Я с тобой
Утро в Краснодаре было солнечным.
Второй день концерта. За окном — тёплый южный свет, внизу уже шумела улица. В номере пахло кофе и его парфюмом.
Соня стояла у зеркала, сосредоточенно красилась. Волосы убраны на одну сторону, чтобы удобнее было наносить тон. На ней лёгкое платье — не сценическое, просто чтобы быть в зале и не привлекать лишнего внимания.
Егор сидел на кровати, наблюдая за ней поверх телефона.
— Ты долго ещё? — лениво спросил он.
— Почти всё, — ответила она, аккуратно проводя кистью по щеке. — Не отвлекай.
Он усмехнулся и встал.
Подошёл тихо, почти бесшумно.
Соня заметила его в отражении зеркала, но ничего не сказала.
Он остановился сзади, близко. Его ладони легли ей на талию — тёплые, уверенные.
— Егор, — предупредила она, но в голосе уже было предвкушение.
Он наклонился к её шее.
Он знал.
Шея — её слабое место.
Губы мягко коснулись кожи под ухом.
Соня резко втянула воздух.
— Егор...
Он продолжил — медленно, без спешки, поцелуй за поцелуем, спускаясь чуть ниже. Не грубо. Зная, где остановиться. Где задержаться.
Её пальцы с кистью замерли в воздухе.
— Я же крашусь, — попыталась сказать она, но голос уже дрогнул.
Он усмехнулся ей в кожу.
— Вижу.
И снова коснулся губами чувствительного места на шее.
Соня не выдержала — тело само подалось назад. Она буквально опрокинулась на него, закрыв глаза.
— Егор... — уже тише, с улыбкой.
Он обнял её крепче, поддерживая, чтобы она не потеряла равновесие.
— Что? — невинно спросил он.
— Ты специально.
— Конечно.
Он оставил ещё один поцелуй — чуть глубже, чуть дольше. Но всё равно аккуратно.
Она открыла глаза и посмотрела на их отражение в зеркале: он — сосредоточенный, довольный, она — раскрасневшаяся и уже совсем не собранная.
— Ты испортил мне макияж, — пробормотала она.
— Зато улучшил настроение.
Она повернулась к нему лицом.
— Ты знаешь, что это нечестно?
— Знаю.
— У меня там самое чувствительное место.
Он улыбнулся — спокойно, уверенно.
— Я помню.
Она толкнула его ладонями в грудь, но не сильно.
— Иди лучше собирайся. А то Маша через пять минут будет стучать.
— Пусть стучит.
Он снова притянул её ближе, на секунду уткнувшись лбом в её висок.
— Сегодня второй день. Хочу, чтобы ты была ближе к сцене.
— Я и так буду.
— Нет. Ближе.
Она улыбнулась.
— Хорошо.
Он наконец отпустил её.
Соня снова повернулась к зеркалу, поправляя макияж, но теперь на губах держалась мягкая улыбка.
А на шее — едва заметное тепло от его поцелуев.
И, кажется, он прекрасно знал, что этого достаточно.
Соня всё-таки закончила макияж, хотя в отражении постоянно ловила его взгляд.
Егор уже был собран — чёрная футболка, цепочка, лёгкая куртка. Он стоял у окна, переписывался с Машей, периодически поглядывая на неё.
— Ты довольна? — спросил он спокойно.
— Чем именно? — она обернулась.
— Краснодаром.
Она улыбнулась.
— Очень. Тёплый город. И концерт вчера был сильный.
Он кивнул.
— Сегодня будет ещё лучше.
В дверь постучали.
— Вы готовы? — голос Маши.
— Почти! — крикнул он.
Соня взяла сумку, проверила телефон.
— Не забудь воду, — напомнила она автоматически.
Он закатил глаза.
— Я знаю.
— И не перегружай голос.
— Я профессионал, — повторил он с улыбкой.
Она подошла ближе, поправила ему воротник.
— Я буду в зале, да?
— Да. И на этот раз ближе к середине.
— Поняла.
Он задержал её руку на секунду.
— Спасибо, что со мной.
Она мягко кивнула.
— Я с тобой.
---
В зале было много людей, но у команды был отдельный проход. Соня шла рядом с Машей, держась чуть позади, чтобы не привлекать внимание.
Маша показывала ей, где лучше стоять.
— Отсюда видно всё. И звук хороший.
Соня кивнула.
Когда свет погас, сердце привычно ускорилось.
Вышел он.
Зал взорвался.
Соня смотрела, как он двигается по сцене — уверенно, свободно. Уже не первый день тура, уже есть ритм, есть опыт, есть спокойствие.
Он пел иначе, когда знал, что она в зале.
Иногда во время песни он подходил ближе к краю сцены. И один раз, между строк, его взгляд скользнул в сторону, где она стояла.
Он нашёл её.
И улыбнулся — коротко, но по-настоящему.
Соня почувствовала это в груди.
Во втором блоке он чуть замедлился, дал залу петь. И люди действительно пели громче, чем в первый день.
Когда концерт закончился, свет зажёгся, аплодисменты ещё долго не стихали.
За кулисами его сразу окружила команда.
— Отлично вышло, — сказала Маша.
— Сегодня было мощно, — добавил один из танцоров.
Егор снял наушник и посмотрел по сторонам.
Соня стояла чуть в стороне.
Он сразу пошёл к ней.
Без слов обнял.
Не резко — а глубоко, спокойно.
— Видела? — тихо спросил он.
— Всё, — ответила она. — Ты сегодня был очень собранный.
Он кивнул.
— Потому что ты в зале.
Она улыбнулась.
— Это не из-за меня.
— Из-за тебя тоже.
Маша, проходя мимо, слегка улыбнулась и прошептала:
— Ладно, не отвлекаю.
Соня посмотрела на Егора внимательнее.
— Устал?
— Немного. Но это хороший день.
Она положила ладонь ему на грудь.
— Горжусь тобой.
Он наклонился ближе.
— Я знаю.
И в этот момент, несмотря на шум вокруг, им было спокойно.
Второй день в Краснодаре закончился так же уверенно, как и начался —
с её рук на его куртке,
с его взгляда, который всегда находил её в толпе,
и с ощущением, что тур идёт, но они идут вместе.