Глава 17
Аким
Аким спустился на первый этаж и планировал уже засунуть капельки в уши, как заметил Алену. Девчонка облокотилась о подоконник, и задумчиво разглядывала пейзаж за школьным окном. Можно было бы пройти мимо, но Гедуев озадачился: подойти и спросить, что она здесь забыла одна или махнуть рукой?..
Смирнову Аким заметил ещё в первый день появления в новой школе. Они случайно столкнулись в коридоре: Аленка робко улыбнулась, извинилась и помчалась дальше. Он сразу для себя решил – познакомиться, не сейчас, так позже. И как назло образ её застрял в памяти, такой она красивой и воздушной показалась, словно сошла со страниц глянцевого журнала. Нет, у Гедуева и до этого были девчонки, у кого их не было, но все они терялись на фоне Смирновой.
А когда их с Аленой определили в один класс, Аким и вовсе поверил в судьбу, потому как если это не судьба, то что тогда? Он подошёл к ней, представился и в соцсетях предложил подружиться. Алена не возражала. Позже выяснилось, правда, что Смирнова не одинокая девушка: встречалась она тоже не абы с кем, а с капитаном баскетбольной команды.
Аким мог бы забить на этого Милохина, сперва тот ему показался вообще глупым позёром. Эти его дурацкие шуточки, нарциссизм, вечная полуулыбочка и свобода действий, откровенно говоря, жутко раздражали. Понятное дело, Алена повелась на внешность и легкость в общении, но куда смотрели тренер и команда?..
Но уже на игре Аким поменял своё мнение. Даня потрясающе управлялся с мячом, без всякого преувеличения он вытягивал команду. Гедуеву пришлось потратить немало лет, чтобы достичь половины того, что вытворял Милохин на площадке. А когда ребята вдруг начали проигрывать, Даня вновь удивил: он сказал буквально пару слов, улыбнулся и посмотрел на каждого этим самым взглядом – горящим, полным надежды и веры в победу. Даже Аким вдохновился, хотя никогда подобного с ним не было.
В предыдущей школе он ходил в местную баскетбольную секцию, сам был капитаном и сталкивался с моментами, когда народ опускал руки. Всякое пробовал, да только казалось, никакие слова в подобных ситуациях не помогут. А тут Даня…
После той игры Аким решил, что отпустит чувства к Алене, хотя до этого подумывал побороться. Но идти против своих, против тех, кого уважает – нельзя.
Однако Милохин то ли сам по себе был ветреный, то ли не ценил ту красоту, что была рядом с ним. Аким видел, да и слышал про ссоры парочки, про то, как Смирнова тянулась к своему парню, а тот намеренно её отталкивал. Хотелось подойти и спросить прямо: серьёзно у них или нет, если нет, то зачем девчонке мозги морочить? Но неудобно, всё-таки в команде сложилась довольно теплая атмосфера, не разрушать же её из-за девчонки. В итоге Аким окончательно попрощался с мечтой под именем «Алена», хотя смотреть и думать не переставал.
А сегодня увидел Смирнову – сердце ёкнуло, красивая ведь, до чёртиков красивая.
– О, Аким, – Алена неожиданно сама позвала, махнув рукой в приветливом жесте. Он решительно подошёл, стараясь слишком нагло не разглядывать девчонку: её выразительные глаза, такие чувственные губы, растянутые в скромной улыбке. Повезло Милохину, конечно.
– Ты ещё здесь? – спросил Гедуев.
– Ага.
– Даню ждёшь?
– Да нет, он наказан, – Аленка усмехнулась, и Аким отметил про себя, что перед Милохиным девчонка робела, а перед ним была спокойной, будто они сто лет знакомы.
– А, наслышан.
– Ой, за мной водитель приехал уже. Я пойду.
– А… ну пошли вместе что ли, – обычно Аким не терялся перед девчонками, но сейчас и двух слов связать не мог. Не было у него той легкости, с которой Милохин подкатывал к незнакомым людям, вот даже к нему он запросто подошёл, отшутился, и вроде нет стены.
– Пошли, – согласилась Аленка. Она взяла свой рюкзак, типично девчачий: розовый со стразами и подвеской из трёх букв.
– А что значит BTS? – спросил Аким, разглядывая подвеску. Ему хотелось узнать чуть больше о Смирновой, пусть не как парень, но хотя бы как друг. Дружить ведь никто не запрещает.
– Ты не знаешь? – загорелась Алена.
– Нет, а должен?
– Это топовая корейская группа. Ты отстал от жизни!
– Никогда не слышал, – смутился Гедуев, правда, сам не понял, почему. Хотя, как не понял? Вот они идут вместе, вот вышли из школы, и Смирнова смотрит на него такими глазками, в которых бы уместился весь мир, нет – целая вселенная. Только в реальности так не бывает, в реальности королева отдала своё сердце другому королю.
– Хочешь, пришлю тебе? Они крутые! Правда, Милохин их не любит, типа «бабская музыка», – на последней фразе Аленка скорчила рожицу, будто пыталась передать эмоции Дани. Аким с завистью вздохнул, но тут же откинул плохие мысли, не первая и не последняя девушка в его жизни.
– Ну… можно.
Они перешли дорогу и остановились рядом с дорогой иномаркой, чёрным высоким джипом. За рулём сидел зрелый коротко стриженный мужчина в костюме, расслабленно качая головой, видимо, в такт музыкальной композиции. Аким окинул его равнодушным взглядом и задумался – нет ли где поблизости охраны. Такие помпезности. Сам он тоже был из состоятельной семьи, но водителя сроду не имел, да и деньгами особо не кичился.
– Спасибо, что проводил. Может, тебя подвезти? – запросто предложила Смирнова. Другой бы воспользовался ситуацией, но Аким понимал – неправильно это, по отношению к Дане неправильно.
– Нет, я тут недалеко живу, так что… Ален?
– Милохин… – прошептала сдавленным голосом Алена. Гедуев повернулся, а там, в самом деле, был Даня, только не один, а с какой-то девчонкой. Даже издалека Аким разглядел её круглые очки и ужасно мешковатые вещи. Он поморщился, такие всегда вызывали отвращение. И нет, дело не в их внешнем виде, а в том, что они запускали себя, очередное движение «люби меня любой».
Гедуев считал, что девчонки должны следить за собой, на то они и девчонки, чтобы выглядеть красиво, чтобы мужчины расплывались под их чарами. Эта же вызывала лишь жалость. Странно, конечно, что Милохин с ней вышел, хотя, в принципе, ничего странного: Даня любезничал абсолютно со всеми. Казалось, у него нет границ, для него все равны.
– Знаешь её? – спросил Аким, подмечая про себя, что капитан баскетбольной команды уж больно тепло смотрит на эту невзрачную мышку.
– Нет, – процедила сквозь зубы Смирнова. Взгляд её некогда яркий, озорной, вдруг погас и сделался мрачным.
– Может…
– Мне пора, увидимся, – бросила Аленка и, не дожидаясь ответа, прыгнула в джип, хлопнув дверью. Вроде ерунда, а ощущение, словно дали пощечину. Аким сам не понял почему, но он сильно разозлился на Милохина.