10
Во все последующие дни Руслана, забившись в угол, не разговаривала абсолютно ни с кем. Изредка только Кот приходил с резиновой едой, которая в отнюдь в рот не лезла.
Что-то бомотал себе под нос, мол, его вина. Хотя, это, наверно, лучших исход событий. Пока что с презрением никто не относился. Молча проходили мимо.
Волосы стали все в пыли, бинт валялся где-то под матрасом. Только Руслана наладила свою
жизнь, так начался ад.
За пару дней она сильно похудела, стали видны кости бедер и ребер. Синяки под глазами стали все виднее и виднее. Но пришла очень хорошая идея ей в голову.
– Кот. – позвала Руслана друга темной ночью.
– Чего тебе? – сонный парень неохотно встал, протирая глаза.
– Пошли, покурим. – привычка никуда не исчезла, чего греха таить.
Сели Руслана с Котом на край скалы, свесив ноги. Никотин пробрался в легкие, подул сильный ветер.
– Подстрой мою смерть. – Кот аж прокашлялся.
– Ты че несешь? – дав хорошего подзатыльника, Кот закурил снова. – Какая смерть еще? На твоем вскрытии личности жизнь не заканчивается.
– Я друзей потеряла. Я просто теперь, как белое пятно.
– Никого ты не теряла. Ты бы видела, как некоторые расстроились за то время, что ты отсиживалась в казарме. – Русик спустила голову вниз, пустив слезу.
– А что там Заяц?... – осмелилась спросить Руслана.
– Заяц, Заяц... Да точно также, как и ты, в себя ушел. Раздолбай... – выдохнул Костя.
Руслана мысленно улыбнулась.
– Вернуться в режим не хочешь? – пошла вторая папироса.
– Не знаю. Подумать надо...
– Я тебе 3 дня еще даю на отлегу, потом работать начинай. – Кот медленно поднялся с места, подав руку для помощи Руслане.
– Пошли, дурочка.
***
День.
Руслана за эту ночь все обдумала и приняла решение вернуться в коллектив уже не Цыпой, а Русиком.
Руслана скромно села на камень рядом с Кучером, намеренно коснувшись его ногой, мол, я пришла, я здесь.
Кучер оглядел Руслану. Не мог поверить своим глазам. Перед ним – ухоженная девочка с красивым лицом. Гимнастерка с ремнем подчеркивала ее талию, а грудь больше не перевязанна.
Но вдруг, ее сильно схватили за руку. Повернувшись, там стоял разъяренный Вишневецкий.
Тот грубо повел Руслану за собой, уводя в здание. Кучер окликнул остальных, но те отмахнулись, смотря на залающих Принца с Котом.
– Ты откуда здесь, шалава?! – обидно. Уже во второй раз шалавой называют. Вырвав руку из хватки, Руслана протерла ее, снимая отек.
– Не ругайтесь, Антон. – не дав девочке договорить, Антон резко дал пощечину девочке.
– Здесь диверсионный лагерь! Откуда ты тут взялась?!
– Меня привезли сюда вместе с ребятами. Я тоже воровка... Кот меня спрятал за образом пацана. Того Артура, которого вы знали, это я.
– Сукины дети. Че удумали! Девчонку в лагерь к пацанам. Девчонку! – Антон уже разговаривал сам с собой, увидев огромную
проблему.
– Насиловали тебя уже? – Руслана поперхнулась.
– Чего?? Нет! – Вишневецкий замолчал.
– Иди в казарму. У тебя отряд хороший, будешь только под их присмотром ходить. Не высовывайся! Тебя порвут тут! – Антон кинул на пол презервативы.
– Вы меня за шлюху принимаете? – Руслана грубо хлопнула дверью, заплакав. Неужели она теперь шлюха? Раз сам начальник ее такой видит, то ребята тем более.
Молча сев в угол, Русик разревелась. Слезы текли по щекам и гимнастерки, впитываясь в ткань. Плакала она тихо, но кое-кто это услышал.
– Чего ревешь? – голос Зайца.
Продолжение следует...