зачетные ножки..
После общения с ней я старалась сосредоточиться на своей работе. Но иногда, когда наши взгляды пересекались, я ощущала её присутствие. Иногда её взгляд был на мне, и я не могла понять, это просто совпадение или она действительно замечала меня. Но всё изменилось на обеденном перерыве.
Я подошла к столу, где лежали сэндвичи, овощи и фрукты, когда Фред, он был одним из гаферов, подошёл к столу с едой.
— Зачетные ножки, Дина, — сказал он, поднимая бровь. Сегодня я была в короткой чёрной юбке и сетчатых чёрных колготках с звездами, которые подчёркивали и так длинные ноги. Я почувствовала, как краснею от злости. Такую мерзость мог сказать только он. Он часто любил посмеяться на до мной
— Что ты сказал? — я язвительно улыбнулась, отошла от него на шаг.
— Я вижу, у тебя с мышлением беда... тебя на работу по красоте выбрали? Да? — он сделал шаг мне навстречу. Высокий парень с каждым словом нагонял на меня панику.
— Что ты имеешь в виду? — пыталась я ответить спокойно, но он лишь усмехнулся.
— Ты же понимаешь, что ты тут не по своим заслугам, а из-за своего дяди, — сказал он, продолжая подкалывать меня.
Я пыталась игнорировать его, но слова, как всегда, резали, особенно когда говорили что-то про мои старания. Я всегда работала вдвое больше, чем нужно, не спала ночами, училась, усердно работала, и даже в своих глазах все мои успехи казались мне ничтожными. А когда в тебя тыкают этим при всех... Все вокруг начали прислушиваться, и я почувствовала, как меня обступает толпа. Я была одна, подруга никогда не обедала, а дядя... не хочу его в это впутывать, никто не пытался защитить меня. Всё, что я могла, — это молчать и сдерживаться, потому что сама была согласна с его словами, как и большинство в зале.
Но в этот момент Билли и её друг, Вольф, сидели за отдельным столом и заметили, что происходит. Билли подняла голову, и я увидела, как её взгляд становится острым, как нож. Она встала и подошла к нам.
— Эй, ты, ничего не перепутал? — её голос звучал хладнокровно, но с явным раздражением. Миниатюрная девушка встала передо мной почти вплотную к Фреду, она выглядела пугающе, несмотря на свой рост. Фред был ошарашен. — Как ты вообще можешь говорить такие гадости о чьём-то теле?
Вольф попытался вмешаться, но Билли остановила его, посмотрев на него взглядом, который сказал: «Я справлюсь сама». Она развернулась к Фреду и продолжила:
— Ты вообще о чём? Я видела, как она работает. Она доделала твои косяки за тобой. Ты не имеешь права говорить о ней так. — Мне стало так приятно от слов Билли, но слёзы уже подступали.
Фред замолк, но он не собирался сдаваться:
— Она должна всё доделывать, ей же за что-то платят. Пусть хоть чем-то займётся, а не на шее у богатенькой семьи сидит, — я сжала зубы, так много накопилось за этот тяжёлый месяц, и мне казалось, что все страдания, которые накопились, выльются в один момент. — Идиотка! — бормотал оскорбления Фред
— Чего? Ты хоть чего добился? Просить помощи у девушки, у которой и самой дел невпроворот?! — снова продолжила спорить с ним Билли.
— Молчи лучше! Ты вообще без своего брата ничего бы не добилась! — Фред начал нести полный бред. На нас смотрела вся съёмочная команда, даже те, кто не был на обеде, пришли на странный шум. Кто-то шептался, кто-то поддакивал Фреду, а кто-то тихо наблюдал.
Билли хотела что-то крикнуть ему в ответ, но мои всхлипывания остановили её. Сначала слёзы катились по щекам, а потом я уже не могла остановиться. Билли, не думая дважды, взяла меня за руку и начала выводить меня из помещения. Сзади я слышала, как Вольф начал яростно спорить с Фредом.