часть 12.
дженна проснулась от какого-то движения — эмма во сне слегка пошевелилась, едва заметно сжала пальцами ткань её футболки и глубже уткнулась носом в шею. в комнате стояла полумгла — вечер уже почти полностью заменил день, окна были залиты тёплым тусклым светом, и воздух стал чуть прохладнее. голова дженны была тяжёлой, тело будто затекло от неудобной позы, но она сразу почувствовала — эмма всё ещё лежит на ней, обнимая.
она медленно приоткрыла глаза, моргнула, привыкая к освещению. лёгкий запах волос эммы щекотал нос, дыхание её было ровным, тёплым. дженна уже собиралась пошевелиться, когда эмма вдруг, не просыпаясь до конца, чуть громче выдохнула и пробормотала сквозь сон, севшим голосом, каким-то неестественно нежным:
— мхх… милая… давай ещё поспим…
дженна замерла.она чувствовала, как на секунду у неё будто остановилось дыхание.
"милая?"
её взгляд был прикован к потолку, потом медленно скользнул к лицу эммы.
и всё это — после угроз, манипуляций, слёз, боли, отвращения, страха, презрения. после того, как дженна относилась к ней как к говну, постоянно унижала...
дженна медленно выдохнула, не зная, куда себя деть, не зная, смеяться или охуевать, щёки почему-то жгло.
она аккуратно пошевелилась, попробовала освободить себя из объятий, но эмма только сильнее прижалась, как плюшевая, но почему-то с такой же температурой, как костёр.
— эм?.. — дженна хрипло выдохнула. — эмма, уже вечер.
никакой реакции.
только тихое, упрямое:
— ммнн… не хочу вставать…
дженна с прищуром уставилась на неё. эмма даже глаз не открыла — спряталась лбом куда-то в ключицу дженны, прижавшись по-детски.
— эмма, ты серьёзно?.. шесть вечера, блядь, — дженна попыталась отстраниться, но эмма инстинктивно обняла её крепче, хоть и осторожно, чтобы не задеть перевязанную руку.
— тепло… — выдохнула эмма, уже почти полностью проваливаясь обратно в сон. — ты теплая…
она пошевелилась, чуть сильнее прижалась, будто ничего не происходило.
дженна охуела. она положила руку на голову девушки, пытаясь как-то отлепить её, но та слабо застонала:
— не-е… не уходи… ещё минутку…
дженна обессиленно вздохнула и уставилась в потолок, сжав губы.
— ты вообще осознаёшь, с кем обнимаешься?.. ебланка...— буркнула она в потолок, скорей себе.
эмма в ответ лишь блаженно выдохнула и зарылась глубже.
эмма тихо зашевелилась, её пальцы едва сжались на спине дженны. она что-то пробормотала невнятное и только сильнее зарылась лицом в шею, совсем не осознавая, где находится. ноги спутались с ногами дженны под одеялом, рука упала на живот.
дженна закатила глаза.
— ты чё, обнимаешь меня или душишь уже, — хрипло пробурчала она, но тихо, почти ласково.
через пару секунд эмма слегка моргнула, а потом резко замерла. осознание ударило, как пощёчина — она лежит всей собой на дженне,
её щёки вспыхнули, глаза расширились, она подалась назад, судорожно пытаясь вывернуться, но запуталась в пледе.
— ой… сори, я… — пробормотала она, не зная, куда деть руки, ноги, себя. — я не хотела, правда… я во сне…
— ага, конечно, во сне, — дженна чуть приподнялась на локте, глядя на неё сверху вниз. уголок её губ издевательски дёрнулся. — ты ещё "милая" мурлыкала. что, сны про нас снились?
эмма скатилась под одеяло до подбородка, чуть не захлебнувшись в нём от стыда.
— дженн… — прошептала она, — хватит…
— ладно-ладно, — хмыкнула та, вставая, и сбрасывая с себя плед. — пошли похаваем, милая. я есть хочу.
эмма что-то неразборчиво пискнула в ответ, абсолютно багровая, и зарылась обратно в подушку.
эмма встала медленно, чуть зевнула, натянула на себя худи с пола и направилась в кухню, даже не глядя на дженну — просто почувствовала, что та всё равно за ней идёт. дженна действительно встала спустя секунду, без слов и пошла за ней.
на кухне было тихо. воздух застоялся — ночь проспанная, утро проспанное, а за окном уже начало темнеть. эмма молча включила свет, пошарила в холодильнике. глаза щипало от недосыпа, а перевязанная рука неприятно тянула. но она не жаловалась.
она взяла пару яиц, хлеб, поставила чайник, машинально двигаясь — она чувствовала головокружение, немного хмцрилась иногда.
дженна села за стол, выложив перед собой телефон, не включая его. просто смотрела, как эмма нарезает хлеб. потом спокойно, без выражения, произнесла:
— как ты меня вообще терпишь.
эмма чуть замерла, потом тихо, не оборачиваясь:
— не знаю… я просто… не против.
больше ничего не сказала. просто включила плиту, налила масло. двигалась быстро, осторожно — всё одной рукой. вторая пульсировала, но она делала вид, что не замечает.
дженна всё это время молчала, наблюдала. ей нравилось это — как эмма не спорит, не задаёт вопросов, не огрызается. странная покорность, в которой чувствовалось не рабство, а смирение.
когда еда была готова, эмма поставила тарелку перед ней, потом села напротив. опустила взгляд
дженна начала есть, потом медленно посмотрела на неё, подперев щеку рукой:
— вкусно.
эмма кивнула еле заметно.
— я рада…
---
после завтрака эмма почти не говорила. сидела на стуле, откинувшись назад, словно в теле не осталось ни сил, ни воли. левая рука, скрытая под бинтом, ныла всё сильнее — боль становилась тупой, жаркой, навязчивой.
дженна бросила на неё взгляд, потом коротко сказала:
— бинт уже в крови. надо менять. — спокойно сказала ортега.
эмма не ответила, только встала медленно, будто старуха, и пошла следом. в спальне устроилась на краю кровати, не глядя на дженну.
та принесла аптечку. выложила на кровать стерильные салфетки, бинты, антисептик.
— руку. — коротко.
эмма молча протянула дрожащую руку, дженна медленно начала разматывать бинт.
первые витки снимались легко. но чем дальше, тем крепче ткань прилипала к ранам. один из слоёв будто прирос — когда дженна начала его снимать, эмма вздрогнула всем телом.
— потерпи. — глухо сказала дженна.
и только когда последний слой был снят, дженна поморщилась, как будто видеь это впервые.
четыре пореза, длинных, глубоких, неровных, как будто резала в слепую, с усилием, по плоти. края распухли, местами кожа разошлась. кровь сочилась медленно, вязко, стало явно хуже.
дженна застыла, от того, насколько ужасней это стало выглядеть, в голове была только одна мысль: зачем она это сделала?
она резко отвернулась, взяла ватку, смочила антисептиком.
— будет жечь.
и приложила.
эмма резко дернулась:
— а-а! — короткий сдавленный вскрик, будто ударили током. — стой, пожалуйста!..
— тихо. — коротко. — просто сиди.
с каждым касанием эмма вздрагивала сильнее. губы прикусила, сжимала пальцы в кулаки. потом начала дышать часто, поверхностно, глаза стеклянные.
— стой… стой, — пробормотала. — пожалуйста… больно...
— эмма. — дженна смотрела на неё хмуро. — не истери.
дженна приложила салфетку, жгло очень сильно, не как обычно, тело эммы затрясло. дрожь медленно шла от плеч, вниз, к пальцам. она больше не могла сдерживаться.
— не могу… не могу больше… — она заплакала, тихо. — пожалуйста, хватит…
дженна взяла ватку и замерла.
смотрела на неё несколько секунд, как на что-то, что не вписывается в её понимание.
потом снова перевела взгляд на раны.
— это пиздец... — тихо, выдохом. — ты чем думала, когда это делала?..
эмма ничего не ответила, только всхлипнула. сгорбилась, прикрыла лицо ладонью.
рука дженны дрожала, но она продолжила. осторожно обработала последнюю рану, почти не касаясь. эмма едва сидела, тело подрагивало.
и вдруг — срывающийся, высокий крик:
— хватит! умоляю тебя…
дженна выпрямилась резко.
отбросила ватку.
пару секунд просто смотрела, тяжело дыша, а потом хрипло выдохнула:
— заебала… не кричи.
и неожиданно потянулась, обняла её, резко, неуклюже. одной рукой, за плечи, прижав к себе.
эмма вздрогнула — но не оттолкнулась. только всхлипнула громче, её всё ещё трясло, но дыхание стало медленнее.
— тише, — выдохнула дженна. — всё. закончила.
она не знала, зачем обняла её, но осталась в объятиях.
руки дженны были горячими, упрямыми, она до конца не понимала, зачем всё это делает — но не могла иначе.
эмма уткнулась в её плечо и всхлипнула ещё пару раз, сжалась, совсем по-детски. её хрупкое тело тряслось урывками, незаметно. и всё же эти судороги выдавали, насколько ей сейчас плохо. она пыталась сдержаться, но всё вырвалось само — слёзы, сжатое горло, раны, которые пульсировали под новым бинтом, и дженна рядом.
через пару минут дыхание выровнялось. эмма тихо вздохнула, ладонью нащупала локоть дженны и чуть-чуть прижалась ближе. её пальцы были холодные, как лёд. вся она была тонкая, лёгкая, как будто могла раствориться, если перестанешь держать.
дженна опустила взгляд, она молчала, не убирала руки, ей было очень жаль её, но она старалась мысленно отнекиваться
они ещё немного посидели так, молча. эмма прижималась к дженне, осторожно, на щеке всё ещё были следы слёз, но она больше не плакала. дженна расслабилась, наконец убрала напряжение из плеч, прикрыла глаза, будто на секунду позволила себе забыться. будто не было ненависти, просто тишина и тепло, на фоне которого медленно светлело за окном.
эмма посмотрела на неё. хаплаканная, с опухшими глазами, тихая, смущённая. она не понимала, как эта ночь вообще произошла — но не могла не прошептать:
— спасибо… — тихо.
дженна чуть качнула головой, но не ответила. только чуть глубже вдохнула и продолжала сидеть с закрытыми глазами.
— ты домой пойдёшь?.. уже почти пять… — эмма опустила взгляд, было стыдно, что всё затянулось.
дженна чуть приоткрыла глаза, посмотрела в окно и с ленцой пробурчала:
— ну можно.
без слов встали. эмма поднялась первой, неловко поёжилась от холода и усталости. дженна подтянулась за ней, снова вернув себе привычную, чуть отстранённую гримасу. эмма проводила её до двери.
они постояли пару секунд, в тишине, обе немного растерянные.
— ну… давай, — выдохнула эмма, не зная, что ещё сказать.
дженна кивнула.
— высыпайся.
дверь за ней закрылась негромко, эмма сжалась, будто снова стало очень одиноко.
эмма пошла в спальню и легла спать, все таки она была уставшая. уснула быстро, ведь не спала всю ночь.
---
дженна пошла домой, дошла она за пять минут, засыпая на ходу, зашла в квартиру, скинула обувь и завалилась спать.
проснулась она ближе к вечеру — в комнате уже сгущались сумерки, но ей было всё равно. тело ныло, особенно плечи, словно за ночь она не отдыхала, а таскала бетон. на кухне она нашла что-то перекусить, без аппетита поела, не включая свет. сидела за столом, уставившись в пол, кутаясь в свой худи. настроение было мрачнее некуда.
никаких уведомлений, ни сообщений, ничего. и слава богу, думала она, от всех тошнит. особенно от самой себя.
но в полной тишине вдруг завибрировал телефон.
экран мигал знакомым именем. эмма.
дженна нахмурилась.
— ебать, чё ей надо, блядь… — пробормотала себе под нос, с досадой склонив голову.
она пару секунд смотрела на звонок, сжав губы. и всё же приняла — палец скользнул по экрану, и трубка оказалась у уха.
и сразу же — голос эммы, радостный, заливистый, как будто беззаботный ребёнок:
— дженночка! любимаааяяя! я так по тебе соскучилась...!!!! забери меня нахуй атсюда!!!
дженна чуть не выронила телефон, тупо уставилась в пустоту, потом прижала мобилу к уху, не зная, чё сказать.
— ты пила? где ты нахуй? — хрипло выдавила.
смех эммы на том конце провода. явно пьяная. фон — чужие голоса, был какой то шум.
— я в центре... возле клуба… ну этого... блять, как его… ща скажу… — она заикалась, хихикала, — возле “Sin”... знаешь его? ну пиздец... я тут... с друзьями новыми, но они меня бесят… — снова смех, — я хочу к тебе...!!
дженна сглотнула, стиснула челюсть, поднялась уже на ноги, будто на автопилоте.
— стой там. сейчас приеду.
эмма:
— правда?.. ммм… я буду ждать… дженн… ты лучшая…!! :))
дженна ничего не ответила, просто сбросила звонок, натянула худи, достала ключи, вышла вон из квартиры, даже не глядя в зеркало. внутри всё кипело, всё сжималось, в голове одна мысль: нахуя она поехала бухать и с кем вообще … но шла она быстро, злилась, и при этом чуть-чуть… улыбалась.
эмма стояла под фонарём у перекрёстка, уже одна, хотя улица совсем не пустая — машины проносились, где-то орали люди, но она будто в коконе, отрезанная от всего. руки обвисли, куртка нараспашку, волосы лезут в лицо. помада вся растёрта — и на подбородке, и даже на щеке какой-то мазок. глаза блестят, пьяные, как будто слезятся, а рот сам по себе улыбается. стояла уже десять минут, чуть раскачивалась на месте, как будто пыталась устоять, и что-то хихикала под нос, без причины. один раз даже попыталась махнуть кому-то рукой, но не удержалась и врезалась плечом в стену, замерла.
она совсем пьяная. не просто подшофе — прям пиздец как. голос хрипит, дыхание сбивается, ноги подкосились, и она почти пошла в сторону земли, но в этот момент её подхватили.
— успокойся… — выдохнула дженна, появившись сбоку как призрак. крепко схватила эмму за талию, прижала к себе, чтоб не рухнула.
эмма замерла, потом, увидев её, будто заново родилась — глаза расширились, рот раскрылся, и сразу:
— дженночка!!!... аааа ты пришлаа...!!! — она навалилась на неё всем телом, не особо соображая, насколько тяжело или неудобно. просто вцепилась.
— я... я так по тебе скучала... ты у меня самая любимая... понимаешь??
она говорила это с таким детским восторгом, таким теплом, будто не было у них ни конфликта, ни шантажа, ни всей этой хуйни.
дженна в ахуе стояла, глядя вбок. её щёки горели, уши вспыхнули, взгляд бегал — то на лицо эммы, то в асфальт, то вообще куда-то в сторону машин, будто надеялась просто провалиться.
а эмма... та вдруг взяла, обняла её покрепче, мордочкой уткнулась в шею и, не думая ни о чём, всосала мягкий, неуверенный поцелуй в щёку.
— моя любимая дженночка… — прошептала она рядом с ухом, так, что по позвоночнику у дженны холодок прошёл.
та застыла. дыхание пропало. просто не могла пошевелиться, будто время остановилось.
она не знала, куда деть руки, но сжимала эмму крепко.
— блядь… — выдохнула тихо, будто себе, не зная — это про эмоции или про саму ситуацию.
а эмма, ничего не замечая, продолжала прижиматься, чуть ли не мурлыча, как будто всё это нормально.
— я тебя никому не отдам, ясно?..
дженна стояла будто вкопанная, пока эмма прижималась, тёрлась щекой о её кожу и что-то шептала про "любимую дженночку", про то, как скучала. щёки дженны горели — от стыда, от желания, от смятения. она не знала, куда деть руки, как правильно дышать, как реагировать. всё это было чересчур.
дженна чуть отстранилась, но только затем, чтобы осторожно, почти неуверенно, приобнять её. ладонь легла на спину, тёплая и крепкая, другая — перехватила за руку, помогая удержаться.
— пойдём, — выдохнула она негромко, будто себе. — тебе надо поспать.
эмма кивнула, не особо вникая. она была как в тумане — пьяная, счастливая, вся растаявшая. она вцепилась в дженну покрепче и позволила вести себя. шаги у неё шаткие, дыхание тяжёлое.
по дороге она что-то бормотала:
— люблю тебя... очень...
и потом целовала её в плечо, в шею, в висок — мягко, мимолётно, будто случайно, но с чувством. дженна внутри просто разрывалась, каждый раз сжимая губы, чтобы не поддаться этой волне.
дошли до квартиры, дженна кое-как открыла дверь, завела её внутрь, сняла с эммы куртку, осторожно разулась.
— ложись, — только и сказала.
эмма же, будто ребёнок, упала на диван и тут же протянула руки:
— дженнн... ну ляг со мной...
дженна стояла и смотрела на неё. взгляд дрожал.
"что я творю... что она со мной делает..." — только и вертелось в голове.