Часть 11
Сердце Тэхена предательски кольнуло — от злости, стыда и той самой тёмной тяги, которую он не мог признать.
Чонгук склонился чуть ниже, его голос стал тяжелее, почти хриплым:
— Зачем тебе парень-актёр, когда я могу дать тебе всё настоящее?
Тэхен резко остановился и обернулся к Чонгуку:
— Как ты понял, что это был парень-актёр?
Чонгук ухмыльнулся, чуть прищурив глаза:
— Ты только что сам признался, что это подстава.
Он сделал шаг ближе, и голос его стал ещё ниже, тяжелее:
— И это ради того, чтобы меня позлить?
Тэхен дерзко усмехнулся, вскинув подбородок:
— А что, получилось?
Чонгук скользнул по нему взглядом сверху вниз, задержавшись на губах и ключице, и уголки его губ дрогнули.
— Если ты хотел просто позлить... — он медленно наклонился, будто хотел коснуться его уха, — то зря. Ты сделал куда больше.
У Тэхена в груди предательски кольнуло, но он выпрямился и фыркнул, стараясь скрыть волнение:
— Ха, значит, ты слабее, чем я думал.
Чонгук тихо рассмеялся, почти касаясь его плечом:
— Нет, Тэхен. Это ты сам себе враг. Потому что играешь, а наслаждаюсь этой игрой — я.
Чонгук почти вплотную нависал над ним, его слова пульсировали напряжением:
— Потому что играешь, а наслаждаюсь этой игрой — я.
Тэхен усмехнулся, сделав шаг навстречу. Между ними почти не осталось воздуха. Он слегка прикусил губу и скосил взгляд вниз, будто невзначай задержавшись на линии груди Чонгука.
— Правда? — протянул он с ленцой, голос стал мягче, тягучее. — А если я захочу, чтобы наслаждался я?
Он нарочито медленно провёл пальцами по лацкану его пальто, будто поправляя ткань, но при этом заскользил чуть ниже, к груди. Его глаза поднялись к лицу Чонгука — блеск вызова и дерзости горел в них.
— Может, мне нравится... — Тэхен облизнул губы, специально делая движение развратным, — когда на меня так смотрят.
Чонгук на секунду задержал дыхание. Его взгляд потемнел, и он будто боролся с собой, не решаясь схватить его прямо здесь, на улице.
— Осторожнее, малыш, — хрипло сказал он. — Если продолжишь вести себя как шлюха, я могу забыть, что мы на улице.
Тэхен усмехнулся шире, наклонился ближе, так что его губы почти задели уголок губ Чонгука.
— Может, в этом и смысл.
Он отстранился, оставив его с тяжёлым дыханием и злым блеском в глазах.
Тэхен снова хотел дерзко оттолкнуть, уколоть словом или взглядом, но запах ударил сильнее любой логики.
Дорогие духи, чуть горькие, вперемешку с сигаретами и чем-то тёплым, животным, что исходило только от Чонгука.
У него закружилась голова. Сердце сбилось с ритма.
Он наклонился ближе, сам не понимая, что делает. Его губы почти коснулись мочки уха Чонгука, и голос прозвучал дрожащим шёпотом:
— Ты безумно вкусно пахнешь...
Чонгук замер. Его пальцы сжались в кулаки в карманах пальто, будто он сдерживал порыв схватить Тэхена прямо сейчас.
А Тэхен, сам от себя не ожидая, ещё ближе прижался и коснулся губами его шеи. Не поцелуй, не засос — скорее мягкий, нежный след, как будто кожа сама тянула его.
Внутри всё перевернулось. Он резко отстранился, глаза расширились.
Что я, блядь, делаю?! — пронеслось в голове.
Чонгук поднял на него взгляд. Тяжёлый, опасный, горящий. Но в уголках губ появилась тёмная, торжествующая усмешка.
— Значит, всё-таки вкусно, да? — хрипло произнёс он, будто пробуя каждое слово на вкус.
У Тэхена дыхание сбилось, и он чувствовал, что уже не контролирует ни игру, ни себя.
Чонгук не отводил взгляда. Он будто впивался глазами в Тэхена, читал каждый дрожащий вдох, каждое колебание.
Между ними остались сантиметры, но этого хватало, чтобы воздух стал слишком горячим.
Тэхен всё ещё чувствовал на губах вкус его кожи, запах кружил голову, а тело предательски отзывалось на близость.
Чонгук наклонился ближе, так что его губы почти задели уголок губ Тэхена, и хрипло прошептал:
— Я хочу укусить твою губу.
У Тэхена по позвоночнику пробежала дрожь. Его пальцы сами сжались в кулаки, чтобы не потянуться к нему.
Сердце билось так громко, что казалось, Чонгук тоже слышит.
Он замер, не решаясь двинуться, и только дерзко выдохнул:
— Попробуй... и пожалеешь.
Чонгук усмехнулся, его дыхание обжигало губы, будто касание.
— Ты думаешь, я жалею, когда хочу тебя? — прошептал он так близко, что Тэхен чувствовал каждое вибрирующее слово.
Воздух между ними дрожал. Напряжение било током. Их тянуло друг к другу невыносимо сильно, но ни один не сделал решающий шаг — словно оба понимали: стоит соприкоснуться губами, и назад пути уже не будет.
Напряжение стало невыносимым. Тэхен хотел отступить, но ноги словно приросли к асфальту. Его дыхание сбилось, а взгляд не мог оторваться от глаз Чонгука.
И вдруг Чонгук резко подался вперёд. Его зубы сомкнулись на нижней губе Тэхена, чуть грубо, с жгучей жадностью.
Тэхен зашипел сквозь зубы от неожиданности, но оттолкнуть его не смог. Напротив, в этот миг сердце ухнуло вниз, а внизу живота свело сладкой судорогой.
Чонгук задержался всего на секунду, затем отпустил, провёл кончиком языка по прикушенной губе — и отстранился, оставив след тепла и безумного желания.
— Твоя губа именно такая, какой я представлял, — хрипло сказал он, глядя прямо в глаза.
У Тэхена голова пошла кругом. Слова застряли в горле, дыхание сбивалось, и он сам от себя не ожидал, что ему захочется большего.
И в этот момент резкий звонок разорвал ночь. Телефон в кармане Чонгука завибрировал, экран мигнул ярко.