Посвящается Ш.Е.А.
Я смотрела на этот уродливый шрам на ее руке долгих два года. Два года страха, неизвестности, раздумий, сожалений, симпатии и, наконец, новоявленной храбрости.
Однажды заметив на себе мой сосредоточенный взгляд, она, недоуменно поглядев на меня, спросила:
-Что-то не так?-она вложила в эти три коротких слова всю свою недюженную подозрительность.
Открыв рот, чтобы извиниться за откровенное "распятие взглядом", я не смогла вымолвить ни слова. Голос охрип от долгого молчания, и из моего горла издавалось лишь непонятное шипение. В голове вспыхнула мысль о том, что вот он мой шанс спросить откуда у нее это шрам на руке.
Прокашлившись, и, набрав в легкие побольше воздуха, я проговорила не совсем четко, на одном дыхании свой вопрос.
-Откуда у вас этот шрам?
В моих глазах что-то загорелось, и волна любопытства пробежала по ее лицу. Черты ее лица мгновенно разгладились, и складка между бровей испарилась.
-Попала в автомобильную катастрофу, стекло глубоко впилось в руку. Погибли муж и дочь.
-Мне жаль.
Мне ужасно жаль, и я попыталась вложить все свои чувства в эту фразу.
-Мне очень жаль.
В ответ на это она тепло улыбнулась мне, а я, напротив, готова была разрыдаться. Но что-то невесомое меня остановило. Если бы я заплакала, то проявила бы к ней неуважение. Она, стоически выстоявшая эти ужасные испытания жизни, и ,все еще способная по-настоящему, не поддельно улыбаться, не должна видеть слезы 14-летнего подростка.
Спустя пару секунд молчания она смутилась.
Наверное ей еще никогда не приходилось рассказывать о своих шрамах.