Пролог
Я сворачиваю с лесной тропы и выбегаю на старый балочный мост. Бетон мгновенно обжигает босые ступни холодом, и боль от множественных ссадин притупляется с каждой минутой. Легкие горят, сильнее, чем после того раза, когда в них впервые попал табачный дым. Только сейчас понимаю, что нужно было уделять спорту больше времени. Когда-нибудь это спасло бы мне жизнь, но не сейчас. Уже слишком поздно думать о будущем, есть только настоящее, которое неизбежно ведет меня к смерти.
На мокром асфальте поблескивают осколки стекла уличных фонарей, а дорога прослеживается, только благодаря луне, изредка выглядывающей из-за облаков. Высокие, железные балки, прикрепленные к мосту, возвышаются надо мной, вселяя еще пущий страх. Благодаря единственно уцелевшему фонарю, тени формируются в неведомых человечеству монстрам, следующих по пятам за жертвой.
Жертва.
Это слово будто бьет под дых, усиливая неизбежность ситуации. Я снова оказываюсь на тропинке, ведущей в густой, папоротниковый лес. После моста, земля кажется, теплой и приятной, но в ступни снова впиваются сухие ветки, корни, мелкие камушки, которые находятся всюду, куда бы ни ступала нога. Я давно перестала различать местность и не имела ни малейшего предположения о том, где нахожусь, но уяснила одно: нужно бежать, не оглядываясь. Это игра в догонялки со смертью, и пока что победа была не на моей стороне.
Все звуки смешались, не было смысла прислушиваться к чужим шагам, когда из-за гула в ушах не слышала даже своих собственных. Сердце громыхало так сильно, что начало отзываться пульсацией в висках. Снова из ниоткуда выросло большое по обхвату дерево, ноги больше не справлялись с нагрузкой и отказывались двигаться, потеряв последние силы, я села у его корней на сырую от дождя почву, чтобы хоть немного успокоиться.
Густая листва обеспечивала кромешную темноту, не позволяя вторгаться лунному свету, невозможно было разглядеть даже своей руки. Неподалеку в кустах раздался шорох, кровь мгновенно заледенела, а дыхание замерло. Шорох повторился, и с той стороны показались какие-то неясные очертания силуэта. Он приближался, и с каждым шагом в темноте все четче виднелись знакомые черты. Ни в одних обстоятельствах, я бы не спутала их. Как бы темно ни было, сколько бы адреналина не присутствовало в крови, всегда буду рада этим родным глазам.
– Картер! Как ты здесь оказался? - Я с облегчением выдохнула и на дрожащих ногах начала медленно подниматься, но снова застыла в полусогнутом положении.
Это был не Картер. Это человек с его лицом, которое с каждой секундой плавно меняло черты. Процесс напоминал лепку из глины, когда скульптор пальцами или инструментом, неспешно вырисовывает каждую деталь. Теперь, передо мной стоял тот самый парень. Человек, от которого я все это время бежала, тот урод, что открыл на меня охоту, словно я дикий кабан. Густые брови сурово изгибались, на бледных губах играла злорадная, слегка раздраженная ухмылка, а светло-зеленые глаза, такие светлые, словно летняя, молодая трава, сверкали во тьме леса.
– Не угадала, Бэмби. - Парень говорит медленно, смакуя мой страх на языке и оттягивая мгновения перед убийством.
Один быстрый шаг и он пригвождает меня к дереву своим телом.
Секунда.
Мне не хватило даже секунды для вдоха, для того, чтобы сконцентрировать хотя бы толику силы в руках и оттолкнуться. Больше не оставалось времени для меня. Пистолет, приставленный к груди, выполнил свою миссию. Сердце неприятно обожгло холодом. Так вот, что чувствуют люди, ловя пулю. Нет боли, нет огня, нет агонии. Только всепоглощающий холод, проникающий в каждую клеточку, вплоть до ноготка. Мое тело задрожало, медленно сползая по стволу дерева и опустилось на землю, а веки потяжелели под невидимым грузом смерти. Больше не страшно. Это похоже на вязкую массу, что утягивает тебя в болото, на самое дно к илу. Сквозь толщу прорвался тихий голос и это было последнее, что я услышала.
– Прости, Бэмби.