Глава 51 Четвёртое кольцо Ченсянь
Тишина леса Бай-Сенлинь была обманчива. Под равномерным шумом листвы пряталась жизнь — настороженная, хищная, наблюдающая. Бай Ченсянь стояла у границы чащи, расправив крылья. За три дня пути она устала, но её взгляд оставался холодно сосредоточенным. Цель была чёткой: девяти тысячелетний зверь, способный дать четвёртое кольцо первому духу. Не слишком опасный, но с потенциалом.
Она двигалась вдоль старого ручья, где по её расчётам зверь должен был появляться ночью. Но чем дальше шла, тем сильнее ощущалось иное — нечто тяжёлое, глухое, от чего вибрировал воздух. Энергия зверя, но слишком плотная. Не то, что она ожидала.
«Странно... словно кто-то рвёт ткань мира. Не может быть, чтобы мой зверь...»
Земля дрогнула. Волна ветра срыла листву и пригнула ветви. Ченсянь рефлекторно закрыла глаза, расправив крылья, чтобы удержаться. Когда ветер стих, запах крови ударил в нос. Она медленно пошла на звук.
На поляне лежало тело — огромный, мёртвый лев с четырьмя хвостами. От него ещё шла остаточная духовная энергия — девяти тысячелетнего зверя, которого она искала. Но рядом, на возвышенности, стояло другое существо. Величественное. Глаза — как раскалённые изумруды, шерсть — серебристо-зелёная, каждая прядь двигалась, будто дышала. Воздух вокруг был не просто подвижным — он колебался, сжимался, шептал.
Тигр Ветра. Он только что завершил эволюцию.
«Нет...» — сердце пропустило удар.
Но было поздно — зверь уже поднял голову. Он почувствовал в её ауре охотницу.
Рёв сорвал воздух. Деревья согнулись, земля под ногами разошлась трещинами. Ченсянь отлетела назад, ударилась о ствол. В висках звенело. Она вскочила, мгновенно призвав клинок — неопределённое оружие приняло форму меча. Крылья за спиной развернулись, создавая вихрь.
Она понимала: если не он её убьёт, умрёт от её рук.
Первый рывок — зверь исчез. Воздух взорвался давлением. Удар пришёл сбоку, коготь рассёк камень, когда она успела уйти в сторону. Рёбра свело болью — поток ветра ударил слишком близко. В ответ она метнулась вверх, пытаясь атаковать сверху. Клинок, образовавшийся из её второго духа, прошёл по воздуху, встретив лишь пустоту — Тигр снова исчез, словно растворился в буре.
«Он использует давление, чтобы скрывать движение... дыши, слушай!»
Она прикрыла глаза на долю секунды — и ощутила смещение воздуха за спиной. Рывок, перекат, встречный удар — металл ударил по когтям, вспышка искр осветила тьму. Крылья дрогнули, удерживая равновесие. Её меч соскользнул по лапе зверя, оставив тонкую рану. Капля крови упала на землю, тут же испаряясь.
Рёв оглушил всё вокруг. Воздух сжался в плотный вал, ударивший в неё грудью. Крылья сложились, тело отлетело, ударилось о землю. Силой воли Ченсянь перекатилась, встав на колено. Руки дрожали.
«Он теряет равновесие. Ему трудно контролировать новую силу. Это мой шанс».
Она поднялась. В её глазах мелькнуло холодное пламя решимости. Сделала шаг вперёд — ветер поднялся спиралью, будто подчиняясь её дыханию. Она метнулась навстречу зверю, оставив за собой лишь размытый след.
Меч вошёл в бок зверя, но тот, не издав ни звука, ударил хвостом. Вспышка — и Ченсянь отбросило в сторону. Крылья спасли от гибели, но удар пришёлся в плечо — сустав обожгло болью. Кровь стекала по щеке, но она не отступила.
Прыжок — второй удар. Сближение. Рёв. Воздух — сплошная волна. Меч прорезал её, касаясь горла зверя. Удар когтя в ответ — рассечение на груди. Они двигались как две стихии: ветер против стали, сила против скорости. Мир вокруг сжимался до точки.
Последний рывок — прыжок, вращение, пронзание. Лезвие вошло в основание шеи. Тигр взревел, дернулся, но уже не смог подняться. Её ноги подкосились, и она упала рядом, тяжело дыша. Всё вокруг медленно стихало.
Она не знала, сколько прошло времени. Может, минута... Может, вечность... Потом медленно поднялась, оглядела зверя. Он лежал спокойно, дыхание исчезло.
Черное кольцо формировалось. Она понимала, что этот шанс может стать последним.
После часа культивирования, Ченсянь села в позу лотоса и начала поглощение. Энергия зверя ворвалась в тело с яростью, словно ураган в человеческом облике. Кости вибрировали, лёгкие горели. Сила ветра прокладывала себе путь, не щадя ни одного канала.
Появилось давление в голове — тяжёлое, давящее, будто сама воля зверя пыталась её разорвать. Ментальный удар. Она почувствовала страх, чужую память — охоту, рев, кровь. На миг перед глазами вспыхнули образы: как он эволюционировал, как страдал, как умер.
«Ты больше не буря... теперь ты часть меня».
Она выдержала. Пять часов. Семь раз теряла сознание и возвращалась обратно. Когда кольцо наконец стабилизировалось, кровь из ран и семи отверстий головы уже стекала по шее, пропитывая ворот. Тело дрожало, но сила в нём изменилась. Её духовная энергия поднялась — 42 ранг.
Она оперлась на землю, пытаясь встать. И тогда заметила — из лапы зверя торчит нечто твёрдое. Осторожно подошла, коснулась. Это была духовная кость. Кость левой руки, с резонансом ветра.
Помыв её в ручье, Ченсянь начала поглощение сразу. После кольца энергия кости казалась почти мягкой, хотя отбирала последние силы. Давление охватило руку, распространилось по плечу — и исчезло, оставив лёгкость и ощущение внутренней мощи.
Она посмотрела на ладонь. Воздух колебался от простого движения пальцев. Её улыбка была тихой, но искренней.
— Стоило того.
Она поднялась, пошатнулась, но не упала. На теле — десятки ран, на груди глубокая рана, на плече огромный синяк, одежда порвана, кровь струилась с ран, но внутри кипела жизнь. Она скупалась в реке, обработала раны, до которых дотягивалась, перевязала грудь и переоделась .
На рассвете, когда солнце коснулось вершин, Бай Ченсянь направилась в сторону Академии Шрек. Лес остался позади, тихий и равнодушный, будто ничего не случилось. Но каждый шаг давался тяжело, и всё же она шла — не чувствуя страха, не думая о боли.