Глава 22
· ✦•······················•✦•······················•✦
Я стиснула зубы и перетянула раненую руку куском ткани, оторванным от подкладки куртки. Боль отрезвляла. Смерть Солейл теперь сидела во мне холодным камнем, но паника ушла, уступив место ледяной, расчетливой ненависти.
«Она пришла за твоей силой», - предупредил Деи, злобно щёлкнув пастью. По спине пробежали мурашки, но делать было нечего. Рано или поздно кому-то из нас придется её убить, а она явно не собирается оставлять меня в покое.
- Оторвись ото всех! — крикнула я Вольт, перебираясь в седло и хватаясь покрепче. — Разделимся. Она идет за мной? Вот и отлично. Устроим ей свидание.
«Плохая идея. Ты не справишься одна. Если не хочешь моей помощи, то хотя бы приземлись и прими помощь Боди и Гаррика» - высказался Майри.
«Ты не справишься в одиночку, маленькая всадница. Опомнись, Вольт, ты можешь погубить её», - прогрохотал Деи. Я почувствовала вспышку лёгкого гнева, то ли сама испытывая его, то ли причиной была Вольт. В любом случае, нам обеим не нравилось, что они внезапно решили нянчиться.
«Я никогда не сделаю ничего, что может навредить ей. И мы не вступаем в схватки, в которых не можем победить» - прошипела драконица.
- В воздухе! Мы должны драться в воздухе! – ответила я вслух, надеясь, что мои мысли скажут Лиаму тоже самое. Я помнила, что та тварь сделала с Солейл. Стоило ей коснуться земли, и она выпила всё живое в радиусе десяти метров. В небе ей нечего было отравлять, кроме собственной виверны. – Прикрой Вайолет, а с этой я сама разберусь. Ты сам говорил: мы должны выполнять свои обязанности. Что ж, теперь та вэйнительница и есть моя обязанность.
По нашей связи я почувствовала негодование парня, но он смерился. Нехотя, красный дракон спикировал в противоположную сторону, надвигаясь на стаю серых существ.
Вольтхара, рыча от ярости, заложила крутой вираж. Когда крыло синей драконицы на мгновение перекрыло обзор вэйнительнице, я прыгнула. Удар о каменную спину виверны болезненно отозвался в моих и без того разболевшихся костях. Я едва успела ухватиться за гребень на загривке твари, когда вэйнительница обернулась. Она была быстрее. Намного быстрее.
Её бледная рука метнулась к моему горлу, и я едва успела подставить предплечье. То самое, которое рассекло шипом Вольт. Удар был такой силы, что кость жалобно хрустнула, а кровь с новой силой залила руку. Я вскрикнула, когда в глазах на секунду потемнело от боли. Она швырнула меня, как тряпичную куклу, к самому хвосту виверны, за который я тут же ухватилась. Тварь под нами взвыла и накренилась, пытаясь сбросить лишний груз.
- Ты думала, что твои жалкие ножики помогут тебе против меня? — прошипела она, наступая.
Я попыталась подняться, но виверна резко накренилась. Вэйнительница даже не пошатнулась — она словно была частью своего серого подобия дракона. Колдунья была сильнее, опытнее и выше меня. Каждый мой выпад она парировала коротким движением посоха, едва не выбивая кинжалы из моих онемевших пальцев.
Я понимала: в честном бою мне конец, а второй раз использовать её же силу показалось плохой идеей. Вытягивать её магию — самоубийство для меня самой. Это всё равно что пить расплавленный свинец. И на этот раз, магия металла казалось просто безделушкой.
Нужно брать хитростью.
- Какое редкое сокровище, — сказала она. Её голос на удивление оказался достаточно высоким и едким. Может, при жизни его можно было бы даже назвать мелодичным. — Сифон. Твоя энергия такая... чистая. Не запятнанная жалкими драконьими подачками. Как мило, что ты принесла мне её сама.
- Я принесла тебе месть, сука, — выплюнула я, судорожно ища пути отхода. - Ты превратила мою подругу в пепел. Ты стерла её, будто её никогда не существовало.
- Она была лишь топливом, — вэйнительница развела руки. Кисти при этом напомнили бледных, длинных пауков. — Как и ты. Стань частью чего-то великого. Отдай мне свою силу, и я подарю тебе бессмертие.
- Оставь его себе, — я сорвалась с места.
Она сделала выпад, намереваясь схватить меня за лицо. Я не стала уклоняться в сторону. Вместо этого я рухнула на спину, проскальзывая между её ног по скользкой чешуе виверны, и со всей силы вонзила клинок из темного сплава под серую чешую.
Виверна взревела. Тварь резко взбрыкнула, совершая «бочку». Вэйнительница, не ожидавшая, что её собственный зверь подведет её, на мгновение потеряла равновесие. Это была единственная секунда, которую я получила. Я всадила кинжал прямо в открытое сочленение под её челюстью. Тёмная кровь тут же залила мою руку, смешиваясь с моей собственной.
Колдунья застыла. Глаза расширились, в них отразилось искреннее недоумение. А затем её тело начало стремительно сереть. Она свалилась с виверны, но я не стала сопровождать взглядом её тело. Не стала даже смотреть, рассыпятся ли её останки в пепел. Вэйнительница была мертва, и этого мне хватало с головой.
Я перепрыгнула на подлетевшую Вольтхару, дрожа всем телом. Адреналин отступал, оставляя лишь тупую боль в сломанной руке. Боковым зрением я даже уловила, что по какой-то причине виверна тоже потеряла управление. Может, Вольт её ранила, а я и не заметила? Неважно. Серая туша полетела вниз за своей хозяйкой. Скатертью ей дорога, у нас и так полно забот.
Внезапно на меня нахлынул поток боли. Это не было похоже на ранение или удар — это была сокрушительная волна чужой скорби, густой, как смола, и острой, как обломок стекла. Воздух мгновенно покинул мои легкие, но не так, как при физических повреждениях. Я просто разучилась дышать. В голове взвился невыносимый шум, сотни голосов закричали в унисон, и на глаза накатили слезы, хотя я всё еще не понимала, что происходит. Эти эмоции не принадлежали мне. Они были слишком огромными, слишком черными для моего сердца.
Вольтхара тоже пошла под откос. Её безупречный ритм крыльев сбился, она накренилась, и из её горла вырвался звук, который никогда не забуду — душераздирающий, утробный крик. Моя гордая, холодная драконица плакала.
И тут я поняла. Поняла, потому что наши сознания на мгновение слились в этой агонии. Я заглянула в мысли Лиама и Вольтхары.
Деи.
Деи умирает.
И Лиам будет следующим. Нитка жизни всадника всегда рвется вслед за драконьей, а в нашей «четверке» этот разрыв мог стать фатальным для всех. Мы с Вольт стояли на краю той же пропасти, но при этом наши мысли вились не от ужаса собственной смерти, а от их смерти...
Пока в ушах пульсировало, я не заметила, как драконица, ведомая инстинктом и горем, развернулась в сторону, где велась та битва.
- НЕТ! СТОЙ! — надрывая горло, завопила я.
В голову пришла идея — безумная, пугающая. Она была почти самоубийственной и, скорее всего, обреченной на провал. Но на кону стояли наши последние минуты, и я не могла просто смотреть, как мой мир превращается в пепел.
Вольтхара услышала мой лихорадочный шепот в голове и, скрипя сердце, подчинилась. Мы не пошли на помощь Лиаму — мы направились к тому летуну-целителю, который остался на площади. На лету я спрыгнула с синей спины, едва она коснулась земли, и с силой, рожденной отчаянием, вцепилась в руку парня.
- Что ты творишь?! — заорал он, его пальцы метнулись к рукояти меча, когда он почувствовал жар моей силы.
Но спустя секунду клинок выпал из его ослабевших пальцев. Лицо летуна перекосила нечеловеческая боль — я распахнула свою печать так широко, как никогда раньше. Я не просто заимствовала его силу, я вырывала её с корнем. Вся его целительская искра, всё тепло его магии перетекало в меня. Его магия была другой, не такой, как драконья, но мне было всё равно. Признаться честно, я её даже почти не почувствовала. Лишь ощущение заполняющейся пустоты помогло понять, что сработало.
- Прости... — прошептала я искренне. – Мне правда жаль...
Но я не чувствовала раскаяния. В тот момент я была готова выпить его досуха, пожертвовать каждым летуном на этом Континенте, лишь бы у Лиама был шанс. Через секунду я отпустила его, и он упал на землю безвольной грудой. Он дышал, но был пуст, как выгоревшее здание. Я не убила его, но он на самом краю. Остаётся лишь надеяться, что всё не напрасно.
И я побежала. Я не стала дожидаться, пока Вольт развернется, чтобы забрать меня. Я рванула по улицам Рессона, огибая горы камней и дымящиеся развалины. Легкие жгло огнем, в горле стоял вкус крови, но я бежала на грани своих возможностей. Улицу за улицей. Пролет за пролетом.
Пока не наткнулась на огромную, неподвижную тушу красного дракона. Деи лежал в луже собственной крови. Его огромный бок был практически выпотрошен. Рядом с ним, вжавшись в его шею, замерла Вольтхара. Она не рычала, она скулила — тонко, по-собачьи, и этот звук сводил меня с ума.
Вайолет сидела в паре метров, прижимая Лиама к себе. Её лицо было неузнаваемым от сажи и слез. Девушка рыдала, а когда заметила меня начала говорить слова, которые я не смогла распознать.
Я подлетела к Деи. Я не смотрела на Лиама — я знала, что если выживет дракон, выживет и всадник. Нечего было тратить драгоценные секунды на бессмысленные разговоры. Мне нужно действия. Мне всегда нужно действие.
- Сейчас, сейчас... — бормотала я, падая на колени перед разорванным боком красного дракона. Я прижала ладони к горячим, скользким ранам. - БЕРИ! — закричала я, закрывая глаза. — ЗАБИРАЙ ВСЁ!
Я вытолкнула из себя ту магию, которую украла. Это было больно. Словно из моих ладоней вырывались тысячи игл. Я чувствовала, как сила летуна — та самая целительская искра — вливается в дракона. Я видела это сияние между моими пальцами. Я была уверена, что сейчас произойдет чудо. Что мясо срастется, чешуя восстановится, и Деи откроет глаза. А ведь пару лет назад Наолин, последний известный нам сифон, тоже пытался побороть смерть. Он пытался излечить Бреннана, а в итоге погиб вслед за ним. Выходит, мы с ним похожи куда больше, чем казалось раньше. Мы оба отказывается терять кого-то, испытывая судьбу. Но в отличии от Наолина я не потеряю Лиама. Не потеряю свою любовь так же, как первую.
Я отдавала всё. Я чувствовала, как пустею. Как мои собственные силы уходят вместе с украденными. Я дрожала, пот застилал глаза, но я не убирала рук.
- Давай же! — рычала я, чувствуя, как мой воображаемый домик разрушается на глазах.
Прошла минута. Или вечность.
Сияние погасло. Я открыла глаза и уставилась на свои ладони. Они были в крови. Рана Деи не изменилась. Кровь продолжала лениво течь из разорванных сосудов. Магия летуна просто исчезла, словно её никогда и не было.
- Нет... — я снова прижала руки. — Нет! Возьми еще! У меня есть еще!
Но брать было больше нечего. Внутри меня была звенящая, мертвая пустота.
Я бессильно опустила руки. Они упали на окровавленные камни, тяжелые, как свинец. Не сработало. Целительская магия просто растворилась в ранах Деи, не принеся пользы. Я отдала всё, я опустошила себя и едва не убила человека ради этого... и всё равно ничего. Я проиграла. Я — Кассандра Драгомир, сифон, который может всё, драгоценность своего королевства и любимая игрушка короля — не смогла сделать ничего.
- Кассандра...
Я подняла голову. Ксейден, бледный и перепачканный в саже, осторожно перенес Лиама и положил его рядом со мной. Он не сказал ни слова, только на мгновение задержал на мне взгляд, в котором было столько же боли, сколько и в моем собственном. Он уложил Майри так, что его голова оказалась на моих коленях.
Парень выглядел ужасно. Его светлые волосы слиплись от крови, лицо было бледным, как мел, а на скулах и челюсти расцветали густые, налитые синевой синяки. Те самые, которые я оставила ему несколько часов назад.
Боже. Я ударила его. Я избивала его со всей дури, пытаясь доказать, что я лучше, что я сильнее. Я разукрасила его лицо синяками, и теперь они навсегда останутся на его прекрасном лице. Я готова была спустить с себя кожу за каждый.
- Привет, — прошептал он с натянутой улыбкой. Его голос был таким слабым, что мне пришлось наклониться к самым его губам. Мои тёмно-рыжие волосы упали нам на лица.
- Привет, Майри, — я взяла его руку. Она была ледяной, и я попыталась согреть её своими ладонями, хотя сама дрожала от холода. - Ты... ты как?
Глупый вопрос. Самый идиотский вопрос в мире.
Уголок его рта дернулся, и на губах выступила кровь.
- Бывало... и получше.
Я всхлипнула через нервный, отчаянный смешок, и горячая слеза упала ему на лоб. Шутит. Даже сейчас он шутит, чтобы мне было проще. Как это несправедливо: прямо сейчас умирает он, а жалеть надо меня. Вот только это, наоборот, усложняет всё. Делает больнее.
- Я пыталась его спасти, Лиам. Я украла силу у летуна, я отдала всё Деи... но не сработало. Я не смогла.
- Деи знает, — прошептал он. — Он благодарен. Но его время вышло. И моё тоже.
- Нет! — я придвинулась ближе, утыкаясь своим лбом в его. — Ты обещал рассказать мне секреты. Ты обещал, что мы выберемся. Ты не можешь просто взять и бросить меня здесь одну с этой чокнутой войной!
Я чувствовала, как слёзы прорываются наружу, горячие и соленые. Они капали на его щеки, смешиваясь с грязью.
- Прости меня, — всхлипнула я. — За то, что избила тебя сегодня. За то, что была такой сукой. За всё, Лиам.
- Перестань, мне... мне всегда нравилось, когда ты дралась со мной — он чуть сжал мои пальцы. Сил у него почти не осталось. – Не жалей о том, что поддалась тогда эмоциям. Я сам виноват.
Я провела рукой по его светлым волосам, стараясь запомнить каждую деталь.
- Пообещай, что не перестанешь бороться. Даже без меня.
Я хотела сказать «да», но горло перехватило судорогой. Я знала, что вру. Я чувствовала, как связь между нашими драконами истончается, превращаясь в звенящую нить. Когда уйдет он, уйду и я. И это знание приносило странное, извращенное облегчение. Мне не придется учиться дышать в мире, где нет Лиама Майри.
Я хотела сказать ему. Сейчас. В эту самую секунду. Сказать, что он был единственным, ради кого я вообще просыпалась в этом аду. Сказать, что я люблю его. Что все мои удары были лишь способом скрыть, как сильно я боюсь его потерять.
Но его рука в моей вдруг обмякла.
Я замерла.
И в этот момент связь лопнула.
Это было похоже на то, как будто в моей голове перерезали туго натянутую струну. Оглушительный, беззвучный хлопок — и всё. Темнота. Тишина.
Вольтхара рядом со мной издала гортанный хрип и повалилась на бок, закрывая глаза.
Всё закончилось.
Я сидела, не шевелясь. Голова Лиама всё еще лежала на моих коленях. Я смотрела на него и чувствовала странное, почти жуткое спокойствие. Надежда умерла вместе с его последним вздохом, а вместе с ней ушел и страх. Я знала, что последую за ним через минуту. Драконья связь не позволит мне задержаться.
- Прости меня... — Вайолет рухнула рядом со мной. Её голос сорвался на хриплый вой, и она уткнулась лбом в моё плечо, содрогаясь от рыданий. — Это я виновата, Касс. Это всё я. Лиам... он прикрыл нас. Тэйрн не успевал, и Деи просто... он просто подставился. Это должна была быть я! Это я должна была лежать там, а не он! Не он!
Я чувствовала, как её горячие слезы пропитывают мою куртку. Каждое её слово было пропитано ядом самобичевания. Вайолет всегда брала на себя грехи всего мира, а сейчас она пыталась взвалить на свои тонкие плечи смерть Лиама.
- Тише, Ви... — прошептала я. Мой голос звучал странно — спокойно и отстраненно, словно я уже наблюдала за нами со стороны. — Тише.
- Не молчи! — она вскинула голову, и её взгляд был полон безумия. — Ударь меня! Накричи! Скажи, что ты ненавидишь меня, потому что это правда! Я отняла его у тебя! Я отняла твою жизнь, твою связь... Касс, я уничтожила тебя!
Она ждала моей ярости. Она жаждала её, потому что моя ненависть была бы для неё легче, чем эта тишина. Она хотела, чтобы я стала тем якорем, который удержит её в реальности через боль.
- Слушай меня внимательно, — я положила свои руки ей на плечи и хорошенько встряхнула, вкладывая в этот жест последние остатки своей воли. — Ты будешь жить. Ты станешь тем лидером, о котором читала в своих книгах. Ты защитишь Миру. Ты защитишь Ксейдена. Ты спасёшь Наварру.
- Мне так жаль, Касс... — прошептала она, прижимаясь своей щекой к моей. — Мне так жаль, что я не смогла спасти твою любовь.
- Ты спасла мою душу, когда была рядом все эти годы, — ответила я, чувствуя, как сознание начинает окончательно меркнуть. — Этого достаточно. Я люблю тебя, Ви.
Я посмотрела на Лиама в последний раз. Синяки на его лице в сумерках Рессона казались тенями от облаков. Жаль, что я так и не сказала ему, как сильно я его любила. Жаль, что наше последнее утро было полно злости.
Я закрыла глаза, чувствуя, как тьма накрывает меня мягким, теплым одеялом. В этой тишине больше не было боли, не было войны и не было вины. Только мы. И я наконец-то позволила себе провалиться в этот покой, веря, что это было единственным правильным финалом этой главы.
· ✦•······················•✦•······················•✦