ГЛАВА 45. Милый рассадник смерти приглашает всех желающих (и не очень)
Часть 2.
Совладав с собой, Мари небрежно вытерла кровь под носом и встала. Подняла рюкзак, предварительно отряхнув его от снега, и направилась искать напарников. Помогла себе, теперь можно помочь другим. Вдруг кто-то из них до сих пор нуждается в помощи? Если они не найдут друг друга до того, как окончательно стемнеет, группа Марии станет следующей, которую признают пропавшей.
С помощью часов она отправила отряду свою геолокацию, но из-за отсутствия связи смс не дошла. Перелезая через поваленные деревья, она решилась использовать рацию. Охотники доставали рации только в крайних случаях, поскольку те с легкостью в любой момент могли привлечь нежелательное внимание вампиров.
Мари поднесла рацию ко рту и, зажав кнопку, четко проговорила:
— Это Суарес. Прием.
Попытка не увенчалась успехом. Расчищая путь, она повторилась:
— Это Суарес. Как слышно? Я в буреломе, может быть, на полторы мили севернее от склона. Сложно сказать точно. Я сделала несколько поворотов, чтобы меня не схватили.
В ответ донеслись лишь помехи. Вздохнув, охотница убрала рацию и, перепрыгнув через очередной расколотый ствол, нахмурилась, пристально уставившись на крупный бордовый кровавый след на протоптанном снегу. Он тянулся дорожкой туда, где солнечные лучи падали ярче всего, и расступался бесконечный кедр.
«Дерьмище», — выругалась про себя Мари, не раскрывая рта. Надев маску и задействовав все органы чувств, она опасливо сделала тяжелый шаг вперед. Единственным успокаивающим фактором было то, что кровь на снегу не выглядела свежей. Когда по мере приближения в нос ударил смрад тошнотворной сладости, гниющего мяса и амиака, Суарес задержала дыхание, уже зная, что найдет. Во рту скопилась слюна. Подкатила тошнота. Осторожные шаги привели ее к трупу потерянного охотника.
Придется сообщить ужасные новости его боевым соратникам и семье. Испытывая огромное давящее сочувствие, Мария, cдавив челюсти, присела и склонила голову, чтобы закрыть остолбеневшие карие глаза мертвого. Она вгляделась в гниющие раны. Порезы были слишком аккуратными и точными для клыков неразвитых. Парня не просто вспороли, его как будто жестоко истязали ножом или любым другим лезвием, прежде чем убить.
Неразвитый не додумается до подобного изощрения, так как устроены слишком примитивно, как простые хищники. На такую тиранию идут развитые вампиры. Обычно они не обходятся настолько кровожадно с людьми. Только если эти люди не принадлежат к группировке охотников на вампиров, а те не являются их палачами.
Мари привязала ленточку к дереву, чтобы охотники знали, где искать тело погибшего напарника. Она не успела уйти далеко, когда ее снова парализовало от шока. Мысли рассеялись, как по щелчку. И в голове повис звон мертвенной тишины. Cамый настоящий кошмар наяву. Не более чем в ста тысяч футов от нее все это время находился глубокий овраг, кишащий неразвитыми. Их было полчище. На лбу проступил пот. Чтобы устоять, Мари привалилась к дереву и запечатлела увиденное на камеру телефона. Большая часть из них еще дремала, но меньшая уже бодрствовала.
Волосы встали дыбом. Желудок свело. Как можно тише удалившись на негнущихся ногах, она отбежала на расстояние, где ее скрутило и вывернуло наизнанку. Еще полгода назад Мария была бы в восторге, однако подобных чувств своей прошлой версии она больше не разделяла. Если раньше Суарес чувствовала опасность притупленно, и ей нравилось быть в эпицентре смертоносного шторма, то сейчас девушка не могла таким похвастаться.
«Откуда столько неразвитых развелось в Гилбоа?!»
Лес требовал незамедлительной оккупации. Двумя отрядами тут точно не обойтись. Кровососы рано или поздно вылезут из оврага и разбегутся по округе вместо клещей. Когда Мари прополоскала рот водой и удовлетворила жажду, ее осенило. Это могли быть проделки развитых вампиров. Что, если они завезли их в лес и выпустили? Кому, как не им выгодно избавиться от охотников? Как еще неразвитые могли скопиться в таком огромном количестве в одном месте за сутки? Ведь до вчерашнего дня в этой местности было намного спокойнее.
Она возвращалась туда, где недавно нашла убитого охотника. По дороге Мария испытала судьбу еще раз, четко произнеся в рацию:
— Прием. Это снова Суарес. Чуть дальше, чем в четверти мили от бурелома расположен очаг неразвитых. Там их около сотни. Нужно срочно оккупировать лес и вызвать серьезное подкрепление, — раз за разом повторяла Мари в надежде, что кто-нибудь ей ответит.
Но вместо ответа охотница услышала нечто другое. Она не разобрала, что конкретно, поэтому тут же насторожилась и интуитивно последовала туда, откуда, как ей показалось, доносились звуки. По хорошему раскладу стоило бежать в обратном направлении, но Суарес не могла не проверить. Если она намеренна отыскать свою группу, придется цепляться за малейшие шорохи.
Солнце опустилось еще ниже, покрыв окрестности малиновым закатом. Ускорив шаг, Мария практически бежала к лучам, просвечивающим через пушистые ветки елей. Аккуратно разведя ветви, она присмотрелась. За лесом простиралась открытая площадь, ведущая к крупному замерзшему озеру, посреди которого мелькало что-то темное.
Вынув бинокль, Мари разглядела, что «что-то темное» это маска Итикавы. А сама Майя провалилась под лед, не имея возможности снять с себя бронежилет. Сердце сделало кульбит. «Она вот-вот соскользнет!» Отчаянно цепляясь за скользкую ледяную поверхность, капрал никак не могла выбраться. Из-под воды торчала лишь голова, а дополнительный вес бронежилета утягивал ее под лед. Суарес недолюбливала Майю, но никогда не желала ей зла.
Лихорадочно соображая, она выбежала на озеро, на ходу ослабляя лямки рюкзака, чтобы в случае чего быстро скинуть его с себя. Отстегнув бронежилет, Мария отбросила защиту в сторону. Водоем покрывал толстый слой снега. Под ним едва просвечивал лед.
Неподалеку от того места, где тянулись трещины, Мари собралась с силами и, не обращая внимания на боль, опустилась на живот и, сжимая зубы, поползла по хрупкой поверхности навстречу к Итикаве. От боли по щекам катились горячие слезы. «Черт!» Пока под ней трещал лед, угрожая в любой момент уйти под воду, она запрещала себе поддаваться панике.
— Суарес?! — по растерянному и изумленному тону Итикавы за маской она не могла определить оттенок ее смешанных эмоций.
— Видимо, роль спасателя твоей тощей задницы сегодня выпала мне.
— Как бы тебя тоже спасать не пришлось, — за ворчанием командирши Мария расслышала дрожащий голос.
— Хватайся за меня! — Пальцы жутко заломило, когда она опустила ладони в ледяную воду. Подцепив Майю под руки с третьей попытки и приложив все усилия, чтобы вытащить ее, Мари потащила девушку из озера и прочувствовала, как каждая мышца и клеточка тела напряглись.
Из-за впитавшей воду одежды Итикава казалась гораздо тяжелее, чем была на самом деле. Допустить ошибку и провалиться было легче простого, особенно когда у тебя под коленями разламывается лед. В мгновение Мария сама практически упала в воду, но благодаря их совместным усердиям ей повезло избежать падения и достать напарницу на поверхность. Они отползли на безопасное расстояние от раскола и, тяжело дыша, обессиленные, рухнули в снег.
На ресницы падали cклеенные снежинки. Подо льдом глухо шумела вода. Разбитые колени токали. В ушибленном боку простреливало. Поврежденная левая рука онемела. Раскаленный пресс горел так, что было больно вдыхать. Одежда вымокла и постепенно промерзала на холоде. Но среди хаоса они до сих пор оставались живы.
От чувства бурлящей жизни в венах, становилось так радостно на душе, что хотелось смеяться. Она опять это сделала. Вновь показала Смерти средний палец.
Мари рассмеялась, внутри стало только больнее, зато на душе хорошо. Неожиданностью было, когда Майя, видимо, под действием адреналина, засмеялась вместе с ней. Плевать, был этот смех нервным или настоящим, только бы продлил им жизни.
— Суарес?
— М-м?
— Спасибо.
— Мы слишком молоды, чтобы умирать.
Ей было непривычно слышать слова, насквозь пронизанные чистой и искренней благодарностью от главной соперницы. Вернее, Мария вообще слышала от нее подобное впервые.
Поднимаясь, Итикава мрачно выдала:
— Я не случайно упала в воду.
Повернувшись к ней, Суарес cобиралась спросить о произошедшем. Необходимость вопроса исчезла вместе с чувством облегчения, как только за спиной Майи из ниоткуда возник Адзе Адамc — главный убийца охотников вампирского клана Нью-Йорка из дома «Мрачной Ночи».
«Может, еще не поздно провалиться под лед?»
«Полторы мили» — приблизительно два километра четыреста метров.
«Сто тысяч футов» — тридацать метров.
«Четверть мили» — около четырехсот метров.