II
В тот момент уродливо сгорбившаяся молодая женщина, стоявшая передо мной качнулась и резко подалась вперед. Я не успел понять, что происходит. Показалось, что она просто споткнулась, но...
Здесь раздался удар.
Он донесся вместе с дребезжащим гудком и скрежетом колес. Это было быстро, тяжело и звучно. Женщина сразу обмякла, тело странно сложилось вдвое и откатилось в канаву. Поезд, заходящийся дымом червь, лишь взревел, проносясь мимо, напирая своим весом с той же мощью. А потом сотовый у меня в кармане завибрировал, и пока я читал уведомление, шлагбаум уже подняли.
Проходя мимо, я невольно скосился на труп, лежавший теперь у рельс: стало интересно, размозжило ли ей череп настолько, чтобы сквозь трещину можно было заметить растекавшиеся мозги с небольшими, размером с яичную скорлупу, осколками костей в них. Как в том триллере, название уже не помню, его недавно крутили по телику. Но я не увидел даже крови, хотя вполне возможно, она смешалась с густой придорожной грязью. Лицо, завешенное копной густых черных волос, уперлось в гравий - его тоже не получилось рассмотреть. Теперь по форме череп походил на сдутый мяч, словно его сдавливали у висков, пока не треснул. Выглядело мерзко, конечно, но ожидал я от трупа большего. И хотя ненадолго у меня появилась мысль повернуть ее голову носком обуви, чувство брезгливости в итоге оказалось сильнее.
«Наверное, - подумал я тогда, - бог это скоро просечет и пошлет кого-нибудь убраться здесь».
И хотя это довольно очевидная мысль, я почему-то выделил ее в памяти. Родители ведь часто говорили, что бог в курсе таких вещей, как чьи-то смерти, да и всего вокруг в принципе, и временами я проматывал их слова у себя голове, словно кассету. «У бога все под контролем», - неоспоримый аргумент, чтобы не уделять окружающим слишком много своих сил и времени. О них позаботятся, об этом ведь говорят со всех сторон, а у меня никогда не было желания подходить к каждому встречному и спрашивать, помогает ли ему бог. Бред полнейший. В конце концов, не станут же врать абсолютно все, и причем все разом? Разумеется, это вовсе не значило, что можно забывать также о себе. Божья помощь ведь как прожиточный минимум: существовать вроде и помогает, но не дает для того никаких удобств. А для меня, как и для любого адекватного человека, досуг и обеспечение собственного комфорта всегда были первостепенными ценностями