конец
Город задыхался в ледяных тисках, но в подвале старого штаба «Генезиса» было жарко как в аду. Нил стоял у окна, заколоченного стальными листами, и слушал, как снаружи беснуется метель, перемешиваясь с воплями тех, кто всё ещё бродил во тьме.
Даня лихорадочно возился с системой вентиляции и старым насосом. Его руки были по локоть в масле и антисептике.
- Слышь, Нил, - Даня вытер лоб тыльной стороной ладони, оставляя черную полосу. - План - полное безумие. Если эта херня не сработает, мы просто распылим по городу дорогой одеколон, а нас сожрут через пять минут после того, как мы выйдем на крышу.
- Заткнись и крути гайки, старшой, - Нил сплюнул на бетонный пол. Его харизма сейчас искрила, как оголенный провод. - Ты сам сказал: сыворотка готова. Даша теперь живая. Значит, химия работает. У нас есть этот ебаный небоскреб, есть центральная система распыления для борьбы с «загрязнениями», и есть пара яиц на двоих. Нам просто нужно нажать на кнопку.
Даша сидела на ящике с патронами. Она была бледной, но её глаза сияли той самой жизнью, которую они вырывали у смерти зубами. Она прижала руку к груди, чувствуя ровный, сильный стук сердца.
- Я слышу их, Нил, - тихо сказала она. - Они внизу. Сотни. Тысячи. Они чуют, что я больше не их часть. Они хотят меня... остановить.
Нил подошел к ней, присел на корточки и проверил затвор своей винтовки.
- Пусть хотят. Сегодня, малая, мы меняем правила. Мы не просто выживаем. Мы возвращаем это ебаное место себе.
Прорыв к крыше
- Погнали! - рявкнул Даня, подхватывая канистру с концентратом.
Они выскочили на лестничную клетку. Воздух здесь был пропитан запахом гнили и холода. С нижних этажей уже доносился топот - «пустые» почуяли тепло. Их было слишком много.
- Нил, левая сторона! - крикнул Даня, вскидывая автомат.
Коридор заполнился грохотом очередей. Нил стрелял короткими, расчетливыми сериями. Каждая пуля находила свою цель. Харизма Нила в бою превращалась в ледяную ярость. Он не просто убивал - он прорубал просеку.
- Даша, нож! - Нил пригнулся, когда из тени на него прыгнул облезлый мутант.
Даша сработала молниеносно. Её движения стали человеческими - точными и быстрыми. Сталь блеснула в полумраке, и тварь рухнула с перерезанным горлом.
- Нам нужно наверх, - выдохнула она, вытирая клинок о штаны. - Скорее!
Они пробивались через этажи, заваленные мусором и трупами. На сороковом этаже Даня споткнулся. Огромный зомби-«чистильщик», бывший спецназовец в обрывках брони, вцепился ему в плечо.
- Сука! - Даня зарычал, пытаясь оттолкнуть махину.
Нил не раздумывая подскочил сзади, вогнал нож в основание черепа твари и провернул лезвие.
- Вставай, ковбой! Нам еще мир спасать, некогда валяться!
Финальный аккорд
Они вырвались на крышу. Ветер здесь был такой силы, что сбивал с ног. Весь город лежал под ними - мертвый, замерзший, серый мегаполис, ставший могилой для миллионов.
- Ставь канистру в инжектор! - проорал Даня, перекрывая вой бури.
Пока Даня возился с пультом управления системой пожаротушения и распыления аэрозолей, Нил и Даша заняли позиции у края. Из люка на крышу начали лезть мертвецы. Один за другим, бесконечным потоком.
- Ну что, уроды, - Нил оскалился, вставляя последний магазин. - Сегодня у нас дезинфекция!
Стрельба превратилась в сплошной гул. Даша стояла рядом с Нилом, прикрывая его спину. Она больше не была «оберегом», она была бойцом.
- Даня, быстрее, блять! - крикнул Нил, отбиваясь прикладом от особо наглого мертвяка.
- Готово! - Даня ударил по красной кнопке. - Пошла массовка!
Раздался тяжелый гул компрессоров. Огромные форсунки на шпиле здания задрожали, и из них вырвалось облако густого, золотистого пара. Ветер мгновенно подхватил его, разнося по кварталам.
Нил замер, наблюдая, как золотой туман опускается на улицы.
- Ну, и что теперь? - прошептал он.
Сначала ничего не происходило. Зомби на крыше продолжали наступать. Но вдруг первый из них остановился. Его челюсть, застывшая в вечном оскале, задрожала. Он схватился за голову и рухнул на колени. Его пустые глаза начали наливаться цветом. Он начал кашлять - живым, человеческим кашлем.
По всему городу, квартал за кварталом, происходило то же самое. Толпы «пустых» падали на землю. Крик, который раньше был только животным ревом, сменился на хриплые стоны и плач.
- Работает... - Даня опустился на парапет, его руки дрожали. - Ебать мой лысый череп, оно реально работает.
Утро нового дня
Спустя час метель утихла. Над городом впервые за долгое время взошло солнце. Свет отражался от снегов, делая всё вокруг ослепительно белым.
Нил сидел на краю крыши, свесив ноги в пустоту. Он закурил последнюю сигарету, щурясь на солнце. Даша подошла и села рядом. Она выглядела измотанной, но на её щеках горел румянец. Самый настоящий, человеческий румянец.
- Ну и что теперь, Нил? - спросила она, глядя вниз на город, где тысячи людей начинали приходить в себя, выбираясь из-под завалов и оглядываясь вокруг.
Нил выпустил облако дыма и посмотрел на неё. В его глазах больше не было злой настороженности. Только усталость и какая-то странная, тихая гордость.
- А теперь, малая, начнется самый пиздец, - Нил ухмыльнулся своей фирменной харизматичной улыбкой. - Всем этим людям нужно будет объяснить, почему они полгода ели соседей. Им нужна будет еда, закон и кто-то, кто не даст им перегрызть друг другу глотки снова.
Он похлопал по своей винтовке.
- Кажется, у нас с тобой появилась новая работа. Город наш, Даша. И мы его больше никому не отдадим.
Даша положила голову ему на плечо.
- Вместе?
- Вместе, - отрезал Нил. - Пошли вниз. У нас там целый город дел, а я еще не завтракал. И на этот раз, сука, я хочу настоящую яичницу, а не эту вашу лабораторную бурду.
Они встали и пошли к выходу. За их спинами просыпался город. Это был конец апокалипсиса. И начало их новой, настоящей истории.