Глава XV Погребённые истины
Мы не разговаривали почти час.
Город будто притих после появления охотников. Даже ветер не шумел в разрушенных окнах.
Марек шёл впереди, проверяя улицы. Лина держалась рядом со мной.
Слишком рядом.
— Ты изменился, — наконец сказала она.
— Я жив.
— Нет, — тихо ответила она. — Ты стал центром.
Я ничего не сказал.
Потому что она была права.
Старый архив находился под городской администрацией. До вспышки здесь хранили документацию. После — секреты.
Вход в подземный уровень был завален, но аварийный тоннель уцелел.
Когда мы спустились, воздух стал сухим и тяжёлым.
Без тумана.
Без яда.
Слишком чисто.
— Если где-то и есть ответы, то здесь, — пробормотал Марек.
Дверь в архив оказалась заперта кодовым замком.
Я не знал код.
Но когда коснулся панели...
Замок щёлкнул.
Лина медленно посмотрела на меня.
— Это совпадение?
Я убрал руку.
— Уже нет.
Внутри было темно.
Ряды металлических шкафов.
Папки.
Запечатанные контейнеры.
Марек включил переносной свет.
На одной из стен висела карта города.
Красными точками отмечены зоны экспериментов.
Школа №17.
Исследовательский центр.
Больница.
И...
Приют.
Я замер.
Лина заметила.
— Что?
Я подошёл ближе.
Название было стёрто, но адрес остался.
Это был район, где я жил до всего этого.
— Они начали раньше, — прошептал я.
Марек открыл ближайший сейф.
Внутри — толстая папка.
На обложке:
Проект «Гнездо»
Я взял документы.
Первая страница:
Цель: Создание устойчивого носителя вируса с контролируемой мутацией.
Метод: Длительное воздействие малых доз модифицированного штамма с детского возраста.
Отбор: Дети без выраженной иммунной реакции.
Следующая страница.
Список.
Имена.
Дата рождения.
Мой взгляд застыл.
Я нашёл своё.
Возраст совпадал.
Дата приёма — за год до официальной вспышки.
— Нет... — прошептала Лина, читая через плечо.
Марек медленно выдохнул.
— Это была не катастрофа.
— Это была подготовка, — закончил я.
Листы дальше раскрывали больше.
Первая версия — взрослый доброволец.
Неудачный.
Нестабильный.
Дети — вторая фаза.
Долгосрочная.
Медленная.
Контролируемая.
И один из отчётов был отмечен красным:
Объект 27 демонстрирует уникальную адаптацию.
Токсин не разрушает ткани.
Создаётся симбиотическая связь.
Возможный центр координации штамма.
Объект 27.
Я медленно опустил папку.
— Это ты... — сказала Лина.
Я кивнул.
Но самое страшное было дальше.
Последний отчёт:
Если контроль над Объектом 27 будет утрачен, штамм перейдёт в автономный режим и сформирует альтернативную ветвь развития.
Возможное появление конкурирующей доминанты.
Марек резко посмотрел на меня.
— Охотники.
Да.
Я закрыл глаза.
Первая версия была прототипом.
Я — ядром.
А охотники...
Были страховкой.
Если я выйду из-под контроля.
Если выберу не тот путь.
— Они создали систему баланса, — прошептал я.
Лина сжала мою руку.
— Но они мертвы. Те, кто это начал.
Я покачал головой.
— Нет.
В папке была ещё одна подпись.
Не медицинская.
Военная.
И печать действующего подразделения.
— Кто-то продолжает проект, — сказал Марек.
И в этот момент в коридоре архива раздался металлический звук.
Тяжёлые шаги.
Не заражённые.
Слишком ровные.
Слишком синхронные.
Я почувствовал это прежде, чем услышал.
Не крик.
Не рой.
Холодную дисциплину.
Охотники были зверями.
Это было... управление.
Лина медленно прошептала:
— Нас нашли.
И впервые за долгое время я понял:
Погребённые истины должны были остаться погребёнными.
