Глава I - Побег из психиатрической лечебницы
Холод бетонного пола был первым, что почувствовал 47-й, когда пришёл в себя. Боль пульсировала где-то под черепом — echo от недавней перестрелки с доктором Ортмайером. И всё же сознание быстро выстраивало реальность по кускам: белые плиточные стены, запах йода, гари и крови, приглушённые крики за пределами палаты.
Лечебница уже не принадлежала Ортмайеру. Здесь хозяйничала смерть.
47 медленно поднялся, чувствуя липкую кровь на затылке. Рядом лежало тело санитарa, его глаза застыли в ужасе — тот точно видел, кто выстрелил. Но сейчас у 47-го не было роскоши сожалений.
За тонкой металлической дверью раздался сухой треск автоматной очереди. Кто-то крикнул по-румынски:
— «Комната чиста! Продвигаемся!»
Солдаты спецподразделения уже вошли в лечебницу. Значит, времени нет.
47 поднял пистолет, лежавший возле стола, — последний подарок доктора. Проверил обойму. Семь патронов. Этого мало, но достаточно для начала.
Он толкнул дверь плечом.
Коридор выглядел как поле боя — разбросанные каталками тела, капающая по стене кровь, мигающие лампы, превращающие всё вокруг в жуткий морг, где свет — лишь издевка.
На повороте слышались шаги. Двое румынских спецназовцев двигались осторожно, удерживая стенку, приборы ночного видения мерцали зелёным. Они обсуждали что-то вполголоса:
— «Говорят, внутри какой-то эксперимент. Он убил половину персонала...»
— «Приказ — ликвидировать всех. Ни один не должен выйти.»
47 выждал секунду, пока они пройдут мимо, и тихо шагнул за ними, бесшумно, как тень. Одного он схватил за горло, другой успел обернуться, но выстрел 47-го погасил его крик. Тело рухнуло на пол.
47 быстро снял бронежилет и маску с убитого бойца. Дисциплина спецназа играла ему на руку — в форме можно пройти часть маршрута незамеченным.
Путь вёл через сектор, где раньше лечили самых опасных пациентов. Сейчас здесь царил лишь хаос. Двери камер выбиты, и оттуда доносятся стоны и бормотание — выжившие пациенты метались в панике.
Один из санитаров, увидев 47-го в форме, закричал:
— «Помогите! Они всех убивают!»
Но когда мужчина приблизился, 47 увидел в руках электрошокер. Санитар сделал шаг... ещё один... намереваясь оглушить «солдата», прежде чем тот заметит ошибку.
47-й резко перехватил запястье, повернул, и санитар рухнул на пол без сознания.
Больше никаких столкновений. Он должен выбраться.
В одной из комнат — шум рации:
— «Группа «Альфа», отчёт! Как продвигаетесь?»
— «Мы у центрального блока. Много трупов. Похоже, здесь работал тот самый объект.»
«Объект».
Так называли его.
47 отключил рацию, аккуратно положил её на стол и подошёл к окну. На территории — десятки солдат. Две машины, одна из них с ключами в замке зажигания. Главные ворота закрыты, но боевая машина могла пробить их.
«Путь есть. Осталось добраться.»
Едва 47 вышел в главный коридор, сирена завыла громче. Красные лампы начали вращаться, и в динамиках засипел голос офицера:
— «Внимание всем подразделениям! Объект найден в главном секторе! Открыть огонь на поражение!»
Солдаты начали стекаться со всех направлений. Пришлось уйти от маскировки — 47 сорвал бронежилет, бросил его в сторону и открыл огонь.
Коридор превратился в живой лабиринт выстрелов. Пули рвали стены, летели вдоль потолка, выбивали искры из труб. 47 двигался быстро, точно, методично.
Один спецназовец попытался перехватить его:
— «Стоять! Брось оружие!»
Ответом стал выстрел, после которого тот рухнул на ступени лестницы.
47 перескочил через тела и бросился к служебному выходу.
Как только он вышел наружу, холодный ночной воздух ударил в лицо. Снег шёл хлопьями, скрывая движение. На территории горели прожекторы, рассекая тьму как лезвия.
— «Контакт! Он в дворе!» — крикнул кто-то.
47 сорвался с места, скользя по заснеженной земле, и достиг стоянки. Одна из машин — старая «Волга» — стояла боком, будто водитель выбежал в спешке.
47 открыл дверь. Завёл двигатель.
Грохот выстрелов ударил по металлу — пули оставляли дыры в корпусе машины.
— «Стреляйте по колёсам!»
С громким визгом резины 47 нажал газ. Машина рванула вперёд — прямо на ворота.
Солдаты пытались остановить его, но запоздали. «Волга» проломила створки, выбивая их наружу.
Когда шум преследования исчез в ночи, 47-й наконец позволил себе бросить взгляд в зеркало заднего вида.
Лечебница стремительно исчезала позади — белое пятно среди тумана и снега.
Ортмайер мёртв. Эксперимент — распался.
Но путь 47-го только начинался. Кровь, сожаления, контракты — всё это ещё ждало.
Он сжал руль сильнее.
— «Никаких прошлых жизней. Только работа.»
Машина растворилась в темноте.
