться к шортам рукой, но Света сдерживает себя и ждет Мишиной инициативы.

Он перехватывает чужие кисти и вытягивает над головой, чтобы освободить себе пространство для действий. Свете стыдно. Парень нежно целует впадинку между грудей и мажет языком. Когда он вбирает в рот сосок и чуть прихватывает зубами, девушка сдавленно стонет и подается бедрами навстречу.

— Не тяни, — задыхается Света, готовая извиваться в его руках.
— Будь моя воля, я бы тебя еще в коридоре трахнул, — хрипло шепчет он и прикусывает губу.
Упирается одной рукой в диван рядом с ее плечом, а второй проходится по талии и спускается к шортам. Когда чужие пальцы забираются под белье, Света шумно глотает воздух, впиваясь ногтями в его плечи. Миша молчит и продолжает ласкать свою девушку.

Свете чертовски хочется провалиться сквозь землю, когда под его пальцами ткань характерно хлюпает.

— Я не знал, что настолько привлекателен, — сдавленно ухмыляется парень и наклоняется за очередным поцелуем.
— Нахуй иди, — ее поцелуи скорее похожи на укусы, чем на нежное проявление чувств.

Девушка выгибается ему навстречу после очередного движения и чувствует, что голова начинает почти кружиться. Света дрожащей рукой пытается расстегнуть пряжку его ремня, но никак не может справиться.

— Блять, — шипит она и приподнимается на локте, чтобы избавиться от раздражающего куска кожи. Мише безумно неудобно от того, что его одежда такая проблематичная и сам он такой неловкий.
— Я сам, — рвано дышит и мажет губами по ее шее, — прости.

Парню почему-то тоже сложно расстегнуть эту треклятую пряжку, но недовольный взгляд Светы ускоряет процесс. Он избавляется от джинсов, чтобы не вызывать подобных сложностей и дальше, и понимает, что не только его партнерша до предела возбуждена.
Девушка облокачивается спиной о подлокотник дивана и пожирает глазами своего молодого человека, который нависает сверху.

— Не только ты тут привлекателен, а? — она облизывает губы и кладет свою руку поверх влажного пятна на его боксерах. Миша готов кончить от одного этого прикосновения.
— Более чем, — сбивчиво шепчет он и прикрывает глаза, когда Света начинает движения рукой поверх ткани.
Нервы стянуты в тугие узлы, и мозг ни на секунду не дает отдаться ощущениям полностью: где-то в подкорке постоянно пульсирует неловконеловконеловко. Может, Свете неприятно чувствовать на руках его естественную смазку, неприятно его костлявое тело и обоже ее, может, не устраивает его размер.

Невероятное напряжение ощущается между ног, когда партнерша оставляет его возбужденный орган в покое и неаккуратно стаскивает с него мокрые боксеры. Сказать, что это не особо приятно, язык не поворачивается, так что парень терпеливо помогает подруге избавить себя от остатков одежды.

Ему стыдно. За свое тело стыдно.

Его вспотевшие ладони ложатся на резинку домашних девчачьих шорт и тянут вниз вместе с бельем. Света сама подается бедрами вперед, чтобы скорее покончить с этими неловкими манипуляциями. Закрадывается мысль о том, что они поторопились слегка. Девушке до дрожи страшно от осознания того, что первый секс — это очень больно. Думается, что стоило открыть бутылку чего-нибудь, включить музыку и зажечь свечи. Набор на подобный случай можно было бы без труда разыскать в Светином жилище, в котором хранилось неимоверное количество вещей, оставшихся еще от мамы.

Миша отбрасывает одежду на пол и припадает губами к шее своей девушки. Оба чересчур смущаются, чтобы смотреть друг на друга, поэтому Света отводит глаза, а Миша вовсе закрывает. Его руки блуждают по девичьему телу.

— Понимаешь же, что ничего не будет, пока ты не расслабишься? — шепчет он и целует за ухом. Гладит по волосам.
— Извините, господин секс-инструктор, — улыбается она, — это не так просто, как кажется.

Миша сминает чужие губы в поцелуе и тянется рукой между ее ног. Девушка сводит колени, постанывая и подаваясь навстречу его пальцам. Хочет перестать нервировать и его, и себя. Простыня сползает с краев дивана, собираясь складками под Мишиными коленями.

Света обнимает парня за шею и притягивает к себе.

— Миш, — касается влажными искусанными губами его уха, — презервативы.

И так стыдно становится от собственных слов, что девушка на мгновение прячет лицо в сгибе локтя. Миша матерится про себя, но отстраняется и вытаскивает из складок постельного белья упаковку, заботливо найденную подругой. Света тяжело дышит и приподнимется на локтях.

— Можно я? — просит она, забирая из его рук блестящий пакетик. Очень странными кажутся ей такие мероприятия, которые сбивают весь настрой, но против соображений безопасности не попрешь. Что она с ребенком будет делать, если вдруг?

Миша сгорает от стыда, когда она разрывает упаковку и пытается грамотно зажать кончик.
— Что за уебанство, — шипит он, а подруга исключительно сосредоточенно раскатывает контрацептив по его члену. — Блять.

Парень сжимает в руках ее ягодицы и валит на спину, придавливая своим весом.
— Я тебе не прощу мое уроненное достоинство.
— А, по-моему, — Свете хочется смеяться в голос, — оно очень даже неплохо стоит.
— Стерва, — он с силой разводит ее ноги в стороны и устраивается между. — Ты же понимаешь, что игра не в твою пользу?
— А, может, я просто не хочу, — она улыбается и притягивает молодого человека за шею, целуя. Пытается настроиться.

— Готова? — он наклоняется как можно ближе и кладет ладони на ее бедра. Света целует в ключицу, выдыхает.

Оказывается, что начать, пиздец, как сложно, поэтому Миша нервно, но медленно входит, заставляя девушку окунуться в какие-то странные ощущения. Свете больно.

— Блять, — она кусает губы, впивается ногтями в его плечи. Парень тушуется и пытается сгладить это мелкими поцелуями: в щеки, в губы, в закрытые веки. Пытается успокоить ее, несмотря на собственное состояние.

Она чувствует внизу живота боль, жжение и еще какую-то противную склизкость. И весь этот коктейль усугубляет Миша вторым плавным толчком.

— Нормально? — у него немного срывается голос.
— Лучше не бывает, — шипит Света и обвивает ногами его торс, плотнее прижимаясь. Парень начинает осторожно двигаться, что вызывает новые волны боли, но мысль о том, что презерватив был хорошей идеей, имеет место быть. Подушка сбивается и уползает из-под Светиной головы, руки беспорядочно мечутся по исполосованной спине, а диван дополняет картину ощущений характерным скрипом.

Она уверена, что их первый раз более чем лажовый, потому что никаких приятных ощущений не приходит и по прошествии нескольких толчков.

Миша прикрывает глаза и начинает чаще дышать.

Света зарывается пальцами в его мокрые от пота волосы и просит целовать. Парень чуть сбавляет темп, касается губами ее шеи, ключицы. Старается, устроившись удобнее, массировать ее грудь.

Старается, мать его, доставить хоть какое-то удовольствие.

— Держишься? — еле слышно спрашивает он, захлебываясь воздухом, на что подруга жмурится и кивает. — Я уже не очень.

Миша слишком крепко стискивает в руках ее ягодицы и кончает.

Света не уверена в том, что все действительно кончилось, пока парень не сползает с дивана и не выкидывает использованный презерватив в мусорку под письменным столом.

— Тебе хоть чуть-чуть было хорошо? — он тяжело падает рядом с ней на скомканную заляпанную простынь и сгребает свою девушку в охапку.
— Не знаю, — Света жмется к его теплому телу и утыкается лицом в грудь. — Слишком больно.
— Да все понимаю, — вздыхает он, проводя по ее волосам. — Но знаешь, — целует в макушку, — это было лучшее, что я за свою жизнь испытывал.

Ей очень хочется отключиться, чтобы не чувствовать жжения и тянущей боли, но молодой человек приподнимается на локте и разрушает ее страдальческую идиллию.
— Вали в душ, давай, — заявляет он, — а я постель перестелю.
Почему-то становится очень уютно от его странной заботы, но вставать на ноги очень не хочется. Миша целует.

— Тогда я наберу ванну, а ты доползешь, — улыбается он и покидает комнату, чтобы прийти в себя и привести в чувства свою девушку, а та нехотя сползает с дивана и тащится за ним на подгибающихся ногах.

Когда Света погружается в теплую воду, болевые ощущения чуть отступают, а когда к ней в ванну залезает еще и Миша, жизнь вообще начинает казаться не такой плохой.
— В следующий раз ведь будет не так больно, правда? — тихо спрашивает девушка, когда чужие руки скользят по ее плечам и груди. Он усмехается и целует за ухом.
— Правда, — слишком нежно обнимает со спины для парня, который нахуй хотел слать весь мир.
— Я люблю тебя, — шепчет Света, поворачивая к нему голову.
— Ты, наверное, ахиреешь, но я тоже тебя люблю.
###########
Вы не ждали,а я припёрлась.Вот вам прода и всо.