Part three
Он провёл всё это время, проверяя работы. Я в спешке дописываю свой конспект как раз в тот момент, когда мой телефон завибрировал от сообщения от мамы.
«Я у ворот, детка. Ты где?»
Мама.
Я закрываю книгу Деррика, запихиваю её в сумку и так быстро вскакиваю с места, что нитка на моей юбке цепляется за зацепку на стуле. Почему эта школа не может обзавестись нормальными стульями и учителями?
Шипя себе под нос, я быстро выдёргиваю застрявшую одежду и направляюсь к выходу из класса.
Мой педагог уткнулся в телефон, а лучи солнца, пробивающиеся сквозь окно, ложатся на кожу мистера Тодда. Если бы он не был таким дьяволом, вполне мог бы сойти за архангела.
Я кашляю, и не поднимая головы, он приподнимает бровь.
— Да?
— Я всё, сэр.
Он кивает и тянется к наполовину съеденному черничному кексу с салфетки на столе. От его аромата мой желудок громко заурчал.
Его взгляд скользит к моей белой рубашке, но, к удивлению, он не комментирует позорный рёв моего живота.
Слава богу, обычно он не упускает шанса меня унизить.
Он протягивает руку в мою сторону, а я глупо смотрю на него.
— Дай посмотреть конспект, — говорит он раздражённо.
— А, да. Сейчас. — Я быстро перекидываю сумку вперёд, хватаю тетрадь и протягиваю ему. Он молча смотрит на неё, склонив голову и прикрыв глаза.
— Открой страницы, где конспект, мисс Янг.
Я пролистываю до нужной страницы, наклоняюсь, чтобы положить её перед ним, но он морщится и машет рукой.
— Не взмахивай надо мной руками.
— Простите.
Я закусываю губу за его спиной, мысленно представляя, как сжимаю его голову в руках, пока он вытирает руки и изучает страницы. Он откусывает кусочек кекса и молча жуёт, пялясь в мою тетрадь, а я тайком закатываю глаза.
— Всё нормально? — нетерпеливо уточняю я, ёрзая с ноги на ногу. Он занял целый вечер, а если не поспешит, моя мама влетит сюда.
— Да. Забирай, — говорит он, снова откусывая кекс, и я быстро хватаю тетрадь, радуясь, что мистер Перфекционист впервые не нашёл ошибок.
— Над почерком тебе надо работать.
Погорячилась я с радостью.
— Пишешь так, будто таракан вымочил лапы в чернилах и прошёлся по странице. — Я уже не могу выносить его в этой комнате.
— Поняла, — бурчу я, разворачиваясь с тетрадкой, прижатой к груди, и, наконец-то, направляюсь к двери.
Свобода!
— Мисс Янг.
Я закатываю глаза, глубоко вдыхаю, останавливаюсь и оборачиваюсь с натянутой улыбкой.
— Мистер Тодд?
— Я вижу твои трусики, — спокойно говорит он, глядя прямо на меня.
Лоб морщится в недоумении. Что он только что сказал?
— Простите?
— Я вижу твои розовые трусики, — уточняет он.
О боже. Именно такое бельё на мне. Но как он...?
Он кивает в мою сторону.
— У тебя огромная дыра посередине юбки.
Что за... Не может быть.
Я выворачиваю шею, пытаясь рассмотреть себя сзади. У меня вырывается всхлип, когда замечаю большую дыру на попе юбки, сквозь которую отчётливо видны трусы.
Господи, должно быть, юбка порвалась, когда зацепилась за тот чёртов стул!
Щёки пылают, я прижимаю тетрадь к дырке, понимая, что рюкзак слишком маленький, чтобы прикрыть позор.
Он безразлично отводит взгляд, берёт книгу со стола и открывает её.
— Надень колготки. Тогда ты не будешь портить зрение своим учителям-мужчинам.
Мой рот открывается от удивления, я готова выругаться, но вспоминаю, что мама меня ждёт и, возможно, уже на подходе к кабинету.