БОЛЬШЕ ЧЕМ ТЕЛО: принять и полюбить.

  Что влияет на ваше отношение к своему телу?
Какие источники, месседжи и опыт определили ваше отношение к собственной внешности и внешности других людей?

                      •Влияние медиа•

  Девочки с ранних лет понимают, что самое важное — то, как они выглядят, что от этого зависит их ценность, их «стоимость». А мальчикам внушают, что для девочек это очень важно. Мы получаем такие послания из рекламы, фильмов, телешоу и видеоигр — отовсюду, куда ни посмотри. В итоге, что бы ни делала женщина, чего бы еще она ни достигла в жизни, ее ценность все равно в огромной мере определяется внешним видом.

  Джин Килборн, автор документального фильма «Убивайте нас нежно: портрет женщины в рекламе»

           •Составление карт образа тела•

  Чаще всего установки, которые объективируют женщин всех возрастов, транслируют нам телевидение, кинофильмы, журналы, видеоигры и социальные сети; и их влияние на нас начинается еще в детстве. Совсем маленькими мы медленно, но верно присоединяем каждую очередную полученную нами идею к общей картине, составляя первые в жизни «карты» образа тела, где галочкой помечена точка пункта назначения под названием «я чувствую себя красавицей». Впоследствии мы будем долгие годы использовать эти карты для понимания мира и навигации в коварных водах объективации. Они существуют только в нашем сознании, но при этом не менее материальны, чем обычная бумажная карта. Они меняются и эволюционируют по мере изменения общепринятых стандартов красоты и открытия нами все новых путей к обретению уверенности в себе, своей привлекательности и желанности. Как уже говорилось, от взглядов и идей, положенных в основу этих карт, нам никуда не деться, они вокруг всегда и везде. Предположим, вы только что пролистали журнал, проехали мимо рекламного щита, посмотрели фильм в кинотеатре или по телевизору или просмотрели самые популярные профили в Instagram за последние несколько лет. И значит, вам отлично известно, как, по определению медиа, выглядит привлекательная, здоровая, «нормальная» женщина, и этот образ, по всей вероятности, четко отобразится на карте вашего собственного образа тела. Скорее всего, сегодня модель, которой вы очень хотели бы соответствовать, такова: молодая; очень стройная, но с соблазнительными изгибами во всех положенных местах; с густыми, прямыми блестящими волосами; густыми ухоженными бровями; длинными ресницами; пухлыми губами; маленьким носиком и кожей, начисто лишенной пор, прыщей, целлюлита и морщин. Если у вас светлая кожа, обязателен загар — такое себе «здоровое сияние». Если вы темнокожая, то «не слишком».

  В Instagram и других социальных сетях идеальная женщина, как правило, широко представлена (и активно шерится) во всех контентах, посвященных уходу за собой, красоте и идеальному телу, потому что она-то точно знает, как повысить интерес к своему бренду. Окружающие ее люди часто говорят о ее красоте и привлекательности, а комментарии переполнены отзывами о ее шикарном теле и безупречном вкусе. В фильмах и телешоу ее обычно преподносят как объект любви или как минимум вожделения, а если она и занимается чем-то другим, кроме как осчастливливать других, то делает это в одежде, возмутительно неподходящей в этой ситуации (тогда как мужчины рядом с ней обычно одеты в высшей мере практичную, функциональную одежду), решительно отрицая вероятность гибели от долгого пребывания в тугом корсете или носясь по жизни исключительно на десятисантиметровых каблуках и в облегающей полупрозрачной блузке.

  Неудивительно, что большинство карт образов тела девочек ведут их всего к нескольким практически одинаковым целям, которые «почему-то» очень напоминают их любимых принцесс, звезд эстрады и инфлюенсеров, точнее инфлюенсерш. И потом цели, к которым, по нашему мнению, мы стремимся, в основном сходятся в одном и том же пункте, скажем, опять влезть в джинсы, спрятанные глубоко в шкафу, гордо надеть бикини, вернуть себе прежнее тело или избавиться от противных морщинок на лбу или в уголках глаз. Маршруты и кратчайшие пути, ведущие в эти пункты назначения, варьируются от хирургических вмешательств до полного изнеможения от тренировок и всевозможных диет; не наб­лю­дается недостатка и в вариантах, обещающих счастье, комфорт, любовь и успех, если вы будете строго придерживаться «правильного» пути или платить «нужным» людям, которые будут вас на нем направлять.

  Мысленные картины этих сказочных мест на наших картах образа тела формируются суперпоследовательными установками, которыми сегодня бомбардируют нас, как говорится, из каждого утюга. Все они предлагают очень узкий диапазон приемлемых телосложений и внешнего вида. А если ваши естественные формы и внешность не вписываются эти рамки, возможно, совсем чуть-чуть, а возможно, настолько, что вы не видите ни малейшего сходства с идеалом, то к вашим услугам множество людей и компаний, предлагающих всевозможные программы, которые призваны помочь вам достичь этого сходства, и обещающих, что все затраты денег и усилий окупятся сторицей, так как по окончании этих программ вас ждет награда в виде оазиса абсолютной уверенности в себе и настоящей привлекательности.

  К сожалению, приходится признать, что в наших медиа, в том числе социальных сетях, детских фильмах и даже в местных новостях, женщин очень часто изображают как нечто прекрасное и словно подаваемое на блюде. Не как мыслящие и чувствующие существа, а как тела, предназначенные для чьего-то употребления. И эта подлейшая объективация, буквально превращающая людей в запчасти, встречается даже в детских мультфильмах, например, когда пышная длиннохвостая самка (животное!) зазывно качает бедрами, привлекая внимание самцов, и сопровождается это песенкой «Нагнись-ка, детка, вау, вау». Крупнейшее исследование в этой области, проведенное Институтом Джины Дэвис по гендерным вопросам в СМИ, выявило, что по количеству главных ролей, экранного времени и объема реплик в топ-сотне семейных фильмов 2017 года персонажи мужского рода были представлены по сравнению с женскими в соотношении 2:11. А большинство женских персонажей представали в стереотипном и преувеличенно сексуализированном виде. Поразительно, но в отчете того же института за 2016 год говорится, что женские персонажи в три раза чаще, чем мужские, носят сексуально откровенную одежду и их в три раза чаще объективируют вербально.

  Ставшую нормой объективацию можно наблюдать даже в обычном магазине, в очереди к кассе на стойке с журналами. «Женщина года» по версии журнала изображается на обложке почти обнаженной, а «мужчина года» — при полном параде, в костюме и галстуке (это камень в ваш огород, GQ). Это происходит и в тех случаях, когда заголовки в женских журналах вращаются исключительно вокруг диет и прочих способов улучшить свою внешность. И в том, что дикторам и ведущим-мужчинам разрешается стареть, седеть и переходить в статус старого ловеласа — порой это даже поощряется, — в то время как дикторы и ведущие женского пола вынуждены подписывать контракты, требующие от них не набирать вес, получать одобрение продюсера по поводу цвета волос, прически и одежды, а нередко и обязывающие проходить омолаживающие косметические процедуры. А еще женщин берут на роль в кино и на телевидении, только если они соответствуют четким стандартам красоты, тогда как мужчина может и должен представлять широкий диапазон образов характеристик. Так происходит каждый раз, когда кинокамера медленно скользит вверх-вниз по женскому телу на экране, фокусируясь на определенных его частях, словно изначально предполагая, что зритель — это всегда гетеросексуальный мужчина-вуайерист (если обратить на это внимание, можно убедиться, что так делают на удивление часто).

  Женщины на экране гораздо чаще, чем мужчины, играют роли без слов, и их намного чаще показывают обнаженными или полуобнаженными, а, по сведениям Нью-Йоркской киноакадемии, процент девочек-подростков, изображаемых в таком виде, в последние годы резко увеличился3. И вся эта статистика переносится в социальные сети, в которых не­ук­лон­но растет интерес к девушкам и женщинам, готовым скинуть одежду или размещающим контент, посвященный телу и красоте.

  Еще сильнее нашу реальность искажают развлекательные медиа — из-за двойных стандартов приемлемого возраста для мужчин и женщин, которых мы видим на экранах. Например, в США 62 процента женщин относятся к категории 40+. Но, только вдумайтесь, мужчины в таком возрасте появляются в развлекательных программах в десять раз чаще, чем женщины, их ровесницы. В самых кассовых фильмах 2018 года 45 процентов персонажей-мужчин были старше сорока, в то время как в ту же возрастную группу женских персонажей попал только 31 процент4. Даже когда в фильме рассказывается о личной жизни довольно пожилых мужчин, их подруги и жены чаще всего моложе их лет как минимум на десять (вспомните роли, а иногда и ситуации из реальной жизни таких актеров, как Джонни Депп или Леонардо Ди Каприо, или всех Джеймсов Бондов и прочих персонажей). Во всех наших медиа широко представлены даже семидесятилетние мужчины, тогда как всего лишь сорокалетняя женщина встречается в них очень редко. Социолог Гэй Тачман придумала для этого вопиющего недопредставления и стереотипов в изображении женщин в медиа специальный термин — символическое уничтожение5. К сожалению, приходится признать, что последствия этого явления для нашего образа тела, самооценки и даже для наших банковских счетов отнюдь не символические.

  Поскольку женщин постарше в развлекательных медиа совсем мало, чрезвычайно важно, как они там представлены. Вспомните о мудрых, веселых и «сексуальных» героях экрана за пятьдесят, шестьдесят и даже за семьдесят: Харрисон Форд, Брюс Уиллис, Дензел Вашингтон, Колин Ферт, Хавьер Бардем, Том Круз, Лиам Нисон, Джейсон Стэтхэм, Уилл Смит, Джордж Клуни... Мы все без особого труда составим длиннющий список примеров как из прошлого, так и из настоящего. В музыкальной индустрии мужчины-исполнители часто пользуются огромной популярностью и в самом конце жизненного пути. Просто вспомните, кто выступал в мегапопулярных перерывах между таймами на Суперкубках в последние двадцать лет: Пол Маккартни, Брюс Спрингстин, Стинг, Ленни Кравиц, группы Aerosmith, Red Hot Chili Peppers, Rolling Stones, The Who. А теперь попытайтесь составить столь же длинный и разнообразный список женщин-кинозвезд и их коллег из музыкальной индустрии старше пятидесяти лет; вот увидите, это довольно трудно. На счастье, на ум сразу приходят несколько женщин-актрис, таких как Мэрил Стрип, Джулия Робертс, Хелен Миррен, Виола Дэвис, Джулианна Мур и Дайан Китон, хотя мало кого из них считают секси и мало у кого из них роман с гораздо более молодым партнером, что часто случается с их звездными коллегами мужского пола. А певиц из интересующей нас возрастной группы, выступавших в перерыве на играх Суперкубка, вообще раз-два и обчелся: Мадонна да Дженнифер Лопес (обеим за пятьдесят).

  Еще будучи девочками, росшими в Айдахо в 1980–1990-х годах, мы зашли на мелководье объективации и начали составлять свои карты образа тела; помнится, случилось это в начальной школе во время просмотра нашего любимого телесериала под названием «Спасенные звонком». Персонажа Зака Морриса, нашу общую первую любовь (к сожалению, первую из очень длинного списка общих предметов обожания как на экране, так и в жизни), вечно тянуло к бойкой и красивой Келли Каповски и другим похожим на нее героиням, и зрителям было очень жаль пухлых и придурковатых девушек, которых Заку приходилось время от времени между делом водить на свидания.

  Рассказывает Лекси. После просмотра эпизода о выпускном бале сериала «Спасенные звонком» — это было после уроков, в четвертом классе — я стояла в ванной перед зеркалом в полный рост, обернувшись полотенцем, будто это модное облегающее платье-труба. Я думала, пригласят ли меня когда-нибудь на танцы, если я надену что-нибудь подобное, и стану ли я когда-нибудь достаточно стройной, чтобы иметь право претендовать и на то и на другое. И опасения, что я никогда не буду выглядеть как надо, вселил в мое детское сердце не только сериал «Спасенные звонком». Свой вклад в это «доброе» дело сделал каждый сериал для детей и каждый семейный сериал, в которых все женские персонажи независимо от возраста были на удивление худенькими — от «Полный дом» и «Принц из Беверли-Хиллз» до «Кларисса знает все», «Чудесные годы» и «Калифорнийские мечты» и всего, что между ними. Редчайшим исключением из этого правила был персонаж Топанги Лоуренс из сериала «Парень познает мир»; девушка была бесспорно потрясающей, но с чуть более заметными изгибами, чем у всех остальных телевизионных героинь-любовниц.

  Девушки из упомянутых выше телесериалов формировали и укрепляли в юных умах то, что мы тогда еще только познавали в очень важной сфере жизни, — что значит быть женщиной. Они рассказали нам, что стройная фигура имеет решающее значение; что главное предназначение женщины в том, чтобы сексуально выглядеть и быть вожделенной для мужчин, а женщинам и девушкам не привлекательным по общепринятым стандартам в жизни отводится роль забавных помощниц, отзывчивых подруг, ужасных злодеек или объектов для шуток, но никогда «звезды» или предмета любви. Поэтому я совсем не удивлена, что в свои девять чувствовала себя слишком толстой, чтобы быть нормальной, принятой или любимой. Откуда взялись бы другие мысли? Я же никогда не видела, чтобы в медиа позитивно представляли какой-либо другой тип телосложения, нежели потрясающая воображение стройность.

  Прошло еще несколько лет, прежде чем мы обе погрузились в море объективации с головой, но уже совсем юными мы начали понимать, что если хочешь жить самой лучшей, полноценной жизнью, то необходимо выглядеть определенным образом. Этот простой опыт, культивируемый просмотром на первый взгляд невинных медиа, и укрепление этих идеалов вполне благонамеренными родственниками и друзьями с их критическими замечаниями в адрес собственных и чужих тел, которые им нравятся или не нравятся, довольно рано начали искажать наши с сестрой образы тела, превращая собственные тела в нечто, на что можно смотреть, но не чувствовать. Постепенно образ тела перестал быть неотъемлемой частью целостного самовосприятия, переживаемого изнутри, став видением словно со стороны, внешним и одномерным.

  И вот, ведомые рекламщиками, своими игрушками, создателями медиаконтента и даже родными и близкими, мы все сильнее стремились к уверенности в своей внешности, к стройности и красоте того типа, которые сделали бы нас достойными любви и успеха, но в результате почти всегда получали ноль без палки. Мираж. Ложь. Мы четко шли по своим картам, будто от этого зависела вся наша жизнь, но даже самые упорные попытки избавиться от прыщей, купить классную одежду известного бренда или похудеть не давали обещанных результатов. Во время утреннего субботнего просмотра мультфильмов мы старательно протирали лица настойчиво рекламируемым тоником, но это не заставляло их сиять и светиться. Дорогущие джинсы могли принести нам несколько комплиментов от подружек, но очень скоро на рынке появлялись еще более крутые стили и бренды, а присмотр за соседскими малышами и стрижка газонов не могли удовлетворить наши потребности в деньгах на покупку очередного писка моды! Диета, которой мы увлеклись еще до наступления половой зрелости, приводила к кратковременному похудению... с последующим неизбежным набором веса практически сразу после того, как у нас иссякала сила воли и мы были уже не в состоянии справляться с пожиравшими нормальную жизнь ограничениями.

  В конце пятого класса наша лучшая подруга наклеила на двери своей спальни картинки с моделями Victoria's Secret — чтобы вдохновиться на похудение. Мы все, словно одержимые, следили за модой и следовали советам по уходу за собой из журналов для подростков и каталогов модной одежды. А к тринадцати годам начали писать о своих попытках похудеть в дневниках.

  Рассказывает Лекси. В одной из огромного числа дневниковых записей, сделанных за много лет, я написала: «Я села на диету в понедельник, сразу после возвращения из лагеря. Сегодня третий день. Все идет неплохо! В прошлом году я похудела на четыре с половиной килограмма за двенадцать дней. И я знаю, что смогу сделать это снова. Я хочу весить [целевой показатель] или еще меньше. И не остановлюсь, пока не достигну этой цели. Я в предвкушении удачи! Я обязательно похудею к началу учебного года!» Вот в чем скрытая опасность объективации. Вместо того чтобы проводить лето, прыгая на батуте на заднем дворе, в кемпинге или на роликах с друзьями (все это я очень любила), моя радость была обернута в надежды на то, что я смогу иссушить свое девичье тело и что одноклассники это непременно увидят и оценят. Надежда на то, как я буду тогда выглядеть и как благодаря этому изменится моя жизнь, после того как я стану всеми любимой и популярной, вытеснила все остальное. Но эта цель, этот пункт назначения, до которого я так надеялась добраться, вечно ускользала из виду — и я это уже отлично знала! В двенадцать лет я очень резко похудела за слишком короткое время, что, впрочем, не привело ни к каким серьезным улучшениям в моей жизни — разве что к обморокам и последующей одержимости едой. И вот теперь, всего год спустя, я опять надеялась сбросить вес, набранный за этот период.

  Барахтаясь в море объективации, мы все стремимся к идеализированным эталонам красоты, стройности и счастья, которые нам рекламируют как нечто легко достижимое — надо только реализовать простые и доступные решения по уходу за внешностью и «оздоровлению». Однако эти пункты назначения вечно оказываются миражами; по мере нашего приближения они удаляются все дальше и дальше за горизонт. Кажется, чтобы их достичь, всегда требуется выплатить еще одну дань, сделав еще одну покупку, которая уж точно позволит вам пополнить постоянно меняющийся комплект инструментов для наведения красоты, либо еще один, последний разок «сесть на хвост» кому-то, кто утверждает, что определенно уже побывал в оазисе красоты и стройности без особых усилий и точно знает дорогу туда. У этого человека, вполне возможно, даже имеются фотографии в подтверждение его слов (хотя нетрудно догадаться, в каких компьютерных программах эти фото обрабатывались). Вы тоже очень хотите туда попасть, но вот вопрос: куда на самом деле приведет эта карта и на какие жертвы придется ради этого пойти?

  Большинство медиапризывов, касающихся женского тела, основаны на идее, что счастье, здоровье, сила и статус взаимоотношений зависят от нашей потребляемости — от того, насколько хорошо мы выглядим с точки зрения других людей и насколько неотразима наша сексуальная притягательность. Инфлюенсеры, специалисты по рекламе и крупные коммерческие индустрии навязывают нам эти объективирующие идеалы так упорно и последовательно, что дискомфорт начинает восприниматься как норма, заставляя большинство из нас чувствовать себя ненормально и некомфортно в своем естественном виде. Практически во всех популярных телешоу и фильмах, которые мы смотрим, показывают исключительно женщин, соответствующих идеалам их рекламодателей, которые, в свою очередь, хотят только одного — продать нам свой продукт. Сегодня целые отрасли — героиня комедийно-драматического сериала «Диетлэнд» (снятого по одноименной книге Сарей Уокер) Марти Ноксон называет их «индустриями комп­лек­са неполноценности» — трудятся в расчете на то, что женщина не может претендовать на право быть увиденной, желанной и потребляемой, если она не покупает ниспосланные небесами продукты и услуги, произведенные ими специально для нее6. Мужчин неизмеримо реже определяют, исходя из изъянов и недостатков внешности, и далеко не так часто прописывают им верные решения их проблем — а женщинам-то как повезло! Равно как и отраслям, которые набивают карманы благодаря тому, что мы покупаемся на их ложь.

  Чтобы четко осознать, насколько велико влияние на нашу жизнь объективирующих посланий, чрезвычайно важно понять ориентированную на наживу природу медиа, в том числе социальных сетей. Их создатели, рекламодатели и лидеры индустрии красоты, моды, фитнеса и диет давно знают секрет, который еще не открыли многие из нас: покупательная способность женщины не знает себе равных. Женщины контролируют более 20 триллионов долларов глобальных расходов, и 75 процентов женщин — главные покупатели в своих домохозяйствах. Чем раньше мы ныряем в море объективации и начинаем чувствовать себя в нем, как дома, тем большую прибыль получают эти компании. Если вам удается убедить девушку в том, что для успеха и счастья макияж, наряды и кукольная внешность — крошечный носик, тонкая талия, большие глаза и пышная грудь — не только предпочтительны, но и обязательны, поскольку от этого зависит вся ее ценность, считайте, что вы завладели ее вниманием и деньгами до конца дней.

  Если же начать критически относиться к изображению женщин и девушек в медиа и рекламе; если обратить внимание на то, что нас очень часто принижают, нами манипулируют, уводя прочь от реальности, неизбежно встает ряд вопросов: а почему создатели медиа так упорно настаивают на том, что красивыми, успешными и достойными любви могут считаться только определенные типы женщин? Почему цифровая обработка фото стала отраслевым стандартом для женской аудитории, но не для мужской? Почему так много рекламы нацелено только на женщин и раздает обещания дать им волшебные идеальные тела, мягкую кожу без пор, прекрасно окрашенные волосы, удаление шрамов, более густые ресницы, лица, шею и руки без морщин и мно­гое-мно­гое другое? Почему социальные сети, кишащие молодыми и стройными инфлюенсерками с броским макияжем, наполняют свои ленты сексуально привлекательными идеальными образами, которые при ближайшем рассмотрении неизменно оказываются #sponcon, или так называемым спонсируемым контентом?

  Ответы на эти вопросы нередко прямо связаны с наживой. Все дело в деньгах. Прибыль лежит в основе большей части этого опасного обмена месседжами, который становится сегодня чем-то вроде обязательной обертки для нашей жизни. Почти все медиаплатформы зависят от рекламных бюджетов. Все, что вы видите и слышите в журналах, на телешоу, в фильмах и новостях, как и почти весь контент инфлюенсеров, зависит от прибыли, получаемой ими от рекламы. Вот почему их контент непременно должен поддерживать те же идеалы, которые содержатся в рекламных слоганах, делая их еще более желанными и доступными в глазах потребителя. А иначе рекламодатели останутся недовольны. Так что аппаратное похудение, усиленный акцент на определенных частях женского тела и устранение любых признаков нормального развития живого организма, таких как поры, целлюлит или морщины, — все это не просто случайные рекомендации, основанные на эстетических предпочтениях двух-трех редакторов. Это коммерческие решения для формирования ложных идеалов, за которыми мы с вами должны бесконечно гнаться, набивая карманы производящим их индустриям.

                  •#Sponcon и инфлюенсеры•

  Идеалы, которые представлены в журналах и на телевидении, начинают казаться еще более достижимыми благодаря советам и рекомендациям наших любимых инфлюенсеров из социальных сетей. Часто это якобы очень личные и доверительные (но при этом непременно кем-то спонсируемые) откровения о том, как корректоры талии (эвфемизм для корсетов), диетические коктейли, витамины для волос, леденцы для подавления аппетита, новомодные программы тренировок и слабительные, которые ласково называют «чаем для плоского животика», помогают им выглядеть лучше всех. У самих-то этих женщин по чистой случайности нет ни одного изъяна или проблемы, которые, как утверждается, решают предлагаемые рекламодателями продукты. Но даже они обычно выставляют свои фотографии в цифровом формате, кое-где уменьшив, а кое-что, наоборот, увеличив, в размытом и видоизмененном виде, стараясь выглядеть на них настолько безупречно, чтобы их последовательницы просто не могли не понять, что их методы работают, и бросились покупать все, что они рекламируют. Мы искренне надеемся, что вы знаете: подавляющее большинство знаменитостей и инфлюенсеров в сети просто копируют и вставляют рекламный слоган, написанный для них компаниями-производителями, чтобы продать продукт, которым эти женщины сами, скорее всего, никогда не пользовались. К сожалению, об этом известно не всем. И часто этого не знают самые уязвимые из нас — самые молодые, самые несчастные, выбитые из колеи объективацией и те, кто больше всех хочет быть желанной и любимой.

  Помимо очевидных методов продажи продуктов знаменитостями и инфлюенсерами и прямой рекламы, встроенной в ваши ленты медиа, которая следует за вами по всему интернету на основе того, что вы произносите вслух (!!!), и того, что ищете в сети или пишете друзьям в мессенджере, есть еще вроде бы обычные люди из списков наших друзей. Они тоже продают нам разные товары и услуги, только более изощренными способами. К ним относятся так называемые микроинфлюенсеры с количеством фолловеров от десятка до двухсот тысяч и наноинфлюенсеры — новейший жаргонизм, которым обозначают пользователей социальных сетей с одной тысячей фолловеров. Они то и дело появляются в вашей ленте с рекомендациями купить их любимый шампунь или средство по уходу за кожей, а едва заметный хэштег #ad стыдливо задвинут на задний план, а иногда он и вовсе отсутствует. Такие скрытые, коварные рекламные методики сегодня ширятся и процветают, поскольку, как показывают исследования, люди намного больше доверяют советам и рекомендациям тех, кого они знают (ну, или им кажется, будто знают, из-за знакомства с ними в социальных медиа), нежели традиционной, явной рекламе.

  По оценкам влиятельного маркетингового агентства Mediakix, общая сумма рекламных средств, потраченных на маркетинг с использованием инфлюенсеров, вырастет с 5 миллиардов долларов в 2019 году до 10 миллиардов долларов в ближайшие пять лет. Обратите внимание на то, как быстро ваши друзья и друзья друзей начинают видеть в вас скорее потенциального клиента, чем приятеля по соцсетям, вполне вероятно, что и вы можете начать относиться так же к своим друзьям и даже к родным и близким. И опять же основная цель прямого маркетинга в социальных медиа данного типа — женщины, и это четко отражается в том, что именно чаще всего продается таким способом. Не стоит удивляться, что в подавляющем большинстве случаев это реклама продуктов по уходу за внешностью, будь то неприкрыто спонсируемые производителями посты знаменитостей и инфлюенсеров, традиционные рекламные объявления компаний или незаметные вкрапления рекламы в регулярные ежедневные посты ваших сетевых друзей. Макияж, средства для укрепления волос, программы диет и тренировок для похудения, модные аксессуары, корректирующее белье и прочие продукты для лица и тела сегодня безраздельно господствуют в рекламе в социальных медиа. Но будьте бдительны: реклама, ориентированная на женщин разных возрастов, во многом рассчитывает на то, что мы верим в две вещи: во-первых, что наше счастье, здоровье и способность быть любимой всецело зависят от внешности и, во-вторых, что с помощью правильных товаров или услуг можно достичь идеала красоты и, следовательно, стать достойной счастья, здоровья и любви.

  А теперь найдите минутку и подумайте о том, что сами женщины продают друг другу онлайн или лично. Сколько из них в деле стимулирования продаж рассчитывают в основном на озабоченность представительниц женского пола своим телом и внешностью в целом? Многие предлагаемые продукты ориентированы именно на женскую аудиторию и нацелены исключительно на улучшение внешности, хотя часто предлагаются под маской вроде «продукт для оздоровления» или «сама себе босс». Подумайте обо всех запросах от связанных с продажами групп; о разных мероприятиях, приватных сообщениях и убедительных постах ваших друзей, знакомых или даже незнакомок, в которых вам предлагали и настоятельно рекомендовали купить диетические коктейли, отбеливающую зубную пасту, обертывания и кремы для тела, помаду, утягивающие легинсы, фитнес-планы, украшения, косметику, средства для ухода за кожей и волосами, антивозрастные кремы, программы для похудения, витамины, чай для детоксикации и прочее, прочее, прочее. Возможно, вы даже сами продавали кому-то такие товары — и, поверьте, мы отлично понимаем, почему вы это делали. Тем не менее мы все должны осознать, что, поступая так, мы используем определенную тактику продаж (либо сами становимся целью для этой тактики), особенно те из нас, кто предлагает продукты для «исправления» недостатков женской внешности. Мы легкая добыча в мире, построенном на том, что женщины в прямом и переносном смысле покупаются на собственную объективацию.

•Погруженные в объективацию — от макушки до пят•

  Стоит лишь чуть-чуть окунуть палец ноги в воды объективации, как мы тут же в отношении к собственной внешности и в том, как себя видим, становимся на удивление само­кри­тич­ными и опредмечивающими. Нас практически с детства учат разбирать себя по частям, выбирать нуждающиеся в ремонте, и для каждой такой части предлагается несколько видов исправлений, доступных по разумной цене. Нас настоятельно просят осознать свои изъяны и исправлять, изменять и поддерживать на нужном уровне каждый сантиметр своего тела, от корней волос до ногтей на пальцах ног. В связи с этим предлагаем провести небольшое исследование медиамесседжей и прочих посланий нашей культуры, которые сформировали маршруты на наших картах образов тела невидимыми, но очень действенными способами; начнем сверху — буквально с наших макушек.

  Волосы. В большинстве случаев женщинам предлагается отрастить длинные волосы, а потом потратить всю жизнь на уход за их текстурой, длиной, цветом, объемом и стилем укладки. В результате в особенно невыгодном положении оказываются чернокожие женщины, ведь им-то приходится, кроме всего прочего, противостоять сексистским и расистским предрассудкам. В профессиональной среде от них нередко требуют либо химически выпрямлять натуральные кудряшки, либо заплетать их в косы, либо носить парик, и чернокожие женщины тратят неоправданно много времени и денег на то, чтобы соответствовать этим критериям, а в случае нарушения правила сталкиваются с весьма негативными последствиями. Реклама и развлекательные медиа (а также их извечный микс) на каждом шагу формируют и навязывают стандарты женских волос. Почти все героини кино- и телефильмов (если они, конечно, положительные персонажи) и бесчисленное число инфлюенсеров-женщин в социальных сетях могут похвастаться длинными, густыми прямыми и отлично уложенными волосами красивого цвета, часто, кстати, наращенными. Сегодня женщине почти невозможно, зайдя в сеть, не увидеть там рекламу средств для волос в духе «потому что ты этого достойна» (всем известный вдохновляющий слоган L'Oréal). В итоге мы начинаем вкладывать массу времени, усилий и денег в волосы на своих головах в совсем юном возрасте, а потом несем эту ношу всю оставшуюся жизнь.

  Волосы на остальных частях тела регулируются произвольными, но тоже непреложными правилами: какие допустимы, а какие нет; как за ними ухаживать; как от них избавляться. Многие женщины даже не задумываются, сколько времени и энергии мы затрачиваем за свою жизнь на уход за бровями и ресницами и на депиляцию. Что касается бровей, почти всем знакома боль (а возможно, и онемение) при выщипывании, восковой депиляции, филлинге, ламинировании, татуаже и микроблейдинге. Оглянувшись назад, мы можем вспомнить — часто со смехом — разные формы и деформации бровей, которые сменили за прошедшие годы. (Тут уместно упомянуть о моде на естественно темные, густые брови последних лет и на тонкие, словно нарисованные карандашом, брови конца 1990-х; близнецы Кайт предприняли первую попытку выщипать брови в возрасте двенадцати лет, а позже их оказалось не так-то просто восстановить.) И заметьте, подавляющее большинство мужчин ограничивается в этом плане разве что выщипыванием от разу к разу бровей, сросшихся на переносице, и то чаще всего по настоянию жены или подруги. Чтобы комфортно чувствовать себя в мире, им не требуется практически ничего — никаких гелей для бровей, карандашей, татуировок, процедур и прочего ухода с применением технических средств.

  А как насчет волос не на лице, а на теле? На этапе полового созревания, мы все получаем предельно однозначную установку: избавляйся от них всеми возможными средствами. Волосы подмышками? Ни в коем случае. Бритье, воск или лазер, а затем в довершение всего — дезодорант фирмы Dove. Вот слова из реальной телевизионной рекламы Dove, обращенные ко всем женским подмышкам мира: «Ты можешь быть более мягкой, гладкой и красивой подмышкой; ты заслуживаешь наилучшей заботы — никогда не забывай об этом». А волосы, которые занимают пространство от пупка и до кончиков пальцев ног? Тут вообще нет никаких оправданий. Потрать две-три тысячи долларов на лазерную депиляцию и повтори эту процедуру еще несколько раз; наноси воск каждые несколько недель, брейся каждые два дня... словом, делай, что хочешь, но не смей преступать идеалы женственности, оставляя свои естественные, защитные, гигиеничные волосы. И неважно, сколько времени и энергии ты угробишь на избавление от них. Миллиарды долларов в год вкладываются в то, чтобы взрослые женщины соответствовали неестественному для них подобию не достигших половой зрелости маленьких девочек и чтобы нормальная альтернатива этому считалась антисанитарной, неженственной и непривлекательной.

  Глаза. Никогда не забывай о ресницах! Индустрия, специализирующаяся на уходе за ресницами (представьте, и такая существует!) растет стремительными темпами, основываясь на незыблемой идее: у красивой женщины непременно должны быть темные, густые, длинные, объемные ресницы, и — вот мы счастливицы-то! — нам предлагают миллион вариантов для достижения этой цели. Накладные ресницы сегодня в моде, как никогда прежде. Этот элемент женской красоты перенесся с театральных подмостков или киноэкрана на повседневный вид женщины, сидящей за рулем авто или работающей в офисе. Делайте, что хотите — пришивайте их к своим обычным ресницам, используйте крошечные магнитики или приклеивайте клеем, — но ни в коем случае не смейте выходить без них на люди, если не хотите чувствовать себя голой, как в детских кошмарах на тему «первый день в школе без одежды». А если предпочитаете сосредоточиться на улучшении волос­ков, естественно растущих на ваших веках, то и тут найдется с десяток рецептурных или безрецептурных решений для наращивания длинных и густых ресниц. Но остерегайтесь побочных эффектов в виде возможной слепоты или изменения цвета глаз.

  Вы можете сказать: да бог с ним, с изменением цвета радужки — хорошо еще, что хотя бы на наши глазные яблоки пока никто не посягает. А вот тут вы ошибаетесь. В 2019 году компания Bausch+Lomb, производитель контактных линз и офтальмологических препаратов для здоровья глаз, выпустила осветляющие глазные капли Lumify, предназначенные исключительно для женщин. В их выдержанной в пастельных тонах телерекламе говорится: «Если речь идет о красивых глазах, именно это даст реальный, все меняющий результат», а также что капли сделают ваши глаза «более яркими и сияющими». Blue Chip Marketing Worldwide, ведущее агентство, разработавшее эту рекламную стратегию, объясняло ее успех позиционированием глазных капель не как продукта для здоровья глаз, а как средства для красоты: «Мы позиционировали уникальные преимущества Lumify — более светлые белки, более яркие и сияющие глаза — с прицелом на новую цель, на энтузиасток красоты... Lumify стали своего рода "мостиком" между косметическими средствами по уходу за глазами и средствами для здоровья глаз в розничных магазинах»7. Согласитесь, всегда любопытно видеть подобные новейшие инновации в области устранения недостатков и изъянов у женщин, особенно когда понимаешь, что и у мужчин имеются такие же части тела, но почему-то у них в связи с этим нет никаких проблем и никто на них не давит, требуя что-либо в себе исправить!

  Кожа. При всем бесконечном внимании к волосам никогда не забывайте о коже под ними (даже не рассматривайте такой вариант). Это самый большой орган нашего тела и ценнейший товар, «застолбленный» отраслями, которые изо всех сил стараются добиться, чтобы мы ни в коем случае не соглашались жить с кожей в том виде, в каком она дарована нам матушкой-природой. Вспомните бесконечные вариации, какими вы описывали «изъяны» своей кожи и как вам их описывали другие. Ваша кожа склонна к акне, на ней есть рубцы? Она шершавая и неровная, бесцветная, слишком темная (или бледная), сухая, обвисшая, тусклая, безжизненная, пятнистая и неравномерная по тону? А может, у нее хватает наглости иметь заметные поры, растяжки, вены, родинки, веснушки, пятна или морщинки? Скорее всего, у нее есть многие из этих качеств, как и у кожи большинства других людей, но вы наверняка чувствуете себя из-за этого ущербной.

  Кожа на нашем лице, шее и руках — серьезнейшая цель для индустрии, борющейся со старением, которая зарабатывает миллиарды долларов, вытягивая их из кошельков женщин всего мира. Да-да, непосильное бремя антивозрастных идеалов тоже ложится прежде всего на наши плечи. Почти все наши карты образа тела ведут к пункту назначения, помеченному одним-единственным словом «молодость». И это совсем неудивительно, поскольку старение — в особенности женщин — упорно отрицается и порицается индустриями красоты и борьбы с возрастными изменениями, ведь каждая из них ежегодно получает миллиардные прибыли за счет нашего неизбежного, естественного старения.

  Как мы уже говорили, женщины старшего возраста крайне редко представлены в медиа в позитивном свете, а когда мы их все же видим, то как по какому-то волшебству они обычно соответствуют всем идеалам молодости. Может, у них и найдется несколько морщинок вокруг глаз, но их тело по-прежнему достойно не только смелого бикини, но и в высшей степени хвалебных слов. Подобная картина наблюдается в бесчисленных журналах, на рекламных щитах, в теле­рек­ла­ме, телешоу и фильмах, то есть каждый раз, когда женщина старше пятидесяти представлена в позитивном свете или рекламирует какой-то продукт для исправления внешнего вида. Вы не увидите у нее ни складок на теле, ни глубоких морщин. Ее кожа тугая, грудь колесом, стан тонкий. Никаких пигментных пятен и солнечных ожогов; ни следа отросших седых корней; вообще никакой седины в густой прекрасной гриве ее распущенных и красиво окрашенных волос.

  Похоже, эти женщины нашли рецепт молодости. Но каков же он? А знаете, мы раскрыли этот секрет! Нестареющие женщины старшего возраста в наших медиа — это продукт двух хитрых уловок: цифровой ретуши изображений и косметических процедур. Нравится нам это или нет (а наша культура изначально готовит нас ко второму), с возрастом мы все начинаем выглядеть иначе. Только у мужчин эти изменения чаще всего преподносятся как нормальные и даже благоприятные, ведь стареющий мужчина выглядит «благородно», «мужественно», а то и «старым ловеласом» — такими эпитетами мы их награждаем. Но если говорить о женщине, то любые возрастные изменения необходимо немедленно остановить, обратить вспять или хотя бы спрятать — любой ценой. Серьезно, любой ценой, включая все виды затрат: финансовые, временные и ущерб для здоровья. Потому что ты этого достойна, помните?

  Пластическая хирургия считается в США самой прибыльной отраслью, а инъекция ботокса — косметическая процедура номер один. Глобальный рынок антивозрастных продуктов в 2018 году оценивался в 42,5 миллиарда долларов, а, по оценкам специалистов, к 2023 году эта цифра вырастет до 55 миллиардов. Ежегодно нескольким миллионам человек вводят в мышцы лица токсин ботулина (нейротоксин, вызывающий паралич, продукт той же бактерии, которая вызывает страшную болезнь ботулизм), чтобы парализовать эти мышцы и тем самым убрать морщины. И эту процедуру необходимо повторять каждые три-шесть месяцев. И почти 90 процентов этих людей — женщины. Три следующие по популярности процедуры также предназначены для борьбы со старением: филлинг мягких тканей, лечение гиалуроновой кислотой и химический пилинг8. А еще женщины ежегодно несут миллиарды долларов в магазины косметических товаров; это менее инвазивный способ избавления от мелких морщин, пор и возрастных пятен.

  На нашу кожу претендует не только индустрия антивозрастных продуктов, но еще и дубильная и отбеливающая отрасли. Вы, например, знаете, что такие компании, как Dove, Nivea, Vaseline, L'Oréal и Neutrogena, продают в Северной Америке средства для автозагара, а за границей, напротив, продукты для осветления и отбеливания кожи (известные как отбеливатели)? Иными словами, они заграбастывают миллиарды, убеждая одних женщин в том, что им нужно иметь «более белую, светлую» кожу, а других — что им никак не обойтись без «здорового бронзового сияния» кожного покрова. Эти продукты и их реклама доминируют на мировых рынках и снова-таки непропорционально ориентированы на женщин. И еще, особенно тяжкое бремя ложится на плечи чернокожих женщин, что обусловлено долгой историей превосходства белой расы, которое лежит в основе этого давления, заставляющего их стремиться любой ценой стать более светлокожими.

  Не облегчает их жизнь и то, что распространенным идеалом красоты в США традиционно были и остаются белокожие люди, что делает его еще более недоступным для цветных женщин и особенно недостижимым для чернокожих. Конечно, некоторые женщины небелой расы вроде Бейонсе, Дженнифер Лопес, Рианны, Реджины Холл, Керри Вашингтон, Куин Латифы, Тайры Бэнкс, Анджелы Бассетт, Зои Салданы, Тараджи Хенсон, Холли Берри и другие добились известности в Голливуде, но тут нам еще работать и работать. Когда цветную женщину представляют в медиа в качестве иконы красоты или законодательницы стиля, она чаще всего вполне соответствует идеалам светлокожей красотки (или же ее образ просто стилизовали с помощью цифровой обработки, отфотошопили): европейские черты лица; стройная, но с соблазнительными формами фигура; длинные, прямые и густые волосы и прочие безупречные стандарты лица и тела, не знающих, что такое старение.

  Вес и телосложение. Одним из неоспоримых стандартов красоты последних нескольких десятилетий считается стройность, даже худоба. Начиная с 1920-х годов доминирующие идеалы телосложения варьировались от худого до очень худого и до сегодняшнего «худощавого, но при этом соблазнительного в определенных местах, но все равно гладкого, крепкого и безупречного». Этот неизбежный и вездесущий идеал увековечивался мейнстримовскими медиа (печать, кино и радиовещание) и всеми известными нам форматами (развлечения, новости и реклама) с момента создания средств массовой информации. Женщины, которые совсем не вписываются в эти стандарты, как правило, изображаются в медиа как объекты для шуток, злодейки и стервы либо как вечные плаксы и крайне редко как предметы чьего-то любовного интереса (если только сюжет не вращается вокруг проблемы лишнего веса). Эта весьма последовательная установка на необходимость быть стройной и неприемлемость полноты оказала огромное давление на девочек, девушек и женщин, заставив их добиваться этого любой ценой, ведь якобы только тогда они смогут чувствовать себя если не красивыми, то хотя бы в порядке.

  Большинство людей изначально убеждены, что стройность — залог красоты и сексуальной привлекательности. А между тем это лишь современная социальная конструкция, тщательно курируемая и поддерживаемая отраслями, чей успех полностью зависит от общей приверженности этой идее. Наши извечные худющие идеалы попросту нельзя назвать ни естественными, ни универсальными. В подтверждение этого факта можно сослаться на самые разные мировые идеалы красоты, в том числе принятые в культурах, в которых ценят крупных женщин, что резко контрастирует с западными стандартами. Однако люди, особенно белые, без малейшего труда и при этом совершенно неправомерно отбрасывают подобные примеры как «иные», то есть слишком уж не соответствующие современному образу жизни и их пониманию красоты. Впрочем, нам вовсе не нужно искать альтернативу современным идеалам по всему миру, достаточно заглянуть в историю США столетней давности.

  Пожалуй, самой известной иконой красоты в Америке на рубеже ХХ века была Лилиан Рассел, театральная актриса и певица, родившаяся в 1861 году. В ее некрологе, опуб­ли­кованном в 1922 году в New York Times, неоднократно упоминается ее красота и, в частности, отмечается, что «она более двадцати лет была известна как одна из самых красивых женщин на американской сцене». А ведь на пике своей славы Рассел весила больше девяноста килограммов. В другой статье, появившейся в Times в 1902 году, автор превозносит «невероятную красоту» актрисы, прославляя ее пышные формы. Надо сказать, когда мы впервые нашли эту ссылку, описание актрисы нас здорово удивило. Вот оно: «[Рассел] чрезвычайно сильное и здоровое создание, и она очень заботится о том, чтобы оставаться таковой и впредь». Как видите, вес актрисы по сегодняшним меркам отнесли бы к ожирению (под стандартом имеется в виду вводящий в заблуждение и совершенно неэффективный индекс массы тела, который мы подробно обсудим далее), а в начале XX века о нем пишут как о признаке здоровья и сексуальной привлекательности.

  А теперь перенесемся на сто лет вперед и увидим, что идеалы красоты за это время «похудели» килограммов на пятьдесят. Образ а-ля беспризорник худосочной британской «антисупермодели» Кейт Мосс доминировал в индустрии моды на протяжении 1990-х годов и значительную часть следующего десятилетия; она заняла второе место в рейтинге Forbes среди самых высокооплачиваемых моделей 2007 года с гонорарами в 9 миллионов долларов в год. Андрогинную фигуру Мосс чрезвычайно высоко оценила модная индустрия; она вынесла модель более чем на пятьдесят обложек женских журналов и активно задействовала в громких рекламных кампаниях. А ее собственное широко разрекламированное заявление, сделанное в 2009 году в интервью для элитного модного журнала Women's Wear Daily («Нет ничего вкуснее, чем ощущать себя худой») выражает весьма опасную идею, которая и сегодня продолжает сильно влиять на идеалы женской красоты, одновременно усугубляя проблему расстройства пищевых привычек. Эта опасная (и очевидно неправдивая) цитата по-прежнему встречается на сайтах по всему миру, пропагандирующих «истощение» или «отказ от еды». Неудивительно, что большинство современных женщин изо всех сил стараются похудеть, а девочки еще до начальной школы начинают копировать разные диеты и прочие ограничения своих матерей.

  Тут у вас может возникнуть мысль, что эпитеты вроде «аппетитная» или «пышная», которые в последние несколько лет стали более популярными в мейнстримовских медиа, — это шаг в правильном направлении и частичный отход от нездоровых идеалов прошлого. Однако реального подтверждения этого мы, увы, не видим. Индустрия диет и похудения в 2018 году заработала 65 миллиардов долларов, и с каждым годом ее прибыли только растут. Она процветает, даже когда экономика в целом чахнет. Число людей, которые совершенно неправильно питаются, остается стабильно высоким. Худоба по-прежнему императив, только теперь от красавицы требуют дополнительных атрибутов, которые обычно при особой стройности не характерны, — большой упругой груди и гладкой округлой попы. Это означает, что многие девушки и женщины будут еще сильнее истязать себя, чтобы добиться пропорций, крайне редко встречающихся в природе, изменяя свои тела хирургическим путем, уменьшая одни части и увеличивая другие.

  Помимо жировых инъекций, коррекции фигуры, за­мора­живания жира, липосакции, увеличения груди, ягодичных имплантатов и прочих хирургических косметических процедур, пользующихся сегодня огромной популярностью у женщин, есть много менее инвазивных вариантов, и их часто пропагандируют знаменитости как образцовые модели нынешних идеалов красоты. Корректирующее белье — пояса, корсеты, утягивающие колготки и велосипедные шорты — в 2019 году принесло своим производителям 745 миллионов долларов и, по данным исследования рынка, проведенного немецкой компанией Statista по сбору маркетинговых и потребительских данных, к 2025 году принесет более миллиарда. В основе успеха этой индустрии лежит идея, что женские тела должны быть гладкими, крепкими и очень стройными, но с сексуальными выпуклостями и изгибами в четко отведенных местах. Безусловно, идеалы женского телосложения и мода на них, будь то пышные формы или болезненная худоба, и впредь будут переживать приливы и отливы, но детали, по сути, не имеют особого значения, пока мы все барахтаемся в опасных водах объективации.

  Целлюлит. Он есть повсюду в реальной жизни и ни­когда-ни­когда не встречается на экранах телевизора, в фильмах и журналах. Он никак не связан со здоровьем, но его постоянно клянут как верный признак лени женщины, ее пренебрежения собой. В той или иной мере он есть у подавляющего большинства женщин, но в медиа безостановочно клеймят его как нечто жуткое и шокирующее.
  Мультимиллионная отрасль десятилетиями твердила, что у нее имеются средства для его лечения, но сегодня он распространен так же повсеместно, как и много лет назад. Что же это за загадочный недуг? Конечно же целлюлит! Учитывая нынешние стандарты красоты — тонкая талия и круглая попа, одно из самых нелепых ожиданий в отношении женского телосложения состоит в том, что ее тело должно быть сексуально привлекательным, даже пышным, но при этом безупречно ровным и гладким, без каких-либо неприглядных шишечек и «апельсиновых корок». Очень по-научному звучащее слово для обозначения этих крошечных шишечек и шероховатостей, «целлюлит», впервые вошло в американский лексикон в 1968 году благодаря журналу Vogue. До тех пор он вообще не считался проблемой. Хотя на определенном этапе жизни целлюлит появляется на телах не менее 80 процентов женщин (и, кстати, около 10 процентов мужчин), отрасли, наживающиеся на нашем беспокойстве о любых предполагаемых изъянах и недостатках, клянут его на чем свет стоит и очерняют вот уже на протяжении многих десятилетий.

  Целлюлит возникает из-за того, что жировые клетки (адипоциты) объединяются в фиброзную ткань. Неважно, сколько в теле жира, у женщин адипоциты чаще всего прикрепляются к кожной ткани в виде кубического рисунка, создавая эффект шероховатой поверхности, а у мужчин — нет, в результате чего у них нет «апельсиновой корки». И вот, чтобы спасти женщин от этой якобы огромной неприятности, нам предлагают массу продуктов и процедур, начиная от сверхинвазивных хирургических операций и заканчивая весьма болезненными лазерными процедурами, кислородным голоданием, ограничением кровообращения с помощью корректирующего белья и «укрепляющими кожу» (и сжигающими ее!) лосьонами и притирками. Но все эти процедуры и зелья, по заявлению их производителей отлично удаляющие целлюлит (что они, как правило, подтверждают весьма впечатляющими фотографиями «до» и «после»), дают лишь временный эффект, и то в лучшем случае. Многие из них — чистейший обман. Ни одно масштабное исследование еще ни разу не доказало долгосрочную эффективность хотя бы одного средства для борьбы с целлюлитом. Даже похудение не меняет структуру или форму жировой клетки. Следовательно, независимо от того, сколько жира у вас под кожей, целлюлит неизбежен, и стыдиться его нечего, что бы ни говорили таблоиды и как бы ни вопили критиканы из соцсетей, нападая на знаменитостей, которые осмеливаются появляться на пляже с ямочками на бед­рах и ягодицах.

•Цифровые манипуляции•

  Вам не удастся объективно оценить информацию, не разобравшись в том, как на наше восприятие реальности влияют цифровые манипуляции. Чаще всего для усиления и нормализации искаженного представления о «среднестатистическом» теле нас в буквальном смысле заваливают образами невероятно стройных женщин с грудными имплантатами, подтяжкой лица, пластикой носа и наращенными волосами; их представляют нам как отраслевой стандарт. Но мало того, что от нас требуют соответствовать этим изначально недостижимым идеалам, образы моделей, актрис и прочих «звезд» еще и ретушируют для печати и статических изображений в сети и корректируют с помощью CGI[5] для видео. Иначе говоря, в цифровом формате такие недостижимые идеалы становятся все более недостижимыми, а инфлюенсеры все наращивают свои прибыли и усиливают интерес к себе, изображая свои тела как верх совершенства. Сегодня можно без преувеличения сказать, что цифровая обработка изображений стала отраслевым стандартом, который открыто одобряют и защищают создатели медиа и контента по всему миру. Мы постоянно слышим горячие дискуссии о цифровых манипуляциях и говорим о них уже не первый год, но руководители и продюсеры из сферы медиа продолжают использовать их в просто невероятных масштабах и яростно защищают как нечто абсолютно приемлемое.

  Наш любимый пример фотошопинга — сентябрьский номер журнала Self за 2009 год, рубрика «Уверенность в своем теле» (!), на обложке которого «суперзвезда» певица Келли Кларксон похудела в цифровом формате почти до неузнаваемости, и люди это заметили. Ее появление на шоу «Доброе утро, Америка» за считаные дни до фотосессии наглядно доказывало, что ее тело не имеет ничего общего с телом той худышки, которую мы увидели в журнале. В своем интервью в упомянутой выше рубрике Келли рассказывала, насколько комфортно и уверенно она чувствует себя в своем теле. Так, она сказала: «Мой счастливый вес постоянно меняется. Иногда я ем больше; иногда больше занимаюсь спортом. Мой размер все время меняется. Когда люди говорят о моем весе, я реагирую так: "Кажется, у вас с этим проблемы, а вот у меня их нет. Я в полном порядке!" Я ни разу в жизни не чувствовала себя некомфортно на красной ковровой дорожке, да и вообще нигде».

  Так вот, вместо того чтобы извиниться за неэтичный и явно заметный промах из категории «Photoshop — лучший косметолог», тогдашний редактор Self Люси Данцигер пыталась защитить свой журнал: «Да, мы, конечно, ретушируем изображения на этапе постпродакшн. Фотошопинг сегодня считается отраслевым стандартом, — заявила она. — Келли Кларксон излучает уверенность в себе, и она отличный пример для подражания для женщин любого размера и на любом этапе жизни. Она много занимается спортом, она крепкая и здоровая, и наша фотография отлично отображает ее уверенность и красоту. Она буквально светится изнутри. Именно это чувство мы все хотели бы испытывать. Нам очень нравится обложка, и мы все обожаем Келли Кларксон».

  Любопытно, что этим заявлением Данцигер не ограничилась, в порыве вдохновения она продолжила тему оплошности журнала с фотошопингом в своем личном блоге, написав: «Мы изменили ее внешность? Мы просто хотели, чтобы это изображение выглядело как личный рекорд ее внешнего вида... Но если считать Келли символом уверенности в себе, каковым она и есть, то, по-моему, это фото самое правдивое из всех, которые мы когда-либо выставляли в витрине газетного киоска».

  Трудно поверить, что чьим-то личным рекордом может быть фотография, обработанная так сильно, что у полученного в результате изображения не осталось ничего общего с оригиналом. Они твердили об уверенности в своем теле (!) и цитировали слова Келли о ее реальном, с трудом завоеванном принятии своего тела, но отказались показать настоящее тело певицы на своих страницах.

  Примеры поистине вопиющих цифровых манипуляций можно без особого труда найти во всех популярных медиа и мейнстримовской рекламе. А еще легче заметить умышленное искажение тел и лиц в социальных медиа, где эти манипуляции особенно хитры и коварны. Подумайте, к чему ведет идея, что цифровая обработка — это «отраслевой стандарт», в контексте создания современного онлайн-контента. В XXI веке значительная часть контента, с которым вы сталкиваетесь, находится в руках людей и их телефонов и постится в Instagram, Snapchat, YouTube и на новейших платформах социальных медиа. Ваши подруги выкладывают селфи, обработав их в Facetune до такой степени, чтобы результат выглядел идеальным, но ретушь не была очевидна; блогер по вопросам моды, на которого вы подписаны, с помощью специального приложения увеличивает свое тело в одних местах, ужимает в других и заблюривает любые признаки целлюлита; инфлюенсера вообще ни за что не увидишь в Snapchat и Instagram без фильтра или профессионального освещения. Мы сами вводим в норму эти маленькие отступления от реальности и тем самым увековечиваем, укрепляем и еще выше поднимаем планку идеалов тела, которыми раньше нас кормили медиа, а теперь мы создаем их сами. Мы перешли на этап, на котором цифровые манипуляции — не только стандарт медиаиндустрии, но и наш личный стандарт.

  В сети мы видим на миллионы больше людей, чем могли бы встретить лицом к лицу в реальной жизни, и миллионы людей видят нас. И каждый раз, когда обрезаем свои фотографии, накладываем фильтры или используем разные эффекты, вплоть до полной нереалистичности, мы искажаем любой смысл нормального и естественного. А еще подлее и опаснее то, что эти недостижимые идеалы нам навязываются персонально — через фотографии подруг, любимых «звезд» и инфлюенсеров, которые «такие же, как мы!», представляя их как нечто совершенно нормальное, из повседневной жизни. К сожалению, ни одно исследование в этой области никогда не даст однозначных окончательных результатов, но вот вам факт, от которого никуда не деться: девять из десяти девочек школьного возраста признаются, что «поправляют» свои фотографии перед загрузкой в сеть. Разглаживающие кожу и улучшающие изображение фильт­ры становятся настолько распространенными на всех платформах, что даже в системах видео-конференц-связи, таких как Zoom, имеется функция «Подправить мою внешность» (Touch Up My Appearance). Поскольку приложений для обработки фотографий с каждым годом становится все больше, крайне важно хорошенько думать, что вы публикуете в сети (и что там видите) и каковы последствия того, что вы тратите много времени на объективацию идеалов и попытки им подражать.

  Короче говоря, нас учат видеть все части нашего тела, от макушки до пят, как потенциальную проблему, которую необходимо решить независимо от того, насколько распространенной, естественной и не нуждающейся в улучшениях может быть та или иная «проблемная» зона на самом деле. Ни один из предполагаемых изъянов не вызвал бы у нас ни малейшего беспокойства, если бы мы ценили эти части тела за их функции и за то, как ощущаем их изнутри. Все эти якобы недостатки и рекомендации во что бы то ни стало их исправить, которые мы постоянно слышим, есть не что иное, как результат оценки нашего тела (как нами, так и окружающими) по его внешнему виду. В среде, где объективация стала нормой и где колонизирован каждый сантиметр нашего тела, нам необходимо переключить внимание, перестать быть пассивными объектами и стать активными субъектами — начиная с вопросов о том, как мы выглядим, заканчивая тем, как нас научили себя видеть. Если вы замечаете, что ваша идентичность раздвоена и вы наблюдаете за разными частями своего тела со стороны, критически оценивая их, помните: это окружающая среда приучила вас к такому ограничивающему подходу.

•Увидеть больше: подтяни медиаграмотность•

  Мы не можем влиять на образы непосредственно, но в наших силах лишить их власти над нами. Мы можем отвернуться от них и начать смотреть друг на друга... Мы можем поднять себя и других женщин над этим мифом.

  Наоми Вульф. Миф о красоте[6]

  Научившись видеть больше в своей среде, ярче подсветив ту опредмечивающую перспективу, которую навязывают установки, порожденные жаждой наживы и намечающие для вас бесконечный курс к стыду за свое тело, вы обретете способность разбить эти ошибочные убеждения вдребезги и наметить новый путь, ведущий к укреплению психологической устойчивости к восприятию образа тела. Лучше осознав, какими способами ваш жизненный выбор и представления о себе искажались и искажаются внешними источниками, вы в корне измените такое положение вещей, а потом сможете изменить и свою среду, сделав ее гораздо более здоровой и счастливой. Вы перестанете быть пассивным потребителем, бездумно принимающим сфальсифицированные месседжи о своем теле и ценности, да еще и усиливающим их, направляя против себя и других. Способность быть более мудрой и разборчивой при восприятии идей, уже усвоенных вами, и тех, о которых вам еще предстоит узнать, позволит деконструировать и реконструировать свою карту образа тела так, чтобы она лучше служила вашим интересам и миру, который в вас нуждается.

  Первое, что вам нужно сделать, чтобы стать более подкованной в медиа и лучше в них разбираться, — это понять, что это активный, а не пассивный новый способ существования. Медиаграмотность и эффективная деконструкция карты образа тела — это не просто знание того, чего следует избегать и как на вас влияют бомбардирующие извне сообщения. Это также осознание того, что у вас есть силы и возможность сформировать новое понимание своего тела и окружающего мира, который вы ощущаете именно через тело. А еще осознание того, что вам под силу заменить свою старую, вводящую в заблуждение карту образа тела на новый набор навыков и ресурсов, которые укажут путь к устойчивости. Для нового маршрута придется отключиться от источников, которые уводят вас не туда, а затем выбрать новые способы активно вовлекать, искать, создавать, вводить новшества, расширять и делать свой вклад в мир сообщений, отражающих и укрепляющих придающий вам сил взгляд на собственное тело и ценность.

•Через призму медиаграмотности•

  Как только ваши глаза откроются и вы увидите те искаженные, порождаемые жаждой наживы установки, которые заставляли вас чувствовать себя в водах объективации как дома, вы начнете намного лучше осознавать, какую ложь о своем теле и собственной ценности вам так усиленно навязывали, на что вы зачастую клевали. Какими физическими или числовыми отметками вы определяли, когда же наконец почувствуете себя счастливой владелицей собственного тела или позволите себе участвовать в том или ином «запрещенном» доселе виде деятельности, будь то свидания, плавание, кросс или учебные курсы? Может, такой вехой служило старое платье, в которое теперь не влезаете, или, возможно, вещь, которую вы никогда не носили, но хранили в шкафу как стимул для похудения? Или вес, количество килограммов, которые нужно сбросить, например, ваш вес в определенном возрасте или вес того, на кого вам очень хочется быть похожей?

  Подумайте, какие источники заставили вас установить эти маркеры и показатели успеха. Вы же не родились с идеями о том, что сделало бы ваше тело (и вас самих) идеальным; так что не пожалейте нескольких минут и вспомните, от кого получили все эти отметки, размеры и надежды. У кого вы позаимствовали идеи о том, что сделает ваше тело приемлемым? Кто из ваших знакомых их разделяет? Принесла ли гонка за установленными физическими или числовыми параметрами или даже их достижение покой, уверенность и счастье, к которым вы так стремились? Устраивает ли вас та цель на пути усовершенствования своего тела, которой вы достигли? Порекомендовали бы вы этот путь людям, которые вам небезразличны?

  В далеких 1990-х, когда мы девчонками обычно записывали свои целевые физические параметры в дневник, мы ответили бы на последние три вопроса отрицательно. Однако боль наших сердец, разбитых о несбывшиеся надежды на рай вожделенной стройности, подтолкнула к тому, чтобы начать лучше разбираться в том, во что мы верим касательно образа тела. После многих лет бесконечной зацикленности на попытках исправить свои тела и тем самым повысить уверенность в себе и улучшить свою жизнь, мы обе были ошарашены первыми симптомами облегчения, которое испытали, увидев и осознав нереалистичность идеалов, за которыми так упорно гнались.

  В восемнадцать лет, будучи первокурсницами колледжа Университета Юты, мы записались на курс Media Smarts, обязательный для студентов факультета журналистики; его преподавали два потрясающих профессора (привет вам, Бренда Купер и Тед Пиз!). На нем-то мы и познакомились с понятием медиаграмотности, то есть умения критически оценивать и понимать, каким образом СМИ влияют на восприятие человеком себя и окружающего мира. Знаете, у нас обеих чуть сердце не выскочило из груди, когда мы узнали, что на телевидении, в фильмах, музыкальных клипах, рекламе и журналах женские тела намеренно представляют потребителю ограниченными способами и в идеализированном виде — благодаря ловкому сочетанию сексизма с тщательно разработанными рекламными стратегиями. У нас обеих мурашки по коже пробежали, когда мы осознали, как наши тела и само­оцен­ка искажаются объективацией идеалов, которые не только не отражают действительность, но и создают новую, такую же искаженную. Гнев и адреналин бушевали в нашей крови, когда мы думали о том, сколько времени, энергии и денег потратили впустую на погоню за этими миражами, которые, как мы надеялись, когда-нибудь позволят нам выглядеть и чувствовать себя «нормальными».
  На этих занятиях мы впервые по-новому увидели себя, свой мир и выбор и поняли, что способны распознать и критически отнестись к тому, во что мы так долго верили и считали само собой разумеющимся. Мы вдруг увидели и почувствовали, каково это — вместо того чтобы критиковать свои тела и собственную ценность, развенчивать эти идеалы и разоблачать стоящие за ними манипуляции.

  Именно с тех занятий мы, восемнадцатилетние, начали долгое обучение тому, как уничтожить вводящие в заблуждение карты образа тела, которые удерживали нас в водах объективации, вдали от целостного самовосприятия. Мы барахтались и страдали в этой среде со школьной скамьи и даже понятия не имели, что существует жизнь вне нее. Обретение способности отличать медиаманипуляции от реальности напомнило нам, что мы оставили свое сформировавшееся, реализовавшееся «я» на далеком песчаном берегу. Страстное желание ощутить себя более цельными, внутренне богатыми личностями, которых не тяготит бремя самообъективации и стыд за собственное тело, начало возвращаться, и мы почувствовали проблески надежды на то, что сможем вернуть когда-то утраченное «я». Со временем мы сумели разобрать по косточкам свои ошибочные понятия относительно образа тела и реконструировать их — и все благодаря тому, что теперь смотрели на мир через призму медиаграмотности.

  В корне изменившее нашу жизнь знакомство с новым взглядом на мир зажгло пламя, которое все сильнее разгоралось на протяжении долгих лет учебы и деятельности по продвижению позитивного образа тела. Став более информированной, критичной и разборчивой в отношении всего, что вы слышите, видите и во что верите, вы наверняка испытаете огромное облегчение и сможете даровать его и другим людям. Для этого вам необходимо больше узнать о манипуляциях, тонких и не очень, в нашей среде со взглядами, касающимися внешности. Эти на первый взгляд весьма убедительные установки предназначены лишь для того, чтобы запустить в дело ваш ментальный список задач самообъективации и убедить вас покупать соответствующие товары и услуги.

  Медиаграмотность позволяет оспорить привычную точку зрения на свое тело, взглянув на связанные с ним сообщения по-новому. А это, в свою очередь, позволит вам задавать правильные вопросы об установках, которые вы получаете, отделять факты от вымысла и различать мошеннические стратегии, якобы призванные улучшить вашу внешность, а попутно и всю вашу жизнь. Будучи критичным потребителем медиа, вы обретаете способность детально разбирать обещания компаний и отдельных людей, которые они дают ради того, чтобы убедить вас в том, что их товары и услуги — верный ключ к достижению идеалов красоты и обретению уверенности в себе, даже (и особенно) если на самом деле эти продукты не работают так, как обещает реклама. А они никогда не дают обещанных результатов, поэтому на рынке каждый день появляются все новые товары и услуги и ни один из них не остается на прилавках сколько-нибудь долго и уж точно никогда полностью не завладевает всей отраслью. Если бы существовали чудодейственные средства для ухода за собой или похудения, мы все давно о них знали бы. Но их нет. А мы продолжаем пытаться, надеяться и покупать.

  Взгляд на окружающий мир через призму медиаграмотности побуждает нас критически относиться к каждому потребленному нами месседжу. Можно ли назвать медиа- и культурные идеи в вашей жизни правдивыми, здоровыми, полезными или желательными? На первый взгляд разобраться в этом довольно просто, однако осознание лишь важный первый шаг на пути к тому, чтобы вернуть себе свою силу, отобрав ее у манипулятивных месседжей.

  Джин Килбурн, автор книги So Sexy So Soon: The New Sexualized Childhood and What Parents Can Do to Protect Their Kids («Такие маленькие, а уже сексуальные. Новое сексуализированное детство, или Что могут сделать родители, чтобы защитить своих детей») пишет: «Прибыли огромных и очень мощных отраслей — производителей алкоголя, сигарет, не­здо­ро­вой пищи, оружия, диетических продуктов — всецело зависят от медийной неграмотности населения. Хотя точнее будет сказать, что они зависят от бесправных и зависимых... И мы будем давать им отпор, используя инструменты образования, которые позволяют нам понимать, анализировать, интерпретировать, разоблачать тайные планы и манипуляции и благодаря всему этому внедрять конструктивные изменения и далее развивать позитивные стороны медиа».

  Итак, с этого момента ваша задача как взыскательного потребителя — подвергать сомнению все. Критическая оценка — это всего лишь процесс, побуждающий вас действовать агрессивно, постоянно осознавая присутствие неких факторов и сил (денег, сексизма, расизма, стыда, устоявшихся традиций и прочего), которые манипулируют вашими мыслями и поступками. В следующий раз, просматривая медиа любого типа, ленту в соцсети, телепрограмму, кинофильм или что-либо другое, попробуйте задать себе приведенные ниже вопросы. Можете сделать это, оставшись наедине с собой, или задайте их в компании с близкими, которые тоже смогут использовать их как подсказку и начать разборчивее относиться к поглощаемой ими информации. Итак, вопросы:

  При виде этого я начинаю относиться к себе лучше или хуже? А другие люди в моей жизни, увидев это, станут относиться к себе лучше или хуже?

  Вызывает ли увиденное беспокойство или чувство стыда за свое тело?

  Заставляет ли меня увиденное сравнивать себя с другими?

  Кому выгодно, чтобы я поверила в эту идею? Кто размещает здесь рекламу? (Поищите рекламу разного типа, и выясните, кто оплачивает размещение этой информации в ваших любимых медиа.)

  Не нацелен ли этот месседж на наживу за счет моей неуверенности в себе и продажи мне решения для исправления моих «изъянов»?
На какую аудиторию нацелен этот месседж?
Как в нем изображены или представлены женщины разных возрастов?
Играют ли они роли, которые действительно важны для сюжета?
Ценят ли их за таланты, слова, силу личности или черты характера или же просто за их внешность и сексуальную привлекательность?
Побуждает ли меня эта информация зацикливаться на своей или чужой внешности?
Не продвигает или не укрепляет ли это сообщение искаженные идеалы того, как должны выглядеть тела и лица — либо посредством цифровой обработки изображений, либо путем использования только одного типа телосложения или образа?
Если ваши ответы на некоторые или все вышеперечисленные вопросы вам не понравились или вы распознали способы, которыми те или иные установки в медиа оказывают на вас негативное влияние, то знайте: отныне у вас есть выбор. Перестаньте, например, быть чьим-то фолловером, откажитесь от подписки, отключите звук телевизора или каким-то иным образом ограничьте потребление манипулятивного контента или вовсе избегайте его. Какие источники, по вашему мнению, могут искажать ваше видение действительности и укреплять лживое, вводящее в заблуждение представление об образе тела? Если вы хотите минимизировать негативное влияние медиа в своей жизни, можете начать с отказа смотреть и слушать то, что явно не служит вашим интересам, и тем самым высвободить время для более взыскательных источников информации, для того, что вы хотите впустить в свой разум и сердце. Поставьте перед собой цель решительно исключить любые варианты медиа, которые искажают, неправильно трактуют, объективируют или причиняют вред вам либо другим людям. Уйдите из кинотеатра, отмените подписку; положите на место таб­лоид, взятый было со стойки в очереди к кассе; выберите себе новое любимое телешоу, отпишитесь от инфлюенсера, заблокируйте контент друга или коллеги. Поверьте, вы не пожалеете об этой жертве, и ваша готовность подходить к окружающим вас месседжам взыскательнее и бдительнее будет немедленно вознаграждена. Если речь идет о последних тенденциях в сфере красоты и новейших популярных и модных решениях для нововыявленных женских недостатков, незнание — это истинное благословение. Ведь если чего-то не знаешь, то не станешь из-за этого расстраиваться.

  Конечно, всегда найдутся медиа, одновременно на редкость интересные и занимательные и при этом исключительно объективирующие. В таком случае не следует действовать по принципу «пан или пропал», то есть либо, отбросив осторожность, с головой погружаться в бессовестно манипулятивные СМИ, либо наглухо закрываться от любого потенциально опасного контента. Если вам нравится держать руку на пульсе последних новинок поп-культуры и вечером расслабиться за просмотром хорошего фильма или сериала, можете продолжать это делать, помня при этом о призме медиаграмотности. Просто смотрите критически, изначально настроившись на распознавание образов и установок, которые могут вызвать у вас беспокойство или заставить сравнивать себя с идеализированными телами, дегуманизирующими или маргинализирующими нормальных людей (и лишающими вас сочувствия к ним) либо ведущими к другим негативным последствиям.

  Надо сказать, мы, Линдси и Лекси, регулярно используем возможности сознательно проверить свое отношение к медиа. Мы обе всегда любили телевидение и кино (так сильно, что обе имеем по несколько дипломов в области медиа!), но очень избирательно подходим к тому, что смотреть. Мы, например, намеренно решили отказаться от всего контента, в котором сцены сексуального насилия демонстрируются исключительно для развлечения зрителей, скажем, с акцентом на объективированном представлении тела жертвы, а не на страданиях живого существа, или когда сексуальное насилие над женщиной используется в сюжете как побуждение к действию преисполненного сочувствия героя-мужчины. Поверьте, даже сегодня, в XXI веке, такие вещи встречаются чаще, чем вы можете себе представить. Сексуальное насилие — ужасающая реальность для очень многих людей, а его изображение в развлекательных медиа нередко отражает сексуализированную внешнюю картинку, а вовсе не темную действительность страшного влияния этого явления на человека. Джессика Томпсон, режиссер инди-фильма «Свет луны», описала эту тенденцию в интервью Dallas Observer словами «фетишизация изнасилования» в кино, написав, в частности, следующее: «По-моему, сегодня ситуация с отношением к сексуальному насилию в каком-то смысле ухудшается, потому что мы это не обсуждаем. Если вы снимаете [изнасилование] как сексуальную сцену, вы его прославляете».

  А еще мы стараемся избегать всего, что последовательно низводит человека до уровня предмета для чьего-либо потребления — не только чтобы умерить собственную склонность к самообъективации или сравнению себя с кем-то другим, но и просто чтобы постоянно не орать в приступе гнева на экран телевизора. Мягко говоря, это трудно и часто даже требуется кое-что уточнить — например, не задействованы ли в откровенных сценах исключительно персонажи женского пола? Мы держим глаза нараспашку и следим за любыми манипуляциями, проявлениями сексизма и расизма, двойными стандартами и явной объективацией женщин во многих популярных медиа; и, признаться, хотя наши усилия часто вознаграждаются, порой это невыносимо. Смотри, слушай и прокручивай ленты — на собственный страх и риск.

  Кстати, существует один полезный механизм для довольно точного определения статуса женщин в сериалах и фильмах, он называется «тест Бекдел» в честь карикатуристки Элисон Бекдел. Тест этот на редкость простой и имеет несколько вариантов; вы можете выбрать тот, который соответствует вашему интересу. Он не отфильтровывает весь медиаконтент, который нельзя назвать феминистским или расширяющим права женщин, но отлично помогает осветить печальную ситуацию с репрезентацией женщин в мейнстримовских медиа. Итак, чтобы фильм прошел тест Бекдел:
в нем должно быть как минимум два женских персонажа с именами;
которые разговаривают друг с другом;
не только о мужчинах.
Заметьте, эта удручающе низкая планка даже не требует, чтобы женский персонаж был сколько-нибудь важен для сюжета фильма или обладал какими-либо полномочиями, но тест отлично демонстрирует, как часто переживания и мнения женщин просто игнорируются или как минимум пре­умень­шаются. Начните тестировать свои любимые фильмы и шоу; возможно, вы не слишком удивитесь, узнав, что более 40 процентов всех фильмов в США проваливают этот тест — таков результат исследования, проведенного учеными из Университета Дьюка в 2017 году. Конечно же, современные фильмы пройдут его с большей вероятностью, чем продукты кинопроизводства 1970-х, но исследовательская группа обнаружила, что с 1995 года на этом фронте не достигнуто ни малейшего прогресса. Иными словами, количество американских фильмов, проходящих тест Бекдел, ничуть не изменилось с середины 1990-х.

  Надо сказать, кассовый успех хитов с главными героями женского пола, таких как «Чудо-женщина», «Девичник в Вегасе» и мультфильм «Моана», помогает убедить нашу киноиндустрию в том, что люди жаждут все более широкого и разнообразного представления женщин на экране. И хорошая новость: десять лет назад женщины играли главные роли только в 24 процентах семейных фильмов (из категорий от «демонстрируется без ограничений» до «детям до 13 лет смотреть не рекомендуется), а в 2019 году почти в половине из топ-сотни10. И ожидается дальнейший прогресс, поскольку киноиндустрия активно движется в сторону гендерного паритета. Об этом все больше беспокоятся режиссеры, продюсеры, руководители высшего звена, сценаристы, шоураннеры, а также контролирующие органы и члены жюри при присуждении всех главных кинонаград.

•Интервальное медиаголодание•

  А пока вся наша мейнстримовская медиаиндустрия не разрушила себя до основания и не воссоздала так, чтобы в полной мере отражать и ценить разнообразие человеческого опыта (чего, возможно, никогда не случится), мы сосредоточимся на деконструкции и реконструкции собственных представлений о том, что делает нас ценными в этом мире. Для этого мы настоятельно рекомендуем пройти своего рода «очистку организма». Она поможет вам освежиться, благодаря чему вы сможете лучше почувствовать свое тело изнутри и снаружи и сделать верный шаг к здоровому выбору. А еще она поможет вам ощутить гораздо больший баланс и самоконтроль, и в результате вы почувствуете себя просто по-тря-са-ю-ще. Кстати, обращаем ваше внимание, что эта очистка совершенно новая. Ее пока не продавал ни один знаменитый гуру по вопросам здоровья, и вы точно никогда не увидите, чтобы ее рекламировал какой-нибудь инфлюенсер или какая-либо сеть фитнес-центров. И вам, очевидно, будет приятно узнать, что для ее проведения вам не придется травиться соком кайенского перца, или покупать литрами дорогущие соки, или наотрез отказываться от твердой пищи, и вы все равно выведете из организма бесчисленные токсины. Только на этот раз это будут ядовитые вещества, загрязняющие вашу голову, гораздо более вредные для здоровья, чем все остальные.

  Ментальные токсины копятся в наших головах долгие годы потребления искажающих реальность и ориентированных на наживу установок на то, что значит иметь приемлемое тело. Образ того, как выглядит заслуживающая внимания, успеха и любви женщина, так прочно укоренился в наших культурных стандартах, что мы полностью утратили чувствительность в этой сфере. А наш детокс избавит вас от этого онемения и позволит двигаться вперед, глядя на мир свежим взглядом. Называется он интервальное медиаголодание. Иными словами, вместо отказа от пищи мы предлагаем вам урезать потребление медиаконтента. Вы очищаете свой разум, чтобы очистить свой образ тела.

  Итак, выберите какой-нибудь период времени — три дня, неделя, месяц или любой другой, который, по вашему мнению, вам по плечу, — и избегайте любых медиа, насколько это возможно для современного человека. Вот, собственно, и весь совет. Сделайте все, что в ваших силах, чтобы не смотреть и не слушать радио, телепередачи, фильмы, не читать журналы и не использовать приложения для социальных сетей: Instagram, Twitter, Snapchat, TikTok, Facebook и остальные. Даже некоторые книги, музыка и подкасты порой пронизаны объектирующими идеалами, так что откажитесь на время и от них. Опираясь на собственное суждение, определите, какие медиа могут оставаться в вашем «рационе» во время медиаголодания, но решительно отказывайтесь потреблять все, что связано с телом или продает нарративы либо продукты, предназначенные для ухода за внешностью или коррекции веса (а это, скорее всего, приведет к исключению большинства продуктов, ориентированных на женскую аудиторию).

  Без этого нескончаемого потока предвзятых, нацеленных исключительно на прибыль, идеализирующих, обработанных и отфильтрованных с помощью компьютерных программ, саморекламирующих месседжей и изображений — даже тех, что поступают к вам от исключительно благонамеренных друзей и родных, — вы дадите своему разуму шанс повысить чувствительность к контенту, формирующему вашу карту образа тела и усиливающему ее. Сосредоточьтесь лучше на том, что видите, чувствуете и переживаете в реальной жизни, в своем теле и личном общении с людьми.

  А еще интервальное медиаголодание обеспечит вас возможностью распознать и признать негативные причины своего активного обращения к медиа, о которых вы, возможно, и не подозревали: побег от реальности, скука, избегание более важных дел, самонаказание, беспокойство и тому подобное. Вы заметите, как это меняет вашу жизнь, как сильно медиа влияют на ваше отношение к собственной внешности. После такого откровения вы будете гораздо лучше подготовлены к распознаванию в мейнстримовых и социальных медиа установок, которые постоянно заставляют вас сравнивать себя с другими, вызывают тревогу и беспокойство о своей внешности и прочие негативные чувства. Из сотен участниц наших онлайн-курсов, которые присоединились к медиадетоксу в рамках занятий, абсолютно все отмечали, что намерены запланировать изменения в потреб­ле­нии медиа в будущем, чтобы защитить свое умственное и физическое здоровье, поскольку первый опыт медиаголодания полностью убедил их в его эффективности. Начав смотреть на медиамесседжи и собственные убеждения под новым углом зрения, они сумели деконструировать и реконструировать их так, чтобы они действительно отвечали их интересам.

  Сразу после интервального медиаголодания поразмыслите, что вы испытали за это время и что нового узнали, ответив на приведенные далее вопросы. Мы настоятельно рекомендуем вам записывать свои ответы и впоследствии пересматривать их в качестве напоминания перед началом следующего курса голодания.

  Какие открытия о роли медиа в вашей жизни вы сделали благодаря медиаголоданию? Как вы себя чувствовали в этот период? (Отвечайте на этот вопрос как можно конкретнее, с деталями.)

  Оглядываясь назад на то, как вы потребляли медиа всю предыдущую жизнь, ответьте, насколько сильно их месседжи, по-вашему, на вас повлияли? Как они сказались на вашей нынешней самооценке и отношении к себе?
Намерены ли вы в будущем вносить какие-либо изменения в выбор медиаконтента исходя из опыта медиаголодания? Почему да (или почему нет)?
 
  В 2013 году после презентации, проведенной в местной организации Национальной благотворительной лиги, на которой мы предложили аудитории попробовать метод медиаголодания, шестнадцатилетняя девушка по имени Энни написала нам по электронной почте:

  Ваше выступление произвело на меня такое сильное впечатление, что на следующий день я пошла в школу человеком с совершенно новым взглядом на жизнь. Я вошла в вестибюль, думая о том, какой я хочу быть для людей, а не какой я хочу им казаться. Instagram бесчисленное количество раз выбивал меня из колеи, и теперь я решила принять ваш вызов и отказаться от соцсетей на неделю. И я могу честно сказать, что никогда в жизни не чувствовала себя более раскрепощенной и свободной. Когда я перестала сравнивать происходящие со мной события с наилучшими моментами чьей-то якобы «идеальной» жизни, мне стало намного легче быть самой собой и наслаждаться собственной жизнью. А еще я стала добрее к своим родным. И почувствовала прилив вдохновения и желание лучше заботься о своей внешности. Я смогла намного больше сосредоточиться на занятиях спортом, учебе, на личной жизни. Вы действительно показали мне, как можно стать счастливой — просто стать самой собой и видеть наилучшее в окружающих.

  В 2018 году наша подруга-профессор прислала нам потрясающее эссе одной из своих студенток, девушки по имени Энни. Оказалось, это та самая Энни, которая прислала нам письмо пять лет назад. Ссылаясь на нашу презентацию 2013 года, она писала о том, что предложенный нами медиадетокс стал для нее первым шагом к деконструкции искаженного мировосприятия, а затем и к тщательной реконструкции намного более позитивного видения мира. Энни, в частности, написала:

  Я считаю курс воздержания от социальных медиа, который впервые прошла еще в одиннадцатом классе, и вехой, и большим событием в моей жизни. Под событием я имею в виду скрытый в этом потенциальный момент истины, когда разрушается мир, каким ты знал его до этого. В результате это создает отличную возможность сформировать новый мир. Помню, на протяжении всего того первого медиа­голо­дания я пребывала в каком-то неописуемо приподнятом настроении. Я контактировала с собой намного теснее, чем когда-либо прежде. Возможно, это было связано с тем, что я действительно начала проживать свою жизнь через собственные ощущения и эмоции, а не валялась на кровати с ноутом, пролистывая километры бессмысленных постов и обновлений.

  Похожее озарение после курса медиаголодания описывали и участницы исследования, которое мы проводили в рамках написания докторской диссертации. Одна из них рассказала следующее:

  Я раньше думала, что провожу в интернете не так уж много времени, но, как оказалось, я ошибалась. У меня есть привычка каждые десять минут делать перерыв в учебе, чтобы проверить соцсети, что не только съедает мое время, но и приводит к тому, что пропагандируемые там идеалы прочно застревают в моей голове. У меня никогда не было проб­лем с пищевым поведением или одержимости физическими упражнениями, но бывали периоды, когда я слишком уж сильно беспокоилась о том, как выгляжу. Я и сейчас не могу съесть белого хлеба, или чего-то жареного, или чего-то хоть немного жирного (даже изредка), не мучаясь потом чувством вины до конца дня. Думаю, мне следует садиться на медиа­голодовку не реже одного дня в неделю.

  Вот еще одна история:

  Я никогда не отличалась очень уж высокой самооценкой и самоуважением, и медиа определенно побуждают меня относиться к себе еще хуже. Но медиаголодание очень быстро научило меня тому, что на свете есть гораздо более важные вещи, чем внешность, на которые стоит тратить свое время, среди них много того, что позволит мне полнее самореализоваться. Отныне я решительно нацелена на четкие изменения в плане потребления медиа; я хочу сократить его до одного обращения к социальным сетям в день, а потом, надеюсь, и до одного-трех раз в неделю.

  Мы рекомендуем проводить краткосрочный курс медиаголодания регулярно, пусть всего один день в неделю или даже в месяц. Это будет чем-то вроде калибровки вашей головы после медиаперегрузок; признаться, это требует определенных жертв, замечаем мы их или нет. А потом, возвращаясь к обычному «режиму» потребления информации, позвольте своему расширившемуся после очищения осознанию того, как влияют медиа на вашу жизнь — как позитивно, так и негативно, — определять ваш выбор. Смотрите и прокручивайте на сайтах все, что хотите, но делайте это осознанно, ни на секунду не теряя бдительности. Отбрасывайте все, что не идет вам на пользу, и оставляйте то, что действительно служит вашим интересам.

  Научившись регулярно и целенаправленно искать и находить способы развития проницательности при выборе того, что вы смотрите и впускаете в свой ум, вы сможете анализировать и правильнее оценивать свои убеждения относительно собственной внешности и внешности окружающих. Находите время, для того чтобы сознательно оспаривать то, что видите в медиа, и оценивать, как на вас влияют эти месседжи. Начав видеть больше в окружающем мире, вы лучше разберетесь и в собственных убеждениях, и в надеждах относительно своей внешности. И тогда вам будет намного легче не поддаться соблазнительным обещаниям всего того потрясающего, на что вы сможете претендовать, как только ваше тело начнет выглядеть так-то, а режим питания и тренировок станет таким-то.

•Создание лучшей среды для позитивного образа тела•

  Практикуя и развивая в себе способность осознавать влияние месседжей, касающихся внешности, и разборчиво относиться к ним, вы сможете не только избавиться от того, что вам точно не нужно, но и привнести в свою жизнь что-то действительно полезное. Сегодня, в XXI веке, мы все не только потребители медиа, но и его создатели. Мы создаем контент, который либо отражает барахтанье в водах объективации и стремление к миражам идеального тела, либо представляет людям альтернативный подход к пониманию мира и себя.

  Относитесь максимально бдительно не только к тому, что выкладываете в медиа, но и к тому, какой вы в них предстаете. Скажите, например, честно, не заполнены ли ваши ленты соцсетей и каталоги тщательно кадрированными фотографиями и селфи, обработанными с помощью всевозможных фильтров и эффектов для улучшения изображений? Не делитесь ли вы с миром этакой идеализированной версией себя в надежде, что другие будут видеть вас такой, какой вы сами мечтаете себя видеть, — иными словами, изображенной несколько ближе к вожделенному идеалу? К сожалению, приходится признать, большинство из нас ответят на этот вопрос утвердительно.

  Начав критичнее анализировать собственные убеждения и свое присутствие в социальных медиа, вы увидите более ясным взглядом, как и почему вы представлены в интернете так, а не иначе, а затем оценить, реалистичен ли ваш образ, или он скорее близок к идеалам, которых вы постоянно пытаетесь достичь, чем к реальности. Не следует забывать, что, казалось бы, совсем незначительная ретушь фото и видео — тут чуток заблюрить, там сузить или растянуть, кадрирование, поза, обрезка, разные фильтры, даже сам по себе выбор фотографий, которыми вы хотите поделиться (либо, наоборот, не поделиться) с другими пользователями сети, — очень сильно влияет на то, какой вы видите себя каждый день.

  С чего вы взяли, что ваша кожа ни за что не должна иметь всего того, что отлично видно на исходном фото или видео? Кто сказал вам, что между бедрами непременно должно быть пространство, которого на самом деле нет и в помине? Что убедило вас в том, что округлость рук, живота, лица или бедер обязательно нужно убрать? Откуда вы узнали, что маленькая грудь и попа — страшнейший недостаток и, следовательно, на фото их нужно выпятить и округлить? Ответ на эти вопросы таков: все это внушили вам те же самые источники, которые сначала безбожно исказили ваш образ тела.

  Надо признать, попытки контролировать или корректировать собственный образ, которым вы делитесь с разными людьми, — это весьма ожидаемая модель поведения в мире, который смотрит на вас и ценит в первую очередь как тело и лишь потом как человека, личность. Это всем понятно и вполне объяснимо. Но когда дело доходит до демонстрации себя в интернете, нам обычно очень не хочется отбросить занавес и смело взглянуть правде в глаза. Наша глянцевая, обработанная версия изображает нас такими, какими мы хотим показаться другим и себе. Эта версия может быть, как мы надеемся, вполне досягаемой — всего-то скинуть два (или два десятка) килограмма да намазать немного тонального крема. Это может даже быть единственная версия нас, которую мы готовы принять. Однако проблема в том, что этот идеал, независимо от того, насколько он близок или далек от вашей реальной формы, может восприниматься вами как «настоящая» вы, а тело, в котором вы живете сейчас, — как что-то вроде временной проблемы, которую непременно нужно решить.

  Если вы сможете честно взглянуть в глаза себе, представленной в старательно курируемых вами социальных медиа, и осознать, почему вы цените свою фантазийную версию больше той, что смотрит сейчас на экран телефона в вашей руке, вы сможете изменить эту прискорбную ситуацию. Вы начнете критиковать и оспаривать установки, которые привели вас к пустым миражам идеального «я» вместо «я» живого, дышащего, чувствующего и реального. А по ходу дела вы можете почувствовать непреодолимое желание начать представлять себя в социальных медиа по-другому, честно отражая действительность, и даже предлагать новые благоприятные возможности для себя и тех, кто в этом нуждается. Имейте в виду: сегодня даже самые обыкновенные люди, публикуя фотографии из отпуска или с семейных торжеств, под огромным давлением вынуждены уделять первостепенное внимание внешности и поддерживать заданные стандарты. Если вы пользуетесь социальными медиа, как инфлюенсер или обычный пользователь, и искреннее заинтересованы в том, чтобы с помощью целенаправленной работы над собой выйти наконец из системы, в которой женщин ценят прежде всего за их внешность, дадим вам несколько советов.

•Пособие по бодипозитиву для распространения социально ответственного контента•

  Отныне просматривайте свои загрузки и обдумывайте будущие посты и истории с оглядкой на дальнейшие рекомендации. Ваши публикации проходят проверку:

  если они не снабжены подписями, преподносящими их как позитивные или вдохновляющие;
не принижают даже в шутку любые типы телосложения, особенности внешности или «изъяны» (вроде «Я учусь любить свои громадные бедра» или «Какая же я смелая: не боюсь выложить фотку, где я такая пузатая»);
их сложно принять за хэштеги на блоги сообществ #fitspo (для очень спортивных) или #thinspo (для поклонников худобы) либо за давно привычную всем сексуальную объективацию;
они служат какой-то еще более достойной цели, кроме как просто так называемое #humblebrag (хвастовство под видом скромности) или банальное желание напроситься на комплимент;
рекламируют только товары или услуги, соответствующие ценностям, которые вы надеетесь продвинуть (когда это возможно);
в них четко указано, что это реклама в целях продажи какого-нибудь продукта, если вы зарабатываете на этом деньги либо каким-то иным образом извлекаете выгоду из его одобрения другими пользователями.
Если ваша публикация не соответствует большинству или всем вышеперечисленным требованиям, серьезно подумайте о том, стоит ли размещать ее в сети. Может, лучше выбрать другое изображение или статью?

  Вот еще одно очень полезное эмпирическое правило — рассматривать каждый свой пост с точки зрения самого уязвимого человека в вашем списке друзей или потенциальных пользователей, скажем крупной девушки, страдающей расстройством пищевого поведения или занимающейся члено­вре­ди­тельством из-за того, что она стыдится своего гораздо менее «идеального», чем ваше, тела (которую просто раздавят ваши замечания о том, что вам нужно похудеть до лета), или женщины примерно вашего телосложения, с таким же состоянием кожи или текстурой волос, притом что она так стеснительна, что не может выйти из дома, не приняв серьезных мер, чтобы прикрыть (спрятать, стилизовать, исправить свою внешность). Ее, кстати, наверняка очень вдохновила бы фотография или видео, на которых вы такая как есть, без каких-либо неискренних извинений или заявлений о своей невероятной храбрости.

  После того как вы реконструируете свои представления о том, что делает вас достойной и успешной в этом мире, мимо­лет­ное подтверждение вашей ценности со стороны других людей при виде подправленной фотографии уже не будет иметь для вас такого значения. Возможно, вы вообще начнете выкладывать в сети меньше собственных изображений и больше фотографий того, что вы видите и что действительно трогает ваше сердце, или будете активнее делиться снимками и историями о себе, занимающейся чем-либо вне рамок, которыми ранее ограничивали свое представление в сети, желая показать себя только с выгодной стороны.

  Создание среды, в центре внимания которой не стоит тело, где, напротив, приветствуется его разнообразие, а не увековечивается стресс, связанный с вечным стремлением к идеалу внешней красоты, непременно принесет вам свободу и большое облегчение. Что ждет вас впереди, что нового можно увидеть, испытать и понять об окружающем мире и о самой себе, если вас не сковывают самообъективация и стыд? Хотя использование медиа — это отличный способ подключения к миру (и отключения, когда вам надо и хочется) и развлечения, вы можете найти новый источник энергии в подключении, вовлечении, творчестве и обучении в реальной жизни, а не на экране. Например, вы можете решить на правах волонтера или после приобретения нужных навыков начать профессионально работать над созданием контента, чтобы изменить медиа в лучшую сторону, внеся в них новшества, которые, возможно, помогут создать среду, формирующую позитивный образ тела; и ее начнут использовать ваши сообщества и не только.

  В процессе перестройки того, что вы хотите видеть в медиа, необходимо целенаправленно и осознанно заменять лживые месседжи из старой карты образа тела новыми сообщениями, идеями, аффирмациями и развлечениями. С помощью призмы медиаграмотности проводите регулярный критический анализ того, что видите, и оценивайте эти новые варианты с помощью теста Бекдел или вашей собственной его версии. Усиливайте позитивный образ женщины и регулярно практикуйте медиадетокс, чтобы избавиться от охотников на ваш стыд за свою внешность, которые стремятся вызвать у вас неуверенность в себе и бессовестно наживаются на ваших страданиях.

  Когда вы перестанете быть фолловером, отпишитесь, отключите звук и откажетесь от медиа, которые намеренно втягивают вас в опасные, дорогостоящие и не приносящие никакой пользы предприятия, на вашей карте очистится место, а у вас появится больше времени на то, чтобы проложить для себя новый курс. Что вам хотелось бы узнать или испытать? Какие аккаунты, шоу, книги, подкасты, страницы, сайты, музыку и людей вы хотите видеть и слышать? Какие идеи напоминают о вашей ценности и силе, не ограничиваемых рамками тела? Что вдохновляет вас быть чем-то большим? Что расширяет ваше видение, надежды, знания и навыки? Что вас заводит и мотивирует?

  По мере того как вы активно ищете медиа, вдохновляющие вас стать чем-то большим, чем тело, вы обнаружите, что новая среда, формирующая его позитивный образ, открывает все новые способы действия и бытия, и это увлекает вас в приносящем все большее удовлетворение направлении, совершенно не зависящем от того, как вы выглядите по прибытии в пункт назначения. Воды объективации и миражи идеального тела, до которых вы изо всех сил старались дотянуться, уже необязательно будут неоспоримой реальностью, но они могут обеспечить вас мотивом видеть больше и быть больше, чем навязываемые ими ограничения.

•Как помочь детям ориентироваться в море объективизации•

  Современных детей затягивают в воды объективации все раньше и раньше. Если вы родитель, опекун или просто человек, заинтересованный в том, чтобы помочь детям сформировать здоровый образ тела, помните: решающее значение тут имеет способность быть одновременно разборчивой и открытой. Дети должны знать, что проблема образа тела чрезвычайно сложна и запутанна и что из-за беспринципных медиа в ней трудно разобраться не только им, но и взрослым. Пользуйтесь любой возможностью быть рядом с дорогими вам детьми, когда они смотрят телевизор или кинофильмы, читают истории в Instagram, YouTube или играют в видеоигры. Помогайте им сделать правильный выбор, в том числе в плане разнообразия размеров тел персонажей, их форм, этнической принадлежности, расы, пола и сексуальности. Поощряйте выбирать то, что помогает им симпатизировать людям, не похожим на них, учите их отождествлять себя с ними. Все это воспитывает в детях сочувствие и понимание, вселяет в их души сострадание и внимание к окружающим независимо от внешнего вида и соответствия или несоответствия идеалам.

  Задавайте детям те же важные вопросы, которые задаете себе, когда потребляете любые медиа, как то: почему эти люди или персонажи выглядят именно так? Похож ли кто-нибудь из них на меня или моих знакомых? Можно ли сказать, что люди, создавшие это шоу, ценят представительниц женского пола как нечто большее, чем просто красивые украшения или романтических партнерш для мужчин? Не надеется ли создатель этого месседжа, что мы что-нибудь купим после того, как посмотрим, прочитаем или послушаем его? Какие чувства порождает в вас этот месседж? А как он, по-вашему, заставляет себя чувствовать других людей?

  Адаптируйте эти вопросы под уровень развития детей, чья судьба вам небезразлична, — так вы поможете им на­учиться критически анализировать медиа как искусственную конструкцию реальности, а не саму реальность. И это умение будет верой и правдой служить им всю оставшуюся жизнь. Если они научатся обращать внимание на то, как они себя чувствуют и что им продают, вы наверняка поможете им фильтровать предлагаемый медиаконтент активно, а не пассивно. Так, они могут делать заметки и составлять списки шоу, которые вызывают у них тревогу и беспокойство, или заставляют стыдиться своей внешности, или не отражают действительность честно и позитивно, а затем планировать, какой контент они намерены потреблять и создавать. Поощряйте детей рисовать персонажей, которых они хотели бы видеть, оживлять их с помощью красок, карандашей и гаджетов. Помогайте им разыгрывать сценки и придумывать истории для этих персонажей, развивая тем самым их воображение и творческие способности.

  В плане потребления социальных медиа самая сложная задача для нас — это научиться ориентироваться в них, не давая себе погрязнуть в вечных сравнениях с другими людьми, в объективации и ненасытном стремлении к одобрению окружающих. И нам нужно защищать детей от этой проблемы как можно дольше. Все, кто общается с детьми, знают, что каждый ребенок уникален, и это существенно затрудняет установление общих правил относительно того, какой доступ к социальным медиа уместен для разных возрастов. Мы рекомендуем всегда действовать в интересах детей и, следовательно, как можно дольше защищать их от самостоятельного доступа к социальным сетям. На наш взгляд, ребенок младше двенадцати лет вообще не должен сидеть в интернете без присмотра взрослых, не говоря уже о свободном доступе к соцсетям через собственный аккаунт. Даже после двенадцати лет доступ ребенка в интернет следует контролировать, ограничивать и с любовью направлять, насколько это только возможно. Используйте собственные суждения; будьте бдительны, заботливы и максимально честны в своей логике. Понятное дело, вряд ли вас будут считать популярным родителем или воспитателем, но это самое доброе и полезное, что вы можете сделать для ребенка, который еще не понимает, чего просит. Дети могут думать, что, не имея собственного профиля в социальных сетях, упускают что-то очень важное и интересное, чем, возможно, уже наслаждаются их друзья, а на самом деле они ограждаются от душевной боли, разочарования, сравнения себя с другими, обычно не в свою пользу, одиночества и чувства собственной неполноценности.

  Когда ребенок приходит с просьбой присоединиться к одной из соцсетей, основанных на шеринге фото и видео, воспользуйтесь этим как возможностью поговорить с ним о плюсах и минусах такого решения, выявленных в результате научных исследований и реального опыта. Для начала спросите его, почему ему так хочется в Instagram, TikTok, Snapchat... какие там еще новейшие приложения и платформы имеются? Почему он думает, что ему там очень понравится? Выслушайте его доводы и обсудите их наряду с другими фактами, касающимися того, почему, насколько нам известно, люди ценят социальные сети.
                                •Плюсы•
Ты можешь общаться с друзьями в интернете.
Ты не остаешься в стороне от происходящего в сети.
Ты можешь стать членом веселых развлекательных сообществ, в которых люди рассказывают о своих талантах и хобби.
Ты получаешь доступ к интересному контенту, важным идеям и людям, с которыми, скорее всего, никогда не встретился бы в реальности, например к движению за бодипозитив, активизму в важных делах и вопросах, экспертам в разных актуальных сферах и людям из разных стран мира, делающим добрые дела.

  Ты можешь самовыражаться, публикуя в сети фотографии, видео и подписи к ним. А потом попросите ребенка подумать, что ему может не понравиться, когда он станет пользователем приложения или платформы, к которой он так хочет присоединиться. Представляет ли он себе, что увидит и переживет там что-то такое, что может быть негативным или обидным для него или другого человека? Выслушайте соображения ребенка, а потом непременно воспользуйтесь возможностью откровенно поговорить с ним о результатах исследований в области негативного влияния технологий на жизнь людей. Вы же наверняка сталкивались с такими явлениями в своей жизни или в жизни людей, которых знаете и любите вы и ваши дети? Приведите ребенку такие примеры. А еще обязательно откройте ему свое сердце; скажите, как вы его любите, как о нем заботитесь, о том, что, безусловно, доверяете ему и верите в его благоразумие. И если это уместно, тут же обсудите недостатки присоединения к соцсетям.

•Минусы•

  Повышается вероятность того, что ты почувствуешь себя одиноким. Социальные сети часто изолируют людей, порождая так называемый синдром упущенной выгоды, боязнь упустить что-то важное. Поначалу тебе, возможно, будет интересно разбираться со всеми этими лайками, подписками и прямыми почтовыми рассылками, но в долгосрочной перспективе многие люди из-за такого, с позволения сказать, общения чувствуют себя одинокими и оторванными от общества.

  У тебя появляется больше шансов испытать депрессию и беспокойство, и чем больше времени ты проводишь в социальных сетях, тем сильнее могут усугубиться эти негативные эмоции.

  Ты с большей вероятностью начнешь сравнивать себя с теми, кого видишь в Instagram. И это наверняка приведет к тому, что ты начнешь постепенно отдаляться от этих людей и меньше их любить. А еще это заставляет людей хуже думать о себе, даже когда они, с их точки зрения, выигрывают в этом сравнении.

  Возможно, тебя начнет больше заботить внешность (это явление называется самообъективацией). Внешний вид станет для тебя важнее всего, и тебе будет труднее сосредоточиваться на всем остальном, причем независимо от того, нравится тебе, как ты выглядишь, или нет. Это может навредить учебе в школе, взаимоотношениям с друзьями, здоровью, умственным и физическим способностям и твоему счастью.

  У тебя с большей вероятностью сформируется негативный образ тела: ты будешь плохо к нему относиться, потому что, увидев столько идеализированных фотографий, рекламы и роликов, станешь гораздо чувствительнее и требовательнее к своей внешности.
Ты с большей вероятностью подвергнешься влиянию вредных установок, идей и изображений, которые в противном случае мог никогда не увидеть и которые, скорее всего, еще не готов правильно понимать, например: объективирующий контент, порнографию, призывы к членовредительству и анорексии; фотографии, до неузнаваемости обработанные фильтрами и эффектами, вводящую в заблуждение рекламу и недостижимые идеалы красоты.

  Ты с большей вероятностью вскоре свыкнешься с месседжами, причиняющими боль и заставляющими больше думать о своей внешности, чем о своих человеческих качествах, что может вызывать у тебя чувство стыда за свой внешний вид и зацикленность на нем.

  Если в итоге вы совместно с ребенком решите, что он готов стать пользователем соцсетей, или если он настаивает на этом, хотя вы не давали разрешения, или сделает это без вашего ведома, снабдите его важными рекомендациями, которые защитят его здоровье и обеспечат относительную безопасность.

  Сделай свой профиль приватным и ни в коем случае не позволяй подписываться на него незнакомым людям, с которыми не общаешься в реальной жизни, независимо от того, как они выглядят в сети или сколько у них фолловеров, даже если среди их подписчиков есть твои знакомые.

  Отключай push-уведомления. Они постоянно вмешиваются в твою жизнь и крадут внимание и время, которое ты можешь провести гораздо полезнее и интереснее. И они почти никогда не несут действительно важной и актуальной информации.

  Не броди по страницам в Instagram и на других аналогичных платформах. На этих сайтах агрегируется общедоступный контент, они позволяют пользователям получать доступ к любому публичному посту и подгоняют рекламируемые посты под интересы пользователей и продукты рекламодателей. И чаще всего этот контент объективирующий, сфокусированный на внешнем виде и ориентированный на него.
Сразу установи четкие границы и временные рамки. Проводи всего x минут на каждой платформе каждый день в определенное время суток, а не заходи туда постоянно и неосознанно. Социальные сети вызывают сильнейшую зависимость, а платформы намеренно разрабатываются так, чтобы вызывать у пользователя ощущение кайфа с каждым новым уведомлением и обновлением контента.

  Не открывай и не читай месседжи от людей, на которых ты не подписан, и никогда не переходи по ссылкам, отправленным незнакомцами и даже теми, кого ты знаешь не достаточно хорошо.

  Никогда не публикуй фотографии в обнаженном виде (ни свои, ни чьи-либо) ни в каком приложении, ни через один мессенджер. Сразу же удаляй такие фотографии, если получил их сам. Тебе могут предъявить обвинение в тяжком преступлении, даже если ты просто пошерил такое изображение, полученное от кого-нибудь. Кроме того, эти изображения почти всегда используются для того, чтобы обидеть или унизить людей, а ты ведь не хочешь участвовать ни в чем подобном.

•Активное участие в создании медиасреды в качестве потребителя и автора•

  В первые десятилетия существования СМИ в нашей жизни пионеры этой отрасли, радио и телевидение, вошли в наши дома, но никакой возможности взаимодействовать с ними мы не имели. Это была строго односторонняя коммуникация — от отправителя к получателю, от создателя медиа­кон­тента к его потребителю. Интернет позволил внести в эту давнюю формулу два важнейших изменения. Во-первых, сегодня многие люди могут производить собственные месседжи в медиа и охватывать ими множество людей. Во-вторых, теперь у всех у нас есть возможность публично реагировать на медиасообщения через социальные сети и оспаривать их. В отличие от писем, телефонных звонков или даже петиций с призывом к тем или иным действиям, все это можно полностью игнорировать. Публичные твиты, изображения и посты в коллективном доступе привлекли большой интерес и породили значимую реакцию.

  Сегодня вам открыт доступ к участию в формировании того, что попадает в ваш дом и ленту социальных сетей, а также право громко заявлять, что какой-то контент причиняет нам вред. Будьте храбрыми и небезразличными; рассказывайте обо всех оскорбительных и унизительных месседжах, встреченных в сети. Создатели медиа должны нести ответственность за свой контент и его влияние на потребителей. Поднимайте предупреждающие «флажки для прохожих», указывая, что те или иные идеалы не­бе­зопас­ны и недоступны и что на пути к ним могут встретиться серьезные угрозы и опасности. Вполне вероятно, вы обнаружите, что некоторые ваши идеи востребованы и люди готовы распространять их.

  В наши дни можно высказывать свои мысли публично и пассионарно. Сегодня тысячи людей делятся в социальных сетях историями о дискриминации, предрассудках и боли. Они используют свои голоса и платформы, для того чтобы выплеснуть обиду и мобилизовать других на действия в целях изменения ситуации. Вероятно, вам кажется, что активизм — это только для привилегированных; для тех, у кого есть голос, который готовы слушать, а также энергия, смелость и время его использовать, да еще и средства для такой деятельности. Но это совсем не так.

  Пересмотрите свое отношение к активизму и сделайте его частью своей жизни, доступной и воодушевляющей. Пусть это будет даже совсем простой шаг, скажем, разместите в социальных сетях пост или сделайте репост истории о дискриминации, несправедливости или объективации со своими комментариями о значении таких вещей; обсудите эту тему журналистом или подкастером или изучите эти вопросы с научной точки зрения, про­фес­сионально; создайте произведение искусства, отражающее ваш личный опыт или помогающее пролить свет на тяжелое положение маргинализированных слоев населения; станьте волонтером в организации, которая борется за искоренение неравенства того или иного рода; начните жертвовать время или деньги на то, что вас беспокоит, и побуждать к этому других; организуйте марши во имя достижения каких-то важных для вас целей и так далее и тому подобное. В ваших силах способствовать реальным переменам, став защитником собственных интересов и интересов других людей любым доступным вам способом. А если вы персона, облеченная властью, то можете использовать ее для помощи тому, кто в этом нуждается. Слушайте людей и усиливайте голоса тех, кто пока еще не способен смело высказываться, и тех, кого принижают тем или иным способом.

  За последние несколько лет мы с нашими онлайн-союз­никами провели в социальных сетях несколько битв с вредоносными месседжами и выиграли их. Мы присоединялись к экспертам по вопросам расстройства пищевого поведения, активистам и знаменитостям вроде Джамилы Джамил, «звезды» сериала «В лучшем мире» телеканала NBC, которая в 2018 году выдвинула обвинения в адрес Ким Кардашьян, ставшей «лицом» рекламной кампании леденцов для подавления аппетита. Надо сказать, Ким и ее сестры (да и сотни других медиаинфлюенсеров) продвигают одни и те же продукты в сети каждый божий день практически без сопротивления со стороны общества, однако наш коллективный призыв к действию попал в заголовки международных новостей. «Звезды» реа­лити-шоу и инфлюенсеры, конечно, не перестанут продвигать подобные вредные продукты, зато миллионы людей хотя бы мельком узрели действительное положение вещей, когда активисты движения за бодипозитив публично продемонстрировали абсолютную ложь утверждения, что леденцы на палочке, детокс-чаи или диетические коктейли способны сделать любое тело похожим на бесстыдно отфотошопленные изображения, которые мы видим в интернете. А в 2019 году Instagram установил новое правило, заблокировав пользователям младше восемнадцати просмотр контента, рекламирующего определенные виды пластической хирургии и диетических продуктов. Это была огромная победа, у руля которой стояла Джамил и многие влиятельные активисты и ученые, чьи голоса, многократно усиленные поддержкой миллионов простых людей, сумели пробиться аж до штаб-квартиры Instagram.

  В том же 2019 году диетологи, активисты и эксперты открыли мощный огонь по компании WW, ранее известной как Weight Watchers. Эта компания запустила приложение Kurbo by WW, предназначенное для отслеживания потреб­ле­ния еды, физической активности и потери веса у детей, начиная — вдумайтесь только! — с восьми лет. Яростный поток возмущения и гнева обрушился на WW, включая вирусный хэштег #wakeupweightwatchers, буквально затопив Instagram и Facebook, он был настолько силен, что игнорировать его оказалось практически невозможно ни для каких социальных сетей. В августе 2019 года педиатр Натали Мут как представитель Американской академии педиатрии призналась в интервью Atlantic, что ее сильно пугает потенциальная мощь инструментов вроде Kurbo, которые в руках детей могут стать чрезвычайно опасными11. «Дети вовсе не маленькие взрослые, и подходы, которые работают у взрослых, такие как программы снижения веса, в большинстве случаев не подходят детям, — утверждала она. — Навязываемая извне идея снижения веса как основной жизненной цели может вызвать у ребенка расстройство пищевого поведения и серьезно снижает самооценку и уверенность в себе, если цели не достигаются. Это также порождает у детей нездоровую озабоченность тем, что надо выглядеть определенным образом». Надо сказать, WW тогда все же вывела приложение на рынок, но, вполне вероятно, бурный общественный резонанс сумел убедить не покупать его хотя бы некоторых потенциальных пользователей.

  Производитель игрушек Mattel, испытав сильное давление со стороны онлайн-активистов, представила линейку кукол Барби разнообразного телосложения. Google прекратила любую порнорекламу и запрещает ссылаться в рекламе на сайты с сексуальным содержанием. Target решила включать в свою рекламу детей с ограниченными возможностями и приглашать более нестандартных моделей, после того как столкнулась с мощной негативной реакцией общественности на публикацию очень уж бессовестно отфото­шопленных моделей в бикини. После долгих лет обмена вредо­нос­ными месседжами, процветавшего в темных уголках социальных медиа, почти все крупные медиаплатформы работают над тем, чтобы определенные ссылки — например, хэштеги продуктов, ведущих к расстройству пищевого поведения или членовредительству, — были не только недоступны для поиска, но и приводили пользователя к сообщениям, которые призывают людей с потребностью в таких продуктах обращаться за помощью в Национальную ассоциацию расстройств пищевого поведения или за другой про­фес­сиональ­ной поддержкой. И все это благодаря активизму в социальных сетях. Чтобы выразить солидарность с людьми, столкнувшимися в жизни с сексуальным насилием и нападением, активистка Тарана Бёрк придумала простую фразу «Me Too» («Я тоже»). В 2007 году она основала собственную некоммерческую организацию для поддержки жертв насилия, а в 2017-м после ряда обвинений в сексуальном насилии, выдвинутых против голливудского продюсера, а позже осужденного Харви Вайнштейна, эти простые слова породили массовое движение и стали хэштегом, вокруг которого сплотились миллионы людей. Влияние этого онлайн-движения и теперь ощущается во всем мире: женщин поощряют делиться своим опытом жертвы, им обеспечивают возможность делать это и искать справедливости.

  Благодаря появлению социальных медиа в жизни наш голос имеет больший вес, чем раньше. Будьте разборчивее и внимательнее к установкам, которые формируют «климат» вашего образа тела. Это основополагающая стратегия трансформации, которая непременно поможет вам укрепить психологическую устойчивость к восприятию образа тела. Медиаграмотность открывает огромные возможности для развития внутренней силы и потенциала, помогая вам стать более активным и критичным потребителем и создателем контента, а не пассивной аудиторией, а также использовать, создавать и наслаждаться медиа более здоровыми и вдохновляющими способами.