ЧЁРНЫЙ ПЁС__

Лысый мужик с татуировками уже бежал ко мне, размахивая ножом. Его дворняга скалилась и рычала, готовая броситься в любой момент. Я отпрыгнул в сторону, едва успев увернуться от удара.

— Не уйдешь, щенок! — прохрипел лысый, тяжело дыша. Его лицо покраснело от ярости, капли пота стекали по лбу.

Я рванул в сторону заброшенной фабрики — старого кирпичного здания с выбитыми окнами и провалившейся крышей. Ноги сами несли меня по знакомым улочкам: мимо мусорных баков, заваленных гниющими отходами, через узкий проход между двумя полуразвалившимися домами, где на стене кто‑то вывел красной краской: «Смерть богачам!».

За спиной слышался топот ног и хриплое дыхание собаки. Я оглянулся — лысый не отставал, его лицо искажала гримаса ненависти. Дворняга бежала чуть впереди, её глаза сверкали в полутьме.

«Если они загонят меня в угол — конец», — пронеслось в голове.

Я вбежал в здание фабрики. Под ногами захрустели осколки стекла и куски штукатурки. Пыль поднялась в воздух, заставив меня закашляться. Раненая сторона живота пульсировала тупой болью — бинты ослабли, и я чувствовал, как по коже стекает тёплая струйка крови.

Лысый ворвался следом, его собака первой бросилась вперёд. Я успел отскочить, схватил с пола ржавую трубу и ударил пса по лапе. Тот взвизгнул и отпрянул.

— Ах ты, сучонок! — Лысый замахнулся ножом. Я увернулся, но лезвие зацепило плечо, оставив неглубокую, но жгучую рану.

Прыгнув на старый конвейер, я перебрался на второй этаж по остаткам лестницы. Доски трещали под ногами, некоторые проломились, обнажая зияющую пустоту внизу. Лысый последовал за мной, но одна из ступеней не выдержала его веса — он рухнул вниз, выругавшись.

— Достану гада! — донёсся его голос снизу.

Я добрался до окна, выходящего на соседнюю улицу. Внизу — груда металлолома и разбитых ящиков. Без раздумий я прыгнул, приземлился неудачно, подвернув ногу, но тут же вскочил и побежал дальше.

Выскочив на главную улицу части •Б•, я увидел группу подростков — они стояли у стены, курили и о чём‑то спорили. Это были ребята из соседнего квартала, не друзья, но и не враги.

— Эй, придурки! — крикнул я, подбегая. — Там лысый мужик с ножом гонится за мной! Помогите задержать его!

Парни переглянулись. Самый высокий, с серьгой в ухе, усмехнулся:

— А чё нам за это будет?

Я достал из кармана кошелёк — там оставалось несколько купюр, которые забрал у тех шестерых. Бросил им половину:

— Вот! Задержите его хоть на минуту!

Они оживились. Серьга кивнул:

— без проблем, Чёрный Пёс. Сделаем.

Я побежал дальше, слыша за спиной крики и возню — парни встретили лысого. Воспользовавшись моментом, я свернул в переулок, перелез через забор и оказался в районе старых складов.

Здесь было тихо и пустынно. Я прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Нога болела, рана на животе кровоточила сильнее. С трудом перевязал её, затянув бинт потуже.

Где‑то вдалеке завыла сирена — наверное, полиция. Но они сюда не сунутся, разве что по особому приказу. В части •Б• они появлялись редко, предпочитая не вмешиваться в местные разборки.

Я огляделся. Впереди виднелся вход в подземные коммуникации — старые канализационные тоннели, которыми пользовались контрабандисты и те, кому нужно было скрыться.

«Туда», — решил я.

Спустившись по ржавой лестнице, я оказался в тёмном тоннеле. Воздух здесь был сырым и затхлым, пахло гнилью и плесенью. Где‑то капала вода, создавая монотонный ритм. Я достал зажигалку и осветил путь. Кирпичные стены покрывал мох, на полу валялись пустые бутылки и обрывки газет.

Идя вперёд, я прислушивался к каждому звуку. Казалось, лысый может появиться в любой момент. Но пока было тихо.

Через полчаса я выбрался в другом районе части •Б• — рядом с рынком, где торговали рыбой. Запах тухлой рыбы смешивался с дымом от жаровен, на которых готовили дешёвую еду.

У киоска с едой я остановился, купил стакан горячего чая и булочку — нужно было восстановить силы. Пока ел, обдумывал, что делать дальше.

Лысый не отступит. Он захочет отомстить за своих слабаков и за унижение. Значит, нужно либо нанести удар первым, либо найти способ обезопасить себя.

В кармане завибрировал телефон — дядя Коручи.

— Гейа, ты где? — раздался его низкий голос. — У меня проблемы. Эти ублюдки из •А• подняли цены на мясо, а теперь ещё и требуют долю с моих доходов. Если не заплачу — сожгут лавку.

— Иду, — коротко ответил я. — Буду через двадцать минут.

Покончив с едой, я направился к мясной лавке дяди. По пути заметил, что за мной кто‑то следит — тень мелькнула за углом, затем исчезла.

«Лысый?... Нет этот кто-то другой», — подумал я.

Пришлось идти окольными путями, петлять по переулкам, прятаться за мусорными баками. Наконец, я добрался до лавки. Дядя стоял у входа, хмуро глядя на улицу.

— Что случилось? — спросил я, подходя ближе.

— Эти куски дерьма из •А• решили, что могут диктовать мне условия. Хотят, чтобы я платил им за «защиту». Но я не собираюсь кормить этих говноедов.

— И что ты собираешься делать?

Дядя посмотрел на меня, его глаза сверкнули:

— У меня есть план. Но мне нужна твоя помощь.

Мы зашли в лавку. Дядя закрыл дверь на засов и включил тусклую лампу. На стенах висели туши мяса, в углу стоял огромный морозильник. Пахло специями и кровью.

— Слушай внимательно, — начал дядя Коручи, доставая карту города. — Эти богачи из •А• водят дружбу с одной бандой из •Б•. Они крышуют их, дают деньги, а взамен получают долю с наших доходов. Но у меня есть информация: завтра ночью они будут перевозить крупную партию товара через старый мост. Если мы перехватим её…

— Мы получим рычаг давления, — закончил я за него.

Дядя усмехнулся:

— Точно. Но это пипец как опасно. Они будут ждать нападения.

— Кто ещё в деле?

— Несколько надёжных ребят. Но мне нужен тот, кто сможет проникнуть на территорию •А• и разведать обстановку. Ты — лучший кандидат.

Я задумался. Пробраться в часть •А• — задача не из лёгких. Там камеры, охрана, патрули. Но если получится…

— Я сделаю это, — сказал я. — Но мне нужно оружие и информация.

Дядя достал из ящика стола пистолет и нож:

— Возьми. И вот, — он протянул мне листок с планом территории. — Тут отмечены камеры и посты охраны. Действуй ночью, когда смена меняется.

На следующий день я начал подготовку. Купил тёмную одежду, проверил оружие, изучил маршрут. Вечером, когда стемнело, двинулся к границе частей города.

Ржавый забор, колючая проволока, камеры на столбах. Я дождался момента, когда патруль прошёл мимо, и перебрался через ограждение.

Внутри всё было иначе: чистые улицы, фонари, ухоженные газоны. Машины с тонированными стёклами проезжали мимо, из окон доносилась музыка. Я шёл, стараясь не привлекать внимания, пряча лицо под капюшоном.

По плану дяди, склад, где хранился товар, находился на окраине •А•. Я обошёл несколько кварталов, отмечая посты охраны. Всё шло гладко, пока я не услышал голос за спиной:

— Стой, где стоишь.

Я обернулся. Трое мужчин в чёрных костюмах стояли в тени. Один из них держал пистолет.

— Ты не должен быть здесь, — сказал главный. — Кто ты и что тебе нужно?

Я прикинул шансы. Трое против одного, плюс оружие. Но отступать поздно.

— да так заблудился, — бросил я, делая шаг назад.

— Не ври. Мы видели, как ты следил за складом.

Один из них двинулся вперёд. Я резко бросил в него камень, который заранее подобрал, и бросился бежать.

— Держи его! — закричал главный.

Я мчался по улицам, сворачивая в переулки, перепрыгивая через заборы. За спиной слышались крики и топот ног.

«блять мне пизда если поймают, дядя придурок не сказал что тут такие амбалы ходят!», — кричу я в голове.

Вдруг я заметил открытый люк канализации. Без раздумий спрыгнул вниз, закрыл крышку и затаился. Шаги прогрохотали над головой, затем затихли.

Сидя в темноте, я достал телефон и отправил дяде сообщение: