Очерки

На плите вскипел чайник. Она вышла из соседней комнаты, чтобы его выключить.

За окном пели песни. Она выглянула.

«— Масленица», — пронеслось в голове.

Совсем скоро зацветут деревья и весь город наполнится приятным легким ароматом. Проснутся плчеки и начнут опылять яблони, груши, вишни... Она ждала этого момента как никогда.

Ей нравилось тепло и она ему тоже, судя по всему. А вот зима ее не любила, постоянно выталкивая в теплые помещения. К тому же ее преспешник — холод — делал ее кожу сухой, похожей на нождачку. Что очень раздражало.

За эту зиму в магазинах были скуплены почти все крема для рук. И все они постепенно закончились.

Из своих мыслей ее вывел человек, который махал руками внизу. Она приоткрыла пластиковое окно.

— Э-ге-гей! — донеслось снизу. — Люда, спускайся!

— Ой, нет, — крикнула она в ответ. — Я не люблю такие шумные мероприятия.

— Людка, ну чего ты? Масленица же!

— Не с кем через костер прыгать? — рассмеялась она.

— Людка, блины тут вкусные, тебя ждут.

— Нет! — она была непреклонна.

— Я же сейчас поднимусь! — голос был настойчив.

— Поднимайся, — хмыкнула она.

Человек решительно направился к подъезду. Люда же прикрыла окно и достала две кружки, два пакетика чая, корицу и имбирные печенья. В дверь постучали.

— Я надеюсь, что ты готова, — громко сказал человек.

Она открыла ему дверь и встретила порцию снега прямо на свою пижаму.

— С ума сошел? — возмутилась она, торопливо отряхивая снег. Человек тотчас начал ей помогать.

— Прости, не знал, что ты ещё не одета.

— А, да? Я же сказала, что не люблю такие мероприятия. Можно понять, что никуда не пойду.

— Людка, ну чего ты. Я не позволю коварному зимнему холоду испортить твою нежную кожу, — он потянулся к ее рукам но она отошла и человек ввалился в квартиру.

— Снимай куртку, ботинки и пошли пить чай, — указала Люда на кухню.

— Мы такое веселье пропускаем, — вздохнул он, сидя на полу и снимая обувь. — Там Лариска такие блины наготовила.

— А чего с Лариской через костер не пошел прыгать? — она возмутилась. Это стало понятно по тому, как она с громким стуком поставила бокалы на стол, вероятно, сдержавшись от того, чтобы не швырнуть в человека. Чай пить перехотелось.

— Людка, ты чего? — недоумевал человек заходя на кухню. — Это просто блины.

— Да, просто блины. А потом просто флирт, — она не скрывала свое отвращение. Достала из выдвижного ящика две ложки и, так же, с шумом закрыла его.

— Люда, — строго произнес он. — Между нами ничего не было. Она была пьяна...

— Не нужно спихивать все на то, что кто-то был пьян.

— Хорошо. Но люблю я все ещё тебя и встречаюсь с тобой, — ладонь его накрыла ее потылицу. — Никакая Лариса между нами не встанет.

Она с недоверием посмотрела на него. На миг в голове мелькнули все прошлые отношения, когда мужчины говорили так же.

«Голубка»

«Душа моя»

А потом оказывалось, что она ошибка. Просто кукла, которую можно бросить на пыльном чердаке и, может однажды, показать на фото своим детям.

Впрочем, Люда не печалилась. Она шла вперед и верила, что не ошибка.

«Просто не сошлись», — всегда говорила она.

— Люда, — его голос вернул ее в реальность. — Все нормально?

— Да, — она вытащила руку из под его ладони и взяла бокал. — Ты угощайся. Как на работе?

— Как обычно, — окунул он печенье в горячий чай. — Сижу целыми днями вычитываю тексты. Порой мне кажется, что молодые писатели вообще не следят за тем, что пишут. Приходится все уточнять и спрашивать. У тебя как?

— Ношу еду от столика к столику и выслушиваю то, как неестественно улыбаюсь, — цокнула она, затем сделала глоток.

— Н-да, — вздохнул он, совсем забыв, что держит печенье в стакане. Пришлось вылавливать. — Может уйдешь оттуда?

— И вернусь к родителям?

— Ну, почему к родителям. Можно ко мне.

— А как же твои родители? Они знать меня не знают, а ты уже жить зовешь, — она как-то холодно посмотрела на него.

— Знакомство организуем, — кивнул он. — Уверен, вы друг другу понравитесь.

В окно влетел снежок. Оставшись грязной, подтаевшей лепешкой, он начал сползать вниз. Люда вздрогнула.

— Что за невоспитанные люди, — кружка осталась на столе, а она уже была у того самого окна.

Внизу стояли дети и радостно махали руками и что-то кричали. Люда хотела открыть, но ее остановили.

— Руслан, может они чего-то хотят, — она вновь попыталась открыть окно.

— Ага, — кивнул он. — Ещё снежков накидать. Не открывай. Лучше иди оденься потеплей.

— Я не пойду вниз, — уперлась она.

— Значит они придут наверх и принесут эту тающую субстанцию.

Она вздохнула. И тихо, без слов, пошла надевать теплые вещи.

— Шарф, ты хоть знак дай, чтобы я тебя нашла, — она с головой зарылась в шкаф. Все эти пальто, куртки, кофты и прочие обитатели вешалок очень мешали сейчас.

Пришлось разбирать две, а то и больше вешалок, чтобы понять на какой живет шарф.

— Вот ты где! — с радостью сказала она, снимая его. От него был какой-то пряный запах, которого в квартире Люды не было никогда.

Она принюхалась и напрягла память. Недавно она была в лавке с выпечкой. Может этот запах оттуда? Хотя нет. Такого там точно не было. А может у родителей? Это больше похоже на правду. Только вот дилемма: Люда уже три месяца не была у них, а шарф носила постоянно.

Запах резко улетучился с ткани и поманил к балкону. Она покорно пошла за ним. Вел он за окно. Вниз.

— Сегодня все хотят, чтобы я оказалась на улице. Даже запахи, — покачала она головой. — Ладно. Хорошо.

Засунув в карман тюбик крема и выйдя обратно, Люда заметила, явно скучающего, Руслана. Он смотрел на экран смартфона и снова вычитывал текст. Она тихо подкралась.

— Бу, — он едва ли не выронил гаджет, а Люда рассмеялась. — Какой ты пугливый.

— Скорей сосредоточенный. Вижу, что одета. Готовься к играм в снегу, — подмигнул он и надел куртку.

Когда дверь подъезда открылась, то на них сразу же кинулись дети. В частности на Люду.

— Люда, а вы попробуете наши блины?! — перебивали они друг друга.

— Обязательно, — она улыбнулась самой доброй улыбкой, которой могла. Затем двинулась в столам с выпечкой. Следом за ней пошел Руслан. Один за одним в их руках появлялись салфеточки с блинами.

Когда блины стало некуда девать, они сели на лавочку у подъезда и принялись их кушать. К ним подошла Лариса со своей порцией и первому вручила ее Руслану. Он поднял на нее серые глаза, а затем показал, что руки заняты. Тогда она предложила выпечку Люде. Та, нехотя, но взяла.

Надо сказать, что все они пахли просто изумительно. Некоторые были сладкие, некоторые — соленые. В одни заворачивали мясо, в другие свежие, а может и замороженные ягоды. А ещё были блины с варенкой.

Вот они напоминали Люде о былых временах, когда в поселке, или в ауле, на местом языке, у бабушки, в старом деревянном доме в морозное утро, она находила на столе свежие блины с варенкой, а рядом чай с мелиссой. Садишься возле печки, которую ещё час назад растопил дедушка, рядом с тобой лежит кот Мурзик.

Смотришь сквозь печную дверку, как горит полено, слышишь, как оно потрескивает. Ждешь, что вот-вот приедут родители и вы поедите на горку. Но перед этим обязательные разговоры за столом и возле печки. А может и на улице, если дед захочет покурить.

Однако это все далеко в прошлом. Бабушки и дедушки давно нет в живых, а родители... С ними отдельная история, которая больно колола сердце.

— Не пожалела, что вышла на улицу? — с улыбкой на губах спросил Руслан.

— Знаешь, нет. Главное без твоих этих валяний в снегу.

Он рассмеялся и наклонил голову к ее голове.

— Ну, только если ты будешь вести себя хорошо и пойдешь прыгать со мной через костер.

— А это обязательно? — жёлтые глаза ее недоверчиво посмотрели на чучело.

— Да, — коротко ответил он. — С нами ничего не случится.

— Мне прям спокойнее стало, спасибо, — убрала она русую косу с плеча и взглянула на Руслана.

— Я обещаю.

***

После кушания они ещё долго ходили меж столов. Но рядом была ярмарка, на которой продавались подделки вырезанные из дерева.

Там были и белочки, и лебеди, и даже медведи. Но Люду привлекла музыкальная шкатулка из осины с изображением дерева на крышке. Она была недавно сделана и ещё немного пахла лаком, но запах дерева брал свое.

— Это шкатулка Мораны, — сказал старый мастер, поглаживая усы. — Вещь хорошая и не опасная, если вы не верите во всю эту мистику.

Руслан и Люда посмотрели друг на друга затем на шкатулку. В конце-концов решили брать.

В этот момент, оба четко ощутили чей-то взгляд на себе. Обернувшись они увидели, что чучело смотрит прямо на них. Люда нервно поежилась. Руслан же взял ее за плечо и они ушли подальше от палатки с изделиями.

Рядом с детской площадкой, на поле, проходили кулачные бои, ну или их подобие. Местные мужчины утянули Руслана за собой, а вот Люда пошла обратно на лавочку. Особого желания сталкиваться с чучелом не было и поэтому она обошла двор за продавщицами.

Усевшись поудобней она принялась рассматривать шкатулку. На дне была гравировка на древне славянском языке:

«Кто пѣснь ​Морены слышитъ,
Тому смерть въ спину дышитъ»

— Безопасная, значит, — скептически произнесла Люда. — Посмотрим, как ты открываешься.

Кнопок не было. Просто так тоже не открывалась. Может быть кнопка была скрыта на крышке?

21 октября 2020г