Глава восьмая
Эндрю демонстративно захлопнул за собой дверь спальни и с вызовом посмотрел на Нила. Он только вышел из ванной и на голое тело нацепил старое оранжевое джерси парня, на котором красовалось название университета Пальметто и огромная «10».
– Оденься. – Нил подвинулся с нагретого места чуть дальше и отодвинул одеяло, освобождая тому место для посадки. – Или мы сегодня читать не будем?
На лице Эндрю расползлась насмешливая ухмылка.
Ещё чего. Да там же самое интересное. – Ни капли не стесняясь, он сел на кровать лицом к Нилу, а затем подвинулся ещё ближе и потянулся через него за книгой. – Должен же я узнать, как ты свинтил, когда я милосердно ушёл за завтраком.
Нил иронично фыркнул и отвёл взгляд от задравшегося джерси, которое после окончания универа Эндрю нагло себе присвоил. Впрочем, в отместку, Нил носил его старое вратарское джерси. Оба на такой расклад не жаловались.
– Не можешь справиться со своим низменным желанием, Нил? – Эндрю хмыкнул и натянул на бёдра одеяло. – С таким раскладом мы точно не почитаем. – Он с заумным видом принялся перелистывать плотные странички.
Нил не выдержал и вырвал книжку у него из рук – мало того, что тот мысли читает, так ещё и нагнетает.
– Вот. – Открыв нужную страницу, он придержал корешок так, чтобы им обоим было удобно.
Эндрю ничего не ответил. То ли так быстро переключился, то ли сознательно проигнорировал – и то, и то абсолютно в его репертуаре. С первых страниц Нил слышал у своего уха смешки, и это крайне его раздражало. Будь Эндрю в доме в то утро, явно дошло бы до драки, и кто знает, чем она могла закончиться.
Позже Нил понял, что его рассмешила перепалка с Ники. Внимательно вычитывая героические возмущения похмельного Нила, Эндрю, видимо, смаковал удовольствие, потому как стоило Нилу резко перевернуть страницу, тот перевернул её обратно и подчеркнул пальцем строчку.
– Вот бли-и-н, – театрально протянул Эндрю, вдавливая ногтём бумагу. – Я пропустил всё самое интересное, но это спасло Ники жизнь.
– Как видишь, я тоже готов был его убить! – Возмущённо хмыкнул Нил и с усилием перевернул страницу.
До сцены в туалете они молчали, лишь изредка переглядываясь. Нил возмущённо отводил глаза с Эндрю на текст, как только тот собирался что-нибудь ляпнуть, а потом тот просто не выдержал:
– Вот это благодарность! Ты кому подосрать своей местью решил, а? Показать мне своё неуважение?
Нил бегло пробежался по строчкам до конца страницы. Вместе с буквами в его голове всплывали размытые воспоминания – яркая отчаянная злость, с которой он пихал подаренную одежду в унитаз.
– Я дома у врага проснулся! Что я должен был делать!? Хлопать глазками?
– Мог бы, – насмешливо улыбнулся Эндрю и перевернулся на бок, перетягивая книжку с собой. – Выдохни, Нил. Живи настоящим.
Нил не ответил и не шелохнулся, но долго обижаться не смог и примирительно толкнул Эндрю ногой под одеялом.
– Ты тут не один.
– Правда? – Эндрю обернулся в пол-оборота, демонстрируя ироничную улыбку.
Нил немного сполз, укладываясь, и молча потянул книжку из рук Эндрю на себя, но тот не потрудился выпустить её из руки перевернулся вместе с ней на другой бок. И только когда светловолосая непокорная голова парня устроилась у него на плече, Нил вдруг осознал, насколько с оглядкой на прошлое его обида была глупой и бессмысленной. Он даже было хотел что-то по этому поводу сказать Эндрю, но тот уже читал.
По ходу того, как строчки на бумаге переходили из одной в другую, сердце Нила обливалось кровью. Тет-а-тет в комнате тренера был актом честности, зародившим первые семена их партнёрских отношений, и если Эндрю раньше не задумывался, что ему нагло врали, то сейчас явно выскажется. Однако тот молчал до самого конца.
– Ничего мне не скажешь? – осторожно поинтересовался Нил, как только парень отложил книгу.
Тот смотрел прямо перед собой непроницаемым взглядом, а потом устало потёр глаза и сполз с головой под одеяло.
– А что ты хотел от меня услышать? По-твоему, я настолько идиот, что не сложил два и два?
– Ты же знаешь, что ты был первым, кто услышал хотя бы часть правды.
Эндрю промолчал, но Нил чувствовал как его ловкие холодные пальцы забрались под его домашнюю футболку. Парень пересчитал все его рёбра также, как недавно перелистывал плотные страницы, а потом медленно притянул его к себе ближе. Нил обнял его за плечи, так как лежал на кровати немного выше и зарылся носом в светлую макушку. Эндрю вырисовывал на его спине прикосновениями букву за буквой.
Нил прикрыл глаза и стиснул в пальцах ярко-оранжевую ткань своего джерси, единственного, что было на парне. Сейчас, после всего, что они пережили, его немного покалывала несуществующая совесть. Эндрю ведь действительно ему не врал, просто не всегда отвечал на вопросы, а ещё чаще вкидывал информацию прямо в лоб, и тогда Нил сам продолжал себя обманывать. Ложь была с ним самого рождения, и он не понимал, что у людей, подобных ему, у того же Эндрю, всё может быть иначе хоть немного. Если он привык врать и никому не верить, то Эндрю ненавидел ложь всем сердцем и душой. Именно поэтому молчание сейчас напоминало мигающий таймер бомбы. Но Эндрю всё также молчал, а он не решался заикнуться первым.
Нила вдруг ни с того, ни с сего передёрнуло – пальцы парня на его спине дошли уже до лопаток.
– Чего ты? – послышался из под одеяло приглушённый голос Эндрю.
– Я, правда, не мог сказать тебе тогда ещё больше.
– Скажи мне, я, по-твоему, слепой или тупой?
– Не понял, – голос дрогнул от подступившей тревожности.
– Я умею читать, Нил, и выучил тебя как облупленного.
Нил напряжённо замер, когда пальцы Эндрю стали вырисовывать всё медленнее и медленнее.
– Ты буквально чуть ли не кончил, когда признался себе, что я подарил тебе надежду.
Нил притих, чувствуя, как краснеют щёки, и попытался отвлечься. Эндрю всё ещё рисовал по его спине, и он долго пытался понять, что тот пишет, но почти сразу сбился, невидимые буквы казались слишком похожими.
– Что ты пишешь? – Приподняв голову, поинтересовался Нил.
– Что ты мой.
– Зачем? – Нил даже неловко улыбнулся такому ответу.
– Вселенная читает знаки. – Ответил тот совершенно серьёзно.
Нил молча уткнулся обратно в светлые волосы и не сразу осознал, что улыбается как влюблённый дурачок.