долька мандарина // заяц

Сделала она бы еще один шаг и все. Ее бы не было. Голова резко закружилась, заболела. В глазах потемнело так, будто она их закрыла.

Пошатнулась, упала назад. А в голове голос родной матери: «Потерпи, родненькая.» Сердце билось еще больше и быстрее.

Руки полезли на волосы, вырывая их по волоскам. Она сходит с ума в этом чертовом лагере.

В казарме до сих пор драка, кто-то кричит за Кота, кто-то за Зайца. Уже не важно. Ничего не важно.

Нет, она не хочет терпеть. Хочется упасть и не думать ни о чем. Так она и сделала. Медленно встала и спрыгнула. Молча. Без слов. Без оров. Прикрыла веки и заснула вечным сном.

Никто ее не потревожит больше. Не будет узнавать, как у нее дела. Никто, никак, ничего, ни с кем.

После пропажи девочки, об ее смерти сообщили только под ранее утро. Дядя Паша будто знал и чувствовал. Вышел покурить, а там девчонка валяется внизу. Ну, понятное дело, не выдержала. Один день обошелся без тренировок. Ходили, молчали. Заяц повесил эту вину на себя. Кот от слова совсем в себе закрылся. Остальные отнеслись к этому, как к обычному проишествию. Будто, так и должно было быть. Но Зайца и Руслану все же связывала нить. Красная, длинющая, тягучая. Парней отправили на верную смерть, как и было заложено в голове у Вишневецкого. Но даже там, где Зайчонка также безжалостно расстреляли, нить не порвалась. Все также держалась крепко-крепко за их сердца. В этой жизни они, навсегда, поголовно, остануться законченными сволочами.

---------------------------------------------------
Наше время. Лето, 2025 год.

Руслана – красивая, четырнадцатилетняя девушка. Красивые губы, глаза, изящная фигура. И небольшой шрам на щечке ввиде заичьего тела.

Необычно, правда? А она это считала за особенность. Даже кличку дали – Заяц. А она и рада была, ходили, кличали Зайчиком.

Однажды, идя по парку, столкнулась с симпатичным парнем. Волосы – светлые-светлые, словно белый лист бумаги. Глаза зеленые, цвета изумруда.

Как-то засмотрелись на друг друга, уже хотели уйти, а не смогли. Встали, как вкопанные и смотрят друг на друга.

– Простите, пожалуйста, моя вина. – Парень, извинявшись, легко улыбнулся.

– Все хорошо. А мы раньше нигде с вами не виделись? Лицо уж больно знакомое. – и вправду, лицо такое, будто знакомы лет 10, не меньше. Тянуло к нему, словно магнит притягивал.

– Да, нет вроде... А тебя как зовут? – парень, убрав телефон в карман, убрал руки в карманы джинс.

– Руслана, а тебя?

– А я Сашка. – рассмотрев по-внимательнее его лицо, заметила шрам в ввиде девичьх кос и тоже на щеке. Смущенно убрав прядь волос за ухо, улыбнулась, показывая приятное знакомство.

– Прогуляемся может? – Сашка, как джентельмен, протянул руку.

– Я не против. – Русик даже не замялась. Александр доверие вызвал моментально.

И гуляли они так до трех утра. Болтали о чем только можно. Начиная от любимых фильмов, заканчивая любимой едой. Русик, как-то невзначай, сказала, что безума от мандаринов. Каждый раз папа приносит, угощает. А Сашка тоже не промах, у своей бабушки на даче собирает эти мандарины. И в рюкзаке один завалялся. Чего не дать бы?

– Будешь? – предложил половину фрукта Александр.

– Спасибо. – улыбается та, сбрасывая звонок злой мамы, которая ждала дочь дома еще в 8. Эх, молодость, молодость!!!

Так и свиделись они, Заяц и Руслана. Оба со шрамами на лице, красной ниткой, сплетенной в тугую косу, проходящей между ними и любовь, которая зародилась еще в прошлой жизни.

Теперь они навсегда связаны красной ниткой и долькой мандарина.