Superbia
Победитель? Едва ли...
Можно было бы притвориться и сказать, растягивая губы в фальшивой улыбке, что ты завоевывал сердца. Но кого мне обманывать? Это все ведь в моей голове, так что нет смысла играть по заведомо проигрышному сценарию.
Поэтому...
Здравствуй, моя первая любовь. Как поживаешь на своем пьедестале, собранном из разбитых женских сердец? Не жмет ли тебе корона, собственноручно возведенная вокруг висков? Ее корни уходят далеко вглубь тебя, тянутся узловатыми щупальцами откуда-то из груди. Туда, где обязано было оказаться твое собственное сердце, но ты его никогда не имел.
Где-то среди всего этого хлама у твоих ног гниет частица и моего сердца. Не всё, нет-нет. Такой чести ты, увы, не удостоился. Признайся, разочарован? Только вот пойми теперь мной или своим бессилием?
«Ты все равно не сможешь забыть меня...»
Ошибаешься!
Я о тебе даже не думаю. Лишь изредка назойливой тенью пробегает рябь воспоминаний о пятнадцатилетней мне, что еще совсем не знала жизни.
Я и сейчас не знаю, но упорно делаю вид, что разбираюсь. Так проще, так правильно, так мне бы отчаянно хотелось... Но я все еще не тот человек, которого ты бы мог полюбить.
И совсем не тот, ради которого ты бы отказался от своей короны.
Забавно, что бы я сказала, посмотрев в глаза тебе настоящему? Тому, кто давно женат и будто бы счастлив.
«Ты же говорила, что не думаешь обо мне,» — ты лукаво ухмыляешься, поглаживая мою щеку кончиком большого пальца.
Отмахиваюсь.
Убегаю.
До чего же ты тщеславен. Мне противно от того, что когда-то я тебя любила. Мерзко, гадко. Ты знал, и улыбался мне в лицо, прижимая к груди кого угодно, но не меня.
«А ты ведь так упорно твердишь всем, что благодарна мне. За то, что я знал, но ничего не говорил...»
Нет!
Да.
Возможно. Иногда мне кажется, что стоило бы. А иногда я ненавижу это всем своим нутром. До тошноты и невыносимой, тянущей боли в груди.
Я без конца умоляла «Посмотри на меня, посмотри на меня. Посмотри, черт возьми!». И что в итоге? Ты так и не удостоил меня даже долей секунды. Я стала милой пристройкой, декорацией. Удобной и безотказной. Существовала лишь одна вещь, на которой ответом стало бы решительное «Нет».
Разве это правильно? Разве так должно быть?
«Ты сама выбрала кого любить».
Не выбирала. Я не желала тебя ни капельки. Ни на йоту. Ни на грамм.
Вру...
Я смотрела на тебя, будто никого больше не существовало. Таращилась, как идиотка, и не понимала, отчего ты не можешь заметить меня. А теперь понимаю.
Ведь тогда ты замечал лишь себя...
Все было игрой. Наша общая тайна, заговор ото всех. Ты вручил их мне в блестящей обертке, и это сработало. Я поверила, что где-то там, глубоко внутри, я была тебе важна.
Но я не была.
Так что в итоге? Кого погубила твоя гордыня?
Тебя?
Или же...
меня?