9
Спустя месяц.
Начались учения по стрельбе на автоматах. Руслана, на удивление, не взлюбила эти занятия от слова совсем.
Ну, не ее это. Прям чуяла. То промажется, то не туда пульнет. А пули-то, настоящие. Чуть человека не убила своей неаккуратностью, так теперь за ней чуткий надзор товарищем Принцем.
– Ну, ты не видешь что предохранитель не сняла? – блондин что-то упорно объяснял Руслане, а та, ничего не понимая, смотрела вдаль, словно говорили не ей.
– Ты меня слышишь вообще? – Цыпа поднялась.
– Слышу, сил уже нет. – плюнула под ноги и села рядом с Котом и Тяпкиным, загребнув в руку снег.
– Жестко ты с ним. Помочь ведь хочет. – Кот начал по-отцовски читать лекции Руслане. Она не глупая, сама понимает. Но это тоже иногда надоедает. Постоянный контроль не только от ребят, но и от дяди Паши и Вишневецкого.
– Домой хочу. Когда там война уже закончится... – вздохнула Руслана.
Рука Кота легла на плечо девочки. Погладив ручкой по нему, проговорил:
– Прорвемся. Сбежим, заживем.
***
Ребята снова сели в дружеский круг. Маэстро пел песню, умело играя на красной гитаре. Русик дерганала ногой под бит, уча слова.
Шел мелкий дождь, который только нагнетал необычно-приятную атмосферу. Сегодня Руслана целый день переглядывалась с Зайцем. Но...
Между ними по прежнему молчанка. Никто из них не собирается действовать. А со скрытием внешности все идет путёво. Никто об этом не знает. Пока что.
На хор ребят пришел Студеббекер со своими не лучшими друзьями. Один из них – маленький Никитка, который еще не успел пожить, так уже побывал в тюрьме.
Студер нагло сел возле Шкета. Попросил папиросу. Ребята все молча переглянулись, не показывая недовольства.
Получив в руки пачку папирос, Студер сунул их к себе в карман, мол, нечего разбрасывать вещи.
– Слышь, Студеббекер. Папиросы-то отдай. – откликнул парня Принц.
– Ты с кем так разговариваешь. Ты еще на свет не вылез, а я уже срока мотал! – Руслана сжала кулаки. Раздражает.
– У меня только на зону 5 ходок. – хвастался Студер. Было бы чем. Русик закатила глаза.
– Четыре! – Маэстро, будто не видя проблемы, поправил наглого брюнета.
– Чего?
– Ну, вчера говорил 4, а сейчас резко 5. – Руслана усмезнулась смелости Маэстро.
– Ты, че, сука, вздумал мои ходки считать? – Нет, перебор. Руслана, словно собака, бросилась на Студера с кулаками. Она не позволит обижать такого хорошего друга, как Маэстро.
– Отвали, шалава! – Тварь. Руслана сделала вид, что не услышала, продолжила дальше лупасить того по носу и грязной роже.
Один удар – в нос, другой – в висок. Студер неожиданно появился сверху, поднял гимнастерку и сорвал шапку.
Вывалились светлые косы, испачканные в грязи. Под гимнастеркой оказался бинт, который еле закрывал пышную грудь. Стыд тут же взял вверх. Там уже было не важно, добьют или нет. Ее личность вскрыли.
Кот оттащил Студера от Русланы. Ребята замолчали. Громко замолчали. Половина закрыла глаза и села на землю, другая половина не могла поверить своим глазам.
Руслана оглядела всех. В глазах не было удавления только у Зайца. Он знал. Знал, что она девочка. Каждый раз, когда она ложилась спать, наблюдал за ней, поправлял глубокой ночью ее сползающую шапку. Он знал.
Продолжение следует...