[ Реакции ] ❖７
Реакция на то, что (Т/и) неизлечимо больна
✨「lYYM77」
Как раз вовремя, потому что я ещё чувствую эффект от "Виноваты звезды", и это, наверное, заметно?? Может быть?? В любом случае, мне понравилось писать подобное (настал час Бога-стекла-и-душевной-боли Аси, вхахаха). Надеюсь,что Вам понравится!♥
🌿Персонажи: Изуку Мидория, Шото Тодороки, Томура Шигараки, Кацуки Бакуго
××××××××××
🌿Мидория Изуку
Твои глаза сонно слипаются. Ты бы хотела остаться на этом уютном диване побольше, чувствуя руку Мидории на своей талии, а также его мирное дыхание рядом. Это успокаивало и заставляло забыть о том, что не выходило из твоей головы уже три месяца и семь дней. Да, ты считала.
Свет погашен, на улице тёмно, и все же глаза начинают болеть от яркого света, исходящего от телевизора. Но ведь можно посидеть здесь ещё, не обязательно идти спать так рано, верно?..
— (Т/и)?... — тихо произнёс Изуку, повернув к тебе голову и взглянув не то с беспокойством, не то с тревогой в глазах. — Все хорошо?
Ты сама не поняла, как склонила голову вниз, на его плечо, и задремала. Ты просто решила подержать глаза закрытыми на пару секунд дольше, чем обычно. Ты подняла сонные глаза на парня, слегка улыбнувшись, чтобы успокоить его.
— Да, я в порядке.
Уголки губ зеленоволосого чуть приподнялись, и ты почувствовала новую волну тепла, разлившуюся внутри тебя. С тех пор, как стало известно о твоей болезни, твои чувства к Изуку словно обострились в тысячу раз. То же самое чувствовал и сам парень, и ты понимала это. Он взял в руки пульт и выключил телевизор. Единственный источник света в комнате погас, и воцарилась темнота.
— Почему ты не сказала, что хочешь спать? — все также тихо, будто боясь потревожить тебя, спросил Изуку и поцеловал в макушку, обнимая теперь двумя руками и аккуратно прижимая к себе, словно ты могла сломаться от неудачного прикосновения.
— Я не хочу спать, — возразила ты, вдыхая аромат Мидории и обвивая его шею руками, чтобы ответить на объятия, — Давай посидим ещё чуть-чуть... Вдвоём.
Деку едва слышно усмехнулся. Он слышит, как ты чуть ли не зеваешь, когда говоришь. К тому же, ты заснула несколько минут назад, сидя рядом с ним.
— Мы успеем побыть вместе, — нежно обхватив твоё лицо руками и смотря в твои глаза (ну или на слабые отблики в них — единственное, что можно было разглядеть в этой темноте), произнёс Деку. Его губы мягко коснулись твоих на пару секунд, после чего он аккуратно встал с дивана и подхватил тебя на руки, — А тебе нужно хорошо спать.
Ты не стала протестовать, вместо этого рефлекторно обхватив шею парня руками и прижимаясь к его груди, пока он нес тебя в вашу спальню. Ты знала, что он ни за что не уронит тебя, но шанс врезаться во что-то в темноте все ещё пугал тебя.
Дверь два раза щелкнула, — когда Деку открыл её и закрыл, — и тебя мягко опустили на простыни. Мидория на какое-то время навис над тобой, чтобы ещё раз поцеловать (на этот раз дольше, чем в предыдущий), а после лег рядом, укрывая одеялом.
— Деку... — прошептала ты, когда рука Мидории легла на твой бок, прижимая к себе. — Ты ведь знаешь, что произойдёт через пару месяцев?.. Я о том, что будет со мной, когда состояние ухудшится.
— Ты хочешь узнать, что я буду делать, когда это произойдёт? — спустя пару секунд сказал он. Ты кивнула, и парень услышал это. — Не буду отходить от тебя ни на минуту.
Он сказал это так уверенно, будто вообще не сомневался в этом. Хотя, возможно врач объяснил ему это, когда разговаривал с ним наедине. Возможно он говорит так, чтобы успокоить тебя. Но его тон говорил сам за себя — это было сказано слишком искренне, чтобы не быть правдой. Ты прикусила губу, понимая, что можешь невольно всхлипнуть.
— Ты плачешь? — будто читая твои мысли, с тревогой спросил Изуку.
Качаешь головой, не желая беспокоить его, но парень уже сам догадался о том, что происходит. Его руки прижимают тебя к себе, успокаивающе поглаживая по спине. Ты тихо всхлипываешь, уткнувшись в его грудь и сжимая ткань его футболки. Ты боялась. Боялась покинуть Изуку так рано, когда все только стало налаживаться. И он тоже боялся, но не мог позволить себе показать это — тогда тебе станет ещё хуже.
— Я буду рядом до самого конца, — шептал он, продолжая поглаживать твою спину и прижимать к себе. — Я всегда буду с тобой, где бы ты не была.
🌿Шото Тодороки
Прошло около года с тех пор, как ты ушла. Сказала, что вы не можете быть вместе. Ушла из школы. Переехала в другой город. Удалилась из всех соц.сетей и сменила номер, чтобы никто из бывших одноклассников не смог дозвониться. Шото винил себя в этом. Он думал, что мало уделял тебе времени и внимания, занимаясь учебой, и он считал, что сам виноват во всем. Тодороки не рассказывал никому об этом, надеясь на то, что однажды все вернётся на свои места, но он вовсе не думал, что это произойдёт так скоро.
— (Т/и)?.. — ты дернулась, услышав своё имя, произнесённое очень знакомым голосом.
Твоё сердце с волнением забилось, когда сзади послышались чьи-то быстрые шаги, а на плечо аккуратно опустилась рука. Ты одновременно хотела и не хотела взглянуть на него, объяснить ему все. И первое одержало верх.
Ты нерешительно повернула голову назад, поджав губы от волнения. Это действительно был он. Его двухцветные волосы и глаза очень сложно забыть.
— (Т/и)? Это правда ты? — тихо произнёс Шото, все ещё держа твоё плечо и вглядываясь в твоё лицо, словно боясь, что ты снова уйдешь и не вернешься.
Язык отказывался слушаться. Ты не могла вымолвить ничего и просто смотрела на парня широко раскрытыми глазами. В этой ситуации у вас есть общая черта - вы оба вините себя в том, что произошло, и оба боитесь общения друг с другом. Однако, как только Шото немного пришёл в себя, его взгляд опустился на твой нос. Заметив это, ты смущенно сжала трубочку канюли в руках, опустив взгляд в пол.
Тодороки наконец отпустил твоё плечо, бегло оглядывая тебя с ног до головы. Он не верил своим глазам.
Ты заметно похудела. Щиколотки, щеки, бока, руки — все это казалось неестественно-худым, но в твоей внешности все ещё было все то, что привлекало Тодороки с самой вашей первой встречи. И эта канюля...
— Что произошло? — нарушил молчание Шото. — Почему ты ушла? И что с тобой?
На самом деле, парень догадывался, что именно являлось причиной твоего внезапного ухода, но ему нужно было знать наверняка. Ты молчала, смотря на прозрачные трубочки, которые ты вертела в своих руках. Спустя минуту Шото заметил, что на твои глаза навернулись слёзы.
— Прости... — вымолвила ты дрожащим голосом, все ещё не в силах поднять на него взгляд. — Я не хотела...
Ты поспешно вытерла стекающие по щекам слёзы тыльной стороной ладони. Вдруг руки парня легли на твоё лицо, поднимая твой взгляд наверх.
— Почему? — спросил он, вглядываясь в твои глаза. — Пожалуйста, скажи, почему? Это как-то связанно с этим?
Глаза Шото опустились на тележку с кислородным баллоном рядом с тобой. Ты медленно кивнула, положив свои ладони на руки парня. Он склонился, прижимаясь своим лбом к твоему. Вы стояли так около пяти минут, пока ты не перестала плакать. Ты всхлипнула последний раз, и Тодороки сделал небольшой шаг назад, чтобы снова взглянуть в твои глаза, а его руки теперь нежно сжимали твои ладони, как тогда, год назад.
— Что с тобой произошло? Ты больна?
Ты снова кивнула, словно боясь произнести хоть слово. Брови Тодороки были жалобно нахмурены, а глаза все ещё блуждали по твоему истощенному телу, будто не веря в то, что такое могло произойти с тобой.
— И поэтому ты уехала? Поэтому перестала со мной общаться? — в голосе парня смешалась надежда и печаль — он ведь все ещё думал, что это полностью его вина, и надеялся на то, что ты не винишь его в этом.
— Да. Прости, но я не могла рассказать тебе об этом. Ты бы начал волноваться, пытаться помочь мне... — наконец сказала ты, все ещё чувствуя, как трясутся колени и дрожит голос. — Я не хотела, чтобы тебя это обременяло.
— А как иначе? Мы бы прошли через это вместе, и я бы даже не подумал об этом, как о бремени!
— У меня полгода, Шото.
До него не сразу дошёл смысл этих слов, и Тодороки уже открыл рот, чтобы сказать ещё что-то, но вдруг завис. Он смотрел на тебя широко раскрытыми глазами и со словами, застывшими на его языке. Тодороки покачал головой, словно пытаясь прийти в себя, а когда он заговорил, ему пришлось откашляться, потому что с голосом было что-то не то.
— В каком смысле? — переспросил Шото, сжимая твои руки крепче.
— Я не доживу до конца этого года. Поэтому я ушла. Тебе было бы легче отпустить меня после того как мы не общались целый год, и поэтому я ушла!
По твоим щекам снова льются слёзы. Ты прижимаешь одну из рук ко своему рту, чтобы сдержать рыдания, а Шото все ещё пытается принять то, что ты только что сказала. Он не мог поверить в это. Все тело словно онемело, он тупо смотрел в одну точку, слегка открыв рот. Парень не хотел верить в это.
Ты не сразу заметила, как Шото притянул тебя к себе, заключая в объятия. Ты плакала в его рубашку, чувствуя, как руки парня сжимают ткань твоей футболки.
— Я... буду рядом с тобой, — тихо произнёс он, когда ты немного успокоилась. — Я до самого конца буду с тобой, и пусть мне будет сложно потом, я хочу чтобы ты была рядом.
Твои дрожащие руки поднялись вверх, ложась на его спину и слабо прижимаясь к нему, словно ища успокоения. Он обязательно сдержит своё слово. Теперь ты была в этом уверена.
🌿Томура Шигораки
Алкоголь обжигает горло, вливаясь внутрь и согревая внутренности. Томура с громким звуком ставит бокал на стол, закрыв глаза рукой. Он обещал, что ни за что не будет плакать, когда это произойдёт, и он хочет сдержать хотя бы одно обещание, данное тебе. Он обещал не пить, но это уже вторая бутылка, выпитая за эти два дня. Обещал стать лучше и больше улыбаться, но он все ещё в Лиге Злодеев и за последние недели ни разу не смог выдавить даже подобие улыбки. Шигораки обещал беречь тебя и защищать ценой своей жизни, но завтра ему нужно идти на похороны, чтобы в последний раз увидеть тебя.
Мужчина хотел бы вернутся в то время, когда он списывал твою усталость и плохое состояние на избыток работы и не обращал на это должное внимание. Вернутся, чтобы дать самому себе пощечину и прокричать на самое ухо "Веди её к врачу, пока ещё не поздно!".
Ведь все можно бы было изменить, и Томура бы не сидел здесь сейчас, запивая горе виски, а был бы рядом с тобой. Ты была бы жива.
— Почему... — едва слышно произнёс Шигораки, выливая в бокал остатки напитка. — Почему я не сделал ничего...
— Тебе нужно помочь нам на следующем задании, — вялым голосом протянул мужчина.
— Я устала, Томура, — также вяло произносить ты, путаясь пальцами в его светлых волосах и прижимая его голову к своей груди. — Не хочу больше ничего делать. Каждый день словно мешки с цементом таскаю.
— Ты нужна нам. Без твоей причуды ничего не выйдет.
Ты молчишь. Руки Шигораки ложатся на твою талию, а рядом слышится его мирное дыхание.
— Хорошо. Я помогу.
Мужчина залпом выпивает весь стакан и с таким же громким звуком ставит его на стол. Он падает на его поверхность, закрыв глаза и царапая шею, буквально дочесывая до крови, но ему плевать. Ты страдала больше в свои последние дни, и все потому, что он не обращал внимание на твоё состояние. Ровно до тех пор, пока ты не стала ни с того ни с сего терять сознание и забывать о повседневных вещах. Почему он не подумал об этом раньше? Почему не забил тревогу ещё тогда, когда ты вдруг начала жаловаться на частую головную боль? Он был слишком слеп к таким важным вещам.
— Может останешься здесь? Ты так часто остаешься на работе, мне не хватает тебя.
— Я вернусь вечером.
— Ты всегда так говоришь, но возвращаешься только под утро. Мне тоскливо без тебя.
— Я не виноват в этом. Прости.
Ему стоило ценить те моменты, когда ты ещё была в здравом уме, но Шигораки не знал, что этих моментов становилось все меньше и меньше. С каждым днём положение дел лишь ухудшалось. В последние два месяца тебя вообще будто не существовало - по большей части ты просто спала, в остальное же время из тебя и слова вытянуть было нельзя. Все это время Томура сидел на краю кровати, держа тебя за руку и рассказывая обо всем, что приходило ему в голову. Словно ты была обижена на него, а он пытался разговорить тебя. Мужчина мог целый день сидеть там, совершенно не уставая и не обращая внимания на голод и жажду. Он прогонял любого, кто пытался отвлечь его от этого, отменял свои дела и важные встречи ради того чтобы сидеть рядом и "вести разговоры со стенкой". Буквально.
Потом ты стала отказываться от еды. Для него это стало катастрофой. Томура прекрасно понимал, что это означает.
Теперь ему некого держать за руку и некому рассказывать бессмысленные вещи. И он не знает, как теперь ему жить. Единственное его желание — это быть рядом с тобой, там, где нет никаких проблем и забот. Одно Шигораки знает точно — когда он будет умирать, он ни за что не заплачет. Потому что ты не плакала. Потому что он обещал тебе, что никогда не будет плакать.
🌿Бакуго Кацуки
— (Т/и), давай сходим в кино?
Если бы пару месяцев назад ему сказали, что он будет уговаривать кого-нибудь сходить прогуляться, Бакуго бы ударил этого человека. Сейчас же он сидит на краю дивана, положив свою руку на твоё плечо и уже около получаса твердит тебе о том, что еще рано умирать. Ты смотришь на него пустыми глазами, качаешь головой и поворачиваешься к нему спиной, тем самым закрывая разговор. Парень тяжело вздыхает, откидывается на спинку дивана и смотрит в потолок, устало потирая виски.
— Что тебе сказал врач? — недовольно произносит блондин, взъерошив свои волосы.
— Он мягко намекнул мне, что я уже покойник, — ломающимся голосом произносишь ты, сильнее укутываясь в одеяло.
— Он сказал тебе, что у тебя есть еще три года, — проигнорировав твои слова, сказал Кацуки, — Три года, а не два дня!
— Какая разница, — безразличным тоном произносишь ты. — Все равно умру, сколько бы времени он мне не отвел.
Бакуго молчит пару секунд, размышляя над тем, что ему делать, после чего снова тяжело вздыхает, переводя на тебя взгляд. Если бы на твоем месте был бы кто-то другой, то он уже давно забил бы на все попытки взбодрить тебя и ушел, но бросать тебя в такой сложной ситуации парень не собирался. Он сам не знал, почему он так сильно привязан к тебе. Называть это "любовью" у него язык не поворачивался. Это слишком глупое слово, которое использует любой дурак, решивший, что другой такой же дурак, с которым он знаком какое-то время, испытывает к нему какие-то чувства. Люди путают понятия любви и симпатии, приравнивая их друг к другу, и поэтому для них любая небольшая привязанность — великая любовь. Он не использует это приземленное слово. Для него отношения с тобой — не то, что можно описать одним словом. Это нечто большое. Поэтому он сейчас сидит здесь, пытаясь объяснить тебе, что не все еще потеряно.
— Надоело, — вдруг произносит он, вскакивая с дивана и стягивая с тебя одеяло. Ты недовольно скулишь, пытаясь отвоевать его назад, но ничего не выходит. — Знаешь, что я хочу тебе сказать? Либо ты сейчас встаешь и идешь со мной в абсолютно любое место, какое захочешь и я делаю эти последние три года лучшими в твоей жизни, либо я ухожу сам, и ты остаешься здесь одна.
Ты приподнимаешься на локтях, злобно смотря на блондина. Он бросает одеяло на пол, нахмурившись и смотря в ответ.
— Да какая тебе разница? Не тебе осталось жить три года, а мне, и я буду решать, как мне проводить эти три года! — чуть повысив тон говоришь ты, после чего вскакиваешь с дивана и поднимаешь с пола одеяло. — Если тебе хочется развлекаться — иди, тебя никто не держит!
— Я не хочу видеть, как ты занимаешься самобичеванием, лежа в одном и том же положении уже второй день!
— Если тебя это тяготит, можешь не смотреть. Я не заставляю тебя это делать.
— Ты меня прогоняешь?
— Да! Можешь идти куда хочешь и делать что хочешь, а я позанимаюсь пока самобичеванием, на которое тебе так больно смотреть.
Ты снова отворачиваешься, укрывшись с головой одеялом. Кацуки какое-то время стоит там, а после уходит, захлопнув дверь. В твоей голове крутится тысяча мыслей — о том, что он много на себя берет, о том, что никто не заставляет его быть с тобой, что он не должен решать за тебя. Где-то спустя полчаса они уходят не в том направлении. Ты думаешь о том, что Бакуго — единственный, кто узнав о твоем диагнозе пытается как-то помочь тебе. Ты прикусываешь губу, пытаясь не заплакать, но слёзы все равно катятся по щекам. Дрожащие руки сами находят телефон и набирают номер парня.
— Бакуго... Вернись, пожалуйста... — сквозь всхлипы произносишь ты, как только гудки прекращаются.
***
— Ты успеваешь читать? — спрашивает блондин, взявшись за уголок страницы.
— Сейчас, пару секунд, — оперевшись щекой о его предплечье, говоришь ты. — Все, давай дальше.
Снова тот же диван, то же одеяло, но теперь им укрываетесь вы оба. С одной стороны книгу держишь ты, а с другой — Кацуки. Как только ты позвонила ему, он сразу же вернулся назад. Ты сразу же прижала его к себе, обвивая его шею руками и плача в его плечо. Было неясно, кто из вас извинялся больше, но вы оба были рады тому, что снова рядом друг с другом, хоть ваше расставание длилось от силы полчаса. Бакуго хотел как лучше, а ты хотела просто побыть какое-то время наедине с собой, и в итоге это закончилось тем, что вы оба поняли, что нужно было лишь дать друг другу сделать то, чего вы хотели.
✿✿✿
А/н: Как проводите новогодние каникулы?) Я вот выпиваю уже шестую бутылку детского шампанского, прокрастинирую и играю в ронпу, поэтому обновления такие медленные (￣︶￣)>
Я так сильно недовольна тем, что пишу в последние несколько дней (особенно реакцией с Шигораки и Бакуго, которые получились мало того что короткими, так ещё и сухими). Надеюсь, что это скоро закончится. К тому же я настолько крейзи, что каким-то образом перепутала Бакуго и Даби, Ася, это пいздец.