Стальное сердце

Начало

Глава 1 - Диспноэ. Уроки отчуждения

- Наши дети - продолжение нас. Несомненно: семья очень важная ячейка общества. Мы должны стремиться к тому, чтобы поддерживать гармоничные отношения в ней. Семья - священная составляющая нашей жизни. Неотъемлемая часть... Не дав договорить среднего возраста белокурой женщине в мониторе, ведущей программу про семейные ценности, Сецуна со страдальческим вздохом потянулась к пульту и покончила с этой, как ей казалось, тягомотиной. Вечер близился к ночи, и она с разочарованием осознала, что ещё со вчерашнего дня не выходила из комнаты. То было обыденным делом, и даже не следствием ссоры с матерью. Но тревога от бессмысленно проведённого за гаджетом дня, время от времени настигала и её. Внезапно она услышала звук подёргивающейся дверной ручки. Он был резким, но довольно раздражающим по причине того, что Сецуна осознавала, что сейчас за порог войдёт женщина, чьи мысли были для неё непостижимы. Аканэ, на относительно невысоких каблуках шагнула за порог. Стройная, но в последние месяцы набравшая пару килограмм, обаятельная женщина, в самом расцвете сил. В руках она держала тёмно-синее пальто. Одета была в серый костюм с мини юбкой до колен с коротким вырезом сзади. Тёмно-фиолетовые, прямые волосы спадали с плеч и явно немного потрепались за тяжёлый рабочий день. Классический имидж офисного клерка. Раздевшись, она тихими шажками прошла в кухню, что была чуть поодаль от комнаты дочери. Устало опустившись на стул, Аканэ принялась искать что-то в своей компактной сумочке. Спустя мгновение она достала сигарету с зажигалкой и принялась выполнять свой ежечасный ритуал. Испустив тяжёлый вздох она с безразличием оглядела комнату. Ни один предмет не подвергся внешнему воздействию и она поняла, что дочь ещё не выходила из комнаты. Докурив последнюю Hi-Lite она отправилась в свою опочивальню.

Женщина с дочерью-подростком проживали в частном доме, который некогда принадлежал печально известному главе семьи Акихиро. Перед тем, как покинуть город, тот прописал его на свою жену. Семья Хаганэ не отличалась финансовым изобилием: являлась среднестатистической семьёй в Японии, но без наличия постоянного главы семейства. Мать работала на государственной работе и возвращалась домой ближе к вечеру, поэтому хоть и жили под одной крышей, виделись они крайне редко. Казалось бы, стандартная ситуация по крайней мере для семей с матерями одиночками. Но тут дело обстояло немного иначе. Хаганэ Аканэ, 32 года, по документам считающаяся вдовой, каждый новый понедельник приводила в дом нового мужчину. Принцип выбора партнёра молодой женщины был весьма нестандартен, если уж он и был вовсе. В двух случаях из 20, это они её бросали. После каждого провального опыта, Аканэ начинала всё заново, будто бы это никак на неё не влияло, что нельзя сказать о Сетсуне. Конечно, ведь не каждому 14-летнему подростку женского пола, будет приятно видеть каждую неделю у себя дома незнакомого мужчину, который пришёл претендовать на роль её отца. Все бы ещё хорошо, если бы это не полбеды: ни один мужчина, приведённый матерью Сетсуны, не являлся ментально здоровым. У кого-то судимость, кто-то наркодиллер, сутенер, авантюрист. Аканэ никогда не приводила домой психологически состоявшегося, не двинутого мужчину, из за чего Сетсуне приходилось очень тяжко. Первого мужчину Аканэ привела домой спустя несколько месяцев после исчезновения своего мужа. Это было большим ударом по психике дочери и положило начало её неописуемой ненависти к ней. Сначала от новых ухажёров матери проблем было не так уж и много, но по достижению ей 10 лет, началась классическая отчимовская тирания: ремень, домашний арест, избиения и унижения. Всё это происходило на глазах у матери, иногда даже буквально, но попыток предотвратить подобное насилие над ребёнком со стороны матери не наблюдалось. Аканэ была безразлична к проблемам касавшихся дочери. Таким образом, семья зачахла после ухода Акихиро. Между матерью и дочерью возвёлся барьер, Сетсуне казалось его ничем не пробить. Она ощущала себя так, словно находится в вакууме. Мать казалась такой эмоционально недоступной, что иной раз Сетсуне казалось, что с уходом отца тот забрал с собой душу матери.

Услышав, как мать ушла к себе, Сецу выбралась из своей комнаты и направилась на кухню. Здесь все ещё стоял горький и тяжёлый сигаретный дым. Она начала рыться в холодильнике в поисках еды, так как не принимала пищу со вчерашнего дня. Но там словно мышь повесилась. Аканэ не особо занималась готовкой и уборкой, только по особой нужде. Немного подумав, Сецу все же решила выйти в город и подкрепиться чем-нибудь, так как на готовку не было ни сил, ни желания.

~~~

Хирано медленным темпом шла по улицам шумного, готовившегося отойти ко сну, города. С лёгким любопытством она разглядывала витрины магазинов в поиске того, где потенциально мог бы продаваться ее любимый десерт тирамису. Она любила сладкое. Отдавала больше предпочтения десертам, нежели обычной еде, и не было никого из взрослых, кто бы насторожился по поводу её гастрономического режима. Впрочем, она и не жаловалась. Скорее безучастность матери к её жизни иной раз казалась ей своеобразным карт-бланшем. Ни запретов, ни нотаций, ни наказаний... Ни любви. Что ж, родительская отстранённость это две стороны одной медали. Она была свободна, но одинока. Как у всякой вещи есть лимит, так и у всякой свободы есть границы. Что являлось табу в семье Хаганэ, так это выезжать за пределы города. Единственным, о чем Аканэ просила свою дочь, было просьбой лишний раз не отсвечивать. Но Сецуна никогда не придавала значения её предупреждениям, так как не могла понять к чему эти абстрактные наказания.

Наконец, дойдя до пункта назначения, её фаворитного местечка, где можно полакомиться обеденным эпилогом, она в непривычном для себя хорошем настроении, зашла в неприметного вида кофейню, с неоновой вывеской который фиолетовым подсвечивал надпись «Sweet Day». Лого ей казался довольно пресловутым. Словно дизайнеры долго прокрастинировали с выбором названия для кафе и в последний момент назвали тем, что первым пришло в голову. Впрочем, всякая банальность навевала дремоту. К счастью подобная необремененность оригинальностью не отразилась на изысканных десертах, подаваемых здесь. Не суди книгу по обложке. Сетсуна взяла себе фисташковый тирамису и обычный кофе и расположилась за свободным столиком у окна. Отсюда открывался атмосферный вид на покрывающиеся сумерками и начинающие мерцать фонарями и вывесками, улицы. Наблюдая за столь вдохновляющей картиной, Сецу определённо было о чём поностальгировать и помечтать. Людей тут в предвечернее время оказалось немного, вот вам и причина по которой выбор Сецу пал на «Sweet Day». Внезапно обращённый на улицу взгляд Сецу зацепился за нечто подозрительное. Она склонилась к окну и прищурившись стала разглядывать привлёкший её внимание силуэт. Лица его было не разглядеть, как и то в чем он был облачен. Но одно было очевидно. Этот некто смотрел на неё. Хоть глаза его и были скрыты во мраке вечерних сумерек, Сетсуна отчётливо ощущала его пристальный взгляд. По телу пробежали мурашки. Это был не первый раз за последний месяц, когда она чувствовала, что за ней наблюдают. Хоть она и старалась не придавать своим субъективным чувствам особого внимания, но игнорировать подобное уже было нельзя. Нарочито спокойно отведя взгляд, она решила всем своим видом демонстрировать сталкеру, что не заметила его. Так, доев свой десерт, она решила вместо того, чтобы ждать автобус на остановке, доехать до дома до такси. Обычно она предпочитала преодолевать даже большие расстояния пешком, но кажется мистеру сталкеру это будет только на руку. Дойдя до дома, она решила оглянуться, и поискать глазами преследователя, но сейчас была уже глубокая ночь, и даже фонари не помогли бы ей разглядеть хоть что то дальше, чем на несколько метров. И все же её не покидало тревожное чувство. Чувство, что произойдёт что то очень плохое. Иногда тревога объективна, хоть в таком случае она уже не имеет право называться тревогой. Зайдя за порог, она лицом к лицу столкнулась с матерью, которая по видимому до сих пор ждала её возвращения. Едва ли это можно назвать обыденностью. Что то случилось. Что то очень плохое, либо...

- Где ты шляешься в такое время? - оборвал всепоглощающие мысли резкий и строгий голос

- Это важно? Шла перекусить - безразлично бросила она ей, стягивая с себя обувь.

- Тс, мне надо тебе кое что сказать

- Что? - заинтриговалась Сецуна

- Первый семестр окончен. С Завтрашнего дня ты будешь посещать школу

- Но почему?! До сих пор я была на домашнем обучении, что поменялось? - эта новость выбила почву из под ног Сетсуны. До сих пор она, не посещавшая даже начальную школу, вынуждена впервые в своей жизни по настоящему социализироваться.

- Тебе не обязательно быть в курсе всего. Я просто ставлю тебя перед фактом.

- Но..

- Не смей опаздывать и пропускать. Не привлекай внимания. Пока люди смотрят веди себя подобающе - Аканэ и не думала слушать претензии дочери, да и менять что то было уже поздно, все бумаги оформлены и решение принято. Оказывается, мать уже подготовила все необходимое к завтрашнему дню. Сетсуна с каждой минутой злилась сильнее и сильнее, осознавая, что мать не удосужилась даже спросить её мнения.

- Плевать, как скажешь - несмотря на своё замешательство, которое ей необходимо было обсудить, она направилась к себе комнату, хлопнув за собой дверью.