Глава 5. Олеся
Субботнее утро встретило меня солнечными лучами, которые нагло пробивались сквозь шторы и били прямо в глаза. Я недовольно зажмурилась и перевернулась на другой бок, надеясь ускользнуть обратно в сладкий сон. Но, как назло, телефон на прикроватной тумбочке зажужжал входящим сообщением.
— Кто там с утра пораньше… — пробормотала я сипло, вслепую нащупывая телефон.
На экране высветилось сообщение от Альбины:
Аля: «Доброе утро, принцесса. Сегодня будет огонь 🔥 Готовься, вечером зажжём».
Я закатила глаза, но уголки губ предательски дрогнули. Аля, как всегда, с самого утра на энтузиазме. В отличие от неё, я чувствовала себя выжатым лимоном — всю ночь ворочалась, то думая о предстоящей вечеринке, то вспоминая, как Саня и Даня вылупились на меня в том платье.
Поднявшись с кровати, я подошла к окну и распахнула шторы. Перед глазами открылся знакомый вид — дом Барсовых напротив, аккуратный газон, и тишина, какая бывает только по выходным.
На первом этаже у них уже горел свет — Соня, как всегда, проснулась раньше всех. А вот окно Артёма оставалось тёмным. Неудивительно. Этот тип точно вчера где-то завис с ребятами и теперь будет отсыпаться до обеда.
Я зевнула, потянулась и направилась в ванную. Пока чистила зубы, краем глаза заметила в зеркале лёгкое волнение в собственном взгляде. Как ни крути, но сегодняшний вечер обещал быть… особенным. И от этого внутри зарождалось странное щекочущее чувство — смесь предвкушения и тревоги.
— Так, Валуева, соберись, — пробормотала я себе. — Это просто вечеринка. Всего лишь вечеринка.
Конечно, всего лишь. Телефон снова завибрировал, едва я успела высушить волосы. На экране мигнуло уведомление из нашего общего чата с Альбиной и Соней.
Аля: «Так, через полчаса у меня. Леся, не забудь то чёрное платье! Клянусь, прибью тебя, если не возьмёшь! Я сделаю из тебя такую конфетку, твой сосед весь вечер слюни пускать будет 😏🍬»
Я фыркнула, откидываясь на спинку стула.
— Вот ведь вредина, — пробормотала я.
Пальцы быстро забегали по экрану:
Я: «Причём здесь Барсов?!»
Ответ прилетел почти мгновенно:
Аля: «Мой брат сказал, что он будет».
Я застыла на секунду, уставившись в экран, как будто сообщение могло измениться, если я просто моргну. Барсов? На вечеринке? Великолепно. Именно то, чего мне «так не хватало».
Тут подключилась Соня:
Соня: «Он приехал к пяти утра. Сто процентов будет ходить как зомби 🧟♂️».
Я невольно усмехнулась, представив Артёма с его вечно растрёпанными волосами и полузакрытыми глазами, волочащего ноги, как в каком-нибудь фильме про апокалипсис.
Но Аля, как всегда, должна была вставить своё веское слово:
Аля: «Твой брат, Сонечка, умеет выглядеть ахринеть как, даже если… ну вы поняли 😏🔥».
Я закатила глаза так сильно, что, кажется, увидела собственный мозг.
— Конечно, Аля, кто бы сомневался… — пробурчала я себе под нос.
Внутри, правда, что-то неприятно ёкнуло. Не потому что мне было не всё равно. Просто… раздражал он меня. Да. Раздражал.
Я отложила телефон и взглянула на аккуратно разложенные покупки на кровати. Чёрное платье, о котором говорила Аля, лежало сверху — дерзкое, открытое, не совсем в моём стиле. Но спорить с Альбиной в такие моменты — всё равно что с ураганом.
— Ладно, посмотрим, кто на кого будет слюни пускать, — усмехнулась я, сама не поняв, кому именно бросаю вызов.
Я убрала телефон в сторону и встала к шкафу, мысленно перебирая план действий. Полчаса — это катастрофически мало, особенно если учитывать, что Аля устроит допрос с пристрастием, если я хоть на минуту опоздаю.
Быстро вытащила платье и повесила его на дверь шкафа — чтобы не мялось. Чёрная ткань поблёскивала в солнечном свете, будто нарочно дразня меня.
— Ну и кто вообще придумал, что я должна это надевать? — пробормотала я, глядя на откровенный вырез. — Это же не вечеринка, а показ мод…
Следом достала из ящика косметичку. Я не фанат макияжа, но с Алей спорить бесполезно — если она сказала «сделаю конфетку», значит, я обязана хотя бы не выглядеть как «до» в рекламе бьюти-средств.
Пока я аккуратно наносила тон и тушь, из кухни доносились приглушённые голоса родителей — обсуждали какие-то свои планы на вечер. Мама всё ещё была уверена, что я иду в кино. И если честно… мне совершенно не хотелось рушить эту версию событий.
В голове крутились обрывки мыслей: музыка, танцы, люди, которых я не знаю. И он. Барсов.
— Прекрасно, — выдохнула я, закатывая глаза. — И зачем я вообще согласилась…
Телефон снова пискнул.
Аля: «Леееся, я уже обуваюсь ».
Я спешно застегнула браслет, натянула куртку поверх лёгкого платья и сунула туфли в пакет — не идти же по улице на этих шпильках, я не сумасшедшая.
Перед тем как выйти, я остановилась у окна. Машина Барсовых стояла во дворе. В его окне — тишина и темнота. Видимо, он всё ещё спал.
— И пусть спит, — шепнула я. — Без него обойдёмся.
Я схватила сумочку, ключи и вышла из дома, чувствуя, как в животе неприятно смешались лёгкое волнение и раздражение. Вечер только начинался.
Через двадцать минут я уже стояла у знакомых ворот Костровых. Как только я открыла калитку, откуда-то из-за угла стремительно выскочил Барон — массивный кане корсо, гордость семьи.
— Привет, чудовище, — улыбнулась я, почесав его за ухом. Он фыркнул, будто узнал, и повилял коротким хвостом.
Дверь в дом была распахнута — как всегда, у них царила атмосфера вечного движения. Я переступила порог, стянула куртку и только успела вдохнуть запах кофе и духов, как из гостиной донёсся командный голос Али:
— Всё херня, пошли, сделаю тебе нормальный макияж!
Я закатила глаза, но послушно направилась в сторону её комнаты.
— Привет, Леся, — крикнула Соня, уже расположившись перед зеркалом с бигуди и кисточками.
— Привет, — я поставила пакет с туфлями у стены. — А где Эльдар?
— Умотал в загородный дом, — отозвалась Аля, копаясь в косметичке. — Сказал, Саня нас до туда подбросит, когда будем готовы.
— Ага, прекрасно, — пробурчала я, присаживаясь на стул. — А зачем вообще твой брат закатывает вечеринку?
Аля фыркнула и достала тональный крем:
— Скучно ему. Ты же знаешь его. Ему и Тёмычу только дай повод — и всё, вечеринка века.
— Футболисты, что сказать, — добавила Соня с усмешкой, крутя прядь волос на палец.
Я невольно улыбнулась. Эта атмосфера — шум, смех, косметика, болтовня — была для нас почти ритуалом. Перед каждой «важной вылазкой» Аля брала на себя роль стилиста, Соня — комментатора, а я… ну, я обычно просто терпела.
— Так, садись ровно и не дёргайся, — с командным тоном произнесла Аля, поворачивая моё лицо к зеркалу. — Сегодня ты не скучная отличница, а роковая женщина.
— Я просто иду на вечеринку, а не на бал, — пробормотала я, но она лишь шикнула.
Кисточки, спонжи и палетки заработали с молниеносной скоростью. Аля двигалась уверенно, будто это её экзамен по макияжу, а не мой вечер. Соня тем временем листала ленту в телефоне и время от времени вкидывала комментарии.
— Только не делай из меня куклу, — предупредила я, глядя, как она подводит мне глаза.
— Успокойся, — хмыкнула Аля. — Я знаю, что тебе идёт. Сделаем акцент на глазах и чуть-чуть блеска.
— «Чуть-чуть» у тебя обычно превращается в сценический макияж, — съязвила я.
— Зато ты потом всегда выглядишь офигенно, — вставила Соня, не отрываясь от экрана.
Минут через пятнадцать я уже почти не узнавала себя в зеркале. Глаза — яркие, выразительные, кожа сияет, губы подчёркнуты натуральным оттенком.
— Ну? — спросила Аля, отступая назад. — Скажи спасибо, мастер работала.
— Скажу, если ты не вытащишь ещё блёстки, — прищурилась я.
Соня прыснула от смеха.
— Теперь — волосы! — объявила Аля. — У тебя такие шикарные, но ты вечно собираешь их в хвост, будто бабка на физре. Сегодня — волны.
— Аля… — простонала я.
— Даже не начинай, — отрезала она. — Сегодня ты будешь звезда.
Я обречённо вздохнула и отдала себя в её руки, чувствуя, как внутри понемногу просыпается и волнение, и странное предвкушение.
Всё-таки… вечеринка.
И Тёма там будет.
Аля ловко орудовала плойкой, прядь за прядью превращая мои волосы в мягкие, чуть небрежные волны. В комнате стоял лёгкий запах лака для волос и парфюма — её фирменный, сладковато-цитрусовый, будто сама атмосфера начала заряжаться предстоящим вечером.
Соня в это время рылась в пакете с моими покупками, вытаскивая то джинсы, то топ, то платье и комментируя каждую вещь, как эксперт модного журнала.
— Так, вот это точно нет, — сказала она, держа в руках один из топов. — Ты в нём как школьница на дискотеке.
— Спасибо за поддержку, — я фыркнула.
— А вот это… — Соня развернула чёрное платье. — Вот оно.
Аля, не оборачиваясь, только хищно усмехнулась:
— Я же сказала, что в этом ты будешь огонь.
— Я себя в этом чувствую голой, — напомнила я, глядя на тонкие бретели и облегающий крой.
— Тем лучше, — подмигнула Аля. — Пусть все подавятся.
Соня прыснула от смеха:
— Особенно один сосед напротив, да?
— Соня! — я шиплю на неё, но щёки всё равно предательски теплеют.
— Что? — она невинно пожимает плечами. — Я просто сказала очевидное.
— Хватит болтать, — вмешалась Аля, отключая плойку. — Волосы — шик. Макияж — бомба. Осталось надеть платье, и всё, Валуева, прощай образ тихой отличницы.
Я закатила глаза, но где-то глубоко внутри уже закрадывалось что-то похожее на азарт.
Соня протянула мне платье:
— Ну давай, звезда. Время переодеваться.
Я вздохнула, взяла платье и ушла в ванную, чувствуя, как сердце почему-то забилось чуть быстрее.
Чёрт. Кажется, Аля и Соня добиваются своего.
Я закрыла за собой дверь ванной, прислонилась к ней спиной и на секунду прикрыла глаза. В глубине души я понимала — сопротивляться бесполезно. Аля уже всё решила за меня.
Развернула платье и ещё раз внимательно посмотрела на него. Чёрное, чуть выше колен, с открытыми плечами и тонкими бретелями. Ничего лишнего — но именно в этой простоте и заключалась коварность. Оно подчёркивало всё, что обычно я старалась прятать под свитерами и широкими рубашками.
— Леся, давай быстрее! — донёсся голос Али из комнаты.
— Сейчас! — крикнула я в ответ, закатывая глаза.
Я натянула платье и поправила его на фигуре. Материал приятно холодил кожу, будто специально, чтобы добавить немного нервозности. В зеркале на меня смотрела я… но как будто другая. Уверенная, взрослая. С чуть прищуренными глазами и уложенными волнами волос, спадающих на плечи.
Я глубоко вдохнула и открыла дверь.
— Ну? — спросила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё сжалось.
Аля и Соня синхронно обернулись — и замерли.
— Боже… — протянула Аля с видом художника, глядящего на своё творение. — Я же говорила. Конфетка.
Соня присвистнула:
— Вот теперь я понимаю, почему Даня с Саней вчера так офигели от тебя в ТРЦ.
— Соня! — я уставилась на неё, чувствуя, как щёки вспыхивают.
— А что? Факт! — рассмеялась она.
Аля хлопнула в ладоши:
— Всё. Остались только туфли, куртка сверху — и поехали. Саня уже отписался, что подъедет через пятнадцать минут.
Я ещё раз посмотрела в зеркало. Да, я всё ещё я. Но… немного другая.
Та, которая готова хотя бы на один вечер перестать быть «тихой Валуевой».
С Алишкиной энергией и Сонькиными комментариями лишние вопросы родителей были бы последним, чего мне сейчас хотелось.
У калитки уже ждал Санькин старенький, но бодро гудящий чёрный «Мерс». Он высунулся из окна, махнул рукой:
— Ну наконец-то, я уж думал, вы там уснули.
— Это она, — Аля ткнула в меня пальцем. — Преображение требует времени.
Саня перевёл взгляд на меня — и на секунду реально замолчал. Потом присвистнул:
— Ничего себе… Олеся, ты сегодня просто…
— Замолчи, — отрезала я, садясь на заднее сиденье, чтобы спрятаться от всех этих взглядов.
Но, судя по довольным ухмылкам Сони и Али, я понимала — вечер только начинается.
Машина мягко тронулась с места, и по салону сразу потянуло запахом мятной жвачки, лёгких духов Али и бензина. Я уставилась в окно, стараясь не ловить своё отражение — иначе опять начну сомневаться, не переборщили ли они с макияжем и локонами.
— Лесь, — Аля повернулась ко мне, сияя, будто мы едем на красную дорожку. — Вот ты сейчас молчишь, как будто на казнь везём. Расслабься. Это просто вечеринка.
— Ага, «просто», — пробурчала я. — С кучей народа, футболистами и… Барсовым.
— Ага! — Соня ткнула пальцем в воздух. — Она всё-таки думает о нём.
— Не думаю я! — огрызнулась я быстрее, чем успела осознать.
Саня фыркнул с водительского сиденья:
— Конечно. Просто трижды его упомянула за пять минут.
Аля захихикала и, не отрываясь от зеркальца, подкрашивала губы:
— Не переживай, если он и правда приедет — ты сегодня не останешься без внимания.
Я закатила глаза, но внутри неприятно кольнуло. С одной стороны — хотелось выглядеть хорошо. С другой — перспектива столкнуться с Артёмом в такой обстановке, да ещё после вчерашнего, вызывала смешанное чувство раздражения и какого-то странного волнения.
— Кстати, — Соня вытянула ноги вперёд. — Слышала, он с пацанами после тренировки в баню заглянул, потом сразу туда.
— В арендованный дом, — уточнил Саня. — Эльдар, как всегда, решил устроить «вечеринку века».
Аля кивнула, откинувшись на спинку:
— Ну а что? Старший брат умеет делать шоу. Музыка, бассейн, мангал, толпа народу… Это будет вечер.
— Да уж, — пробормотала я, глядя, как за окном мелькают тёмные деревья.
Машина плавно свернула с трассы на загородную дорогу. Где-то впереди в темноте уже мерцали огни — тот самый арендованный дом, где всё и должно было начаться. В груди у меня нарастало странное предчувствие, будто вечер обещал быть совсем не таким простым, как все думают. Машина свернула на ухабистую дорогу, фары выхватили из темноты деревянный забор и высокий кованый ворот с лампами по бокам. За ним виднелся большой двухэтажный дом с террасой, в окнах уже горел тёплый свет, а где-то сзади доносились басы — вечеринка, похоже, уже шла полным ходом.
Саня заглушил двигатель и обернулся к нам:
— Приехали, леди. Постарайтесь не потеряться в этой толпе.
Аля, сияя, первой выпорхнула из машины, волосы рассыпались по плечам. Соня вышла следом, а я немного замешкалась, глядя на дом. Он выглядел внушительно, почти как из фильмов про загородные вечеринки — бассейн, гирлянды по периметру, флаги у входа и гул голосов.
— Леся! — Аля хлопнула в ладоши. — Не стой как привидение, пошли!
Я вздохнула и вышла, аккуратно придерживая платье. Высокие каблуки предательски утопали в гравии, но Соня вовремя подхватила меня под руку.
— Спокойно, — шепнула она. — Главное — вид, а не устойчивость.
Мы прошли по дорожке к террасе. Дверь распахнулась, и нас мгновенно окутала смесь громкой музыки, смеха и запаха барбекю. Народу действительно было много: парни в футболках, девушки в блестящих топах и коротких платьях, кто-то уже танцевал, кто-то оккупировал кухню с закусками.
— Ну здравствуй, тусовка, — довольно протянула Аля. — Пора делать шоу.
Соня прыснула от смеха, а я машинально оглядела комнату. Где-то в глубине, у стола с напитками, я заметила знакомую фигуру в чёрной футболке и джинсах. Артём. Он стоял, опершись плечом о стену, разговаривал с Даней, а в руке держал стакан. Волосы чуть растрёпаны, взгляд сосредоточен… и почему-то сразу упал на меня.
На секунду мир будто приглушился.
— Лесь, — Аля толкнула меня локтем, ухмыляясь. — Ну вот и он.
Я скрестила руки на груди, стараясь выглядеть равнодушной.
— И что?
— И то, — протянула она. — Сегодня он точно тебя заметит.
Мы с девчонками прошли вглубь дома, стараясь не зацепить никого локтями и не расплескать чей-нибудь напиток — людей становилось всё больше с каждой минутой. В гостиной уже освободили место под танцпол: свет приглушён, по углам мерцают гирлянды, а басы так и вибрируют в груди.
Аля, как и следовало ожидать, тут же перешла в режим хозяйки праздника — поздоровалась с какими-то ребятами, обменялась парой шуточек с Сашей, после чего обернулась к нам:
— Так, дамочки, правила простые: улыбаемся, ведём себя уверенно, и не стоим в углу, как ботанички.
— Ага, — хмыкнула Соня. — Скажи это Олесе.
— Очень смешно, — фыркнула я, но уголки губ всё равно предательски дёрнулись.
Мы заняли небольшой столик сбоку от танцпола. Соня взяла себе лимонад, я — тоже, хотя на столе было и кое-что покрепче. Сначала я просто наблюдала: кто-то танцевал, кто-то обнимался, кто-то уже устроил мини-соревнования у бильярдного стола. Атмосфера была лёгкая, почти беззаботная.
И тут я снова почувствовала взгляд.
Медленно обернулась — Артём стоял у бара, уже без стакана, и смотрел прямо на меня. Не нахально, а как-то пристально, будто изучая. Поймав мой взгляд, он чуть приподнял бровь, уголок губ дёрнулся в знакомой ухмылке.
Я быстро отвернулась, притворившись, что увлечена разговором Сони и Али.
— Он пялится, — тут же шепнула Соня.
— Да ну, — сделала я вид, что мне всё равно.
Аля прыснула:
— Он на тебя смотрел так, будто уже планирует, как подкатить.
— Успокойтесь, — буркнула я, чувствуя, как щеки начинают предательски теплеть.
Но внутренне я не могла не признать — его взгляд был совсем не братским.
Мы сели за столик, Аля что-то активно рассказывала Соне, а я в этот момент оглядывала зал, пытаясь привыкнуть к шуму и обилию народа. Я уже начала расслабляться, когда к нам направился высокий парень с уверенной походкой. Лицо смутно знакомое — точно видела его где-то раньше.
— Девчонки, привет, — улыбнулся он, остановившись у нашего столика. — Можно?
Аля первой включилась:
— Конечно, садись.
Он опустился на стул рядом со мной. Теперь я поняла, откуда его знаю — он учится на одном курсе с Артёмом. Кажется, его зовут Илья.
— Ты ведь с Барсовым на потоке? — уточнила Соня, прищурившись.
— Ага, — ухмыльнулся Илья. — Мы вместе по паре проектов делали. Кстати, он говорил, что вы тоже будете сегодня.
Аля довольно хмыкнула:
— Ну а как без нас?
Илья перевёл взгляд на меня, чуть склонив голову набок:
— Ты — Олеся, да?
— Угу, — коротко кивнула я.
— Артём про тебя рассказывал.
Я подняла на него бровь:
— Правда? И что же он рассказывал?
— Что ты самая вредная соседка на свете, — рассмеялся он.
Соня прыснула, Аля тоже едва сдержала смех, а я закатила глаза:
— Великолепно. Вот и слава прилетела.
— Не обижайся, — Илья откинулся на спинку стула. — По-моему, он говорил это с таким выражением, будто сам не до конца в это верит.
Я не знала, что на это ответить, и просто отпила глоток лимонада, пряча лёгкую улыбку за стаканом.
— Пошли танцевать, — внезапно предложила Аля, вскакивая. — Не для того мы тебя наряжали, чтобы ты тут сидела, как мышка!
Она потянула меня за руку, и я, возмущённо вздохнув, встала. Илья, конечно же, увязался следом.
Музыка в доме гремела так, что пол под ногами будто вибрировал. Свет мигал, толпа двигалась в такт, кто-то уже орал тексты песен. Мы с Соней и Альбиной только вошли в зал, и Аля, разумеется, тут же потянула нас на танцпол.
— Не тормози, Валуева, — крикнула она сквозь музыку.
Я закатила глаза, но пошла за ней. Стоять в углу и делать вид, что я тут случайно — точно не вариант.
Илья, который шёл вместе с нами, оказался рядом. Он был из тех, кто держится легко — без наглости, но с уверенной улыбкой.
— Ты зря скромничаешь, — наклонился он ко мне, чтобы перекричать музыку. — Тебе идёт это платье.
— Оно неудобное, — ответила я, усмехнувшись.
— Зато все смотрят, — пожал он плечами.
Я фыркнула, но возражать не стала. Аля с Соней уже кружились в центре, а я осталась на краю, постепенно втягиваясь в ритм. Илья не лез слишком близко — просто был рядом, что-то комментировал, подшучивал. Легко.
Я как раз рассмеялась на его реплику, когда краем глаза заметила у входа знакомую фигуру.
Артём.
Он появился так, будто время на секунду замедлилось — в привычной белой футболке, растрёпанный, уверенный. Рядом Даня и Саша. Они сразу растворились в толпе, а он остался стоять, оглядывая зал.
И почти сразу — взгляд. Прямо в меня.
Я застыла на долю секунды. Он не отводил глаз. Не ухмылялся, не делал вид, что случайно. Просто смотрел.
Я резко отвернулась, будто ничего не заметила. Но сердце всё равно стукнуло чуть сильнее.
— Что? — спросил Илья, заметив, как я отвлеклась.
— Ничего, — отмахнулась я и сделала вид, что полностью погружена в разговор.
Я старалась вести себя так, будто ничего не произошло. Танцы, смех, разговор — всё шло своим чередом. Илья был хорошим собеседником: не лип, не лез с глупыми фразами. Наоборот — ловко поддерживал разговор, а иногда отпускал такие шуточки, что я сама не замечала, как начинаю улыбаться.
— Ну признайся, — сказал он, наклоняясь ближе, чтобы перекричать музыку. — Ты ведь не из тех, кто сидит в углу и ждёт, пока кто-то позовёт.
— Ошибаешься, — ответила я, сделав глоток из стакана. — Я вообще мастер сидеть в углу.
— Тогда сегодня исключение, — улыбнулся он.
Я хотела ответить что-нибудь в таком же духе, но снова почувствовала чей-то взгляд. Артём стоял неподалёку, облокотившись на стену. В его руке был стакан, но он его даже не пил. Просто наблюдал.
Спокойно, как будто ему абсолютно всё равно. Но глаза выдавали обратное.
Илья в этот момент что-то сказал — я даже не сразу уловила слова. Голова была уже не на танцполе.
— Олесь? — он коснулся моего локтя, возвращая к реальности.
— А? — я моргнула. — Извини, задумалась.
— Всё нормально?
— Да, — слишком быстро ответила я.
Он прищурился, но тему не стал развивать. Вместо этого вдруг протянул руку:
— Потанцуем?
На секунду я задумалась. Музыка сменилась на ритмичную, толпа оживилась. Я краем глаза снова взглянула на Артёма. Он стоял всё там же — и теперь смотрел чуть пристальнее.
— Почему бы и нет, — сказала я и положила руку в ладонь Ильи.
Он увлёк меня в центр, и всё завертелось: огни, музыка, чьи-то крики, смех. Мы танцевали близко, но не слишком. Он не навязывался, и, если честно, это было даже приятно.
Но от взгляда Артёма избавиться было невозможно. Он будто следил за каждым движением, и от этого внутри нарастало напряжение.
Когда Илья шутливо закружил меня, я снова встретилась с Артёмом глазами. На этот раз он оттолкнулся от стены и двинулся к нам.
Прямо, не торопясь, но с тем напором, от которого у людей на пути автоматически расступались ноги.
Он подошёл почти вплотную, и не глядя на меня, бросил:
— Илюха, свали по-братски.
Я опешила. Илья — тоже.
— Барсов, ты охренел? — фыркнул он, делая шаг ближе, будто не собираясь уступать.
— Я сказал свали, — голос Артёма стал ниже, глухой, без шуток.
— Так, стоп, стоп! — я встала между ними, упираясь ладонями в обоих, пытаясь хоть как-то сбить напряжение. — Ты чего завёлся?
Артём резко повернул ко мне голову, взгляд вспыхнул:
— А херли он тебя глазами пожирает?
— А тебе ли не всё равно? — выпалила я.
Он чуть дернулся, как будто я попала в точку. Губы дёрнулись в кривой усмешке:
— Да мне пое… похрен вообще.
Сказал так, будто пытался убедить не меня — себя.
Музыка гремела, вокруг кто-то танцевал, кто-то ржал, а мы стояли посреди зала, будто на отдельной арене.
Илья мрачно смотрел на Артёма, Артём — на меня, а я чувствовала, как воздух между нами буквально трещит.
— Да ну тебя… — я шагнула назад, сжала кулаки и выпалила:
— Иди знаешь куда, Барсов.
Слова сорвались резко, громче, чем я планировала.
На секунду даже музыка будто приглушилась.
У него дернулась челюсть. Он смотрел на меня так, будто я только что вогнала нож под ребра. Но вместо ответа — лишь короткое, сухое выдох-посмешище, и он развернулся, отступив на пару шагов.
В груди всё пульсировало — от злости, обиды и чего-то ещё, чему я не хотела давать имя.
Я развернулась на каблуках, чувствуя, как злость буквально кипит в крови. Каждый шаг отдавался гулким стуком по полу — цок, цок, цок — будто аккомпанемент моему бешенству.
В прихожей я резко схватила с вешалки свою куртку, чуть не сбив чужую. Кто-то что-то крикнул мне вслед, но я даже не обернулась. Нахлобучив капюшон на плечи, распахнула дверь и вышла наружу.
Холодный воздух ударил в лицо, отрезвив чуть лучше, чем любое слово. Музыка из дома гремела так, что стекла дрожали, но на улице было странно спокойно. Только глухой бас доносился сквозь стены и запах дыма смешивался с вечерней свежестью.
Я вдохнула поглубже, пытаясь сбить дрожь в пальцах. Не от холода — от злости.
Вот идиот. Вот же идиот, Барсов.