Осколки

Февраль — месяц холода и сырости. Время, когда весна уже витает в воздухе, но она все еще слишком слаба, чтобы нести свое бремя достойно. Февраль — время магии, вязи происшествий, что непременно ведет к весне. Февральские ночи, это ночи, в которые тают осколки снов, как лед на застывших окнах. Но люди, поглощенные послепраздничной суетой, не замечают этого. Они слишком спешат, чтобы сопоставить факты и в этом их главное счастье. Им не увидеть Дома, в котором живут чудеса да четыре десятка разных мудрецов, не заметить копошения на крышах. На них спикирует летающая конструкция, громко хлопая крыльями, а они этого и не заметят.
Февраль — месяц магии, мрачной и туманной. Под стать самому месяцу. Это месяц, когда могут пересечься пути совершенно разных созданий, что живут в совершенно разных плоскостях. А что? Февраль особенный, ему можно.

***

На крыше сидела миниатюрная девушка и, свесив ноги с парапета, курила. Массивные ботинки тихонько выстукивали незатейливый ритм. Вокруг неё бегала огромная серая крыса, коих можно зачастую встретить в канализациях. Но несмотря на свое происхождение, она была довольно ухожена и откормлена. Разумный зверёк крутился вокруг хозяйки, настойчиво требуя внимания. А хозяйка тихо посмеивалась, гладя на то, как грызун недовольно шевелил усами, учуяв сигаретный дым. Хотя стоило полуночнице превратить бесформенное скопление дыма в нечто более интересное, крыс тут же заинтересованно становился на задние лапы и с интересном рассматривал получавшееся. А небольшой коготь вырисовывал из дыма все новые и новые рисунки. Рыцарь, принимающий присягу, ангелы, битва демонов, созвездия, персонажи книг... Наконец появился и дымный двойник зверька, стоящий на задних лапах и преданно заглядывающий в глаза кому-то. При этом крыс, словно человек, поморщился  и отвернулся, как бы игнорируя происходящие с дымом метаморфозы. Пожав плечами, полуночница рассеяла дым и вновь перевела свой взгляд на тонувший в белом молоке город.
Невысокий рост, откровенно тощее телосложение, черные коротко подстриженные волосы... со спины её можно было бы принять за проблемного подростка. Но когда это волновало падших? Девушка задумчиво смотрела на покрытый туманом, словно шалью, город и размышляла о планах на ночь. Конечно, она могла бы сейчас прыгнуть с крыши и, обернувшись тенью, пронестись по ночному городу, собрав кровавую жатву. Это, в конце концов, было обязанностью всякой нечисти средней руки. Это был долг всякого падшего. Но в городе поселился февраль и укрыл туманом все, включая ненависть Элис. За первой сигаретой потянулась вторая... десятая. Благо, пачек было несколько. Можно дымить хоть ночь напролёт. Неосознанно, но нечисть ощущала, что не одна в городе уже шестой день. Появился кто-то еще. Кто-то, кто испытывал жуткую боль и отчаяние от произошедшего. Незнакомец был не от Всевышнего, хотя душа его была чиста. Будто только недавна создана. Уж в чём, а в этом нечисти можно доверять. Те, кто не имеют собственной души, прекрасно видят чужие. В эту ночь, неосознанно для себя самой, Элис чего-то ждала. Чего-то... необычного, судьбоносного даже. Хотя какая нечисть будет верить в судьбу? Они, продавшие свою душу и предавшие предначертанное, как никто другой знают в чьих руках судьбы. Поэтому Элис просто сидела и предавалась прострации...

Но судьба есть даже у предавших её. Именно поэтому спустя несколько часов после наступления полуночи лестница, ведущая на крышу, протяжно заскрипела под весом тела. Ком боли и отчаяния приближался к Элис. Нечисть напряглась и подобралась; теперь в любой момент на была голова испуганной птицей упорхнуть с крыши. Скрипнула открывающаяся дверь и перед ней появилась высокая светловолосая девушка.
- Падшая, - презрительно протянула она, осознав, что не одна на крыше.
Пружина внутри нечисти начала потихоньку ослабевать - её гостья, несмотря на высокий рост и внушительную мускулатуру, характерную для воительниц, все же не была опасна.
- Павшая, - скопировав интонации собеседницы протянула Элис, - К тому же свеженькая, - несколько мстительно добавила она, глядя на незажившие руны, что горели на предплечьях гости. 

Резко дернувшись, собеседница быстро отдернула рукава куртки, что впрочем, мало помогло - руническая вязь просвечивала и сквозь плотные материалы, выдавая положение своей хозяйки. Павшая воительница, которую отправили на землю доживать остаток своей немаленькой жизни. Элис была готова поклясться, что на её спине краснеют едва зажившие шрамы от отрубленных крыльев. Нечисть была удивлена - павшие не появлялись несколько сотен лет. Так почему же сейчас перед ней стоит одна из отвергнутых? Однако собеседнице своего удивления выказала.

- Или садись рядом, или проваливай.  - довольно грубо сказала Элис, впрочем, не особо надеясь на то, что гостья подойдёт к ней. Все же противостояние между их кастами было долгим и жестоким.

К удивлению девушки, неожиданная гостья словно только и ждала этого: она быстро подошла к парапету и села. Во взгляде сквозила обреченность - наверное, именно так смотрят люди, в один миг утратившие смысл жизни. Немного посидев в тишине павшая начала рассказывать - каждое слово, каждое предложение, словно словно маленький окровавленный осколок, вынимаемый из сердца. Но раны, кровоточащие раны, они все еще оставались. Смогут ли они когда-нибудь зажить?

***

Они проговорили до самого рассвета. Кассандра, павшая рассказывала свою историю: детство, юность, первые бои, собратья по оружию и друзья, смешные моменты из жизни, что в одночасье осыпалась пеплом. Умолкла она лишь подойдя к своей ссылке. Не смогла - слишком свежи были воспоминания.
Элис, падшей, было по большей части плевать на чужую историю. Никто ведь не спрашивал её о том, как она стала такой - конечно, отродья тьмы они ведь везде одинаковы. Всем плевать на судьбы тех, кто по мнению общества, ниже их самих. Но как и всякая нечисть Элис осознавала, что с павшими как постоянным надзором за такими как она, лучше как минимум неплохо общаться. Она понимала, что спустя время Кассандра отойдёт от потери и станет хранителем порядка на земле. Поэтому покорно сидела и слушала вполуха чужую историю.
Но ничто не может длиться вечно. Затихла и Кассандра. Некоторое время обе сидели молча - каждый думал о своём.

Задребезжали первые лучи рассвета, постепенно начиная превращать ночь в небольшие островки тьмы, что ютятся по углам. Наконец Элис встала, разминая затёкшие от долгого сидения мышцы. Крыса, взобравшись по куртке, заняла привычное место на плече. Пора было отправляться - все же пока ночь главенствует неплохо бы провернуть несколько дел, не предназначенных для глаз утра.
Развернувшись к Кассандре, падшая резюмировала:

- Падшие и павшие... такие разные судьбы, а исход всегда одинаков.

Сделав шаг назад, Элис спиной вниз полетела с парапета. Впрочем, пролетев несколько этажей, она обернулась небольшим сгустком тьмы и затерялась где-то среди кварталов. А Кассандра все стояла на парапете и смотрела вслед - ведь подняться в небо ей больше никогда не суждено...