[ Imagine ] ❖ １０// Connection of souls (Shouto Todoroki)
✨Кроссовер с аниме "Кизнайвер", где ты, Шото и еще пять учеников из класса 1-А были связаны системой Кизна
∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷
Имэйджин для Tony_Slash_BTS💞 С днем варенья, любимая! (Символично или нет, но им тоже юбилейный)
Идея пришла как-то слишком неожиданно и спонтанно. Настолько, что я осознал то, что пишу кроссовер, когда счетчик насчитал 2485 слов хд
*"Кизнайверы" ("Связанные") - аниме про семерых одноклассников, которых связали между собой с помощью системы Кизна. Целью проекта было заставить их чувствовать боль, чувства и эмоции друг друга, чтобы в дальнейшем связать этой связью весь мир. Каждый персонаж символизирует один из семи смертных грехов, только в другой интерпретации: апатия, занудство, хитрость, заносчивость, бандитизм, чудачество и аморальность. (Могу немного ошибаться, потому что смотрел около года назад, а мой маленький мозг не способен помнить все, что было тогда)
Если Вы уже смотрели, то можете смело проводить параллели между Кацухиро и Шото и читателем и Чидори, потому что я вроде как шипперю их и пытался поставить на их место Шото и (Имя), но!!! ни в коем случае не думайте, что я сравниваю Тодороки и Агату, потому что Шото не такая апатичная тряпка, как Агата (но и на Кацухиро я не гоню, он тоже хороший!!) Я к тому, что найдутся те, кто скажут что Шото совсем не похож на него, и это, отчасти, правда, но мне хотелось, чтобы Тодороки и (Имя) были на месте именно этих персонажей. Также проводил параллели между Момо и Норико (опять же, ни в коем случае не называю их одинаковыми, просто так получилось), и остальными персонажами, но перечислять их всех мне сейчас не хочется, кто смотрел, тот и так поймет, кто есть кто. А кто не смотрел, тот может посмотреть, оно того стоит (сколько раз я уже пытаюсь втереть вам аниме, которые мне нравятся?).
И да, я уверена, что здесь есть люди, которые сидят в фандоме Клинка, поэтому прошу, киньте мне ссылки на годные фанфики и реакции с этим аниме, прошу 🙏 у меня ломка, честное слово. На Ватпаде, Фикбуке, ао3, неважно, просто напишите мне о них!
Моя филейная часть опять горит, потому что Ватпад, сука, по каким-то причинам не отправляет мне уведомления о комментариях и я узнаю о них совершенно случайно, так что если я не отвечаю на них, это значит, что я просто не знаю о Вашем отзыве, потому что это шайтан-приложение не считает нужным уведомить меня об этом 👺👺👺
Вступление опять большое, простите,,,,
∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷∷
В окна льется холодный лунный свет, заливая собой всю комнату. На ночном небе виднелись звезды, словно кто-то рассыпал их по темному полотну. Вокруг только тишина и умиротворение. Словно ничего и не существовало. Это странное, волшебное свойство ночи — все словно замирает и заканчивается, оставляя после себя звенящее в ушах ничего. И казалось бы, что же могло стереть из твоей головы мысли о сне? Но нет, ты уже полночи лежишь на своей кровати, обратив пустой взгляд к потолку, не думая ни о чем.
Странно, но мысли "ни о чем" могут заставляют думать намного больше, чем самые сложные и нерешаемые задачи в мире. Наверное, именно поэтому ты так долго не можешь закрыть глаза и погрузиться в сон. А может дело в том, что все тело наполнено будто чужими мыслями, которые всплывают на заднем плане, будто кто-то включил музыку в соседней комнате — вроде бы ничего не разобрать, но при этом постоянно ощущаешь её присутствие, её звучание, и даже порой думаешь, что все же понимаешь, о чем поется по ту сторону толстой стены.
Неприятное ощущение. Словно кто-то шепчется за спиной. Будто без тебя решается что-то важное.
И откуда это щемящее чувство в груди? Откуда взялось необъяснимое желание расплакаться и лежать так до самого утра, пока не придется встать с постели и заняться ежедневными делами?
Вместо пустоты в твоей голове появляется мысль о том, что во всем виновата связь, которой тебя связали с твоими одноклассниками полгода назад, но она тут же отбрасывается в сторону.
Связи больше нет. Никто больше не слышит чужих мыслей и не ощущает фантомную боль. И дружбы тоже... больше нет. Ты не общалась с ними с тех самых пор, как проект был, по вашей же вине, прерван. Даже с человеком, что живет по соседству с тобой, с тем, кто каждое утро выходит к лифту и спускается вместе с тобой на первый этаж, а после уходит в другую сторону, хоть вы и учитесь в одной школе. И за все это время — ни единого слова. Даже кроткого кивка головой в знак приветствия, будто вы и вовсе не прошли сквозь слёзы и боль вместе.
С этой мыслью приходит еще большая боль. Такая, что ты даже жмуришься, не то желая унять её, не то пытаясь сдержать слёзы. Теперь по-настоящему хотелось плакать до самого утра.
И что-то щелкает внутри, заставляя тебя подняться на ноги и двинуться в сторону двери, ведущей к выходу из дома. Идешь, не думая о том, что именно ты делаешь, только в коридоре ловишь себя на мысли о том, что все это глупо и нелогично, да и неэтично с твоей стороны, но именно сейчас, и больше никогда, ты должна спросить его самого об этом.
Почему он молчит? Тодороки и раньше не отличался разговорчивостью, но ведь должно что-то в его сознании твердить ему о том, что между вами есть хоть малейшая, но все же, эмпатия.
Увы, уже спустя какое-то время пришлось с болью признать, что она отсутствовала между вами с самого начала.
Шото, должно быть, всегда считал тебя не более чем просто надоедливой соседкой и одноклассницей, которая постоянно пыталась увязаться за ним по дороге в школу. Но почему, даже осознавая все это и зная о том, что Тодороки любит лишь такую же бесчувственную (и, к тому же, идеально подходящую ему) Яойрозу, ты не смогла прекратить попытки привлечь его внимание к себе? Почему все то время, что вы еще были связаны между собой и имели повод видеться и даже общаться, ты хотела хоть как-то показать ему, что ты ничем не хуже? И пусть разум твердил о том, что это бессмысленное самоунижение — мысль о том, что ты совершенно безразлична ему, доставляла невероятную боль, которую, несомненно, ощущали и другие кизнайверы, но они, скорее всего, не спрашивали у себя, кто является источником этого щемящего чувства внутри.
Тихо открываешь входную дверь, про себя молясь о том, чтобы родители вдруг не проснулись и не решили проверить тебя. В этот момент ты совершенно не осознаешь, что делаешь — словно не ты управляешь своим телом, а кто-то другой, противореча здравому смыслу и твоим собственным желаниям.
Это глупо.
Неправильно.
Но... так нужно.
Прямо так, в футболке, которая была на пару размеров больше, чем нужно, и черных легинсах, лишь накинув на плечи куртку и обув первое, что попалось под руку, ты выходишь на лестничную площадку и спускаешься на этаж ниже. Потребность знать, почему Тодороки игнорирует твое существование, огнем вспыхивала внутри тебя, обжигая и заставляя делать то, чего ты бы никогда ранее не сделала. И неважно, что уже поздняя ночь и парень, должно быть, уже давно спит. Ты все идешь, смотря под ноги и ощущая, как это пламя разгорается все сильнее с каждой секундой, с каждой ступенькой и шагом.
— (Имя)?..
Ты даже не успела понять, что это было. Голос прозвучал так неожиданно близко и отчетливо, что ты вздрогнула, не то от испуга, не то от напряжения. Ты сглотнула, боясь поднимать взгляд от пола и подтверждать твои догадки по поводу того, кто был обладателем этого голоса, хотя, даже не смотря на него, ты уже знала, что ошибки быть не может.
Нерешительно переводишь глаза туда, где, точно также, как и ты, готовясь наступить на следующую ступеньку, стоял Шото. Казалось, он был удивлен не меньше, чем ты.
— Что ты тут делаешь? — спрашиваешь ты, немного придя в себя и сжимая рукой поручень.
— А ты? — вопросом на вопрос отвечает парень, смотря на тебя снизу вверх. Он шел в направлении, противоположном тебе, и сейчас стоял на другом лестничном пролете.
Ты молчишь, не зная, что ответить — не скажешь же, что ты шла к нему в час ночи, чтобы спросить, почему он так холоден к тебе. Однако этот вопрос не переставал мучать тебя, как бы глупо он не звучал. Ты вновь сглатываешь, размышляя о том, что будешь делать дальше. Хорошо, что Тодороки решил действовать первым.
— Почему ты здесь? Ты ведь должна спать, — почему-то тебе показалось, что он знает ответ на этот вопрос и просто хочет подтвердить свои догадки.
Хотелось спросить "А почему ты не спишь?", но ты сдержалась.
— Мне не спалось, — нерешительно начала ты, пытаясь не смотреть в его глаза. — И я...
— Решила поговорить со мной, — закончил вместо тебя Тодороки, отчего ты прикусила губу. Однако спустя пару секунд до тебя дошло, что он вовсе не издевался над тобой — его слова прозвучали так, будто Шото тоже думал об этом.
— Да! Но как...
— Не спрашивай, — вновь перебил он, смотря прямо в твои глаза. — Я тоже не знаю, что происходит. Но... — рука легла на его грудь, туда, где находилось сердце, и сжала ткань толстовки. — я шел, чтобы поговорить с тобой.
***
Вы молча сидели на крыше, смотря на город внизу и думая о том, с чего лучше начать разговор. Ветер здесь свистел и не давал мыслям раскладываться по нужным полочкам, из-за чего они беспорядочно копошились в твоей голове. Было не так уж и холодно, но тебя все же била мелкая дрожь. Только спустя какое-то время ты поняла, что это вовсе не из-за погоды — ты нервничала. И Шото, вероятно, тоже, потому что сейчас его, по какой-то причине, очень интересовали его руки.
— То есть, мы вдвоем не спали всю эту ночь и вдруг решили прийти друг к другу, чтобы спросить о чем-то? — робко спрашиваешь ты, не решаясь поднять на него взгляд. Парень молча кивает, отчего с твоих плеч буквально падает гора. А ты ведь уже начала вспоминать о том, почему тебя выбрали как "заносчивость". Выходит, дело не только в тебе.
— Не знаю, чувствовала ли ты что-нибудь недавно, — спустя некоторое время молчания наконец начал Тодороки, тем самым вызывая у тебя облегченный вздох, — Но в последнее время происходит что-то странное. Как... тогда.
Ты не отвечала, чувствуя, как внутри все переворачивается и гудит от напряжения и волнения. Неужели это то, о чем ты думала?
— Беспричинная боль. Неправильные эмоции. Все как будто... чужое. Не мое, — продолжал парень, все также смотря на свои руки. — Я сначала подумал, что это последствия Кизны, и решил спросит у остальных об этом. Мина, Юга, Денки, Бакуго, Кьёко... Все они сказали, что ничего такого не чувствуют. Только я и ты.
— Откуда ты знаешь?.. Ну, про меня... — наконец спросила ты, повернув голову к Шото. Твои глаза в удивлении расширились.
— Мина сказала. Когда я выяснял у всех, чувствуют ли они нечто подобное, она рассказала мне о том, что ты недавно жаловалась на те же симптомы, — спокойно объяснил Тодороки. — Как думаешь, могла ли та связь между нами не исчезнуть?
Ты неуверенно покачала головой, не зная, что на это ответить. Шото тяжело вздохнул, поднимая взгляд к небу. Теперь был твой черед пялиться на собственные ладони и думать о том, что нужно сказать.
— Почему ты игнорируешь меня? — вдруг спросила ты, вспомнив, зачем ты здесь. Твои глаза вновь устремились на Тодороки, который опешил от этого вопроса. Ты впервые видела удивление на его лице.
— О чем ты? — парень явно не так все понял. — Ты что-то сказала? Прости, я, должно быть, отвлекся...
— Нет, я не об этом, — поспешно объяснила ты. Сепдце забилось от волнения, а ладони вспотели. — До сегодняшнего дня. Мы каждый день видимся. Но ведем себя так, будто мы и вовсе незнакомы. Почему так?
— Почему?.. — повторил он, нахмурившись смотря на городские огни внизу. — Ты разве не помнишь? Сама ведь сказала, что единственным, что нас связывало, была система. И тогда мы все согласились с этим. Разве не так?.. Мы с тех пор все не общаемся...
Ты пыталась придумать ответ, но твоя голова была слишком тяжела в этот момент.
— Это... было не то, о чем я хотела тогда сказать! Точнее... я вовсе не это имела ввиду. Это все было на эмоциях, не более, — воспоминания о том дне всплыли в твоей голове, и на глаза стали наворачиваться слёзы. — Все потому, что ты и Момо... Вы...
Ты больше не могла ничего вымолвить из-за комка, сформировавшегося в твоем горле, и вместо этого просто смотрела в глаза Тодороки, чувствуя, как слезы стекают по щекам. Шото не верил в то, что только что услышал. Он до последнего был уверен в том, что ты ненавидела его, а сейчас в его сознании начала складываться четкая картинка — вот причина твоей ненависти к Яойрозу и этой молчаливой обиды на него после того, как он и брюнетка признались друг другу в своих чувствах.
— (Имя)... — пробормотал парень, устремив растерянный взгляд на твое заплаканное лицо.
— Я же любила тебя. И тогда, и сейчас!.. Все это время была рядом... Когда тебя били, унижали... И ничего! А она появилась из ниоткуда и... — сквозь всхлипы говорила ты. — Но я до сих пор здесь, а она... Где она? Где та, которую ты любил и защищал?.. Небось и не вспоминает о тебе, а я каждый день глядя на тебя думаю о том, как бы поскорее забыть о том, что было раньше, чтобы больше никогда не чувствовать эту боль!..
Ты смахнула слёзы с щек и начала жадно глотать воздух, чтобы успокоиться, но ничего не выходило. Тодороки все также молча глядел на тебя, раскладывая все, что было сказано тобой, по нужным местам. В его голове не укладывалось то, что ты и вправду держала на него обиду за то, что было полгода назад, но еще больше не укладывалось то, что он и вправду был слеп, когда думал, что с тобой все нормально.
Ты чувствуешь, как его руки притягивают тебя к себе, но не отвечаешь на это ничем, просто продолжая всхлипывать и вздрагивать. Ладони Шото успокаивающе поглаживают твою спину, а его голова покоится на твоей макушке.
Шрам на руке напоминает о себе ноющей болью. Совсем как тогда. И мысли мешаются между собой, заглушая одна другую, словно твое сознание соединено с кем-то еще. И среди всех этих мыслей, помимо твоих собственных, вдруг также отчетливо и ясно, как и тогда, на лестнице, прозвучал голос Шото.
" ...Пожалуйста, не думай, что я никогда не замечал тебя. До этого дня я думал о твоих словах о том, что нас ничего не связывало. И... я всегда боялся того, что это могло оказаться правдой."
Ты вновь вздрагиваешь, когда слёзы вновь начинают скапливаться в твоих глазах. Тодороки все также нежно прижимал тебя к себе, согревая и укрывая от собственных мыслей.
"Если ты сможешь... Прости меня за то, что все это время заставлял тебя думать, будто ты мне безразлична", — руки парня сжали ткань твоей куртки, будто подтверждая его собственные мысли.
— Я... — всхлипываешь ты, уткнувшись любом в его грудь. — Я прощаю... Шото.
Не хочешь думать о том, почему его голос вновь звучит в твоей голове. Тебе вообще не хотелось думать о том, почему и как все это произошло. Важнее того, что ты наконец услышала то, чего так ждала все это время, сейчас не было ничего. И то же чувство сейчас переполняло Тодороки. И ведь спроси он об этом раньше, когда связь между вами обоими только начала возвращаться, этого болезненого ожидания можно бы было избежать.
— Давай встречаться утром у лифта... — начала ты, когда в легкие вернулся кислород.
— И ходить в школу вдвоем, — закончил твою мысль парень, отстранившись, чтобы взглянуть в твои глаза.
— Как раньше?..
— Да, — на лице парня появилась мягкая улыбка, согревшая твое сердце. — Как раньше.