Сборная солянка
Вы хотите меня убить, верно?..
Я никогда не думал, что наберу так много просмотров и звездочек! Я правда очень рад этой цифре. Это словно еще одна причина продолжать заниматься написанием реакций и имов. Еще раз, огромное спасибо вам за это! Расцеловал бы вас всех за каждую звездочку😘
×××××××××××××××××××××××
Несколько моих черновых работ, которые, по какой-либо причине, не будут закончены, но имеют место быть, потому что я черт возьми не собираюсь стирать то, что испортило мои глаза на 0,0017% в процессе написания. Да и жалко. Когда-нибудь, возможно, закончу остальные начатые реакции и сделаю вторую часть. Просто я перфекционист, а беспорядок в черновиках и большое количество заброшенных работ раздражает 😣 Если честно, то я не очень доволен этой главой, потому что работы старые и сухие, так еще и тупые, но что есть. Также извиняюсь за небольшой размер.
×××××××××××××××××××××××
Когда (Т/и) очень маленького роста
🌿Мидория Изуку
Хоть Изуку и сам не высокого роста, тот факт, что есть кто-то, кто ниже него, парня немного обрадовал. 153 сантиметра. Настолько низко, что даже Мидории ты доставала только до подбородка, что говорить об остальных. Мало того, что из-за милой внешности тебя не воспринимали всерьез, так еще и это. Когда Изуку впервые заметил то, что во время разговора ему приходится смотреть сверху вниз, он на секунду замялся, но быстро взял себя в руки — за неделю до этого Каминари пришлось идти в медпункт после того, как тот заикнулся о твоем росте. Но ты все равно заметила, что в какой-то момент Мидория начал отводить взгляд, чтобы мысль о том, что ты намного ниже него, не возвращалась в его голову, но виду решила не подавать. Привыкла к такому. Да и бить Изуку вовсе не хотелось.
И кто бы что не говорил о том, что маленький рост – это мило и симпатично, за всей этой милотой скрывается большое количество минусов, которые поджидали на каждом шаге.
Всё в старшей школе для высоких, от стульев до досок, и это бесило. И эти большие люди вокруг....
Мина как-то неудачно пошутила о том, что было бы круто помнить о том, что было с нами в детстве – хотя бы ради того, чтобы иногда вспоминать о том, как ты смотрел на всех снизу вверх, наверняка думая о том, какие все огромные и высокие. Зря она тогда перевела взгляд на тебя. Хоть злого умысла или попытки поиздеваться в этом поступке явно не было, все же тебе было обидно думать о том, что девушка, хоть и не осознанно, сравнила тебя с ребенком. Хорошо, что в тот момент, когда ты обиженно нахмурилась, готовясь сказать Ашидо о том, что это не твоя вина, что ты такая низкая, рядом оказался Изуку.
— Хах, мне и вспоминать не нужно, — с улыбкой на лице произнес парень, — Каждый день выхожу из дома и смотрю на то, как вокруг ходят высокие люди.
Вот так просто. Одной фразой убил внутри тебя всю обиду, заставив улыбнуться. Ты посмотрела прямо на зеленоволосого, думая о том, что он всего лишь невинно пошутил над собой и всеми маленькими людьми на этой планете, а оказалось иначе — самоирония в чистом виде. Самая искрянняя и настоящая. И оттого, как он умел смеяться над своим же низким ростом, тебе сразу полегчало. Зачем дуться и обижаться, если можно также смеяться над тем же?
Ты встаешь на носочки, пытаясь дотянуться до верха шкафа, чтобы протереть с него пыль, и Изуку рядом, тащит к тебе стул, чтобы ты не мучилась. Пытаешься взять мяч с полки, чтобы класс мог поиграть в волейбол, и он делает это вместо тебя, после чего с милой улыбкой протягивает его тебе. Разговариваешь с одноклассниками в коридоре, задрав голову кверху, чтобы смотреть в глаза собеседникам, отчего шея начинает затекать, а Мидория в шутку предлагает тебе сесть на подоконник. И ты соглашаешься, уже совсем не думая о том, чтобы обидеться на него за это.
Потому что Изуку научил тебя не воспринимать любую шутку или же предложение как личное оскорбление, пусть даже он сам этого не понимал.
А/н: Во время написания постоянно представляла перед собой одноклассницу, которую мы, по понятным причинам, зовем лолей :')) (да, я на тебя смотрю, @kyroiki)
×××××××××××××××××××××××
Реакция на то, что (Т/и) прикоснулась к его волосам
🌿Тамаки Амаджики
Вы сидели в библиотеке, выполняя домашнее задание. Делали вы так часто, потому что вдвоем было веселее и проще, а это место идеально подходило для этого. Однако сегодня тебе было настолько скучно, что ты делала все что угодно: рисовала, ставила карандаш между носом и верхней губой, пыталась разговаривать с Амаджики, но тебе все ещё не хотелось начинать выполнять задание.
— Надоело! — произнесла ты, откинувшись на спинку стула и потягиваясь. — Зачем нам знать физику, если мы собираемся стать героями? (Я, буквально каждый день: зачем мне учить физику, если я иду на филфак??)
— Я не знаю, — продолжая переписывать информацию из книги, ответил Тамаки. — Наверное потому, что если мы не сможем стать героями, мы сможем выбрать другую профессию. Ну, я так думаю.
— Все равно, он мог бы и не задавать так много домашки. До каникул меньше недели, сиди и отдыхай, но нет же!..
Ты недовольно смотрела на потолок, надув губы и стуча пальцами по поверхности стола. Спустя пару секунд ты перевела взгляд на Тамаки, который все также старательно списывал очередной закон из библиотечной книги. Если бы парень знал, что при взгляде на него в твоей голове не остаётся ничего, кроме мыслей о том, какой он милый, Амаджики бы мгновенно покраснел и стал бы говорить об обратном.
Его брови были сведены вместе, сосредоточеный взгляд блуждал по учебнику, а несколько прядей волос падали на лицо, по всей видимости щекоча его — парень то и дело дергал головой то влево, то вправо, при этом жмурясь. Чёрт возьми, он вообще понимает, что превышает границы дозволенного?
— (Т/и)? — спросил Тамаки, покрываясь насыщенным румянцем.
— Что? — невозмутимо произнесла ты, продолжая прикалывать его волосы заколками. — Они ведь мешают. Думаешь я не видела, как ты их отбрасываешь?
Парень уставился на тебя, интенсивно краснея и, словно рыба, попавшая на сушу, то открывая, то закрывая рот, отчего становился еще милее. Ты же, хоть и не могла прогнать мысль о том, что еще секунда – и ты обхватишь его лицо руками и притянешь к себе, чтобы поцеловать, продолжала делать то, что начала. Одна за другой, заколочки со всевозможными бабочками и цветочками оказывались закрепленными на его мягких, темно-синих волосах, и тот факт, что ты прикасаешься к ним, заставлял и твои щеки слегка порозоветь.
— Вот, так ведь лучше, правда? — спрашиваешь ты, когда все мешающие пряди волос оказываются приколотыми к голове парня. Тамаки, все еще находясь в состоянии крайнего смущения и словно не понимая, о чем ты сейчас говоришь, аккуратно прикоснулся к одной из заколок.
— Д-да... — выдавил он, отводя взгляд в сторону. — Спасибо...
Чтобы избежать встречи с твоим довольным взглядом, Амаджики вновь повернулся к столу, глядя в свою тетрадь и возвращаясь к работе, пока ты, положив голову на руки, смотрела на его сосредоточенное лицо, что теперь не было частично закрыто его волосами.
Однако мысли Тамаки были совсем не там, где нужно. Хоть он и пытался отдать свое внимание формулам и законам, его не покидало то чувство, что наполнило тело синеволосого, когда твои тонкие пальцы касались его волос. В тот момент он ощутил, как все внутри него напряглось, а по спине побежали мурашки. Раньше Амаджики не задумывался над тем, что его волосы могут быть такими чувствительными, а вышло так, что он едва не умер от той странной эйфории, что он испытал тогда. И сейчас, когда это самое чувство начинало потихоньку покидать его, Тамаки понял, что хочет, чтобы твои руки постоянно путались в его волосах, чтобы пальцы нежно сжимали пряди и аккуратно оттягивали их назад, заставляя его следовать за твоими движениями так, как кот двигается навстречу руке, что гладит его.
И Тамаки терпеливо ждет того момента, когда в твою голову придет очередная глупая идея, что приведет к этому. Он, конечно, мог бы просто попросить об этом, но Тамаки, скорее всего, умрет от смущения еще на середине просьбы.
×××××××××××××××××××××××
Реакция на то, что (Т/и) не разрешают гулять с друзьями
🌿Шото Тодороки
— Прости, Шото, — печально произнесла ты, упав на кровать. — Мне не разрешают гулять.
— Что? Но почему? — неверящим тоном произнёс голос Тодороки, исходивший из телефона. — Неужели тебя есть за что наказывать?
— Если бы я знала... Мне с детства нельзя выходить из дома. Ну, я имею ввиду, я могу ходить в школу, в магазин, но погулять с друзьями — ни в какую.
Шото тяжело вздохнул. Он хотел, чтобы вы вдвоём сходили в парк или в кафе с друзьями, но все было испорчено. А ведь он так долго пытался перебороть смущение и позвонить тебе!
— Знаешь, я думаю, что они просто боятся из-за меня, вот и все. Не переживай на этот счёт. Может, как-нибудь после школы. Скажу, что нас задержали.
— Ясно, — немного огорченно произнес парень. — Тогда, спокойной ночи, (Т/и).
Ты услышала, как Шото положил трубку, но все ещё не убирала телефон от уха, бесцельно смотря в потолок и болтая ногами, свисавшими с кровати. И вправду, почему тебе нельзя хотя бы раз в жизни сходить с друзьями в кино или в кафе? Обидно, что ты хорошо учишься и прилежно ведешь себя, и при этом тебе не доверяют. Как будто если ты выйдешь на улицу в кругу своих друзей, ты сразу же начнешь вандалить и дебоширить.
Ты все ещё лежала на кровати, но уже убрав руку от головы и выключив телефон, пока все эти мысли копошились в твоей голове. Обидно. Но уже привычно. Не первый и не последний раз тебе приходится объяснять друзьям и знакомым, почему ты не можешь выйти на улицу.
Закрываешь глаза и глубоко вздыхаешь, думая о том, что будет, когда ты уедешь учиться в другой город, как было запланировано полгода назад. Что произойдет, когда ты будешь жить отдельно, не обязанная никому отчитываться о том, почему занятия закончились в обед, а ты пришла на десять минут позже. Никто не будет запрещать тебе общаться с друзьями. И тогда все будет хорошо.
***
Сквозь сон ты слышишь, как рядом звучит какой-то стук, а после еще один, но не осознаешь, что это кто-то стучится в окно, и только тогда, когда этот самый негромкий звук окончательно будит тебя, ты вскакиваешь с кровати, глядя туда, откуда и доносился стук.
Еще до того момента, как в голове возникает вопрос о том, кто может стучаться в твое окно, ты думаешь над тем, как можно было уснуть днём, но лишь на секунду – до тех пор, пока кто-то вновь не стукнул по стеклу. Кто мог зайти к тебе во двор и истуканить уже около минуты? Честно, ты немного испугалась, особенно учитывая то, что наступила ночь и было очень темно.
Ты подходишь к окну и хватаешься обеими руками за шторы, резким движением раздвигая их в разные стороны, чуть щурясь от лунного света, что ударил тебе в глаза. Только когда зрение привыкло к освещению, ты взглянула на того, кто явился к тебе.
— Ты что здесь делаешь? — прошипела ты, открыв окно и высунувшись на улицу. Тодороки же так и стоит, глядя на тебя тем же спокойным взглядом. — Что если тебя увидят?
Ты совсем не злилась на него, скорее, ты беспокоилась насчет того, что кто-то может увидеть Шото, и тогда вам обоим придется не сладко. Но парня это, казалось, вовсе не волновало.
— Твои уже спят? — игнорируя твои немые восклицания, спросил Тодороки.
— Наверное. Который уже час?..
— Неважно, — вновь не отвечает на твой вопрос он, вместо это протягивая тебе руки. Его намерений ты сначала не поняла, но потом дошло – он хочет помочь тебе вылезти. — Пойдем, они не узнают.
— Что?! — шепотом восклицаешь ты, удивленно смотря в безмятежные глаза Шото. — Ты с ума сошел? Меня убьют, если узнают, что я сбежала из дома! К тому же ночью!
Вместо слов парень хватает тебя за руки и тянет к себе, но ты сопротивляешься. Что с ним произошло? Как ему в голову вообще пришла мысль пробраться к тебе во двор и уговорить тебя на ночной побег? Тебе всегда было сложно понять, о чем именно он думал, но сейчас было еще сложнее.
— Я что, по твоему, сам себе враг? Если мои родители узнают об этом, я вообще никогда из дома не выйду.
Ты замечаешь, как Тодороки хмурится, а после устремляет на тебя свой уверенный взгляд.
— Ты хочешь проводить время с друзьями? Или всю свою жизнь сидеть в четырех стенах? Ослушайся хотя бы один раз, пусть потом тебе и будет плохо – у тебя есть право на общение, и никто не может отнять его у тебя, — серьезно произнес Шото, отпуская твои руки. — Я не буду заставлять тебя делать это. И, если хочешь, можешь остаться здесь. Но однажды ты должна показать своим родителям, что ты уже не маленький ребенок, за которым нужно постоянно следить.
Тодороки остается на месте, ожидая твоего ответа, пока ты, все еще полусидя на подоконнике, размышляешь над его словами. Страх быть пойманной был силен, но желание нарушить запрет и последовать вслед за Шото был еще сильнее, и эти противоречащие чувства разрывали тебя изнутри. Но все же, один раз в жизни стоит сделать выбор самостоятельно, верно?
— Хорошо. Я пойду, — все еще нахмурившись, наконец произнесла ты. — Но не надолго. Всего лишь на час. И я вернусь домой.
Уголки губ парня чуть дернулись вверх, буквально на пару миллиметров, и он молча кивнул, вновь протягивая тебе руки, чтобы помочь выбраться. Тебе пришлось вернуться в комнату, чтобы захватить кроссовки и ветровку, после чего ты наконец оказалась на улице. Как только твои ноги коснулись земли, тебя сразу же охватило то чувство, что обычно возникает, когда человек делает что-то запрещенное, но очень необходимое. Некий азарт накрыл тебя с головой, когда ты и Шото перелезали через невысокий забор, а когда ты оказалась за пределами своего дома, воздух словно стал пахнуть свободой.
Конечно, одним часом не обошлось. Три, как минимум. За это время вы успели сходить в круглосуточный магазин, закупившись там едой, посетить стадион, на котором со всей этой едой и разделались, говоря обо всем, о чем было можно, и побывать в городском парке, в котором, как выяснилось, и ночью было много людей.
И так было еще много раз. Месяц, а может и больше, до тех пор, пока ты не уговорила своих родителей отпускать тебя на встречи с одноклассниками. И все благодаря Шото.