26 глава
Я сидела за кухонным столом и рисовала. Часы на стене показывали без двух минут восемь вечера. Я отложила карандаш и подняла голову, заставляя себя дышать ровно. Вся моя сегодняшняя жизнь умещалась в двух ролях: послушная дочка, ожидающая прощения, и хладнокровная Кобра, готовая к войне. Я выбрала маску, которая должна была меня спасти.
Шум раздался неожиданно и резко: не грохот, а хаотичный гул голосов и стук сумок. Семейство сново в сборе.
В коридоре замелькали знакомые лица. Первым вошел Кирилл, его лицо было жестким и уставшим от дороги, но не лишенным своего обычного, властного выражения. За ним — Диляра, уже готовая к роли миротворца, и Маша, которая сразу же пошла в свою комнату. Следом шли Вова и Марат, таща сумки.
Папа сразу же прошел в гостиную, его взгляд, минуя всё остальное, остановился на мне. Он увидел разбитую губу.
— Ну и что это такое? — Голос Кирилла был не громким, но в нем звучала сталь.
Я встала.
— И тебе привет, папа.
— Здравствуй, — сухо ответил Кирилл. — Это не ответ. Я спрашиваю, что у тебя с лицом? Ты, видимо, решила, что раз мы уехали, то можно навести здесь свои порядки. Снова в драки полезла?
— Нет, Папа. Упала, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул.
— Упала, — протянул он, не веря ни единому слову. — Даша, ты всегда была проблемой. В Москве ты принесла нам такой позор, что я до сих пор не знаю, как отмыться. И ты думаешь, что если ты здесь будешь вести себя также, как и там, я это проглочу?
Вова и Марат оставили сумки и подошли ближе, готовые защищать меня.
— Пап, мы же тебе сказали, — начал Марат. — Мы вчера тут просто...
— Замолчи! — отрезал Кирилл, даже не глядя на сына. — Я не спрашивал вас. Я спрашиваю ее.
Он снова повернулся ко мне, сжимая губы.
— Ты пропустила школу. Побитая постоянно, хамишь, дерзишь. Какая ты на самом деле? Может ты уже и ноги раздвигаешь всем подряд, как шлюха продажная? Или может ты бандитка? Я уже честно и не знаю, что думать про тебя, Дарья.
Я почувствовала, как адреналин снова наполнил вены. Сдержаться было почти невозможно.
— Я ни то, ни другое. Называть ты так будешь телок своих, жену или вон дочку свою. Меня не смей. Как выяснилось ранее я твоя племянница. — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Я знаю, что мой родной отец мертв, а мама хер знает где, в письме отец написал, что она мертва, ты мне сказал, что она вообще в Америку улетела жить, но это неважно теперь. Я не собираюсь извиняться или отчитываться перед тобой за то, что защищаю себя.
— Ах, ты еще и дерзить мне будешь! — Кирилл поднял руку, но тут же опустил ее, сдерживаясь.
Диляра шагнула вперед, положив руку ему на плечо.
— Кирилл, остановись. Она просто видимо устала, не понимает, что говорит. Дай ей отдохнуть.
— Отдыхать она будет! — Он повернулся ко мне, и его тон стал абсолютным приказом. — С этой минуты ты идешь в школу и сразу домой. Никаких прогулок. Никаких друзей. Я буду проверять твои оценки. Если ты еще раз принесешь в этот дом позор, я тебя уничтожу. Ясно?
— Ясно, — ответила я пересилив свое желание послать своего дядю нахуй.
— Вова, Марат, — он повернулся к сыновьям. — Следите за ней. Она остается здесь. Вы — моя семья. А она... ее нужно контролировать. Я не запрещаю вам общаться, но если она выйдет из-под контроля, вы понесете ответственность за это.
Он не запретил им общаться, но создал условия, при которых я сама должна была их оттолкнуть, чтобы не подставить.
Марат подошел ко мне. Он видел, что я лгу, но и видел страх в моих глазах.
— Даша, мы...
Я не дала ему закончить. Я сделала полшага назад, увеличивая дистанцию.
— Я очень устала, Марат. Он прав. Мне нужно отдохнуть. Идите.
Мой голос был холоден, беззащитен, но и отчужден. Я сама возвела стену перед собой. Вова понял меня — это был сигнал опасности. Он кивнул Марату, и они, нехотя, пошли в свою комнату.
Я пошла в свою комнату и закрыла дверь. Вся квартира погрузилась в тихий, привычный ад. Папа сново хочет контролировать каждый мой шаг. Но он не может контролировать мои мысли.
Я подошла к окну. Третий этаж. Я была заперта, но теперь, когда я знала правду о своем отце и знала, что Кирилл — не просто злой дядя, а держатель долга, моя решимость только окрепла.
Я была полностью одна, но в моей руке была информация о Соколе. Я должна была передать ее Оджи. И если мой план провалится, и меня снова бросят...
Я посмотрела на землю. Смерть была единственным верным выходом, единственным, где меня никто не сможет предать, использовать или контролировать.
Из моих мыслей меня вывел звук открывающейся двери. На пороге стояла Маша с чемоданом.
— Чего приперлась? — спросила я не поворачиваясь в её сторону.
— Я как бы тут живу тоже. — наглым голосом ответила Маша. Мне это не понравилось.
— Ты в Москве смелости набралась или что? Рот свой закрыла и молча разбираешь свои вещи — прошипела я подходя к ней ближе.
Она ничего не ответила, схватила меня за волосы. Я опешила от такого действия и из-за сильных, накопившихся эмоций внутри меня вмазали ей со всей дури кулаком по лицу. Она упала схватившись за место удара и заплакала во весь голос.
На её крик в комнату ворвалась мама.
— О боже, Машенька, что случилось? — мама присела перед ней на корточки, осторожно рассматривая ее лицо.
— Эта ненормальная накинулась на меня! — нагло врала голубоглазая.
— Ты вообще ахренела? Ты меня за волосы схватила первая! — заорала я, на что уже в комнату пришел папа.
— Что происходит?! — строго спросил он.
— Я от тебя такого не ожидала, Дарья! — сказала Диляра и взяв Машу за локоть повела на кухню.
— Я повторю вопрос, что произошло? — не менее строго спросил отец.
— Она схватила меня за волосы, я её стукнула за это. Все. — сухо ответила я.
Папа за долю секунды оказался около меня и дал мне пощечину.
— Не ври мне, мразь! Не смей! — он начал бить меня не разбираясь куда. По спине, по голове, по лицу.
Я не стала это терпеть. Ударила его по яйцам от чего он взвыл от боли.
— Шалава малолетняя, ненавижу тебя. Такая же как и твой папаша — прошипел он сквозь боль и вышел из моей комнаты запирая дверь на ключ. Я села на пол и заплакала. Я не хочу чтобы все повторялось вновь. Сначала в Москве, Юра и Света постоянно били меня. Потом когда я приехала в Казань меня начал бить Кирилл. Я не понимала за что. Они ведь сами добились такого отношения к себе. Я в чем виновата? Ну ничего, скоро это все закончится. Я уверенна.
————————————————————
1056 слов🎀