Глава 1
Нил накрыл изображение Рико на обложке второй книге ладонью и, прикрыв глаза, вздохнул. Сегодня они договорились читать вслух по ролям. Пока Эндрю вышел на кухню навести чай, Нил не находил себе места. От воспоминаний о том, что им пришлось пережить, до сих пор будоражило. Они вдвоем прошли через такой кошмар, который далеко не каждый сможет даже представить, но Нил без задней мысли согласился бы на это еще раз, если бы представилась такая возможность. Он признался в этом Эндрю, когда они читали «Лисью нору», на что парень ласково назвал его «ебнутым».
По коридору послышались едва уловимые шаги босых ног – еще минута другая и они вновь погрузятся в прошлое. Только в отличие от первой книги, которую Эндрю негласно окрестил копанием в голове Нила, речь во второй книге должна была пойти уже про Эндрю, чего Нил одновременно и боялся и предвкушал. Так что стоило двери в спальне приоткрыться, как Нил рефлекторно уставился на парня.
– Держи себя в руках, Нил, – Эндрю криво ухмыльнулся на одну сторону, потревожив свежую симметрию нижней губы. Нил все никак не мог привыкнуть к такому преображению, да и сам Эндрю похожими жестами напоминал себе об этом.
Они расположились на диване, отставив поднос с горячим чаем на время в сторону и устроив книгу на коленях так, чтобы читать было удобно обоим. Повествование и собственная речь достались Нилу, тогда как Эндрю вызвался читать реплики остальных. Вступление о скорби по Сету Гордону их не тронуло ни тогда, ни сейчас. В какой-то момент Эндрю, скучая, потянулся за чашкой. Хоть малейшая толика интереса к нему вернулась лишь тогда, когда Аарон, Кевин и Ники занялись перестановкой, он покривил рот в довольной улыбке.
– Ты ведь знаешь, где теперь твое место? – Кевин Дэй в его исполнении прозвучал показательно высокомерно, что не могло не позабавить Нила, он было сверкнул в
сторону Эндрю глазами, но тот делал вид, что прилежно следит за текстом.
– Не люблю, когда меня зажимают, и сидеть рядом с твоим братом тоже не хочу, – Нилу было неловко, что Эндрю слышит открытое недоверие в свою сторону, еще и в таких двусмысленных репликах, так что Нил попытался затараторить дальше, стараясь не акцентировать внимание на этом моменте.
Эндрю, отпивая, хмыкнул, любопытно покосившись на него.
– А с чего это ты тут думал, что я тебя зажимать буду?
Теперь уже Нил потупил взгляд на расплывающиеся строчки, чтобы не отвечать на этот вопрос. Он буквально чувствовал как к лицу и ушам приливает кровь. Бывали моменты, когда он хотел бы промолчать, но не мог, например, этот.
– Я думал, меня посадят по середине и…
Эндрю демонстративно отодвинулся, при этом оставляя книгу в своих руках.
– Эндрю, – Нил нахмурился и виновато подвинулся ближе, вытянув шею так, чтобы лучше видеть текст. – Я не это имел в виду. Мне так не видно.
– Твои проблемы, Нил, прекрати меня зажимать. – И демонстративно отвернулся с книгой в другую сторону.
Нил поджал губы и молча потянулся за чашкой, время от времени косясь на Эндрю. Тот деловито перевернул страницу и мотнул головой, поправив челку. Нил быстрыми глотками отпивал чай и, отставив чашку на поднос, громко вздохнул, привлекая внимание парня.
– Ты допил?
Эндрю отложил книгу и передал ему практически пустую чашку. Нил виновато улыбнулся и поспешил с подносом на кухню. Когда Эндрю обижался, усидеть на месте становилось еще труднее обычного.
Нил отлично помнил, что должно произойти дальше, – звонок Хиггинса, который перевернет их относительно мирное существование с ног на голову, а если помнил он, то, само собой, помнил и Эндрю, именно поэтому Нил решил дать ему еще немного времени побыть наедине с собой.
Возвращаться было как-то не по себе. Нил застыл перед слегка приоткрытой дверью и, топчась на месте, стал поправлять одежду, будто нерадивый школьник, вызванный на ковер к директору.
– И долго ты там стоять будешь? – наигранно надменно переспросил Эндрю, что Нил посчитал вполне хорошим знаком – обычно так у них звучал первый шаг к перемирию.
Нил все также виновато улыбался, притворяя за собой дверь. Он хоть убей не понимал, куда теперь ему садиться – там, где он сидел раньше или рядом с парнем. Эндрю подсказывать тоже не трудился, поэтому Нил остановился прямо напротив него и, придерживаясь руками за колени, склонился, вглядываясь в текст. Он думал, что Эндрю перелистает неприятный разговор и предложит начать с того, что было после этого, но книга была раскрыта ровно на той же странице, на которой они остановились.
– Меня ждешь? – Предположил Нил. Даже если тот ляпнет сейчас что-то грубое, ему все равно будет приятно.
Эндрю двинулся, как бы намекая на место рядом с собой, и поднял на него возмущенный взгляд.
– Тут вообще-то ты читать должен.
Нил не смог не улыбнуться и послушно сел рядом. Эндрю развернулся обратно к нему, вручив книгу.
Опасения Нила подтвердились, Эндрю деланно живо озвучивал перепалку, делая вид, что не следит за телефонными перебранками Ваймака, но буквально отчитывал, сколько строчек осталось до того, чтобы перевернуть страницу, и, когда страница переворачивалась, бегло скользил по тексту, ожидая увидеть то, что его волнует. Вероятно, он не замечал своего поведения, не думал сейчас об этом, но со стороны выглядел так, будто хочет огородить их обоих от того, что неизбежно случится, даже на страницах книги.
Нил глубоко вдохнул, чтобы с нужной интонацией выпалить тренерское «Эндрю Джозеф Миньярд, в какое дерьмо ты опять вляпался?!», но осекся на вопросительном «Эндрю?»
Цепкие холодные пальцы Эндрю впились в обложку. Он напряженно сверлил взглядом фамилию Хиггинса, каждую букву. Замешательство его длилось недолго, стоило ему понять, что Нил все заметил, он ехидно ухмыльнулся и, как и в тот самый раз, стал отнекиваться, мол, чего это сразу во всем виноват он, а не Кевин или Аарон, например?
Нил уже не понимал, что читает, он то и дело сбивался, отвлекаясь на Эндрю. В тот раз всех остальных интересовал звонок из полиции Окленда, адресованный Эндрю, а Нила удивило то, что тогда сделал парень – обернулся к брату. Сейчас он тоже думал об этом.
Теперь, когда он знал, за что так сильно Эндрю презирает Хиггинса, знал то, как сильно по нему тогда ударило кошмарное прошлое, он просто не мог не оценить того, как сильно Эндрю на самом деле нуждался в брате, как искал его поддержки, как любил его, при этом сам же это отрицая.
Теперь Нила уже не удивляло, что тот бросил трубку, разбил телефон и ушел с тренировки, повздорив с Кевином и разыграв концерт. Кто знает, может он и сам, поступил бы так на его месте. Он не оправдывал Эндрю, просто раньше та выходка казалась ему детской истерикой, а сейчас он видел, как Эндрю в самом деле старался тогда замять конфликт – он ведь мог тогда ударить не стену, а вцепиться в Кевина, не уйти с тренировки, а испортить ее, но он этого не сделал, а выбрал, по его мнению, лучший для всех исход – оградить других от себя, и ушел. Теперь Нил все это очень хорошо понимал, именно поэтому его так задевала наигранная веселость, с которой Эндрю зачитывал происходящее так, будто это и не касалось его вовсе, будто это было пустышкой.
Нил так и не понял, кто из них захлопнул книгу – он вытянул руку, чтобы сделать это, но наткнулся на руку Эндрю, распластанную поверх лица Рико так, чтобы большой палец вдавливался в глаз ворона, перекрывающий лицо Мориямы.
Эндрю напряженно молчал и смотрел в пустоту, строил взглядом бесконечные лабиринты по обоям, и Нил тоже ничего не стал говорить, просто слегка склонился, прикорнув головой к его светлой макушке.
– Как отчаянно он не хочет, чтобы его хоть в чем-то со мной сравнивали. Он меня ненавидит. – Едва слышно и сухо отозвался Эндрю через какое-то время, вырывая Нила из заминавшегося сна.
– Он тебя любит, – возразил Нил, – и ты знаешь это лучше, чем никто другой. Ради тебя он даже меня терпит.
Эндрю отпихнул книгу подальше, пытаясь погасить соблазн порвать ее в клочья, будто так можно было избавиться от всего, что было, и толкнул Нила на диван, укладываясь сверху. Нил тут же зарылся пальцами в светлые растрепанные о спинку дивана волосы.
– Одеяло. – Капризно приказал Эндрю.
– Сию минуту. – Нил демонстративно убрал от него руки и потянулся за пледом, который был скинут на стул, стоящий недалеко от них.
Это был один из тех вечеров, в которых засыпают в тишине, прислушиваясь к друг другу и собственным невеселым мыслям. Один из тех вечеров, когда не веришь, что то, что ты пережил, в самом деле было с тобой, а не в каком-нибудь нашумевшем фильме.
Как-то раз Ники сказал, что Нил приручил Эндрю, и как раз в такие моменты он понимал, что в самом деле это значит. Эндрю научился просить о помощи, пускай, и не так, как другие. Он не говорил об этом открыто, не ластился, он просто заваливался к нему на колени или вдруг садился рядом, ближе, чем обычно. И оба знали, к чему это.
Укрыв парня с головой, Нил принялся не спеша перебирать его мягкие волосы. Он до сих пор не знал, как ему удалось приручить Эндрю, но был благодарен ему за доверие.